18

Аркадий Борисович сдержал слово — повышение Настя получила. Но только после того, как она переспала с Сашей.

Настя стала начальником аналитического отдела. Новый кабинет, новая зарплата, новая табличка на двери. Всё, как договаривались.

Только вот не совсем.

Вместе с должностью пришли тотальный контроль и возросшие ставки.

Аркадий Борисович, начавший с простой интрижки, измены и, как там он это назвал, «естественного хода вещей», теперь требовал большего. Хотел, чтобы Завьялов бросил жену, чтобы как минимум заговорил о разводе. И звонил регулярно.

— Как там наш друг? Настроение? Планы? От жены уходить не собирается?

Настя отвечала сухо, коротко, стараясь давать как можно меньше.

Но он хотел больше. Всегда больше.

— Настенька, вы же понимаете, что повышение — это не подарок. Это аванс. А авансы нужно отрабатывать.

Она понимала. Прекрасно понимала, что её новая должность — фикция. Формально, да, она начальник отдела, а по факту — это всё то же повышение «через постель», а не признание её заслуг, таланта, упорства и профессиональных качеств.

Короткий поводок. Красивый ошейник.

Настя была не настолько глупа, чтобы этого не видеть, но слишком запуталась, чтобы понять, что с этим делать и зачем всё это Борисовичу. Ведь в этом уравнении теперь был Саша.

Саша, который приходил к ней по вторникам и четвергам, иногда — по субботам, когда Аля отпускала его «на встречу с друзьями».

Саша, который обещал починить кран, но так и не починил, словно оставляя на всякий случай — как повод, чтобы к ней приехать. Словно им нужен был повод.

Саша, который однажды заснул у неё на плече, и она час не шевелилась, боясь его разбудить, и слушала, как он дышит, и думала: я люблю этого человека.

Люблю по-настоящему.

И я не имею на это никакого права.