Глава 14

Красный шарик стремительно летел вперёд, сворачивая из коридора в коридор, поднимаясь и спускаясь по лестницам, окончательно меня запутывая. Сейчас я не смогла бы найти выход отсюда, даже если бы очень захотела.

Наконец он привёл меня в полуподвальное помещение. Здесь не пахло сыростью, но было на порядок холоднее, чем наверху.

Коридор передо мной перешел в арку, поперек которой стояла деревянная перегородка, тёмная и массивная даже на вид. Шарик на несколько секунд замер перед преградой, а потом резко завибрировал, будто подпрыгивая на месте от нетерпения.

– Что? – непонимающе спросила я. – Зачем ты привёл меня сюда? Это тупик!

Шарик снова запрыгал. Только теперь не вверх-вниз, а из стороны в сторону. У самой перегородки. Почти касаясь её.

– Дурацкое место, ничего не понятно. И шар ты идиотский. У тебя настройки сбились, – я досадливо пнула перегородку.

От неё вдруг пошёл гул, словно я ударила по большой бочке. А затем в цельной, на первый взгляд, поверхности прорезалась форма двери.

– Ну ничего себе спецэффекты, – поражённо ахнула я, глядя, как эта дверь открывается.

Шарик сразу скользнул в образовавшуюся щель. Мне пришлось подождать, пока она откроется пошире. Я немного нервничала, что потеряю своего проводника и тогда сама потеряюсь, но, оказалось, совершенно зря.

За дверью обнаружилась комната. Тёмная и пустая.

– Зачем ты меня сюда привёл? – спросила я вслух, только чтобы услышать человеческий голос.

– Видимо, тебе понадобилось чистое бельё, – ответила темнота.

Нервы не выдержали очередного потрясения. И я завизжала.

Тут же вспыхнули яркие шары под потолком, освещая огромную комнату. Я проморгалась, привыкая к свету. И разглядела, что вдоль стен расположились стеллажи под потолок, на полках лежат аккуратные стопки тканей.

Интересно, что это за место? И кто говорил о белье?

– Ну, так чего ты припёрлась среди ночи? – раздался прямо передо мной тот же голос. – Не могла пораньше прийти?

Я глянула вниз. В двух шагах от меня стояла женская копия того старика-привратника. Только, в отличие от него, волос у неё на голове росло столько, что они топорщились в разные стороны из-под ночного чепца. Крупное тело незнакомки было укутано в халат из теплой фланели. А в вырезе халата виднелась сорочка, наглухо застёгнутая под самый подбородок.

Дама зевнула во весь рот и недовольно уставилась на меня.

– З-здравствуйте, – наконец нашлась я.

– Не зуди, говори, чего надо, – ворчливо отозвалась женщина. И не дождавшись быстрого ответа, спросила сама: – Ректор прислал?

Я кивнула.

– Новенькая?

Снова кивнула.

– Ну так бы сразу и сказала, – буркнула она, развернулась и ушла.

Что?

– Эй! – возмутилась я. – Вы куда?

Что вообще здесь происходит?

Но женщина уже вернулась, держа в руках стопку белья.

– Не эйкай мне! – она бухнула стопку на стол у самой двери. – Меня зовут госпожа Биргенам. Так ко мне и обращайся. Я в этой Академии, можно сказать, самое главное и ответственное лицо. Кастелянша! Если тебе понадобится решить любой хозяйственный вопрос, приходи сюда. Как зовут?

– Инна Оленьева, – автоматически ответила я, всё ещё находясь в ступоре.

Женщина, то есть госпожа Биргенам, достала из ящика стола толстенный гроссбух и взобралась на массивный стул, жалобно скрипнувший под её весом.

– Ин-на, – вполголоса повторила она, добавив: – Имя рода тебе здесь не понадобится. Теперь ты одна из лейв.

А потом начала выписывать в тетради ровные строки.

– Что вы пишете? – даже не видя, что именно она там выводит, я понимала, что моё имя значительно короче, оно не может занимать несколько строк кряду.

Госпожа Биргенам проигнорировала мой вопрос, продолжая писать, а потом развернула гроссбух ко мне, протянула гусиное перо с чернильной каплей на конце и велела:

– Расписывайся.

– Не буду.

Я даже сложила руки на груди, чтобы меня не заставили подписать непонятно что.

Может, она хочет, чтобы я всё время обучения ей бельё стирала или полы мыла. Так вот, на такое я не соглашалась, когда ехала в эту академию. Меня и так привезли сюда против собственной воли, а ещё хотят, чтобы я на них батрачила?

