Глава 34

Под конец речи он в очередной раз вышел из себя и заполыхал ярче Ирии. А ещё Сай метнул Шиор, объятый пламенем, который пронесся в лес, как огромный метеор с жуткой скоростью.

— Так ещё и эти уроды лезут постоянно отовсюду, как тараканы! — дикий грохот от поваленного дерева, которое рухнуло в тот момент, когда кинжал пронзил орка и воткнулся в кору, разнесся по тихому лесу… Спокойствие в котором нарушали до этого только мы, нашей «дружной компанией» — своей бесконечной хаотичной беготней по округе и постоянными воплями.

А я стояла и желала оказаться где-нибудь подальше от Сая и леса, чтобы спокойно всё обдумать в тихой обстановке. Потому что мысли то разбегались в разные стороны, то тонули в черноте, а затем меня захлестывали чувства и эмоции.

В общем, от моих размышлений толку сейчас было не то что ноль. Наоборот, чем больше я пыталась сосредоточиться, тем всё становилось только хуже. И для меня, рассудительной девушки, которая всегда четко ставила цели, целенаправленно шла к ним, и была невозмутимой, выдержанной и спокойной, это было настолько непривычно, насколько и невыносимо!

— Как ты их чувствуешь? — вместо того, чтобы обсудить наши отношения, задать тысячу вопросов и бросаться обвинениями, спросила я, логично размышляя, что это сейчас куда важнее. — И почему я не ощущаю? Ладно ещё Шэйн — он по запаху, у оборотней он намного более чуткий, чем у других рас. Но ты ведь демон. Или ваше обоняние не уступает их? А может, ты скрывал, что обладаешь силой Хаоса? Сейчас я этому уже совсем не удивлюсь.

— Снова одни вопросы… — Сай тряхнул руками, сбивая с них пламя. — Ты всегда была такой. Но тогда, я думаю, это было из-за твоего юного возраста — желание познать мир свойственно всем малышам. Однако… однако ты всё ещё любопытна.

— А по существу можно? — чем дальше я от него находилась, тем легче мне было, и сарказм вылез наружу, причем в крайне обостренной форме.

— Я и излагаю только по существу. Расскажу ещё об одном «подарке» Эллиании. Дар Смерти. Я могу теперь подчинять и эту силу. Не желаю, но она порой просто заменяет мою родную огненную стихию. Однако это к делу не относится. По поводу Смерти — она «граничит» одновременно со Светом и Тьмой. Можно даже сказать эта сила является пограничной между ними. Именно поэтому я с такой легкостью ощущаю эманации Хаоса и заклинаний этой школы.

— Почему Богиня одарила тебя им? И… зачем она так поступила? — я сделала очередной разумный ход: отошла от демона ещё немного дальше, встав рядом с оборотнем, который до сих пор изображал гусеницу в коконе. И мысли сразу ещё больше прояснились.

Интересно получается! А ведь тоже самое и в Академии было: когда его не было рядом, со мной было все в полном порядке, а когда поблизости — кранты моим мозгам и извилинам. И всё это удивительным образом вписывается в его объяснения и звучит вполне себе логично.

Проклятье! Какое логично?! Столько раз я с ним сталкивалась лицом к лицу и не признавала! И это я говорю про того, кого я люблю! Того, кого жаждала увидеть и обнять долгие десять лет… И который фактически признался мне в любви! Великая Эллиания, почему ты сотворила это с нами?! Я ведь так мечтала о том, чтобы мы были с Сайшоэром вместе, чтобы он полюбил меня! Я столько грезила о мгновении, когда бы демон мне признался! И он ведь это только что сделал… А что сейчас?! Что мне делать, что думать и как поступить? Почему внутри творится такой невообразимый хаос… и бушует желание забыть обо всем, что демон сказал, не вспоминать про печати истинных и… даже его любовь! Которая, вероятно, тоже такая же ненормальная, как и моя. Эллиания!

