Глава 18

Потянулись однообразные морозные дни. Хотя холод не так уж и чувствовался, возможно, привыкаю, но скорей всего стало комфортней. Нанятые из деревни мужики очень быстро отремонтировали уборную и в моей комнате заделали щель, откуда дуло. Обошлось совсем дёшево, вспомнила жадного извозчика с его расценками, мужики запросили два рубля за довольно большой объём работы. Возможно, была проверка на адекватность или реально дёшево оценили свой труд, но я дала пять. Никто отказываться не стал, поклонились, ещё раз пожелали здоровья и ушли.

Я забрала к себе цветы из столовой, к ним добавились ещё шесть из крестьянских домов. Денег с меня не взяли, и в придачу пожелали здоровья новой барыне. Было приятно, видно для обычного люда это главное, после благополучия, естественно.

Просыпаясь очередным утром, я с удовольствием потянулась. Жизнь здесь меня вполне устраивала. Немножко напрягало большое количество свободного времени, но я всеми силами его заполняла. Сегодня в планах была прогулка на скотный двор и в конюшню. Возясь с малочисленным и однообразным цветником, я всё чаще задумывалась о животных. У меня же не было с ними взаимодействия, кроме того раза с Лунокрылом.

В доме неожиданно обнаружилась кошка, которая обитала в комнате Варвары Александровны. Я очень удивилась, когда увидела вчера трёхцветную мурлыку, идущую по коридору к входной двери. Кошка подошла ко мне и стала тереться о ноги. Подняв её, стала гладить, в благодарность она затарахтела как трактор. Подошедшая Даша всё и рассказала.

Зовут кошку Муська, любит гулять с котом, живущим на конюшне, его зовут Цыган, потому что чёрный. Плодовитая, но котят быстро разбирают, так как знатные крысоловы получаются, ещё толком глаза не раскроют, а уже охотятся, да с проворотом кидаются на руки или предметы, словно душат. Девушка рассказывала на эмоциях, при этом поглаживала животное.

Нет, с котами я не хочу пока экспериментировать, слишком люблю этих животных. А вот на курах, верней на яйцах, можно попробовать. Я, конечно, не живодёрка, но, если появится цыплёнок с двумя головами, не расстроюсь.

Нашей провожатой опять была Дарья. На посту, у дверей хозяйки, по необходимости, ещё и до моего приезда её сменяла Стеша, так что даже просить дозволения у Варвары Александровны не понадобилось.

Вначале посетили конюшню. Экспериментировать с лошадьми я тоже пока не собираюсь, но посмотреть очень хотелось. Я всю жизнь мечтала научиться ездить на лошади, но меня мама не отпустила на секцию в конехозяйство, кто-то ей сказал, что ноги будут кривыми, она и поверила, а потом уже перехотелось, танцы захватили. Бывшая хозяйка тела тоже не умела ездить, да и случая научиться не было. А вот теперь я хочу это восполнить.

Ездить особо некому, но имелась кобылка, с очень необычным именем Луна. На ней иногда объезжал угодия управляющий. А как его семья переехала в город, так чаще всего стал своей повозкой пользоваться.

Лошадка мне понравилась, серая в яблоках. Большие чёрные глаза, практически белая грива.

— Да ты красавица! — я погладила прелестницу, она вначале фыркнула и замотала головой, показывая характер, но увидев у меня в руке кусочек яблока, тут же подобрела. И похрустев лакомством, уткнулась мне в руку. — Продалась за яблоко, не стыдно? — рассмеялась я. А Луна помотала головой, словно знала, о чём речь. А я поняла, что влюбилась в неё, и она теперь моя.

Скормив остаток яблока, договорилась с конюшим о занятиях. Он с готовностью отозвался, даже обрадовался. Ему не нравилось, что Луна застаивается в загоне. Вероника отказалась от занятий, она вообще стояла в стороне, боясь подойти к лошадям. Сразу видно, какая-то травма, но с этим потом разберусь и на коня посажу.

Даша предложила пойти в коровник, мол, там в этом году много беременных тёлочек, такие милые, круглые. Я отказалась, успею насмотреться. Направились к птице, я уже закусила тему и была готова к экспериментам.