Госпожа Биргенам снова развернула гроссбух. Укоризненно на меня посмотрела, прежде чем прочесть только что написанное.

– Постельное бельё – два комплекта, полотенце – две штуки, форма ежедневная – две штуки, чулки – две пары, – я уже поняла, что это список выдаваемых мне вещей.

Стало неудобно перед женщиной, которую я оторвала ото сна, ещё и задерживаю, не позволяя скорее вернуться в постель.

– Извините, госпожа Бирминбам, – я смиренно вздохнула.

– Биргенам! – рявкнула она так, что стеллажи затряслись.

– Да-да, – я поспешно схватила перо. – Где подписать?

Кастелянша ещё долго ворчала, что со мной хлопот не оберёшься, она это сразу поняла. Я старалась не возражать, чтобы скорее уже уйти отсюда. Но, когда оказалась за закрытой дверью, которая вновь слилась с перегородкой, задалась главным вопросом:

– А куда мне идти?

К счастью, красный шарик замигал впереди, привлекая внимание. И я с облегчением зашагала следом за ним.

Шли мы так же долго. Вот только теперь лестницы часто вели вверх. А потом проводник и вовсе привёл меня в башню.

– Ты уверен? – с сомнением поинтересовалась я у шарика.

Но он уже мигал за поворотом. Дело в том, что лестница здесь оказалась винтовой. К тому же неосвещённой. И я прибавила ходу, чтобы не остаться без своего единственного источника света.

Поднималась я долго. На каждом лестничном пролёте располагались четыре двери. Но мой проводник вёл меня всё выше и выше. Когда я вконец уже запыхалась и решила, что дальше не двинусь, шарик замигал возле очередной дверцы.

– Ну наконец-то!

На этот раз я не стала дожидаться подсказок и просто толкнула створку.

Она легко поддалась. Я оказалась в небольшом помещении. Здесь тоже было темно, но неяркий свет пробивался из-за приоткрытой двери справа. Поэтому я, не раздумывая, шагнула туда.

Это оказалась небольшая комнатка. Похоже, как у нас в общежитии при колледже, только мебель другая. Вместо советского лакированного шифоньера – массивный шкаф с толстыми стенками и резьбой на двери. У небольшого окошка – тяжёлый стол с разбросанными книгами и свитками. Рядом – деревянный стул, со спинки которого свисает халат.

У противоположной стены стояла кровать с высокой периной и горой подушек. Сейчас она была расстелена. На ней сидела девушка с синими волосами и, прижав к груди книгу, с опаской смотрела на меня.

Я даже не стала жмуриться или щипать себя. Похоже, привыкла, что внешность у местных обитателей весьма незаурядная. Кроме волос девушка выделялась неимоверно белой кожей и огромными фиолетовыми глазами.

Таких девочек рисуют в японских аниме. Никогда бы не подумала, что встречу подобную личность вживую.

– Привет, – я решила быть вежливой.

– Добрый вечер, – девушка настороженно кивнула. – Ты моя новая соседка?

– Похоже на то, – я махнула кипой белья, которую всё ещё продолжала держать в руках.

– Значит, это твоя комната рядом. Идем, я покажу.

Она легко соскочила с кровати, накинула халат на такую же, как у госпожи Биргенам, целомудренную ночную рубашку и прошла мимо меня, обдав ароматом сирени.

Оказывается, слева находилась ещё одна комнатка – точное отражение правой. Я бросила вещи на кровать и протянула девушке руку:

– Инна Оленьева, – и добавила с тоскливым вздохом: – Хотя имя рода уже не имеет значения…

Она пару секунд удивлённо смотрела на мою ладонь, затем пожала плечами и протянула свою руку, параллельно моей. Я засмеялась и пожала её ладошку, оказавшуюся прохладной и очень узкой.

– Меня зовут Элиана, – ответила моя новая соседка. – Я из Эльфирии.

– Э… это твой город так называется?

– Нет, – она слегка улыбнулась. – Мой мир. А ты уже прошла вступительное испытание? Какая у тебя стихия?

Раскрывать карты и говорить, что моя магия проснулась без всякого испытания, не очень хотелось. Поэтому покачала головой:

– Ректор сказал, испытание будет завтра.

– Ладно, пойдем, покажу тебе наше жилье.

Квартирка состояла из общей прихожей, санузла и двух спальных комнат. Помещение было небольшим, компактным, но довольно удобным. А санузел порадовал вполне приличным клозетом и душем с горячей водой.

