Глава 16. Женя

Мы прошли в плей-офф. Мне до сих пор не верилось. Я шла к этому всю школьную жизнь, и мечта наконец-то начала сбываться. Признаю, я была не права, когда выступала против совместных тренировок с парнями и Никитой Сергеевичем. За пару недель мы набрали хорошую форму и со значительным отрывом обыграли команду соперников, а она, на секундочку, в прошлом году заняла третье место. Вся арена слышала, как их отчитывал тренер. На мгновение мне даже стало их жалко, но я быстро опомнилась и пошла отмечать победу с девчонками. Сейчас наше трио сидело на трибунах родного университета и болело за мужскую сборную. Точнее, Снежинка болела за Руслана, с которым они до невозможности быстро сблизились, а мы с Богданом яростно перекрикивали друг друга, скандируя: «Леон, вперед». Это было сложно назвать игрой. Они просто варварски разделывались с соперниками. Но я была поглощена игроком под номером восемь. Он, точно дирижер, руководил всем происходящим на площадке. Леон мастерски предугадывал тактику противоположной команды и беспощадно бомбил их кольцо. Девчонки на трибунах верещали при каждом заброшенном мяче. Сегодня у парней был звездный час, и они это понимали. Следующие игры не будут для них такими простыми. Борьба за попадание в тройку обещает быть ожесточенной. – А-а-а! – завопили девчонки, сидящие в первом ряду. Они практически свисали с перил, лишь бы их заметили. – Ле-е-о-о-он, – кричали они, – мы хотим тебя! Я постаралась подавить в себе рвотные позывы, напоминая, что я не безмозглая фанатка и пришла сюда исключительно ради просмотра хорошей игры. – Ты как? – поинтересовался Богдан. – Не обращай на них внимания. Ведь он не обращает. – Друг взглядом указал в сторону Леона, который смотрел исключительно на меня, демонстративно игнорируя угол с вызывающими девчонками. В свободное от игры время я встречалась взглядом с Леоном. И в эти моменты я не могла придумать ничего лучше, как отворачиваться. Меня пугала подступающая паника, которая каждый раз появлялась, стоило нашим глазам встретиться. Плевать, что между нами было расстояние в тридцать метров. Глаза цвета тумана проникали в самую душу, угрожая узнать мои секреты. Но, пожалуй, единственное, что объединяло меня с его фанатками, так это желание овладеть им. – ТРИ! – начали скандировать хором трибуны. – ДВА! – ОДИН! Сирена оглушила зал, обозначая конец матча, и трибуны взорвались, повторяя в крике одну-единственную фразу: «ВОСЕМЬ!» Леон оформил баззер[6] и, подбежав к боковой линии, ближайшей к трибуне, указал пальцем точно на меня, изображая руками сердце. Вот он. Мой час провалиться под землю. Трибуны хором издали вздох умиления, стараясь разглядеть, кто же эта таинственная возлюбленная бомбардира. Шевеля только губами, я тщательно выговорила каждую букву, передав Леону послание: – Позер. Он лишь рассмеялся и вернулся к команде для завершения матча. Сейчас я была действительно благодарна шумной толпе, которая заглушала слова, доносящиеся в мой адрес из того самого фанатского угла. Боковым зрением я видела, как на меня покосилась толпа девчонок, вслух проклинавшая меня. Снежана, заметив это, шепнула мне на ухо: – Проучи их. Боже, спасибо за такую классную подругу! Синхронизируясь, мы одновременно с ней поднялись со своих мест. И нет, не покинули зал, а спустились к началу трибун вместе с Богданом. Подруга начала махать, подзывая Руслана, а за ним, как и предполагалось, пошел Леон. – Парни, вы красавцы, – пожимая руку сначала Руслану, а потом Леону, восторгался Богдан. – Это было потрясно, – присоединилась Снежинка. – Ну а ты что скажешь? – улыбаясь, спросил меня Леон. В такие моменты, когда он становился по-настоящему искренним, а улыбка была по-детски яркой, на его щеках появлялись еле заметные ямочки. Они были соблазнительно милыми на фоне горы мышц и постоянной напыщенной серьезности. Мне захотелось вытащить это наружу, чтобы он был таким всегда, и не только со мной. Что-то начало расцветать внутри меня с появлением Леона в моей жизни. – Жень, – позвала меня подруга, заставляя вынырнуть из мыслей. Круто, Женя. Ты пару минут просто пялилась на него. Браво! – Вы молодцы, – ответила я и наклонилась к Леону, обнимая его. – Не обольщайся, это для твоих фанаток, – прошептала я ему на ухо. – А ты разве не моя фанатка? – Отстранившись, он взглянул на меня. Леон заговорщически улыбался, а в его глазах плясали чертики. Мне стоило догадаться, чем закончится это дело, но мой друг-предатель и потный красавчик опередили меня. Леон обхватил мою талию и потянул на себя, а Богдан помог ему перекинуть ноги. Теперь я висела у лучшего бомбардира матча на плече. Парни начали свистеть и громко хлопать в ладони, поддерживая капитана. Даже Снежинка была согласна с