Кур было достаточно много, а вот утки и гуси остались только для воспроизводства. Наша помощница — экскурсовод всё рассказывала и рассказывала, столько информации о сельском хозяйстве я ещё не получала. Не сказать, что мне это нужно, но вникнуть хоть поверхностно я была обязана, чтобы следить за имуществом, ведь Варвара Александровна уже не может, а я привыкла доверять только тому, что сама видела и знаю.

Глядя на птиц, сразу возникла идея. Дело в том, что в нашем мире я привыкла к нежным бройлерным цыплятам, а здесь куры были не сказать, что крупные. Да, в Ярославле покупали каких-то мясистых, но сомневаюсь, что это цыплята, всё же жестковаты.

Несколько вопросов подтвердили мою догадку, кур забивают в возрасте не менее пяти месяцев или вообще старых несушек. Я намерена это исправить, хочу молодую толстую, сочную курочку, чтобы сок тёк при жарке, да корочка румяная с чесночком. От таких мыслей аж слюна потекла. И если сейчас получится правильно обработать яйца, то через два-три месяца максимум я получу незабываемое блюдо себе на стол.

С утра уже собрали яйца, но было несколько кур, которые высиживали потомство. Очень надеялась, что на уже начавшем формироваться плоде приживутся изменения. Но я распорядилась, чтобы меня позвали на сбор новой партии.

Когда я взяла первое яичко, то сразу почувствовала внутри жизнь. Это было так необычно, что я чуть не уронила его, но быстро успокоившись, прислушалась, если можно так сказать о чувстве руками. Самое странное, что было реальное ощущение именно звука. Подсоединив к будущему цыплёнку энергетические нити, я слышала малейшие его шевеления. Успокоившись, я прониклась ситуацией, было ощущение настоящего узи. Я не видела картинки, но мозг сам подбрасывал образы. Не удивлюсь, что в дальнейшем я и видеть смогу.

Я стала разговаривать с яйцом вслух, тихо и, запоминая всё, что говорю. Мне было всё равно, что обо мне подумают. Возможно, было достаточно и мысленного общения, как с растениями, но почему-то сейчас хотелось голосом.

Да, я сопровождала слова образами, какими должна быть курочка, почувствовала себя безжалостным хищником, ведь я уже пускала слюну на неродившуюся птичку.

Отдав яйцо Даше, которая вернула его возмущённой курице и взяла второе. Повторив процедуру, перешла к третьему. Оно молчало, я об этом сказала помощнице, девушка сразу поверила в пустышку и не стала возвращать под несушку.

Я увлеклась процессом, разделив яйца на три чёткие группы: одна обрабатывалась с голосом, вторая — визуализацией, чисто картинки, третью я постаралась обработать на ощупь, так я прозвала метод, когда на ходу вспоминала знания по биологии, химии и пыталась править на тонком, можно сказать, клеточном уровне.

Так, я работала с растениями, меняя структуру и химический состав. Здесь же всё было сложней и более чем уверена, вызовет явную мутацию, тем более я не особо стеснялась в средствах. Если эти куры получатся, то они должны быть похожи на павлинов. Да, я не стала уродовать, хотелось вызвать явные и красивые изменения, а в данном случае это хохолок, длинный хвост, крупный клюв и пёстрая расцветка. Если получится, то я смогу в дальнейшем такого накрутить, что самой страшно от перспективы.

После посещения птичника, у меня всё зудело от желания что-то сделать. Как же не хватает материала.

Так, я что-то упустила! Остановилась. Точно! Ведь я не пробовала дать команду на скорость развития, маг я или не маг! Пришлось вернуться и помучаться ещё одну курицу. Так, что я хочу? Чтобы развивалось быстро, но не было взрывного роста, равномерное, пусть…

— Какой минимальный срок высиживания? — спросила Дашу.

— Чуть меньше трёх недель, когда тепло. Сейчас прохладно…

— Ясно. Значит, если я сокращу до двух недель, то будет хорошо. Надеюсь, уродца не выйдет, — сказала и увидела круглые глаза девушки.

Запоздало сообразила, видя, что я творю, эта болтушка много чего наплетёт про меня. Беспокоит ли меня это? Нет, нисколько, пусть развлекает публику небылицами, пока результаты не вылупятся.

