Глава 15. Леон

Я жду Женю уже двадцать минут и все это время не могу перестать прокручивать в памяти наш поцелуй. Хотя со стороны это походило на совокупление двух диких животных. По крайней мере, такое сообщение прислал мне Рус. Но я просто ничего не мог с собой поделать. Я устал врать себе и ей, будто ничего не чувствую. Это были симпатия и похоть. Я никогда не испытывал чего-то похожего. Это словно есть мороженое со вкусом красного перца. Я поправил шорты в районе паха. Потому что все эти двадцать минут член не переставал стоять. Руки помнили ее тело, каждый сантиметр. Глубокие голубые глаза, наполненные страстью, вынуждали пойти за ней в самый ад возбуждения. Я ловил ее мурашки и похищал каждый вздох, лишь бы она никому не досталась. Женя была греховно красивой, а ее розовый топик, который открывал больше, чем стоило бы, вынуждал схватить ее и спрятать от чужих глаз. Я бы никогда не подумал, что я чертов собственник. Но она делала меня таким. В голове то и дело крутился ее образ. Мои руки на талии, припухшие губы от долгих поцелуев и запах персика. – У тебя стоит, – раздался удивленный голос, возвращая меня в реальность. Даже после тренировки она выглядела лучше, чем я на свой выпускной. – А ты красивая, – выдал я, заставляя ее лицо моментально приобрести розовый оттенок. – Раз мы покончили с фактами, ответь мне на один вопрос. Что можно так долго делать в раздевалке? – Например, – она подошла ко мне вплотную, заглядывая в глаза, – принимать горячий душ. – Одной рукой она начала плавно выводить линии от груди до пупка, показывая мне, как она принимала душ. Член уже болел от возбуждения, но уверенно продолжал стоять. Я не понимал, как она могла запускать настолько сильную цепочку реакций по телу, даже не прикасаясь ко мне. Наша игра в гляделки продлилась еще несколько секунд. Потом Женя опустила взгляд туда, где бесстыдно выпирали шорты, и, усмехнувшись, обошла меня. – Ты Ведьма, – бросил я ей вслед, вновь поправляя шорты. – Я знаю. Так что остерегайся, а то еще наколдую тебе маленький член, – весело ответила она, с каждым шагом отдаляясь от меня. Даже ее шутке про уменьшение моего достоинства не удалось согнать возбуждение. И вот я стою совершенно один в коридоре без возможности выйти. Не стану же я расхаживать по универу со шлагбаумом в штанах. Даже образы бабушек не помогали. На смену им сразу же появлялась обворожительная Лапкина. В кармане раздалась неприятная вибрация. Черт, Рус, как же не вовремя. Решив ответить немного позже, я, не глядя, сбросил звонок. Однако спустя минуту он снова повторился. Выругавшись, я вытащил телефон, и, к моему удивлению, на экране большими буквами высветилось: «Систр Крис». – Привет, Крис. Что-то случилось? – Привет, братец. Ничего срочного, но я вроде как узнала, кто выложил фото. – Кто?! – слишком громко спросил я, получив от сестры злое шипение. – Тише ты, мистер-крушить-и-ломать. Давай встретимся в кафе, как обычно? – Давай! Через десять минут, – посмотрев вниз, я мысленно выругался, – через пятнадцать минут буду на месте. На удивление оказалось, что гнев – лучшее лекарство от стояка. Ведь я уже мысленно открутил голову человеку, сделавшему эту поганую фотографию. Успев занести ключи от спортивного зала на вахту, спустя обещанные пятнадцать минут я сидел за нашим с сестрой любимым столиком в кафе. Крис зашла с опозданием на одну минуту. Да, я все это время пялился на часы, пребывая в полной сосредоточенности. – Боже, да ты сейчас взглядом всю кофейню спалишь, – проворчала сестра, присаживаясь рядом со мной. – Давай к сути, – вставил я, получив в ответ суровое выражение