Глава 27

– Он… жив? – осторожно спросила я, с опаской глядя на главного гада моей страшной истории. Его фигура, пусть и неподвижная, все равно выглядела угрожающе, но лед казался таким прочным…

– Конечно, – спокойно ответил Эрдан, слегка пожав плечами. – Он же огненный маг, хоть и не очень сильный. Чтобы такой умер, нужно замуровать его в глыбу не на пять минут. Потому Пуш и притащил его сюда. Но ничего плохого уже не произойдет, обещаю.

В этот момент ледяная оболочка пошла трещинами, и я вскочила. Не то чтобы не верила своему спасителю… Но пережитый ужас пока не отпускал. Тем более что лед буквально в секунду разлетелся на мелкие осколки, словно взорвался изнутри.

И убийца вырвался на свободу.

Он поднялся на ноги одним стремительным движением – словно хищник. Замер в напряженной позе, явно готовый кинуться. Губы исказила дикая усмешка, а глаза горели безумием и яростью. Я попятилась, споткнулась и упала на ступеньку, выставив перед собой руки. И обнаружила закрывающий меня магический купол, до того мощный, что около него искрил воздух.

Но Торрен взглянул на меня лишь мельком. А Пуша, тоже попавшего под купол, кажется, не заметил совсем. Очень хотелось вцепиться хотя бы в зверька – но хладикс, вставший передо мной, ощетинился так, будто его шерсть превратилась в иголки.

А ревизор, отшагнувший от убийцы, развел руки, будто приглашая к бою. На нем Торрен и сосредоточил внимание.

– Ты, мерзкая ящерица! – выплюнул он, скрещивая ладони.

Воздух перед ним ослепительно вспыхнул, стремительно сжался в огненную стену, и та шквалом устремилась вперед, к Эрдану. Их разделяло всего несколько метров, но прежде, чем пламя успело коснуться его, дракон отреагировал. Его пальцы плавно взметнулись, и между ними заклубились синие линии магии, разлились волной прозрачной воды – и две стихии столкнулись.

Огонь Торрена, выглядевший таким жутким, таким неодолимым, мгновенно рассеялся, рассыпался тысячами сверкающих искр, и его создатель покачнулся, едва удержавшись на ногах. А Эрдан даже не шелохнулся, и я выдохнула, поняв, что его стихия гораздо сильнее.

Торрен зарычал, резко отступая, а мечущиеся искры собрались в пламя и неожиданно кинулись на него самого, окутывая языками огня. Только даже мне, всего лишь второкурснице, было ясно: это не защита, не подготовка к атаке – это ярость, которую стихийник не может сдержать. И вот-вот его огонь рванет во все стороны, неуправляемый, бесконтрольный! И если никто не придет сейчас на помощь, в академии действительно может случиться большая катастрофа…

Пуш тихо зашипел, а по шерстяным «иглам» пробежал иней: хладикс готов продолжить схватку.

Но ничья помощь лорду Сиеру не понадобилась.

Водная стихия с почти неслышным плеском окружила убийцу, и огонь словно сдулся, сполз вниз. Торрен опомнился, собрал его в огромную молнию – и ударил в Эрдана.

Но дракон без видимого труда отразил удар, сделал шаг вперед и вскинул руку. В воздухе сверкнул огромный полупрозрачный молот – и с ужасающей силой обрушился на Торрена. Убийца не успел ничего. Просто свалился, угодив головой в кусты.

Вторая вспышка магии – и уже знакомые мне голубые цепи с треском сковали его руки и ноги. Цепи, сделанные из чистой магии льда, затянулись, блеснули ледяными узорами, ослепительно сверкая на солнце.

– И все? – с легкой насмешкой спросил Эрдан, склонив голову набок. – Надо сказать, я ожидал чего-то более эффектного. Или ты только парней и девчонок убивать умеешь? А чуть кого посерьезнее встретишь – и в кусты?

Торрен захрипел, яростно извиваясь, но цепи дракона оказались ему неподвластны.

– А ты – мерзкий вор! – яростно завопил он. – Ты забрал их! Забрал мои камни! Мою силу! Мою коллекцию! Отдай! – Глаза его метали искры. – Если мы будем вместе, я тебя в лепешку раздавлю! Вместе мы станем непобедимыми! Ты слышишь?!

