Глава 24 · О том, к чему приводит дружба народов

«Невеста, одетая в традиционный ало-чёрный сарафан, с рубиновой короной на пламенеющих волосах, уложенных по-эльфийски, в знак уважения к новой фамилии, была обворожительна. Красавец жених, одетый по-эльфийски, был опоясан гномской перевязью с фамильным мечом Горни, которым он с сего дня по праву владел. Эта свадьба стала непревзойдённым событием года, и хотя вступление в брак её величества – это, без сомнения, первейшее из событий этого года, осмелимся сказать, что эпохальное бракосочетание эльфа и гномки стало вторым по значимости, но не по размаху».

Журнал «Светская хроника».

Миррей и Корнелиус наслаждались медовым месяцем с того самого вечера в кабинете её величества и мало заботились о приготовлениях. Разумеется, этикет подробно описывал порядок вступления в брак вдовствующей королевы с лердом хоть и хорошего рода, но не королевского, посему все хлопоты взяли на себя придворные соответствующих должностей.

Церемония была куда проще, менее официальной, чем при браке двух особ королевских кровей, и не требовала обязательного присутствия монархов других стран. Однако коллеги почтили королеву Миррей и её супруга и прибыли с дружественными визитами примерно за неделю до дня заключения брака, сопровождаемые цветом своего дворянства.

Началась череда парадных обедов, балов, пикников, верховых прогулок и молодецких игрищ. Молодые эльфы нервно вздрагивали, когда орчанки приглашали их танцевать, лихо флиртовали и даже пытались приставать. Самые смелые эльфы, однако, не терялись и шли на абордаж. Множество эльфийских матерей свалилось в обморок от перспективы заполучить в невестки особу, днём щеголявшую в кожаных штанах в обтяжку, с арканом на поясе, а вечером являвшуюся на бал или приём в наряде, похожем на одежды одалиски. В аптеках продажи нюхательных солей возросли в разы!

Оборотни принюхивались к аппетитным гномкам и людинкам, и даже к тем эльфийкам, что были покорпулентнее. Трепетные девы вздрагивали, закатывали глаза и томно вздыхали, когда мимо, поигрывая мускулами, проходили колоритные самцы, выглядящие точно, как волки на охоте. Свободолюбивых орчанок двуликие взаимно недолюбливали, но до открытых стычек и те, и другие не снисходили.

Гномы и люди негласно решили, что они, как самые разумные и неподверженные природным инстинктам, должны держаться вместе. Было заключено множество взаимовыгодных контрактов, в том числе брачных.

На свадебном пиру появился ещё один гость. Именно появился – никто не видел, как он прошёл в парадный зал. Просто возник ниоткуда прямо перед тронным возвышением, дерзко поклонился королеве, нагло улыбнулся принцу-консорту и преподнёс в качестве подарка варварски-роскошное ожерелье из белого золота, изумрудов и опалов.

– Миль-Авентис, – милостиво кивнула Миррей, не отказав себе в удовольствии окинуть визитёра чисто женским взглядом. – Благодарю за подарок от себя и супруга.

– Ну, это лишнее, – махнул рукой дракон и взглянул на Корнелиуса. – Ведь ваш супруг не испытывает благодарности ни на иголочное ушко.

Магистр усмехнулся, хоть и имел вид суровый и неприветливый, встал с кресла и подошёл к гостю, чтобы поздороваться за руку. Неловкая пауза была забыта.

– Как вам наш праздник? – поинтересовалась королева, когда магистр вернулся в кресло.

– Скучно, – пожал плечами дракон. – Ничто не ново в этом мире, знаете ли. Гостей ваших перессорить, что ли? Глядишь, война какая-нибудь, битвы, сражения… То одной стороне поможешь, то другой.

– Нет, – её величество так шлепнула ладонью по подлокотнику трона, что ближайшие к ней танцующие пары вздрогнули и потанцевали подальше. – И думать не сметь!

Дракон сделал вид, что напуган и оскорблен, но глаза его смеялись. Выглядело это так, как если бы гигантский хищный скалозуб притворялся испуганным.