При входе в прихожую нужно было хлопнуть в ладоши, и тогда загорался светящийся шар. Правда в вечернее время все они светили вполсилы, сколько ни хлопай.

– Режим, – подтвердила мои опасения Эли и посоветовала: – Ты ложись спать. Лучше мы утром поговорим. Здесь не приветствуется ночная жизнь.

Я решила послушаться совета. Тем более что сильно устала за последние дни. Утро вечера мудренее, как говорила моя бабушка. Поэтому я расстелила постель, нашла в выданных мне вещах дурацкую старомодную ночнушку и забралась под одеяло.

Было непривычно тихо после ночёвок в лесу, но я неожиданно быстро уснула. Мне снился Арден, который уходил от меня прочь, несмотря на то, что я звала его и тянула к нему руки.

***

Утром меня разбудил высокий звук. Он ворвался в сонный мозг назойливым писком.

Сначала я решила, что писк мне просто снится, и машинально отмахнулась. Но следом меня шибануло легким ударом тока. Не больно, но неприятно.

Я тут же вскочила.

И наткнулась на красный шарик, висящий в воздухе у меня перед носом.

Первые несколько секунд просто таращилась на него, силясь вспомнить, где я и что со мной. Потом шар издал противный писк еще раз, и я поняла: этот гад имеет функцию будильника! Это он шибанул меня током.

– Ну, зараза, – погрозила ему кулаком.

Затем посмотрела в окно. Там небо только-только начинало сереть. Зачем этот гад разбудил меня в такую рань?

– Внимание, лейва Инна! Приоритетное уведомление! – раздался писклявый голосок.

От неожиданности я вздрогнула, а шарик замигал, привлекая внимание.

– Это ты, что ли, кочерыжка? – я присмотрелась к нему внимательнее.

Шарик радостно запрыгал. А затем я снова услышала его голос:

– До вступительного испытания осталось тридцать минут.

– Что? – я моргнула. – Тридцать минут? Что ж ты не разбудил меня раньше!

Сон как рукой сняло. Я вскочила с кровати и бросилась в душ, чуть не забыв прихватить полотенце. По пути едва не снесла с ног Элиану, которая как раз выходила из душа. Синеволосая девушка бросила на меня понимающий взгляд, но ничего не сказала.

С такой скоростью я еще ни разу в жизни не собиралась. И не потому что боялась опоздать на испытание. А потому что стоило только замешкаться или замечтаться – и дурацкий шар постоянно бил меня током. В отместку я решила его как-нибудь обозвать. Но пока ничего подходящего в голову не приходило.

А потом возникла очередная проблема. Умывшись, разобравшись в местной одежде и кое-как пригладив волосы, я поняла, что мне нужна помощь с энненом. Никак не получалось самостоятельно приладить на голову эту конструкцию!

– Элиана, – взмолилась я, подойдя к соседке. – Как надеть эту штуку?

Сама синеволосая уже стояла при полном параде. Только лицо еще не прикрыла вуалью.

– Сначала надо хорошенько зачесать волосы наверх, собрать в пучок, – проинструктировала Эли, окинув меня внимательным взглядом. – Сколоть на макушке, как можно выше. И потом надеть эннен так, чтобы твой пучок оказался внутри него.

Я честно попыталась проделать все это. В стопке белья, выданного кастеляншей, обнаружился матерчатый мешочек со шпильками, похожими на те, которыми пользовалась моя бабушка, и простой гребешок. Но вот беда, у меня не получалось сколоть ими свои непослушные волосы. Пряди выскальзывали, будто нарочно!

– Садись, – вздохнула Эли, понаблюдав за моими мучениями, – на первый раз помогу.

Она быстро собрала мою гриву на макушке, не упустив ни одной волосинки. Ловко скрутила в тугой жгут и уложила виток за витком этакой пирамидкой. Затем закрепила шпильками. После чего накрыла “пирамидку” энненом.

– Последний штрих, – улыбнулась, поймав в зеркале мой напряженный взгляд.

Как оказалось, эннен держался на голове за счет широких лент, которых не видно под вуалью. Ленты проходили крест-накрест под подбородком, затем опоясывали шею и завязывались простым узлом.

– Вот и все, – сказала Эли, отпуская меня.

Я скептично осмотрела себя. Теперь из открытых частей остались только руки и лицо. Но последнее следовало скрыть под вуалью.

И в таком виде мне придется ходить?

От этой мысли хотелось взвыть в голос. Но времени не было. Поблагодарив Элиану, я бросилась из комнаты вслед за шаром.