Глава 43. Кир

Прошлое

Что-то не сходилось во всем этом сюрреализме.

Я смог немного остыть после встречи с Плаксой, но ее лицо все это время стояло у меня перед глазами. Засыпал с ним, просыпался и вновь видел ее глаза.

Охрененных трудов мне стоило узнать, что Полина будет сегодня вечером в «Плазе». Не знаю, как сдержусь, когда увижу ее опять в этом отвратном свадебном платье, но я просто обязан как-то поговорить с ней еще раз.

Последний.

Внутрь меня ожидаемо не пускают. Приходится караулить официантов у черного выхода и отваливать бабки какому-то зеленому пацану за пропуск и просьбу шепнуть невесте пару слов.

Я даю Плаксе пять минут. Не появится — пошлю на хер вообще все и сорву ей одно из самых счастливых событий в жизни каждой мечтательной девочки.

— Зачем ты пришел?

Если честно, у меня не сразу получается узнать ее. Полине настолько перекроили лицо тонной косметики, что приходится приглядываться для узнавания привычных черт. Огромные ресницы, неживые глаза, брови как по трафарету и закрашенная родинка чуть выше правого уголка рта.

— Забрать тебя, — подхожу к Плаксе так близко, как позволяет нереально огромная пышная юбка ее платья. — Мы разберемся со всем, что ты натворила за эти дни, просто пойдем со мной, малышка.

— Знаешь, сколько стоит это кольцо? — она протягивает дрожащую ладошку ко мне и тут же отдергивает ее, прижав к своей груди, когда я хочу коснуться ее руки хотя бы одним пальцем. — Я ношу на пальце квартиру в не самом плохом районе, на которую некоторые и за всю жизнь не могут заработать. И мне это нравится, Кир.

— Ты врешь.

— Нет. Врала я как раз тебе, но ты никак не можешь смириться с этим, — Полина кусает нижнюю губу, я сжимаю руки в кулаки. Хочу провести по ней большим пальцем и сделать так, чтобы она перестала делать себе больно.

— Как давно?

— Что? — она и правда не понимает.

— Как давно ты трахаешься со своим боссом?

Она отшатывается. Смотрит на меня так, что душу выворачивает.

— Какое это теперь имеет значение? — парирует каким-то тупым вопросом, отводит взгляд.

— То есть ты даже не пытаешься отрицать, что в рабочее время полировала ему член в кабинете, а потом бежала ко мне и врала в глаза?

— Тебе не стоило приходить сегодня. У нас скоро церемония, а ты зачем-то отвлекаешь меня, когда я уже честно во всем тебе призналась.

— Церемония? То есть ты еще не сказала последнее «да»? — хватаюсь за эту мысль, молюсь, чтобы тонкая спасительная ветка не треснула, и мы с Полиной смогли бы выбраться из этого болота вместе.

— Ты меня не слышишь…

— Дай мне руку, Полин. Протяни ладонь, и я увезу тебя отсюда. Хочешь кольца? Я куплю тебе сотню таких же. Тряпки, рестораны, острова? Все будет, малыш, я тебе обещаю.

— Когда, Кир? Когда ты возможно выиграешь бой? Когда тебе возможно предложат контракт? Когда возможно рекламодатели тебе заметят? Я не хочу так. Я не хочу больше есть пиццу на твоем старом диване, мне надоело. Перестань унижаться передо мной. Мне… Мне противно… Ты мне противен.

Это финиш.

— Счастливо оставаться, девочка, — резко подаюсь вперед, держу руки при себе, но наклоняюсь так, чтобы поймать ее дыхание. — Пошла ты на хуй, Плакса. Жаль, я раньше не смог разглядеть гниль внутри тебя.

Не знаю, как мне удается пережить сегодняшнюю ночь. Я разгоняю байк до какой-то запредельной скорости, вливаю в себя почти целую бутылку высокоградусного пойла, которую взял на ближайшей заправке, и пытаюсь удавить все связанные с Полиной воспоминания.

Следующее утро начинается с того, что я вслепую допиваю остатки и иду за новой бутылкой, чтобы точно так же отключиться с пустотой в голове.

Только вот что-то идет не по плану, и, как только я выхожу из подъезда, на меня налетают какие-то отморозки, оглушают одним точным ударом в голову из-за спины и запихивают в багажник, пока я пытаюсь справиться с блядскими «звездами» перед глазами.

Объяснять мне никто ничего не собирается.

Просто выгружают у каких-то гаражей и начинают бить, по-моему, алюминиевыми битами. Их трое, или четверо — я не могу точно разобрать из-за непрекращающегося потока глухих ударов, каждый из которых проносится по телу очередной волной тупой боли.

Отключаю эмоции, посылаю в задницу способность чувствовать и резко перехватываю биту одного из ублюдков. Вырываю ее у него из рук, быстро поднимаюсь на ноги и прямым ударом в челюсть отключаю одного из них.

Я не разбираю, с какой стороны прилетают новые удары, пытаюсь вырваться, когда двое напирают на меня с разных боков и удерживают, выкручивая руки, а третий раз за разом впечатывает кулак куда-то в район печени.

— Если ты еще раз к ней сунешься — больше не очнешься. Ее папочка просил передать, что в следующую попытку подойти к его дочурке церемониться не будет. Грохнет и все, — он ржет, когда я сплевываю сгустки крови на пыльный асфальт. — Отпускайте его, пацаны. Он же на ногах уже не стоит. Хочу посмотреть, как будет корчиться.

Посмотреть он, сука, хочет.

Бросаюсь на их главного, как только меня перестают удерживать на месте. Пару раз удается съездить по его кривой морде, я игнорирую боль во все теле, продолжив заносить над ним кулак.

Я совершаю ошибку, смещая фокус на него — следующий удар битой в голову выталкивает меня из и без того шаткого равновесия. Падаю на землю, вокруг все размытое, во рту вкус металла.

— Черт, мы походу перестарались. Он же щас откинется, бля, че делать-то…

— В тачку, быстро. Дело сделали, остальное мимо кассы…

Их голоса смешиваются в один, я пытаюсь встать, но меня будто гвоздями прибили — едва удается пальцами шевелить.

Под затылком как-то слишком мокро, дышать удается с трудом, ребра ноют, в боку тоже какие-то странные резкие ощущения.

Минуты две я тупо лежу и разглядываю сраные облака на светлом небе, каждое из которых в конечном итоге складывается в знакомое лицо стервы, по чьей милости я и оказался в этом дерьме.

Плакса донесла на меня своему папаше, попросив, видимо, расправиться с назойливой «проблемой» в лице меня.

Пульсация в висках усиливается, я все-таки дотрагиваюсь до затылка и чувствую, как пальцы заливает теплой кровью.

Приговоренному полагает последнее желание, да?

Хочу воспользоваться своим положением.

Исчезни, блядь, из моей головы, Плакса. Тебя нет.