Глава 12

Волосок, вроде бы случайно прилепившийся так, чтобы перекрывать замочную скважину, был на месте, ключ повернулся в ней легко, дверь тоже распахнулась ни за что не зацепившись. – Ф-фух, – не сдержалась Майя, увидев, что и на столе все ровно так, как было до ее ухода. – Я правильно понимаю, никакие гости сюда не ломились? В том числе и лохматые? Через окно, например? – Эти окна не открываются и, считай, не бьются. Что-то важное нашла? – приветствовал ее Второй, явно имея в виду карточку, которую она продолжала не задумываясь крутить в пальцах. – Ну как тебе сказать… – на записку она глянула так, словно видела ее впервые. – Презент мне вот преподнесли в виде цветочков. А к ним еще и послание с подписью. – Процитируешь? Майя процитировала: – «В благодарность за трогательную заботу о нашем здоровье. А и В». – Могу поспорить, что А к этой благодарности никакого отношения не имеет. – Комментарий у помощника вышел нарочито ровным. – И автором как идеи, так и ее воплощения был исключительно В. – Уверенность твоя держится на выписке из его личного дела? – хмыкнула она, броском отправляя карточку в урну возле стола. – Конечно. Так будешь спорить? – Не буду. – Вместо этого Майя предпочла сменить тему: – А из нашего улова удалось хоть что-нибудь полезное выудить? Или зря старались? – Удалось, – охотно поддержал ее попытку Второй. – Анализ пока не закончен, но почему тот системник хотели именно уничтожить, я, кажется, уже нащупал. Минут за пять до вашего появления в приюте с него через удаленный доступ заказали пару билетов. – И? – не поняла она. – Можно ж было просто стереть потом этот заказ, не разнося машину на винтики? – Можно. Но трудно и совсем не быстро. Куски информации раскидало по разным директориям – там одно, тут другое… Если собирались оборвать все концы да еще и с полной гарантией, разбить системник в самом деле было и проще, и надежнее. Но, повторяю, я пока не закончил с анализом, возможно найдется и еще что-то. – Надо же, удаленка на этом древнем ведре с программами… Кто бы мог подумать? – и вдруг спохватилась: – Погоди, а билеты-то куда? И на чье имя? – В Вену, – в машинном голосе загадочным образом проклюнулось одобрение – не иначе тому, что вопросы, наконец, стали толковыми и по существу. – Улететь туда ближайшим рейсом должны были госпожа Гриффитс и ее секретарь. – Ага-а… – Майя почти услышала щелчок, с которым очередной кусочек мозаики встал у нее в голове на положенное ему место. – Значит все-таки австрийцы? И не дожидаясь вопросов, выложила Второму весь свой разговор с Юханном. – То есть совпадением заказ билетов в Вену и этих загадочных иностранцев ты не считаешь? – уточнил Второй, чтобы даже теоретически не оставлять никакого недопонимания. – Нет. И тебе не советую – боюсь, в нашем тухлом деле совпадений вообще быть не может. Когда рейс? – развернулась она к выходу из номера, быстро прикидывая, что будет лучше: звать парней сюда или спуститься к ним самой. – Не дергайся, рейс уже улетел. – Как?! – вырвалось у нее. – По расписанию. Семнадцать… нет, уже восемнадцать минут назад. Но что интересно, ни наша примечательная парочка, ни кто-либо на них похожий, на борт так и не поднялся – если, конечно, верить тем копиям судовых документов, что остались в порту. – В случае системщика я бы не стала им верить вообще. – Оставалось лишь привычно восхищаться Вторым, успевшим не только сообразить, что такая проверка лишней не будет, но и провернувшим ее параллельно с основным анализом данных. И определиться, наконец, с собственными планами, шагнув к выходу. – А уж в случае господина Петера Гриффитса так особенно. – Возможно, – спорить с ней помощник не собирался. – Но не суетись, говорю, – смысла в этом больше нет. Следующий более-менее подходящий гелик в том направлении теперь будет только ночью, причем лететь придется с пересадкой. Три билета вам я уже организовал, вызвать теперь эту твою подмогу сюда? – Не надо. Делай что делаешь, я сама их сейчас приглашу. – Анализ никак не мешает мне скинуть господину Самсову пару строк на его мофон. – Не надо, – повторила она уже с нажимом. – Я все равно хотела глянуть, где именно они устроились. Так что заканчивай, мы скоро будем… Объяснять господину «В» куда ему следует