А ещё я никак не могу понять то, почему он скрывал свою личность от меня. Ох-х! И убить хочется, и обнять! Ведь… если Сай сказал про какую-то печать истинных — являются ли мои желания настоящими? Является ли любовь «моей»? Трижды проклятье! Как же всё невероятно сложно! И как же тяжело сейчас сосредоточиться!

Сделав ещё шаг назад, встав позади Шэйна, я, смотря на мужчину, попыталась сравнить его облик с ликом Сая, который видела в последний раз перед разлукой. Но чем больше я старалась вспомнить лицо крестного, которое, как я думала, запомнила в нашу последнюю встречу десять лет назад, тем больше черты лица расплывались и только нежность его взгляда и улыбки были все такими же четкими.

Запрокинув голову, мужчина некоторое время смотрел на голубое небо, будто следить за редкими белоснежными шапками пролетающих облаков это невероятно интересное занятие, а затем, вздохнув, наконец ответил, так и не посмотрев на меня:

— Почему Боги так поступают, они не объясняют.

— А почему… почему она именно нас одарила этими печатями? — как же хотелось сесть рядом с Шэйном, закрыть глаза, уши и… Уснуть. А когда я бы проснулась, чтобы всё это: признания мужчины, моя несусветная глупость и беготня по лесу, оказалось лишь дурным сном!

— Полагаю, что она хотела сделать мне «подарок», подкупить таким образом. Обещала истинную — вот и исполнила, а отвертеться от такого дара невозможно. И теперь, мол, твоя очередь служить мне и отрабатывать дар до скончания веков. Но таковы только мои предположения. Деяния Богов для меня и моего разума неподвластны. Что касаемо меня — я от неё такого «подарка» не просил. Но и отказаться мне не дозволили. Так же, как я уже сказал — и от второго подарка тоже нет избавления, наоборот, дар Смерти постепенно поглощает мою родную силу огня.

— Прекрасно, — я взмахнула руками, отмахиваясь не только в мыслях от того, что сказала. — В смысле — понятно. Что ничего не понятно! Значит, ты все эти годы путешествовал? А мои родители… они знали об этом?

— Теперь можно уже точно сказать, что просто бесцельно бродил. И да, твои родители были обо всём в курсе. Зачем и куда я направился.

— Но почему они мне ничего не сказали?! — волна гнева на родителей за предательство ненадолго вспыхнула в глубине и её сразу потушила горечь из-за того, что они мне не доверились, не сказали правды. На них я позволю себе злиться только после того, как сама поговорю с ними и всё выясню. Они никогда не желали мне плохого, и сильно сомневаюсь, что в этом случае ими могли руководить какие-то дурные помыслы.

— Потому что я буквально умолял их этого не делать! — рыкнул демон, объятый злостью на самого себя. — Я вообще не хотел, чтобы ты знала о какой-то печати. Думал, удастся снять её с тебя до того, как откроется неприглядная истина. Но сейчас у меня уже не осталось выбора — ты должна всё знать. Должна понимать, откуда у тебя эти неестественные и непонятно откуда взявшиеся ко мне чувства.

— А зачем ты в первую нашу встречу представился ректором?

— Первую ли? — он хмыкнул, и кривая ухмылка исказила его губы.

После чего он произнес заклинание призыва Шиоршана и Шиора, вытер появившиеся в его руках мечи о свои брюки и, подойдя ко мне на расстояние вытянутой руки, протянул их.

— Возьми, дева, храни у себя пока. Если они мне понадобятся, я призову братьев.

Нехотя взяв клинки, убрала их и снова ретировалась подальше от демона. Пока я это делала, естественно, отвлеклась. А когда снова посмотрела на Сая — его нигде не оказалось. Зато вместо него прямо на Шейне сидел крайне недовольный Кэлл только с рожками! Сам пушистый Император с густой шелковистой черной шерсткой, длинным шикарным хвостом и красными глазками во плоти!..

— У… убить бы! Прямо здесь, чтобы, действительно, не мучился больше! — черная молния невольно сорвалась с моих пальцев и ударила в землю рядом с котом. И не сиди он на несчастном оборотне — точно бы жахнуло по пушистой шкуре, хорошенько её прожарив. — И зачем весь этот идиотский маскарад и обман был нужен?! Для чего? Отвечай!