Зарядив очередных мутантов, я довольная пошла в дом, нам с Вероникой ещё отчёт составлять о моём эксперименте. Если вначале я скептически ко всему этому относилась, то сейчас с удовольствием вела беседы, заполняя прорву свободного времени.

Каково было моё удивление, когда во дворе увидели довольно дорогой экипаж. Неприятно сжалось сердце и гулко застучало. Я не хотела идти в дом, подозревая, что там может быть Александр. Хотя здравая часть моего сознания понимала, что это не он, вряд ли граф прикатил практически сразу, чтобы донимать меня. Он скорей выждет время, чтобы я остыла, а потом припрётся как старый знакомый на беседу, возможно, с подарками.

Видя моё беспокойство, Вероника уже сделала шаг вперёд, но тут Дарья открыла рот:

— А вот и управляющий пожаловал!

О нём я и забыла, с облегчением выдохнула.

Экипаж был явно новый, по крайней мере, так выглядел или хорошо ухаживали, да и гнедая лошадка была молодая да резвая. При нашем приближении игриво закивала головой, чуть приплясывая.

— Хорошая, хорошая, — коснувшись её, пустила к ней энергетические ниточки, это стало входить в привычку. Кобыла сразу успокоилась и прильнула к моей руке.

Погладив животное, я направилась в дом.

Вероника пошла наверх, я же решила познакомиться с нашим управляющим. Как там его? Семён Маркович, кажется.

Голоса раздавались с кабинета, который находился на стороне спальни Варвары Александровны. Подойдя ближе, я прислушалась.

— … Бочки хорошие… Да, ещё бычка хочу взять племенного, — сказал мужской голос, тембром напоминающий кота. Такие люди обычно душа компании или пройдохи, других я не встречала. Сразу представился полноватый невысокий мужчина.

Послышался шелест бумаги.

— Цены, скажу я вам, всё растут и растут…

— Мдя… — ответила тётя многозначительно.

— На следующей неделе привезу зерно под заём, засуха же была… Ага — вот здесь и вот здесь чиркните…

Решила ещё чуть подождать, пусть закончат.

— Я вот что хотел спросить, — управляющий понизил голос, я сильней прислушалась. — Про Аннушку, дочь кузнеца. Девка замуж хочет, а отец против.

У меня аж лицо вытянулось, надо же, какой благодетель…

— Так это не наше дело, — чётко сказала тётка.

— Жених из Прохоровки… Если дадите добро, я могу сговориться с хозяином на обмен…

— Так крепостничество же отменили? — в голове Варвары Александровны звучало сомнение.

— Отменили-то отменили… так мы же не продаём, а полюбовно, — буквально промурчал Семён Маркович.

Так, стоп! — мне только дошло о ком речь. Аннушка — это та, что одарённая? Так, они вроде с нашим Данилой — плотником любятся. Ах ты шельма! Решил мага из нашей деревне умыкнуть?

Я отошла чуть назад и сделав вид, что увидела кошку, громко сказала «кыс-кыс», а потом заглянула в кабинет.

— Ой, здравствуйте, уважаемый! Вы, наверное, наш управляющий? — я зашла, и улыбнувшись, похлопала ресницами, типа дурочка.

— А вы, Екатерина Фёдоровна? Очень приятно познакомиться, меня зовут Семён Маркович, — он галантно поцеловал мою протянутую руку, которой я несколько часов тискала животных и яйца в курином дерьме, ну не успела я помыть руки. Судя по сморщенному носу, он учуял запах. Так тебе тварина и нужно.

А я постаралась быстро осмотреть, да и оценить этого человека. Возможно, не заведя он разговора о дочке кузнеца, я бы другими глазами на него смотрела, но сейчас я видела мелкого хитрого рвача и вора, который любит дорогие вещи. Да, пальто было неновое, он даже не снял верхнюю одежду, скорей всего, сославшись на спешку или то, что замёрз, но я всё видела через призму предвзятости, он тупо скрывал, что под пальто. Довольно дорогой костюм, золотые часы, цепочка чуть выглядывала из-под расстёгнутого пиджака. Душно ему, судя по испарине на лбу, а не вытрешь, сразу нарвёшься на просьбу снять пальто.