отправить свои привычки мешать рабочее с личным, а заодно и свои букетики, Майя собиралась один на один, без свидетелей. Даже механических. И вдруг замерла, уже положив ладонь на ручку двери: мысль, мелькнувшая было в ресторане, наконец вернулась: – Лучше скинь Зарвицкому просьбу выяснить все возможное о господине декане Берлинской академии технических знаний, с которым я имела честь беседовать сегодня утром. Если, конечно, Дед сам давно не догадался это сделать. Нужна вся его подноготная, но особенно то, что связывает их с Мур: когда познакомились, где, через кого… И какое отношение он может иметь к рождению ее сына Петера. После чего быстро захлопнула за собой дверь уже снаружи. *** – Ага… – Первой, кого она увидела выскочив в коридор, оказалась девушка-горничная, высоко оценившая букет Вадима. Рядом с ней, словно собака к ноге, приткнулась узкая хромированная тележка со стопками белья и бутылочками чистящих средств на полочке ниже, а в руках позвякивала связка универсальных ключей от всех здешних дверей. – Вот вы-то мне и нужны. – Слушаю, – ожидаемо насторожилась та – постояльцы в глазах гостиничной обслуги люди непредсказуемые по определению. – Скажите, двести четырнадцатый номер, – вспомнила Майя цифры на бирке, что так старательно крутило ее «прикрытие» перед входом в ресторан, – это ведь второй этаж, правильно? Не то чтобы ее и в самом деле терзали сомнения, куда идти, но уточнить не мешало – время и вправду было дорого. – Да, – такому любопытству горничная удивилась не слишком, привычная, кажется, уже к любым вопросам. – Это на втором. И знаете, отсюда к нему спускаться лучше не главным лифтом, а вон тем, техническим, на котором вы в прошлый раз приехали. Не то придется сначала здесь пол-этажа пройти, а потом еще и внизу опять возвращаться. Тот номер – он почти под вашим. И вдруг предложила: – А хотите, провожу? – Да нет, не стоит, – улыбнулась Майя как можно теплей – девушка ей определенно нравилась. – Это ж наверняка уже не ваша… э-э… зона ответственности? – Нет, за второй этаж у нас Ангела отвечает. – Ну вот. Так что не буду вас отвлекать, но за совет спасибо. Взглядом в спину ее провожали до самого лифта – не тяжелым, а скорей любопытным, и чувство это пропало лишь когда позади сомкнулись автоматические двери. Но едва те снова открылись, у Майи возникло странное ощущение не дежавю даже, а того, что она просто никуда не уезжала. Такой же точно пустой и длинный коридор с серым мраморным полом, бежевыми стенами и рядами темных полированных дверей по обеим сторонам; такие же яркие полукружья электрических светильников между ними; такая же точно хромированная тележка горничной неподалеку… Да и девушка возле нее почти такая же – по крайней мере со спины. Та самая Ангела? Тихого шороха открывшегося лифта она, кстати не услышала. Слишком уж оказалась занята: вталкивала свою позвякивающую этажерку на колесиках внутрь одного из ближайших номеров по левой стороне, одновременно придерживая туго ходившую створку, чтобы та не наподдала сзади им обеим. Майя не задумываясь прибавила шаг, сообразив, что горничной явно не хватает рук и собираясь чуть придержать ей дверь… И резко замерла на полушаге, наткнувшись взглядом на латунно-блестящие циферки у той над головой. Двести четырнадцать. Номер, где должны были остановиться Андрей с Вадимом. Но это что ж, выходит, их там сейчас нет? Если пришла обслуга? Секунду спустя стало ясно, что все-таки есть. – В чем дело? – недовольно поинтересовались изнутри, когда Ангела уже почти справилась с задачей. Но от неожиданности выпустила створку и свой пинок они с тележкой все же получили, да так, что конструкцию из хромированных трубок развернуло и заклинило поперек входа. – Ой! П-простите… – голос у девушки оказался низковатым, с заметной хрипотцой. – Но вас разве не предупредили, что номер еще не совсем готов, а на постелях требуется сменить белье – его наконец-то привезли из прачечной? И ключ вам выдали лишь потому, что вы настаивали? – Ах, да, – донеслось в ответ уже более мирно. – Предупредили. – Я могу сделать это сейчас? Или прийти позже? – Делайте, – Майя, наконец, сообразила: говорит Андрей. Так вышло, что его немецкий она сейчас слышала впервые. – Только