– Слышу, слышу, – покивал Эрдан. – Непременно подумаю над твоим предложением, – добавил он, даже не глядя на маньяка. Сосредоточенно всматривался вдаль.

– Пушик! – тихо позвала я, не спуская глаз с маньяка. – Ты бы его тоже того… в лед завернул!

– А? – отозвался хладикс. Оказывается, он уже спокойненько сидел на пушистом заду и вылизывал лапу. – А-а… Да зачем. Сейчас его заберут. Все отлично, Эльза.

И точно – с обеих сторон башни появились маги в форме, сгрудились вокруг беснующегося Торрена, который продолжал выкрикивать угрозы… Открылся портал, и моего несостоявшегося убийцу втащили туда.

Я была уверена, что дракон уйдет вместе с безопасниками. Но нет.

– Вот и все, – сказал Эрдан, когда портал закрылся. – Вот и все.

Движением руки он снял защитный полог, подошел к ступеням и присел на корточки, внимательно глядя мне в лицо. Как-то… виновато глядя.

Тут же вспомнилась поза распластавшегося передо мной Пуша – всего-то несколько минут назад…

– Ты что? – неловко спросила я.

– Прости. Я едва успел. Был на допросе одной из студенток, когда пришел сигнал от Ледогрыза, – Он смотрел так, что я совсем застеснялась. Словно видел перед собой не меня, а кого-то долгожданного, любимого, которого чуть не потерял…

– Но успел же, – сказала тихонько. – Что ты на меня так смотришь?

– Ты наконец-то говоришь мне «ты».

– Это я… на нервах.

– Все хорошо. – Эрдан протянул руку и заправил мне за ухо прядь волос.

Я быстро пригладила то, что осталось от прически.

– Значит, на мне висит маячок? – спросила, стараясь не смотреть ему в глаза.

– Ну естественно, – подтвердил этот… предусмотрительный спаситель. – Было бы странно, если бы не висел. Хочешь устроить мне скандал по этому поводу?

– Считаешь меня такой глупой? – вздохнула я.

– Уже нет, – усмехнулся дракон. – А вдобавок теперь я считаю тебя необыкновенно смелой. Решительной. Стойкой. С таким характером, Эли, тебе нужно работать безопасником.

– Не хочу ходить в форме, – отказалась я.

Он мне польстил? Или правда так думает?

– Скажи…

Эрдан уселся рядом со мной и, чуть помешкав, обнял за плечи, прижал к себе. Тесно прижал, и я, в очередной раз наплевав на этикет и воспитание, радостно прильнула к нему, такому теплому, надежному, сильному.

– Скажи, – повторил он. – Ты ведь не видела, что я лечу, когда прыгала с башни?

– Нет, – призналась я. – Будешь устраивать мне скандал по этому поводу? Ну и вообще… по всему этому… Сегодняшнему происшествию, – добавила, неопределенно помахав в воздухе рукой. – Я безответственная, неблагоразумная и что там еще…

Он внезапно стиснул меня еще сильнее, почти до боли.

– Ты – моя отважная девочка… – прошептал над ухом. – Удивительно благоразумная, хладнокровная, с великолепной реакцией. Да вдобавок красивая. Кстати, я тоже не хочу, чтобы ты ходила в форме. Мне вообще нравится твоя манера одеваться.

– Правда? – удивилась я.

– Правда. Ну и потом, моей жене вовсе ни к чему работать где бы то ни было.

Вот на это реагировать я не стала. Не знала как… Но зато вспомнила, о чем хотела его спросить. Давно уже хотела!

– Слушай, Эрдан. А кто ты такой?

– В смысле?

– В прямом. Понятно же, что к департаменту образования не имеешь никакого отношения. Но мне интересно, следователь или просто безопасник?

– Безопасник, – едва заметно улыбнулся Сиер. – А точнее… – Он почему-то вздохнул и продолжил таким тоном, будто признавался, что у него уже есть жена и трое детишек. – Я занимаю довольно высокую должность, Эльза.

– Какую? – подтолкнула я.

– Глава Королевского Департамента Безопасности.

Ни-че-го себе!!!

– А… а сколько же тебе лет?

– Тридцать.

Я вывернулась из объятий и уставилась на него с открытым ртом.