— Вот мы и подошли к самому важному, — изрек «Кэлл», и теперь уже на этой милой мордочке вместо грустной задумчивости появилась ухмылка. И мне внезапно захотелось его взять и придушить.

— Да говори ты уже быстрее! — взъярилась пуще прежнего, но, чтобы мне хуже не стало из-за ярости на него, стиснула кулаки и зубы, гася пожар гнева внутри.

Вот как так получилось? Чтобы пройти «путь» от любви, которой я отдала десять лет жизни, до опаляющей и всепоглощающей ненависти мне понадобилось меньше часа. Как так вышло?!

— За два дня до нашей первой встречи, а именно — когда ты заперла меня в клетку, я экстренно вернулся в Сахайтэр, нашу столицу. Причина тому — мой… сон, в котором тысячи разумных существ одновременно уходят за грань. Когда я осознал, что это не пустой сон, а видение грядущей ужасающей битвы, в которой никто не останется в стороне, даже мы, демоны, я оставил тщетные попытки избавиться от печати и переместился обратно на этот континент. Предупредить твоего отца, брата, своих собратьев. Чтобы мы начали готовиться. Первый день я посвятил встречам — с моими поданными, с Риаэном. На второй, проверяя, как обстоят дела в моем маленьком королевстве, понял, что юным демонам не хватает более разностороннего образования, которое мы сами своими силами по понятным причинам пока не можем обеспечить. Дабы исправить этот пробел и максимально их подготовить, я послал письма четырем правителям, чтобы они дали разрешения демонам обучаться в их главных Академиях. Не отправлял я только светлым, в согласии и лояльности которых и так полностью уверен. И все четверо сразу в тот же день дали свое безоговорочное согласие и выразили желание сотрудничать. Несмотря даже на одно необычное условие, которое было обязательным: наши представители должны были сами убедиться, что уровень образования в выбранных учреждениях находится на должном уровне. Все правители так жаждали заполучить наши знания, что дали нам полный карт-бланш: в случае, если нас что-то не устроит в образовательном процессе, мы могли бы это, естественно, предварительно обговорив, изменить. Даже ректора или преподавательский состав, дабы они соответствовали нашим стандартам и запросам. И когда передо мной стал выбор, куда должно отправиться мне… Я выбрал для проверки Академию Темных…

— Потому что там училась я?

— Да, — не отводя взгляд, ответил демон. — Я просто хотел проверить Академию, ну и заодно тебя. Просто поглядеть со стороны. Я не планировал даже приближаться и, конечно же, показываться тебе на глаза. Но… Но вышло как вышло — сначала у меня всё шло хорошо, и в этом облике я мог незаметно перемещаться по территории, наблюдая за занятиями, адептами. Но когда я направился к тебе — вылез откуда не возьмись ректор, ты зачем-то схватила меня и потом затолкала в клетку. Сначала я не хотел тебя подставлять перед ним и, поскольку проверка была тайной, выдавать себя, портя всё. А потом… Будучи заключенным в клетку, я не мог превратиться, не навредив себе. А открыл бы рот… в общем, как ты уже заметила, в облике «кота» я бываю крайне неприятной личностью. И это ещё мягко сказано. Ну а затем и гнусное желание меня осмотреть, как какое-то животное… Об этом ты тоже прекрасно знаешь. О чем не в курсе — что произошло, когда ректор к себе в кабинет меня переместил. Этот глупец, видимо, решил, что сможет совладать со мной, ну и вытащил меня. Я сразу же обернулся, но только не демоном, а тем, кого можно было принять за человека. И был полон решимости поговорить с ним по душам, указать на проблемы не только в Академии, но и в его отношении ко всему… Вот только Геонор то ли испугался моего превращения, то ли ещё что-то… В общем — пока я старался разговор завести, он попытался меня магией приложить. За что и поплатился. Я воин и атакую в ответ на рефлексах. И ты уже стала свидетельницей развязки той истории: когда я попытался спрятать тело ректора.