– Ректор Королевской академии магии подал в отставку, – вмешался магистр равнодушно. – Я думал занять его место, уйдя с должности королевского мага. Но теперь нужно искать кого-то опытного и компетентного на эту важнейшую для королевства должность. А также сильного, властного и хладнокровного.

– Безусловно, – горячо поддержала Миррей супруга.

– Я достаточно властный и хладнокровный, но учить балбесов магии? – скептически протянул Миль-Авентис. – Увольте.

– Множество приятных бонусов, – словно не слыша, протянул Фрай. – Жалованье золотом, всеобщий почёт. Молоденькие студентки на любой вкус, наконец.

– Студентки? – нехорошо протянула королева. – А ты хотел стать ректором?

– Дорогая, – мягко улыбнулся Корнелиус, беря супругу за руку и прикладываясь к ней поцелуем. – Сейчас речь не обо мне.

– Да-да, – прервал дракон любовные игры молодоженов. – Молоденькие студентки. Очень интересно. На самом деле нет, но я, пожалуй, подумаю. Ректором я никогда не был. Скажите, а в качестве дополнительного бонуса я смогу испепелять нерадивых студиозусов? Ну, или в камень превращать, как в старые добрые времена?

– Ни в коем случае, – запретила королева появление новых архитектурных объектов. – Но у меня есть, что вам предложить взамен. Возьмите в качестве преподавателей Горни-Вудхаусов, обоих.

– Да, в этом случае развлечения вам будут гарантированы, – согласился мэтр, понимающе переглядываясь с Миррей.

– А если нет, я их сам себе гарантирую, – мило улыбнулся дракон.

– Тогда договорились. Уважаемый Миль-Авентис, прошу вас, развлекайтесь, – королева сделала приглашающий жест. Дракон понимающе оскалился и растворился в толпе.

– Значит, студентки, – прищурилась Миррей, показывая клычки, в то же время нежно обнимая супруга за талию.

– И в мыслях не было, моя королева, – поклялся магистр, увлекая её в танец, благо, распорядитель только что объявил тустеп.

– Если ты только посмотришь в сторону другой женщины, – королева впилась ногтями в его руку. – Клянусь, я заведу гарем, – тут оркская кровь возликовала, и даже эльфийская заинтересованно хмыкнула.

– А если ты ещё хоть раз взглянешь на этого дракона с таким интересом, я покажу, почему ношу звание магистра с двадцати лет, – в свою очередь сверкнул глазами Фрай.

– Ты так восхитительно ревнуешь, – Миррей на мгновение в танце прильнула к нему. – Накажешь меня?

– Наказывают только плохих девочек, – намекнул Корнелиус.

– Я очень, очень плохая, – возбужденно дыша, поклялась королева.

Излучаемой парой страстью можно было освещать и отапливать пару городских кварталов.

* * *

Дракон Миль-Авентис согласился занять должность ректора и немало развлёкся, занимаясь делами академии (и студентками, а также студентами, но в чисто академическом смысле). Попутно совершил выдающиеся магические открытия (вернее, открыл другим расам ничтожную часть доступных драконам знаний) и немного снисходительно, но добродушно и близко общался с Горни-Вудхаусами, приглашёнными преподавать в академию. Студентки обожали мэтра Натаниэля и побаивались мэтрис Эбигейл. Студенты… тоже обожали мэтра Натаниэля и побаивались мэтрис Эбигейл, а также тайком восхищались, особенно когда бывали на практикумах в катакомбах, на нижних уровнях. Верхние уровни стали совсем приличным местом, куда водили школьные экскурсии и где укрывались от посторонних глаз влюбленные парочки.

* * *

В положенный после свадьбы природой срок Эбигейл разрешилась двойней. Разумеется, рыжей девочкой и белокурым мальчиком. К этому времени у Эби, конечно же, уже родился брат, а у Натаниэля сестра. А в следующем году леди Агнес разрешилась девочкой, леди Элинор – мальчиком. Эбигейл через несколько лет опять подарила мужу королевскую двойню.