ними и, не стесняясь, посмеивалась надо мной. – Змеевский, ты куда? – раздался на весь зал грозный голос тренера. «Вот он, мой спаситель», – подумала я. – Я свой трофей получил, – легонько хлопнув меня по ноге, весело ответил Леон тренеру и двинулся в раздевалку. Я приподняла голову, чтобы увидеть реакцию Никиты Сергеевича, надеясь, что он разъярен таким поведением своего воспитанника. Но тренер улыбался, провожая нас взглядом. Перед тем как мы скрылись из виду, он подмигнул мне. Брови взлетели вверх, и, проглотив язык от удивления, я провожала всех смотрящих ошарашенным взглядом. – Отпусти меня! Концерт окончен! – скрывшись за поворотом, где не осталось лишних глаз, прикрикнула я на Леона. – Нет! Теперь ты моя, и я несу тебя в раздевалку, – по-прежнему радостно говорил он. – Ага, размечтался. Однако Леон и вправду не собирался меня отпускать, молча следуя по темному коридору. Я перестала сопротивляться, накапливая силы на побег, когда пещерный человек соизволит наконец-то меня отпустить. Руки болтались на уровне его задницы, и тогда-то в голову забрался коварный план мести. Слегка оттянув пояс его шорт, я засунула руку прямо внутрь, кровожадно вонзаясь ногтями в нежную плоть его упругой задницы. – Жень, потерпи, пожалуйста, когда мы дойдем до раздевалки, тогда ты сможешь полапать меня всего, – спокойно ответил Леон. «Пау-пау-па-а-ау-у-у», – заиграла мелодия проигрыша в голове. – Тебе приятно, что ли? – взорвалась я, засовывая руку и сжимая ногтями вторую половину его задницы. – Не представляешь как, – с возбуждением произнес он. Вот же демон! Приятно ему! Мазохист хренов! Сдаваясь, я спрятала ноготки, и мои руки оказались на мягкой и теплой коже. Стоп! Коже?! Желание мести настолько захватило меня, что я не заметила отсутствия нижнего белья под шортами. – Ты что, без трусов? – завопила я, чем вызвала у Леона смех. От узких стен пустого коридора отскакивал басистый заливистый хохот, заполняя собой все пространство. Обычно, услышав такой смех, инстинктивно начинаешь улыбаться или смеяться в ответ, но я была настолько обескуражена, что единственной моей реакцией оказался рев безысходности. Он был похож на что-то среднее между блеянием козы и воем медведицы в брачный период. А этот гад Змеевский чуть ли не сгибался от приступа хохота. Я поймала себя на мысли, что не хочу высовывать руки из его шорт. Или просто к мозгу прилило слишком много крови и я начала медленно сходить с ума. Я отрицала возможность того, что его тело идеально везде, хотя на ощупь было именно так. – Наша остановка, – с придыханием произнес Леон. Веселые нотки в его голосе испарились, а на смену им пришло частое дыхание. Аккуратно, словно фарфор, он опустил меня на землю, придерживая за талию. Ноги сразу же отреагировали онемением, и если бы не крепкие руки моего похитителя, то я запросто бы свалилась на пол. Пока тело и вестибулярный аппарат возвращались в норму, Леон пристально наблюдал за мной. Будто после того, как он отпустит меня, я могла раствориться в воздухе. Я принялась разглаживать замявшуюся кофту, а когда захотела поправить волосы, выбившиеся из общего пучка, Леон моментально перехватил мою руку. Нежно коснувшись ладони, он заправил непослушную прядь волос за ухо, специально задев кончиком мизинца шею. Тело молниеносно отозвалось даже на это секундное прикосновение. Я выгнула шею, приглашая его ко всем греховным последствиям. Мы уже не скрывали, что нас влекло друг к другу. Это было глупо отрицать. Реакции наших тел говорили сами за себя. Леон распахнул дверь за моей спиной, и мы ввалились в небольшую комнату, освещенную одной лишь настольной лампой. Легким движением Змеевский подхватил меня за бедра и усадил на мягкую кушетку. Я чувствовала, как в живот упирается горячая плоть. Да что тут скрывать, я сама желала его не меньше, а мои мокрые трусики были тому подтверждением. Леон положил огромные ладони на мои бедра и медленно, как настоящий змей, пополз вверх. Его теплые губы сомкнулись на шее в том самом месте, где яростно стучал пульс. Он проложил дорожку из поцелуев и, оказавшись у края уха, томно прошептал: – Сиди здесь. Отстранившись, он пересек комнату двумя огромными шагами и, подойдя к двери, защелкнул замок. Воспользовавшись минутной передышкой, я стянула с себя кофту, мечтая хоть немного охладиться, и осмотрелась. Комната и правда оказалась маленькой, а большая часть стен была завешена анатомическими плакатами. Леон усадил меня на кушетку для массажа, и стоило мне мысленно проговорить его имя, как он, почувствовав это, развернулся. – Ты помогаешь мне себя раздеть? – с усмешкой произнес он. В приглушенном свете его глаза походили на бездну, и лишь желтый отблеск от лампы создавал впечатление, что где-то в глубине