Тридцать?! Да не может быть! Для драконов это возраст не то чтобы детский, конечно, но очень даже юношеский! Мы с ним, можно сказать, ровесники! Вывод – Эрдан Сиер талантлив как невесть кто!

Следующие слова я просто не смогла удержать в себе. Клянусь, они вылезли из меня сами, без моего желания и участия!

– И ты что, действительно хочешь на мне жениться?! Или это было только ради расследования?

– Было бы неплохо, – подтвердил он. – И нет, не ради расследования. Жениться на тебе я решил еще до всей этой истории.

– Из-за наследства? – нервно хихикнула я.

– Разумеется, – кивнул Эрдан. – Понимаешь, мне точно потребуется состояние, которое я буду тратить лет через четыреста-пятьсот, когда закончится мое.

Я только заморгала и жалобно попросила:

– Давай об этом потом поговорим. Позже… Я как-то не готова вообще… Тем более за главу безопасности…

И дракон засмеялся.

Ну а что? В конце концов, теперь я вроде бы не планирую скоропостижно скончаться в обозримом будущем, так что времени для разговоров у нас будет достаточно.

Так я тогда решила!

И оказалась не права.

* * *

Времени не было вообще.

Нас ждали прямо около общежития. Точнее, бежали навстречу – со стороны моста на административный остров.

Тетя Вив заключила меня в объятия и едва в оных не придушила.

Потом мы как-то оказались в холле здания администрации, в окружении целой толпы преподавателей. И там моя тетушка, декан стихийного факультета престижной академии, рыдала на груди… почему-то Фила Гармена. Притом, судя по его довольной улыбке и предупреждающим взглядам, которые он кидал на стоявших рядом с тетей коллег мужского пола, у кое-кого из семейства Тарт внезапно наладилась личная жизнь…

Честно сказать, думать о переменах в тетиной личной жизни мне было совершенно некогда.

Я даже не успела как следует опомниться от того, что произошло. События завертелись, и следующие несколько дней пронеслись как в тумане. Академия бурлила слухами и догадками, но самым обсуждаемым был пойманный преступник.

Убийцу фениксов Торрена Гира под строгой охраной доставили в столичную тюрьму, где его должны были держать до окончательного разбирательства дела и суда.

И Кэмрена, и уборщицу Таширу нашли. Оба сейчас лежали в госпитале, где медики и маги трудились день и ночь, чтобы восстановить их после столь длительного пребывания в стазисе.

А потом оказалось… что с завтрашнего дня начинается сессия. И это было каким-то жутким ударом реальности по голове.

«Покушение на убийство не повод пропускать зачеты и экзамены!» – ехидно заявил мне профессор Фаргрис, и я едва не взвыла от такой милой «шуточки». Хотя шуткой это не было вовсе. Никаких послаблений в плане сессии я не получила, что, в общем-то, не так и удивительно: в академии Драка послаблений не давали никому и никогда – даже по самым уважительным причинам. И вот тут-то я поняла, что настоящие проблемы у меня только начались!

Хотелось верить, что случится чудо и я безупречно сдам все экзамены… но нет, чуда не случилось. Магическую теорию вероятностей я провалила с треском. Честно сказать, не столько потому, что участвовала в расследовании, сколько потому, что слишком много пропустила за последний семестр… Сама виновата, конечно, но все, что было у меня в голове после минувшего стресса, – это обрывочные мысли и желания, чтобы хоть один вопрос оказался мне знаком.

Все остальное я сдала, несмотря на кучу бурлящих эмоций. Может, Пуш действовал как антистресс?

Хладикс ходил со мной на все экзамены и зачеты. Воротничком свешивался с плеч во время устных ответов, и никто ни разу не сказал мне, что так нельзя.

Мы с Пушем толком и не заметили, когда перешли от формата «телохранитель» к формату «мелкий заботливый кошак». Несмотря на то, что охрана уже не была нужна, хладикс не отходил от меня ни на шаг.

А вот его хозяин больше не появлялся в моей комнате по ночам.

Я уговаривала себя, что это нормально. Он ведь тоже уже не обязан меня охранять. Все кончилось, я в безопасности.