Все, как и должно быть в приличной сказке – как в прянике, щедро залитом самой сладкой глазурью, чтобы вкусивший до конца уходил с блаженным и слегка переевшим видом.

Родные и знакомые со временем стали замечать, что Эбигейл становится менее вспыльчивой, а Натаниэль – не таким замороженным. Этому очень способствовало родительство, как известно, воспитывающее в отцах и матерях одновременно терпение и вынужденный энтузиазм.

Ко вторым родам молодые переселились из дома Горни, где жили с самой свадьбы (о, как бранился и негодовал по этому поводу папа Вудхаус!), в свой собственный, расположенный на окраине Веншица, среди зелени и подальше от заботливых родственников.

Однако, поскольку Натаниэль и Эбигейл самоустранились, не выдержав отцовского напора, лерды сами руководили его строительством. И здание вышло не похожим ни на одно другое в королевстве и одновременно походило на все дома одновременно, так как отцы решили взять всё лучшее, что только было в архитектуре. Множество башенок, колонн, скульптур, галерей, балконов сочетались самым причудливым образом. Внутри была мешанина стилей и вкусов, но в ней почему-то была особая притягательность и уют.

А уж как любили этот дом дети! Ведь в нем было столько укромных уголков и для тех, кто любит шумные игры, и для тех, кто предпочитает хорошую книгу и одиночество. Поросенок, подаренный кузеном Винни, вырос, превратился в поджарого пятнистого свина по имени Пятнышко и с упоением принимал участие в детских забавах.

Дела молодой фамилии Горни-Вудхаус процветали. На том же участке, на котором стоял их дом, была построена самая современная амулетная мастерская, и Эби, не справляясь одновременно с обязанностями и матери, и мага-амулетчика, и преподавателя, брала учеников и учениц. А с другой стороны возвышалась лекарня для животных и школа лекарей, которых Натаниэль обучал себе в помощники – потому что он тоже очень серьезно относился к своим обязанностям отца и не хотел пропускать взросление детей.

Иногда, правда, Эби и Нат отдавали детей бабушкам и дедушкам, к дядям и тетям того же возраста, и вся развеселая банда перебегала через площадь от дома Горни к дому Вудхаусов и обратно по десять раз на дню. А счастливые родители устраивали себе несколько дней отдыха – ровно столько, сколько требовалось, чтобы в ушах перестало звенеть от детских громких игр.

* * *

– Я убью тебя, гадкое животное! – разнёсся над лужайкой голос Эби. – Вудхаус!

– Милая, угрозы я слышу от тебя не впервые, но обзывать меня гадким животным – это чересчур, – крикнул в ответ Нат из дверей лекарни.

– Не ты гадкое животное, – гномка, пыхтя, волокла из кустов за рога упирающегося козла. – А вот эта скотина! Он сожрал все мои заготовки на амулеты. Не знаю, отчего ты его лечишь, но так жрать – это какое здоровье надо иметь!

– Я его как раз лечил от непроходимости кишечника, – кротко сообщил муж. – И он должен был быть в загоне, но сбежал. Лови его!

Козел, воспользовавшись диалогом между нежными супругами, взбрыкнул и вырвался. Он набрал скорость, твердо вознамерившись спастись, сотрясая землю, проскакал до изгороди, и взмыл в воздух не хуже пегаса. Но откуда-то со стороны прилетели две цветные молнии, и он замер в полете, причудливо-горделиво изогнувшись прямо над кустами шиповника.

– Смотри, – Эби, ставшая слегка сентиментальной после удвоенного кормления грудью, смахнула слезу, – у младших тоже стихийно проснулись магические способности!

Два ушастых и невысоких урагана – рыжеволосая и белокурый – бежали по траве к ним, хохоча и стреляя разноцветными зарядами.

– Ложись! – предусмотрительно крикнул Нат, и счастливые родители, привычные ко всему, упали в траву. И оттуда уже предприняли воспитательно-блокирующие меры.

Счастье – оно такое. Иногда может и зарядом по голове угостить.

Ирина Котова, Валерия Панина, лето-осень 2021