Глава 24

Серафима

Обстановка все еще была очень напряженной. Оба мужчины сели за стол друг напротив друга и буравили оппонента взглядами.

На нас они решили не обращать внимания.

Мы с Юлькой не сговариваясь сели каждая рядом со своим мужчиной, чтобы в случае чего помочь. Кричалкой, разумеется. Или песней.

Римир очень недобро на меня глянул, когда я подсела поближе к оперу, и скрипнул зубами.

Варя шустро накрывала на стол, не проронив ни слова. Мы тоже молчали, но мне казалось, что в комнате уже немного искрило. Еще чуть-чуть, и разразится гром, сверкнут молнии, а мы получим на опыты сразу два тела, ибо силы казались примерно равными.

— Варя, ты, кажется, лично с Римиром не знакома? — начала я, просто чтобы что-то сказать.

Спрашивать у мужчин, как прошел их день, я посчитала неуместным. Еще вспомнят, почему погавкались, и продолжат…

— Нет, — вежливо ответила подруга, выставляя на стол хлеб и тарелку с нарезанной тонкими ломтиками колбасой.

— Римир, это Варя, сестра опера Лехи, — представила я.

— Очень приятно, Варя, — проявил вежливость мой брат. — Варя, у тебя парень есть?

Юлька засопела, а Римир виновато пояснил:

— Я не для себя, я для соседа спрашиваю. Не, карма, она есть. Мгновенная, я бы сказал.

Леха заиграл желваками.

— Римир, — взвилась я.

— С тобой я позже поговорю, — пообещал мне брат.

— Да невиноватая я, он сам пришел! — вспомнилась мне фраза из любимого папиного фильма. — Откуда я знала, что он меня в метро поймает и портфелем одарит?

— Кто поймает? Леха? — не понял Мир.

— Кузнечик! При чем тут Леха?

— При том, — отрезал Мир. — Какой кузнечик?

— Никакой! — надулась я.

— Я тебе запретил, — напомнил Римир, — из дома выходить! А ты на ушастую вечеринку смылась! И вляпалась!

— Ну, позвони папе и скажи, что я балуюсь, — закатила я глаза. — Мир, я взрослая! И если бы не кузнечик, то ты бы и не узнал, что я там была. И вообще, это мое дело; когда и куда вляпываться, я тоже сама решу!

— Сер-рафима, — процедил брат сквозь зубы.

— Борщ! Кушайте, гости дорогие, — не дала нам доссориться Варя.

Она поставила две парящие тарелки перед мужчинами. По кухне разнесся божественный аромат борща, а двое молчаливых скандалистов дружно сглотнули голодную слюну.

— Серафима старалась, — не упустила она случая прорекламировать мою скромную персону перед братом.

Я закусила губу, а Юлька сообразила спросить у Мира:

— А ты что здесь делаешь? Вы где-то встретились, да? Ты с опером Лехой ездил морды злодеям бить или позже приехал?

— С ним ездил, и повезло, что было кому набить морду, иначе пострадала бы морда Лехи, — отмахнулся Мир и потянулся за ложкой.

— Твоя бы тоже целая до дома не доехала, — спокойно парировал Алексей.

— Вы что, злодеев не поделили? — не поняла я.

— Хиросима, не лезь, — очень душевно попросил опер, а я замолчала.

Мужчины, наконец, переключили внимание на еду. Римир и Леха жевали. Молча. Сосредоточенно. Словно на спор. Будто не борщ ели, а в соревновании на самое зверское выражение жующего лица участвовали.

Мы заинтересованно ждали, что будет дальше, но… Они продолжали жевать!

— Не, мясо, конечно, вкусное, — первый заговорил Римир, когда я уже почти выставила диагнозы обоим.

Неутешительные и безрадостные. Возможно, их обоих стоило напоить и отвезти к врачу. Психиатру. И на всякий случай на консультацию к гастроэнтерологу.

— Очень, — горячо поддержал его Леха, — такое… Долгоиграющее. Завтра на работу кусочек возьму, буду вместо жвачки жевать.

— И мне положи, — развеселился Мир, — я тоже пожую.

— Вы о чем? — не поняла я.

— Серафима, а ты из какого пакета мясо брала? — спросила Варя.

— Из прозрачного, там ценник был приклеен, что это свинина, — вспомнила я.

— Свинина в зеленом, в прозрачном говядина, — виновато пояснила Варя, а я, наконец, все поняла.

— Все отлично, Хиросима, — Леха жевал так вкусно, словно я ему не недоваренную говядину подсунула, а деликатес, — вкусно — язык проглотишь!

— Я… — я чувствовала, что щеки мои снова начали гореть и пылать.

На них можно было смело дожарить недоваренное мясо.

— И питательно, — поддержал его Римир, — а главное — экономно. И челюсти можно потренировать.

— И соли достаточно, — подхватил Леха.

— А ну, дай сюда тарелку, — потребовала я.

Забрала у опера Лехи ложку, зачерпнула бульон и отправила в рот. Не пересолила, и получилось даже вкусно, если бы не конфуз с жевательной говядиной.

— Серафима, ты не обидишься, если я завтра дожую? — виновато спросил опер Леха. — А то как-то есть хочется.

Мне хотелось плакать и смеяться одновременно.

Но зато моя невинная оплошность помирила две враждующих морды, сидящих за столом. Они уже и смотрели друг на друга по-человечески.

— Не обижусь, — буркнула я, отводя взгляд.

Все мясо было отдано Каскадеру, который вот вообще не был гордым и своими зубами легко его разжевал и быстро проглотил. А потом долго и жалобно просил добавки.

Леха с Римиром же пили бульон и заедали бутербродами с колбасой.

А меня снедало любопытство. Очень хотелось спросить у Лехи, как все прошло, но пока я думала, с какой стороны к этому вопросу будет мудрее подойти, Римир отставил тарелку в сторону и сыто поблагодарил:

— Спасибо! Дети Сатаны, по домам! Серафима…

— По домам так по домам, — легко согласилась я, чтобы снова не злить любимого Римира Виссарионовича.

— Вперед, чего сидим? — приподнял он бровь.

Я поднялась из-за стола и посмотрела на Леху, который смотрел на меня. Так же, как днем, когда привез к себе домой. И так остаться захотелось — ненадолго, хоть немного побыть вдвоем, поговорить, узнать, как прошла его поездка…

— Я провожу, — вдруг вызвался Леха.

— Не надо, лучше отдохни, поздно уже, да и мне нужно очень серьезно поговорить с братом, — мужественно отказалась я, краем глаза заметив, как Юлька осторожно прикрыла Миру рот ладошкой, не позволяя спорить.

Тот зыркнул в мою сторону, а я первая пошла в прихожую. Надела обувь, сняла с вешалки свою сумку и ждала, пока Юлька с Миром тоже оденутся.

Леха стоял в проходе, опираясь плечом о косяк. Улыбнулся, ободряюще подмигнул и сладко зевнул.

А я поняла, что приняла правильное решение и ему действительно нужен здоровый сон вместо того, чтобы идти провожать меня. Римир выпрямился, взял меня за локоть и повел к выходу.

— Пока, Леш, Варя! — успела крикнуть я за секунду до того, как входная дверь закрылась.

— А теперь поговорим, — объявил Римир.