побыстрей. – Да, конечно, – засуетилась все еще растерянная своим промахом горничная, непонятно как умудрившаяся пропустить приход постояльцев. Дернула было застрявшую в дверях тележку, сдвинуть не смогла и в итоге просто сняла с нее стопку белья, торопливо канув с ней внутрь номера. И так и не заметив Майю, прижавшуюся к стене за оставшейся приоткрытой створкой. Зачем понадобилось это делать, она и сама бы сейчас не объяснила, но… захотелось и все. А вот светиться лишний раз, наоборот, не хотелось категорически – лучше бы погодить, пока горничная закончит и уйдет. – Так вот, Вадя, – Андрей перешел на русский и настолько сбавил тон, что из коридора его теперь было едва слышно. – Цветы, пирожные… Ты рехнулся, я тебя спрашиваю? – Ну почему ж рехнулся-то? – ответ Вадима прозвучал чуть громче и сильно вальяжнее. – Съесть свой десерт в ресторане она не успела, так что наверняка будет рада. Не, ну сам понюхай как пахнет… Хотел бы я видеть барышню, которая перед таким устоит. – Точно больной, – Андрей, в свою очередь, тоже чуть повысил голос. – В общем так, довожу до твоего сведения: пока ты там строил глазки сестричке в процедурной, я сделал пару звонков и выяснил, что за пташка угодила под нашу с тобой опеку. Не поверишь! – Почему не поверю? Не знаю как тебе, а мне давно ясно – это кто-то сильно непростой. Там же прям на личике выписано, насколько наша девочка привыкла, чтобы вокруг все прыгали по первому щелчку ее пальцев. – Вадим вдруг хмыкнул: – Но я-то как раз и хотел попробовать свои шансы в этой лиге. – Это Мария фон Гуттен! Какие шансы, очнись? – Даже так? – прозвучало оно скорее мечтательно, чем испуганно. – Ну надо же… – Короче, сворачивайся со своими грандиозными планами, пока цел. Забыл, как в прошлый раз лишь чудом обошлось без пометки в личное дело? Или все-таки не обошлось? – Не дергайся, нет там ничего. Что нам сегодня любезно и продемонстрировали, даже просить не пришлось. – Продемонстрировали тебе один абзац, олух. То есть далеко не все! В любом случае я бы на твоем месте рванул от этой девицы как святой по воздуху… – С какой стати? – тон у Вадима стал вдруг резким и деловым. – Полагаешь, я мечтаю до самой пенсии мотаться вот так по городам и весям? Таская каштаны из огня хрен знает для кого, пока пулю в лоб не поймал? А для мужа нашей Маши уж наверное найдется какой-нибудь кабинетик в Петербурге – посолиднее и поспокойнее. Как думаешь? И не дожидаясь, что ему на это ответят, вернулся к прежней манере: – Андрюх, если поможешь, я и о тебе не забуду. Понимаешь? Майя осторожно отклеилась от стены и тихо, стараясь не фыркать от смеха, вернулась к лифту. И тут, черт побери, пирожные! Они там сговорились, да? Или на ней где-нибудь написано, что она такое любит? Надо бы у Второго спросить, пусть посмотрит повнимательнее, а заодно стереть поможет, если вдруг так и есть. А вот что насчет мальчиков он оказался прав, говорить как раз-таки не станет – помощник и без того уже больше напоминает доброго дядюшку, чем прибор. Идеальных людей в самом деле не бывает – это она ему уже говорила, повторять необязательно. Просто при дальнейшем общении с приставленной к ней «подмогой» надо будет держать в голове кое-какие детали, автоматически делая на них поправку. Вот и все. Дверцы не успевшего еще уехать лифта открылись и закрылись все так же тихо – покой постояльцев у администрации отеля был явно в приоритете. Но пока кабина неспешно поднималась на шестой этаж, настроение у Майи успело поменяться. А чего, собственно, она сбежала-то? Зачем? Ябедничать на свое прикрытие ни Второму, ни тем более Деду планов у нее точно нет. Да и о чем, собственно? Ничего страшного не произошло и неизвестно, произойдет ли? Особенно если Андрей сумеет-таки вправить мозги напарнику, на что был решительно настроен. Даже в плане потери осторожности проколов у них пока не случилось – если по большому счету. Ну пошептались пара иностранцев на родном языке о чем-то личном в присутствии местной горничной – эка невидаль? Тех иностранцев в гостинице вообще половина, если не больше. Разных. Но вот позволять ребяткам и дальше резвиться за ее счет в том же ключе, вряд ли разумно. И поскольку до них по какой-то причине не донесли, что именно они должны делать, придется