Но ведь обидно! Пусть я теперь и не являюсь приоритетной целью для маньяков и убийц… Да и одиночество мучило. Кэм в больничке, Алс все свободное время со своим медведем, и никому я не нужна…

Пуш и Шушик самоотверженно развлекали меня, как умели. Кстати, оба зверька стали почти неразлучны. Ладили теперь настолько, что я часто заставала их спящими бок о бок. Но они были все же не людьми…

Я скучала. Ужасно скучала по так раздражавшему совсем недавно присутствию в моей комнате Эрдана, по его насмешливому голосу, по этим его холодным зеленым глазам, которые всегда замечали больше, чем должны… По нему самому.

Поэтому, когда он внезапно влез ко мне в окно поздним вечером, я испытала такие смешанные чувства, что сама себе удивилась.

С одной стороны – радость. Радость такая острая, что показалось, будто грудь разорвет. А с другой… эх, ну ведь совсем не по плану! Какого хверса он влезает сюда, когда я уже начала готовиться к тому, что… не знаю… что это было временно?! Ведь несмотря на последний наш разговор – о женитьбе! – он перестал приходить…

– Эрдан! – Я не удержалась и все же улыбнулась.

– Здравствуй, Эль, – отозвался он, цепко оглядывая комнату, словно проверяя, все ли в порядке. Потом медленно перевел взгляд на меня, и его лицо смягчилось. – Прости, что так долго не появлялся. После завершения расследования навалилась целая гора бумажной работы. Плюс несколько раз пришлось сходить телепортом в столицу и обратно. Можно сказать, что только закончили…

Он говорил спокойно, привычным тоном, но я видела и темные круги под глазами, и усталость в каждом движении. Сильно измотан. Видимо, дела действительно свалились на него лавиной.

– Значит, все закончилось? – спросила я, раздумывая, сказать ли, как сильно скучала.

– Для тебя – да. – Он вздохнул, опускаясь на подоконник и внимательно глядя на меня. – И ревизия в академии закончилась. Вполне успешно, кстати, ваш ректор остался на месте. На мой взгляд – напрасно. А вот для моего ведомства все только начинается.

– В смысле? – нахмурилась я. Разве еще что-то может всплыть? Торрен ведь в тюрьме, его дело закрыто…

Эрдан скрестил руки на груди, задумчиво прищурившись.

– Я решил, что нелишним будет проявить интерес к остальным детям эр Тимериса. Всем его детям. Дело в том, что Торрен, хоть фениксом и не родился, видимо, унаследовал дар матери. Эксперименты Шаррина усилили именно ее кровь.

Я уже знала, что Торрен оказался метаморфом. Это и позволило ему принимать чужие облики.

– Такой опасный дар, – тихо сказала я. – Если можно скопировать даже ауру…

– Не то чтобы дар… Вообще-то, метаморфы – раса, как люди или драконы, но некоторые ученые с этим не согласны, так как биологически метаморфы ничем не отличаются от людей. Метаморфизм – свойство организма. Аналог магии, по сути, но базируется на взаимодействии со своим телом, а не с окружающей средой, – пояснил Сиер. – Иногда метаморфы владеют еще и магией, но, как правило, очень слабой.

– А Торрен развил и свой огненный дар… – пробормотала я. – И он очень сильный метаморф, правильно?

– Да. А сильные метаморфы могут кроить свое тело целиком. Особо одаренные даже способны менять рост и телосложение. Но закон сохранения энергии никто не отменял и для них. То есть метаморф может стать высоким, только если изначально обладает могучим телосложением, например. И сильных осталось так мало, что это давно считается сказкой. По сути, мы говорим о практически выродившейся способности, которая встречается редко и на базовом уровне взаимодействия с телом.

– Но я же видела Торена в истинном облике, – удивилась я. – Ты выше его, а Кэмрен гораздо мощнее… То есть он… ну, мутант какой-то, получается?

– Можно и так сказать. Так что сейчас будут уточнять как именно Шаррин Тимерис готовился становиться отцом, – хмыкнул Сиер. – Потому что у матери нашего убийцы, Линды Гир, метаморфизм был выражен очень слабо. Практически спящая способность. А вот сын ее… ты сама видела.

О да! И с удовольствием бы развидела.

– Он показался мне… совершенно сумасшедшим, – вздохнула я. – Даже странно, что настолько безумный человек так долго мог оставаться незамеченным. Нет, когда он прикидывался Кэмреном, мы с Алсом понимали, что в нашем друге что-то изменилось… но не настолько, чтобы заподозрить неладное!