— А я думала, что вы… того, — вспомнив свои мысли в тот момент, я мрачно хмыкнула.

— Того?

— Не от мира сего! Возвращаемся к разговору! Зачем ты представился другим именем и сказал, что ты ректор? Ты ведь мог сразу рассказать мне всю правду! Ведь мог! Так для чего было устраивать этот балаган, чтобы потом ныть, что не было времени и возможности всё рассказать, а?!

— Я не ныл! Говорю же — всё пошло не так с самого начала! — расшипелся на меня Сай и воткнул длинные острые когти в несчастного Шэйна, который аж взвыл.

— Слезь с оборотня, пушистый гаденыш! — возмущенно зашипела я на него в ответ, переживая за друга.

— Потерпит ещё немного! Мы закончим, раз начали, и пока орки не спохватились и не выслали очередной развед отряд. Я не притворялся, сколько я должен это повторять! Как ты уже видишь — свой облик радикально я не менял, а не демонстрировал отличительные особенности своей расы только из-за ректора — ведь, когда ты меня увидела, у меня был только другой цвет глаз и отсутствовали рога… И, признаюсь, в первый миг я растерялся, когда узрел тебя на пороге. А когда понял по выражению твоего лица, что ты меня не узнала — посчитал, что оно и к лучшему…

— К лучшему?

— О, да… — потянувшись, изогнув спинку, «кот» сладко зевнул и внезапно начал с необыкновенным интересом рассматривать свою лапку, то выпуская длинные коготки, то снова их пряча, будто она и когти представляют куда больший интерес, чем наш разговор.

— И? Ты… Ты… Как же ты бесишь! — я скрипнула зубами.

— Да, я вижу, — важно изрек он и наконец-то перевел взгляд на меня. И меня окатило неприятным холодком — настолько ледяным и пронзительным было выражение его глаз.

Спрыгнув с оборотня, демон за пару мгновений принял свой нормальный облик и, надменно приподняв подбородок, замер, молча смотря на меня сверху вниз всё тем же жестоким взглядом.

А я молчать больше не могла:

— Десять… Сай, — мои губы дрогнули, и мне пришлось сжать руки в кулаки до боли, чтобы слезы не потекли по щекам. — Десять долгих лет я так ждала этой встречи. Я любила тебя. Я хотела спасти тебя… Все эти годы я фактически жила тобой… И ты всё это испортил. И, знаешь, любила я тебя не потому, что на мне какая-то печать. А потому что ты… ты всегда так нежно смотрел на меня, ты слушал меня и слышал. У тебя была такая обворожительная улыбка! Твоя забота обо мне, твоя, пусть и не мужская, но всепоглощающая любовь покорили меня. А сейчас я вижу перед собой чужака. Обманщика. Притворщика. Не вижу я в тебе того Сая, которого когда-то полюбила… Как же я мечтала услышать от тебя слова любви, сколько грезила о них. До этого момента. Сейчас же во мне бушует только злость и лютая ярость по отношению к тебе! И я безумно этому рада!

— Так и есть, дева…

Его голос прозвучал подобно металлу, такой же холодный и неживой, будто ни единой струны внутри него не задела моя пламенная речь. И это было странно! До этого он с таким пылом, такими эмоциями рассказывал о печатях… О любви ко мне, о том, что хотел бы завоевать меня! Словно сейчас передо мной не тот, объятый пламенем и яростью на Богиню и судьбу и желающий крушить всё вокруг из-за злости, демон. Совсем не тот мужчина, который был готов защищать меня любой ценой. Чужак. Что же изменилось за эти краткие мгновения и вывернуло всё наизнанку? Я уже ничего не понимаю!

Внезапно захотелось закричать на всю округу. Подойти к нему и влепить пощечину, чтобы он отмер и перестал изображать статую, заговорил, сказал хоть что-то…

И он сказал. И это стало очередным знанием, которое меня совсем не обрадовало, а, наоборот, только сильнее сбило с толку, а сердце — сжалось ещё сильнее…