Глава 29. Кир

Что у женщин за привычка такая дрянная — сбегать в любой непонятной ситуации?

У моего знакомого дочке четыре года, так вот эта мелкая зараза после своих пакостей постоянно бегает по дому и пытается спрятаться так, чтобы родители ее не нашли. Плакса явно старше, но побегать она тоже любит.

— Странные они, да, Илюх?

Мой мелкий активно кивает и продолжает катать машинку по полу, пока я делаю вид, что играю с ребенком, хотя на самом деле отвожу душу с каким-то трактором на радиоуправлении. Илюха вообще парень самостоятельный, так что на любую мою попытку присоединиться отмахивался, словно я назойливая муха. Пришлось развлекаться самому с собой.

У карапуза на лбу пластырь с цветными машинками, а моя помощница уже отсеивает для меня резюме претенденток на должность няни, потому что я не собираюсь давать второй шанс женщине, которая не способна нормально проследить за маленьким ребенком.

— Кир? Что ты здесь делаешь? Ты же должен быть на работе.

Эля появляется на пороге, а я не могу оторвать взгляда от жены, потому что впервые вижу ее такой — с убранными в хвост волосами, вроде бы без макияжа, в каких-то серых вытянутых штанах. Мой интерес связан с тем, что передо мной сейчас фактически полностью другой человек, та сторона Элли, с которой я не был знаком до этого, потому что она, видимо, считала, что перед своим мужиком надо появляться исключительно в полной боевой готовности.

— Взял выходной, чтобы побыть с Илюхой. Ты в курсе, что твоя хваленая нянька, говорящая на двух языках, просрала нашего сына, и в итоге его пришлось ночью везти в больницу? — мои слова звучат слишком резко, Эля отшатывается и непонимающе хлопает глазами, переминаясь с ноги на ногу и точно желая сбежать от выяснения отношений.

— Ты уже нашел новую? Я не хочу завтра целый день сидеть дома из-за твоего перфекционизма. С детьми иногда что-то случается, представляешь? Сейчас ведь все в порядке. Давай я сама позвоню и верну…

— Тебе совсем насрать на Илюху, Эль? — перебиваю этот поток эгоизма, сжимаю пульт от радиоуправляемой машинки в руке, чтобы не сорваться, потому что все это точно стоит делать не при ребенке.

— С ним все нормально, я же вижу.

Без комментариев.

У меня просто, нахер, нет ни единого слова.

— Справишься пока один, боец, ладно? Мне с твоей мамой надо потолковать, — ерошу волосы маленького бандиту и рывком поднимаюсь на ноги.

Эля упирается, когда я за локоть выталкиваю ее из детской и закрываю дверь, чтобы сын ничего не услышал. Пусть он пока особенно ничего и не понимает, потому что слишком мелкий для взрослых разборок, но я лучше перестрахуюсь, чтобы ему потом не пришлось вписывать психотерапевта в свое расписание.

Пусть лучше потратит время на девочек.

— Ты совсем озверел, Кир?! Что ты себе позволяешь? Ты должен уважать свою женщину! — Элька верещит так, что мои барабанные перепонки находятся под угрозой, пока я практически как котенка тащу ее подальше от комнаты нашего общего, к сожалению, сына.

Было бы неплохо, если бы Илюха был только моим.

— Во-первых, уважение надо заслужить. Во-вторых, документальный статус моей жены не делает автоматически тебя моей женщиной…

— Да как ты смеешь! — терпением Эля никогда не отличалась, так что она почти сразу перебивает меня, хотя я собирался выкатить ей еще, как минимум, парочку пунктов.

— Закрой рот, — неподготовленный точно сейчас мог бы наложить в штаны, но Эля знает, что рычать я могу сколько угодно — женщина рядом со мной в любом случае всегда остается в безопасности. — Я заебался жить в том, что заранее было обречено на провал. Значит так, моя любимая женушка, ищи себе квартиру, которая тебя устроила бы, я выкуплю ее для тебя. Денег тоже подкину на первое время — если не будешь бездумно разбазаривать их, на пару лет тебе точно хватит. Салон мне твой не нужен, забирай, я сегодня щедрый. Через пару дней мы идем подавать заявление на развод. Надеюсь, ответ на вопрос, с кем останется Илюха, понятен без разъяснений?