– Во-первых, психи иногда бывают на диво логичны. А во-вторых, случается такое, что аналитический аппарат сумасшедшего с его же маниакальной фазой вообще не конфликтует. Грубо говоря, тот Торрен, что тебе рассказывал о том, каким прекрасным камнем ты станешь, и тот, кто продумывал эксперименты и дорабатывал методику своей матери, – это практически два разных человека.

– Вы уже допрашивали его? Как это вообще… получилось, что он свихнулся?

– Допрашивали, – кивнул Сиер. – Получилось грустно и горько. Шесть лет назад Линда умерла, и ее сын остался в мире совершенно один. А он, как ты могла заметить, к этому миру… немножечко не приспособлен. И решил, что раз мамы нет, надо найти папу. Но, кое что узнав про своего отца, решил не заявлять с порога о себе, а устроиться помощником секретаря и, так сказать, присмотреться.

– И присмотрелся, – мрачно кивнула я. Прекрасно помню, как отец обращался со своим персоналом. Я, конечно, всего пару раз это видела, но впечатлилась. Так что обвинение в расизме было не таким уж… неправильным.

– Да, у твоего папеньки настолько отвратительный характер, что фениксы с ним не работают, а людей он сам терпеть не может. А также лепреконов и прочие расы.

Вот-вот. Да еще и не держит язык за зубами на тему превосходства фениксов и убожества остальных.

– Так Торрен поехал крышей из-за того, что с папой поработал?

– Нет, поработав с Шаррином, он его возненавидел. А крышей он поехал во время первого убийства – кстати, непреднамеренного. Когда при пожаре в загородной резиденции на старшего сына Тимериса упала балка и придавила его. А Торрен не удержался. Сам так сказал на допросе…

– Он собрал его пепел, – поняла я.

– Именно. Очень хотел получить немного пепла феникса для исследования. Он к тому времени уже наладил выпуск на черный рынок камней, сделанных из обычных существ и животных. Но фениксы – другое дело. Он мечтал попробовать добавить их пепел в изделие. И хотел-то всего пару горсточек, по его словам.

– От пары горсточек беды бы не было, – прикинула я. – Ну, немного похудевшим бы возродился, но все равно возродился.

– Да. Но Торрен увлекся. И смел очень прилично пепла… Потом долго переживал об этом, но все же решил, что не стоит пропадать добру. И сделал камень. И вот тогда окончательно сошел с ума. Особенно после того, как твой отец очень нехорошо его уволил. С большим скандалом.

– И он радостно отправился убивать остальных…

– Камни из фениксов действительно оказались самыми красивыми и самыми сильными, – тихо сказал дракон. – И Торрен решил, что если соберет драгоценности из всех птенцов гнезда эр Тимерис, то получит потрясающую силу. Ну и морально уничтожит Шаррина, разумеется. Перед тем как сделать это физически.

– И он правда получил бы силу? Ведь даже обычные камни сделали его гораздо сильнее, я это видела…

Меня передернуло от воспоминаний, и Эрдан вдруг обнял меня.

– Я не знаю. И проверять это никто не будет, Эльза. Главное, что все закончилось.

Он прижал меня к себе и легко коснулся губами моей макушки. Я замерла, ощущая тепло и заботу в этом простом жесте. Казалось, впервые за долгое время мне позволили просто быть… быть собой. Быть не одной…

– Эли, – прошептал дракон, не отпуская меня. – Нам нужно серьезно поговорить.

– Да?.. – тоже шепотом откликнулась я, настороженно вглядываясь в его лицо.

Он помолчал, а потом посмотрел мне прямо в глаза, с какой-то почти отчаянной решимостью.

– Я действительно хочу на тебе жениться.

– Ты говорил… – откликнулась я. – Только… Я так и не поняла зачем. Нет, серьезно, Эрдан, зачем?

– Наши отцы заключили договор, – неожиданно ответил он. – Очень давно, тебя еще на свете не было. Ты же знаешь, в среде аристократов это очень серьезно. Вековые традиции – причем на юридической основе. И когда Шарин предъявил мне это, я просто… выбрал первое попавшееся имя.

– Мое.

– Твое.