Обувь тоже была не для сельской местности, хорошие добротные сапоги для прогулок по городу. А если приплести сюда экипаж со славной лошадкой, то вполне такой зажиточный дяденька, которым он априори не может быть, даже откладывая годами на эти вещи. Жалование управляющего не позволит. Я не знаю суммы, но сомневаюсь, что мой папаша, щедрый только на жену и Таню, будет платить ему сильно больше, чем моё содержание. Да, поместье может давать хороший процент, но не настолько.

Стоит присмотреться к нему.

Я не ушла, села в кресло недалеко от тёти и с дебильной улыбкой стала наблюдать, как они разговаривают. Управляющий подавал бумажки, объясняя, что куплено, что нужно. Цены озвучивались, конечно, большие, я не думала, что на содержание поместья могут уходить тысячи рублей.

Посев, скотина, ремонт того, ремонт сего… он опять кого-то нанимал на стороне, судя по разговору, а мне всё больше и больше не нравилось всё, что происходило. Было прямо звенящее чувство обмана, и звук падающих монеток мимо моего кошелька.

Семён Маркович собрал бумаги, и тут я увидела портфель. Охренеть! Я в торговле обитала несколько лет и прекрасно разбиралась в ценах, и не только на косметику, кожа моя слабость… была. И когда я увидела портфель, то челюсть отвисла. Это явно дорогая вещь, как минимум сделана на заказ, или вообще брендовая. Тонкая кожа, лаконичный очень сбалансированный дизайн, изысканные детали и клеймо в уголочке, отсюда не разглядеть, что там изображено. Этот человек уже так проворовался, что не в силах скрывать, да он просто уже не может. Осталось сменить пальто и всё. Хотя не удивлюсь, что оно у него именно для поездок сюда.

Управляющий не стал оставаться на ночь, уехал, даже не поднявшись в свою комнату. А я уже не могла остановить, внутреннее возмущение заставляло что-то предпринять. Да, он даже никуда не зашёл, не поинтересовался хозяйством, не выслушал людей… Возможно, я ничего не соображаю в его работе, но сразу захотелось поговорить с тёткой. Но она уже была в своих думах, сидела и смотрела в окошко.

От неё не будет толка, но отпускать эту ситуацию не собираюсь, он крадёт деньги моей семьи, а значит, мои деньги.

Что я могу предпринять? Расспросить жителей деревни и слуг? Вряд ли они расскажут реально положение дел, скорей наоборот начнут нахваливать управляющего. Барыня приехала — уехала — вышла замуж, а с Семёном Марковичем им жить. Значит, как-то самой копать.

Так, где мне взять информацию? Хорошо бы заиметь финансовые бумаги, хотя бы за какой-то период времени. И где их взять? Сразу подумала об апартаментах управляющего. Сомневаюсь, что он потащил все записи с собой в город, да и уничтожать он ничего не может без команды хозяина. А реальный хозяин просто забил на всё и живёт себе в Ярославле, веря отчётам. Скорей всего посылаемые через поверенного или вообще почтой.

Мне нужно попасть к нему в кабинет, и чтобы тётка не прознала. Ведь я могу и ошибаться. Может, он ведёт успешное дело в городе или его жена непростая женщина и имеет состояние. Сомневаюсь, что они снимают дом, скорей всего это наследство или куплен.

Но я должна разобраться, иначе спать спокойно не смогу. А для начала поговорю с Вероникой, одна я точно не справлюсь.

Компаньонка выслушала меня молча, в итоге кивнув, и согласилась с моими наблюдениями. Её тоже удивило, что управляющий имеет экипаж, стоимостью равной половине своего годового заработка, по её прикидкам четыреста — пятьсот рублей.

— Значит, ты смыслишь в ценах и можешь понять накрутил он их или нет? — только сейчас вспомнила, что Вероника училась на помощника бухгалтера.

— Частично смогу, но здесь нужно учитывать регион, цены могут сильно отличаться от Ярославских, да и время прошло достаточно с моих занятий, когда мы делали мониторинг рынка, цены изменились. Но зная точную стоимость некоторых позиций, я могу прикинуть ценообразование большинства пунктов.

— Ух ты, моя золотая девочка! — я кинулась на неё с объятиями. — Теперь нужно вскрыть кабинет.

— Ой… Варвара Александровна это не одобрит, — компаньона от волнения стала мять ладони.

— А она не узнает…