озаботиться этим самой. Нет, какие-то резоны скрытничать и не давать им полной информации у Доньева наверняка были… Можно даже предположить какие именно… Но сейчас оно явно начинает мешать, и ситуацию все-таки придется прояснить. А вот каким образом Майя это сделает – теперь исключительно на ее усмотрение. Раз уж кое-кто здесь так роскошно подставился и руки у нее, считай, полностью развязаны. Двери лифта открылись, кажется, раньше, чем кабина успела остановиться, и Майя чуть не шарахнулась назад, сообразив, что перед ними кто-то стоит. Но разглядев знакомую горничную шестого этажа, поняла: ее неожиданная визави умудрилась испугаться еще больше. – Ага, вот вы-то мне и нужны, – от повторения давешняя Майина реплика ничего не потеряла, наоборот, вышла даже более радостной. – Скажите, а эта Ангела, о которой вы упоминали, она давно здесь работает? – Э-э… – судя по лицу, ожидала та от постояльцев все-таки не всего. Иногда у тех получалось выдать что-нибудь совсем уж удивительное – вот как сейчас, например. Но справилась с собой все равно быстро: – Давно. Дольше меня даже, а я здесь уже второй год убираю. Ну да, на подсадную эта Ангела точно не тянет, как она и думала. А раз так, чего б не повторить и еще одну прекрасно сработавшую идею? – Не знаете случайно, она пирожные любит? – Э-э-э… – вторая пауза у горничной вышла даже выразительней первой. – Н-наверное… Хотя… Да, точно любит. – Отлично! – и она вновь нажала на кнопку с цифрой «два», наслаждаясь выражением лица вконец ошарашенной горничной, так и оставшейся стоять перед лифтом с чуть приоткрытым ртом. Даже жалко стало, что створки между ними сомкнулись настолько быстро. Впрочем, главное развлечение ожидало Майю впереди… На этот раз соблюдать тишину в коридоре не требовалось. Наоборот, специально задев плечом послушно громыхнувшие автоматические двери, она деловито простучала каблучками туфель до нужного ей номера, и когда на шум из его глубины высунулись одна за другой обе физиономии ее «подмоги», кивнула на перекрывшую вход тележку: – Можно это отсюда убрать? – Общаться Майя предпочла сейчас по-немецки. – Конечно, – Андрей в одно движение выдернул застрявшую конструкцию из дверного проема и развернул вдоль стены. – Что-то случилось? – В смысле, случилось? – приподняла она брови, заметив, наконец, и третьего зрителя: появившуюся из спальни горничную со стопкой белья, которое та уже успела сменить. – Мы ведь договорились, что я зайду к вам сюда обсудить предварительно кое-какие пункты соглашения с концерном. Забыли? – Нет, – подыграть ей Андрей сообразил, хотя, сдается, и не понял, зачем это нужно – Ангелу в качестве подсадной он тоже не рассматривал и бестолку перестраховываться не собирался. – Не забыли, разумеется. – Просто не ждали так быстро, – подключился Вадим. – Но подготовиться успели – вкусненького, вон, из ресторана попросили доставить. – А, так вот что это тут столь назойливо ароматит, – недовольно повела Майя носом, уперлась взглядом в коробку с пирожными и сморщилась еще больше: – Подождите, – остановила она девушку, успевшую сгрузить белье на нижний ярус освобожденной тележки и нацелившуюся под шумок удрать подальше от странной компании. – Это тоже отсюда заберите, пожалуйста. Можете выбросить, можете оставить себе – как хотите. И вдруг словно спохватилась: – Или лучше поднимитесь с ними на шестой этаж… Вы ведь знаете тамошнюю горничную? – Лотти? – Наверное. Так вот, у нее в чуланчике сейчас букет стоит – почти такой же назойливо ароматный. И чайник я там видела. Ну вы понимаете, да? Устроите себе минутку отдыха… – Понимаю. – Вопреки сказанному, понимала та, похоже, лишь одно – над кем-то сейчас здорово издеваются, и хорошо, если не над ней. А потому предпочла послушно подхватить коробку с полудюжиной разнообразных кремовых «корзиночек», сгрузить ее на тележку и побыстрей выкатиться в коридор. Майя невольно хмыкнула, оценив скорость, с которой захлопнулась за той дверь, и лишь потом обернулась к парням: Андрей смотрел совершенно непроницаемо, а вот Вадим прищурился. Сказала бы даже, зло – владей тот лицом чуть похуже. – Ну что, господа дегустаторы, – щуриться Майя тоже умела, – не пора ли уже делом заняться, а не… вот этим вот всем? У меня для вас новости.