Вот теперь понятно. Почему-то очень больно, но зато понятно.

Наверное, я сильно изменилась в лице, потому что дракон вздохнул и покачал головой.

Отстранившись, я села на кровать и неожиданно почувствовала себя не только очень несчастной, но и взрослой. Ответственной и благоразумной…

– Но выход же есть, – сказала взрослая и благоразумная я. – Ты ведь молод, богат, красив, у тебя хорошая должность и наверняка очень много знакомых юристов. Ты вполне можешь избавиться от обязательств. Зачем тебе жениться? В ерунду про приданое, уж прости, я не верю.

Эрдан слабо улыбнулся.

– Ну, ты совершенно права, – согласился он, и мне стало еще больнее. – До того как мы с тобой познакомились лично… – он вдруг тихо рассмеялся, словно что-то припомнив, – и какое-то время после, я действительно планировал расторгнуть тот договор. И да, это, разумеется, возможно. Сложно, но возможно.

– Ну слава Аминтору! – воскликнула я, закатив глаза. Показывать ему, как я расстроена, нельзя. Ни за что нельзя! – А то я уже начала переживать, что мне действительно придется выходить за тебя замуж!

Кажется, он обиделся… Нахмурился и продолжил тем же спокойным, твердым тоном:

– А потом я узнал тебя поближе.

И вдруг, без какого-либо высокопарного пафоса, без тени сарказма, признался:

– И мне захотелось тебя себе.

– Я же не Пушик… – ошеломленно сказала я.

– Ты – Эльза.

Дракон подошел к кровати и опустился передо мной на корточки. Как тогда, около башни. Нежно провел пальцами по моему подбородку, коснулся губ и тут же убрал руку.

– Эли… Я понимаю, ты ждешь от меня признания в высоких чувствах, – сказал он мягко, и вот теперь в его голосе звучала легкая ирония. – О любви и прочем…

– Не жду! – поспешно замотала я головой, нервно хихикнув. – Я с недавних пор к такому очень настороженно отношусь.

Зеленые глаза словно заглянули мне в душу.

– Вот и прекрасно. Я не верю в любовь, которая вспыхнула за пару недель. Разве что влюбленность, которую кажется, испытываю к тебе.

Что он сказал?!

– Я верю в любовь, которую можно создать самим за годы, – продолжал Эрдан, не отводя взгляда. – И я готов вложить в это силы и время – с тобой. А ты? – Он прищурился, и в его глазах появилась опасная решимость. – Ты хочешь попробовать создать со мной любовь?

Слова дракона эхом отдавались в моей голове, и что-то сжалось в груди. Наверное, все мои страхи и сомнения – они сжались в маленький и совсем неважный комочек. И я поверила.

– Да, я хочу попробовать, – прошептала я почти беззвучно.

Он молча смотрел на меня, будто не осознав услышанное. А затем, видимо не удержавшись, вскочил, поднял меня на ноги и поймал мои губы.

Это был нежный поцелуй. Но очень… настойчивый. И такой сладкий…

Мир вокруг меня опять исчез. И с ним исчезли все мои тревоги, все переживания. Остался только этот мужчина, его тепло, его руки, обнимающие меня так крепко, словно не собирались отпускать уже никогда. И целовал он так, что казалось – пытается запечатлеть меня в своем мире навсегда.

А потом, оторвавшись от моих губ, дракон на мгновение закрыл глаза, словно наслаждаясь моментом, и прошептал, прижимая меня к себе еще крепче:

– Это хорошо, что ты согласилась.

– А если бы нет? – выдохнула я.

И тут же увидела и услышала перед собой привычного лорда Сиера.

– Тогда пришлось бы долго уговаривать, но я бы справился, – с ленцой сообщил он, прищурившись. – А ты думаешь, что, получив отказ, я бы спокойно развернулся и ушел?

Вот что ему ответить?

– Ну да, – кивнула я. – Правда, потом наверняка бы все равно вернулся.

– В общем, ты правильно сделала, что согласилась, – подытожил этот… чешуйчатый… впрочем, уже жених. Мой жених. – Не придется бегать туда-сюда, сэкономим массу времени.

И мы дружно рассмеялись.

А я подумала: что ж! Если он готов создавать любовь – то и я смогу. С ним. И мы совершенно точно справимся.