темноты полыхает огонь. Сложив руки на груди, он наслаждался тем, как я разглядываю его. Тени играли с его мышцами, вырисовывая каждую впадину. Волосы, которые он обычно убирал под повязку во время игры, растрепались и спадали ему на лоб и глаза. – Ты так и будешь там стоять? – спросила я, пытаясь слезть с кушетки. – Сиди здесь, – прорычал он, – я же попросил тебя. Я ненавидела, когда мне указывают, но мои тело и сердце предательски подчинялись ему вопреки здравому смыслу. Голые плечи обдало горячим дыханием. Я уже не понимала, это так жарко в комнате или только рядом с ним. Леон запустил руки мне под майку, аккуратно снимая ее с меня. Пальцы коснулись ребер, и тело пробила волна дрожи. Из меня вырвался смешок: – Щекотно! – Прости. – Поцеловав в лоб, он аккуратно сложил мою майку и сброшенную кофту на край кушетки. Меня манило его умение быть одновременно властным и нежным. В один момент он аккуратно спускает меня, в другой – страстно раздевает. Эти крайности заставляли кровь закипать. Он молча положил руки на края моих джинсов и выжидающе уставился на меня, как бы спрашивая разрешения. Я медленно кивнула, и в одно движение Леон расправился с застежкой. Задержав дыхание, я приподнялась на руках, помогая стянуть с себя облегающую ткань. Голова Леона оказалась на одном уровне с животом, и теперь уже он нагло разглядывал мое тело. У меня не было комплексов. Я всю свою жизнь посвятила спорту и спокойно могла не отказывать себе в гастрономических удовольствиях. Но сейчас Леон смотрел на меня, как на самое сладкое пирожное. Он аккуратно обхватил мои лодыжки, успокаивающе поглаживая большими пальцами нежную кожу. Его губы легли на внутреннюю часть моего бедра, и горячие поцелуи смешивались с редкими покусываниями, подбираясь все ближе к точке наслаждения. – Ты доверяешь мне? – шепотом, словно нас мог кто-то послушать, спросил он. Где-то в глубине себя я уже давно решила, что доверяю ему. Подсознательно я была уверена, что он не навредит мне. Все слухи, что ходили вокруг него, оказались ложью. Ведь рядом со мной он рушил все стереотипы. Подождав еще мгновение, чтобы самооценка Леона не взлетела до небес, я кивнула. Я закрыла глаза, ожидая волны наслаждения, но сразу же распахнула их, когда меня подхватили за ноги и уложили на кушетку. – Это шутка? – возмутилась я. – А ты думала, я возьму тебя прямо здесь, в этой темной и тесной комнатке, когда за стеной весь состав команды, включая Сергеевича? Я промолчала, но Леон и так знал мой ответ. – Я и не догадывался о твоих аппетитах. – Щелкнув по носу, как заигравшегося ребенка, он нахально улыбнулся. – Да пошел ты, – взорвалась я. Чувство стыда накрыло с головой. М-да, Женя, вот и доверяй первым встречным! Но подняться с кушетки мне так и не удалось. Леон, схватив меня за плечи и медленно уложив обратно, навис надо мной. Его челка коснулась моего лба, нервно щекоча, а дыхание со вкусом вишни снова ударило в нос. Когда он успел взять жвачку? – Я пойду, но только с тобой… – Но… – Не перебивай меня, Женя. – Слегка повысив голос, он продолжил: – Я хочу тебя, и если ты приглядишься, то увидишь, как сильно! Сейчас я сделаю тебе массаж, а после, если захочешь, отблагодаришь меня, как тебе вздумается, – на последнем слове Леон дунул на волосы так, что его челка взлетела, и он отошел от меня. – Какой массаж? Ты же после игры, – шепотом спросила я его, до сих пор не понимая сути происходящего. – Цени это, – ответил он, стоя ко мне спиной, и я машинально закатила глаза. И, будто почувствовав это, он добавил: – Вчера после игры я заметил, как ты хромала. Помассирую тебе задницу и поясницу. Я не видела, что он делает, но по звуку откупоривания и появившемуся запаху меда и трав поняла, что он достал масло. Тело слегка передернуло от холода, и только тогда до меня дошло, что я лежу практически голая, в одном нижнем белье. Леон, словно прочитав мои мысли, проявил чуткость и укрыл мое тело мягким полотенцем, которое взял со стола. Он принялся втирать масло в ноги массирующими движениями. Эмоции начали отпускать меня, и я прикрыла глаза, получая удовольствие. Кто бы мог подумать, что я разделась для секса, а в итоге получу оргазм от массажа? В любом случае виной всему этому будут его руки. – Кто из родных предложил назвать тебя Женей? – прерывая неловкое молчание, задал неожиданный вопрос Леон. – Папа, – еле ворочая языком, ответила я. Если честно, я уже практически отключилась. Каких-то пару минут массажных техник, и я практически превратилась в амебу. А вдруг это хитроумный план и Леон только и ждет, чтобы я вырубилась, чтобы продать меня на органы? – Моя мама говорила, что если называть девочек мужскими именами, им передается их… – Я хотела спросить, как зовут его маму, но отключилась.