— Я не дам тебе развод! А если попытаешься — заберу Илью и не разрешу тебе с ним общаться. Выбирай: или развод, или сын.

— Забыл уточнить, мое предложение действует только в том случае, если ты будешь хорошей девочкой. Начнешь препятствовать разводу, будешь корчить из себя несчастную в загсе — я тебя оставлю без копейки, а в своем драгоценном клоповнике ты будешь не владелицей, а каким-нибудь рядовым администратором.

— Мы женаты, Кир! Все, абсолютно все — этот дом, твоя машина, бизнес — считается совместно нажитым. Я хочу ровно половину, иначе я не дам тебе развод и обращусь в суд, чтобы все поделили честно.

Меня пробивает на смех.

Неужели Эля действительно думает, что сможет тягаться с моим штатом профессиональных юристов? И что при расторжении брака обычная содержанка всерьез способна отхватить половину у своего мужика?

— А с Илюхой что делать будем? Тоже распилим пополам.

— Нет, — женушка огрызается, а я улавливаю в ее глазах страх разрушенной жизни, если мне вдруг каким-то чудом взбредет в голову оставить сына с ней. — Я подпишу все необходимое, если ты пойдешь навстречу моим условиям.

Эля улыбается, чувствуя свое превосходство, а я пытаюсь понять, протрезвела ли она окончательно со вчерашнего вечера, потому что нести такую чушь на чистую голову может только откровенно тупая пустышка.

А моя жена далеко не глупая.

Примитивная, да, меркантильная, расчетливая. Но уж точно ей всегда хватало ума играть во «взрослые» игры.

— Я так понимаю, что ты еще не отошла от своей ночной пьянки. Несешь какую-то хрень и явно не состоянии нормально оценить перспективы. У тебя есть два дня на подумать, и я очень надеюсь, за это время ты поймешь, что мое предложение явно лучше бессмысленной войны, в которой ты в итоге проиграешь, — заканчиваю этот треп и возвращаюсь в детскую, где Илюха энергично ползает по полу уже с другой машинкой в руках.

Он успел куда-то деть пластырь, так что я достаю новый из набора и заклеиваю обратно его ссадину, от вида которой меня пробирает злость.

Если бы не необходимость руководить бизнесом, я бы проводил с сыном все свободное время.

К сожалению, выкроить целый день удается не так часто, как хотелось бы, поэтому у нас с Илюхой сегодня довольно насыщенная программа, в конце которой он должен отрубиться без задних ног на заднем сиденье, потому что укладывать ребенка другим способом я не умею.

Один раз, когда Илья был скорее похож на игрушечного пупса, он не мог успокоиться и заснуть — устроил нам концерт без заявки и никак не реагировал на попытки хоть как-то успокоить его.

Я усадил его в детское кресло и поехал кататься по пустым дорогам, особо ни на что не рассчитывая, но уже спустя пару минут сын увлеченно смотрел по сторонам и гремел какой-то пластмассовой хреновиной, которую до этого выкидывал с ревом, а еще через десять начал пускать слюни, выпустив игрушку из рук.

С тех пор я проворачиваю этот фокус каждый раз, когда маленький бандит отказывается засыпать по-другому.

Сегодня первой остановкой у нас какой-то детский комплекс с охрененно огромным батутом и бассейном с шариками. Если честно, я бы и сам туда занырнул, чтобы перезагрузить голову, но, боюсь, дети устроят мне сотряс в битве за свою территорию.

На улице льет так, будто кто-то наверху решил устроить нам здесь потоп — на дорогах такие лужи, что брызги от мимо проезжающих машин долетают до боковых окон.

И я не понимаю, что вот в этот апокалипсис Плакса забыла на какой-то обшарпанной остановке с забавной девчушкой на руках.