лица. – В общем, это некая Лена. Фамилии не знаю, но есть ее личный канал, куда она постит фотки и прочую дребедень. – Ты уверена, что это она? – На девяносто процентов. Девочки записали на видео, как она хвасталась своим подругам, что сделала и выложила это фото. А еще… – Сестра поерзала на месте, явно ощущая неловкость. – Ну, говори уже. – В общем, она сказала, что твоя Женя – выскочка и самодовольная курица, каких только видел свет. А она уже третий год мечтает оседлать тебя и прыгать… – Не продолжай! – отрезал я с лицом, полным отвращения, словно на меня вылили ведро с дерьмом. Любые слухи были ужасны. Иногда девушки были куда жестче парней в своих высказываниях. И для большинства я был лишь красивым мальчиком, замутить с которым – значит иметь высокий статус. Я понятия не имел, откуда взялись эти ранжирования крутости. Кто вообще решил, что баскетболисты крутые? Я видел свою команду как толпу качков с так себе юмором. Да и я в их числе. Но все почему-то хотели либо дружить с нами, либо мутить. – Вот же черт! – вырвалось у меня, когда Крис открыла аккаунт Лены. – Ты ее знаешь? – Она с Женей в одной команде. – Гадство! – выкрикнула сестра. – Ты скажешь ей? – Не сегодня. Завтра у них игра за выход в плей-офф, и раздор в команде ни к чему. – Крис покосилась на меня, давая понять, что не согласна с моим решением. – Не сверли меня взглядом. Так будет лучше. – Так будет лучше, – спародировала она, демонстративно закатывая глаза. – Как мы вообще столько лет уживались с тобой и ни разу не поругались? – Просто я до ужаса милый и многое спускал тебе с рук. – Ладно, факт. Но только то, что спускал с рук. А так ты не милый! Ты сущий ад, Леон Змеевский. Ты самый настоящий змей-искуситель. – И это мне говорит мисс-убью-каждого-кто-встанет-на-моем-пути? – Туше. – Ну а ты ничего не хочешь мне рассказать? – потягивая американо, спросил я сестру. Я прекрасно знал, что она виделась с Богданом. Ведь именно я сказал ему, что она будет готовиться к экзамену в библиотеке. – Ты о чем? – Ну, с моим личным мы более-менее разобрались. А что у тебя? – Леон, – возмутилась она, будто я не про парня, а про размер ее груди спросил. – С чего вдруг ты спрашиваешь про мои отношения? Неужто на тебя любовь так повлияла? – усмехнулась она, протянув руку и потрепав меня за щеку. – Во-первых, это не любовь, а симпатия, а во-вторых, просто интересуюсь. – Ну-ну, – улыбнулась она. – Вообще есть один парень. Он весьма странный, но очень милый, – смущаясь, она водила трубочкой по дну давно опустевшего стакана, – еще мне нравятся его шутки и то, как он всячески старается на меня не глазеть. Теперь уже я умилялся на сестру и надеялся, что она все-таки говорит про Богдана. – Правда, он на два года младше меня. Но это ведь ничего? – О, ты спрашиваешь совета у меня? – Я прикоснулся ко лбу сестры, изображая, что измеряю ее температуру. – Часом, не заболела, дорогая? – Дурак! Я вообще-то серьезно. – Отмахнувшись, она отвернулась от меня. – Вот как? То есть в твою сторону такие шутки не работают? Крис меня проигнорировала, продолжая водить трубочкой по дну стакана. – Два года разницы ничего не значат. Да и в целом возраст не играет роли, когда человек действительно нравится. Далеко не надо ходить, наши родители – отличный пример. Кристина медленно повернулась ко мне и молча опустила голову на мое плечо. Я был счастлив, что отец смог снова полюбить после злополучного дня, произошедшего восемь лет назад. Мы оба потеряли многое. Но теперь, смотря на макушку, лежащую на плече, я осознавал, что боль давно ушла, а раны затянулись. Я снова готов открыть свое сердце.