Глава 30

Вита

Я не распространялась о своей прошлой жизни. Подруги узнали о Святе совсем недавно, о матери они вообще ничего не знали, наверное полагая, что я просто жена бандита.

— Почему ты нам ничего не рассказала? — спрашивает Лариса с нотками разочарования в голосе.

— Я просто не хотела, чтобы вы смотрели на меня как…

— Как? — возмущенно спрашивает Лариса.

— Как смотрите сейчас, — печально улыбаюсь.

— Ох, Витка, — Лида подходит ко мне с одной стороны, Лара с другой.

Обнимаю подруг, чувствуя себя в своей тарелке, на своем месте, в кругу близких и любимых.

Девочки отстраняются, пытаясь сдержаться, но я не жду от них этого. Уверена, что на их месте я билась бы в истерике, узнай, что моя подруга, с которой я знакома много лет, выдает себя не за ту, кем является на самом деле.

— Поймите, всю жизнь я жила словно с неоновой табличкой, которая светилась над моей головой. Ко мне никто не относится просто как к человеку. Ко мне относились как к продолжательнице великого рода или как к дочери человека, который работает в Следственном комитете.

Лариса машет перед собой руками:

— Не знаю, что меня шокирует больше — то, что ты принцесса; что твой отец работал в Следственном комитете; что ты жена бандита или что ты, мать его, оказалась в самом центре эпической окрошки. Просто скажи, как вы все уживаетесь?

Мягко смеюсь, понимая ее шок.

— Ну, Свят появился в моей жизни, когда отца уже не было, поэтому в полной мере прочувствовать отцовскую любовь он не успел, — хихикаю нервно. — Уверена, у отца был бы нервный приступ, узнай он, с кем я решила связать жизнь. Ну а мама… мама есть мама — она желала мне только лучшего, а Свят с самого начала зарекомендовал себя с положительной стороны.

— Это как?

— Ну… — мнусь, думая, что, возможно, девочки к еще большему объему информации не готовы, — я прокатила полицейского на капоте своей машины и куковала в ментовке с девочками с панели, а Свят меня вытащил.

Лида зажимает переносицу пальцами, шумно дыша, Лара просто смотрит на меня огромными глазами.

— Я-то думала, Ерма покатал меня на эмоциональных качелях, но выясняется, что твоя жизнь сделала сальто куда круче.

— Сколько еще сюрпризов ты скрываешь? — с наездом спрашивает Лида.

Смеясь, отвечаю:

— Это все, что было. Мои карты раскрыты.

— Слава богу, Вита… Клянусь, я прибью тебя, если выяснится, что ты, например, внучка президента.

— Ну нет, такого в моем послужном списке нет, — отмахиваюсь от нее.

В этот момент в ресторан входит Свят. Он придерживает дверь для моей матери. Та, гордо ступая,подходит к нам.

— Девушки, мне жаль забирать у вас Виту, но прошу меня понять: я соскучилась по дочери, — бросает взгляд на улицу, где слышен борзый голос отца Ермы. — И я бы хотела сбежать отсюда побыстрее, пока этот уважаемый господин не пришел в себя и не попытался помешать моим планам.

— Илона, мы придержим его, не переживайте, — спокойно говорит Свят.

— Да, Илона, не переживайте. Отец Ермы громко лает, но не кусает, — легко отмахивается Лара.

— Мам, ты готова уехать?

— С удовольствием, — мама кивает девочкам, и мы выходим.

Ерма, Ждан и его отец втроем пытаются угомонить Родиона Олеговича, который кричит:

— Выпустите меня, я поеду за кольцом!

— Я бы вам советовал поторопиться, — Свят подталкивает меня в спину.

Втроем подходим к машине мамы. Она сразу ныряет внутрь, а я мешкаю. Поворачиваюсь к мужу:

— Свят...

— Все в порядке, поезжай с мамой к себе.

— А ты? Свят, она ни за что не останется у меня, зная, что ты теперь живешь там же.

Исаев на секунду замирает.

— Я поеду за вами, прослежу, чтобы вы добрались без происшествий. Поднимусь в квартиру, заберу кое-что из своих вещей, а утром решим, как быть. Не переживай, побудь с матерью, она приехала не просто так.

Проглатываю ком от набежавших слез и, рывком притягивая к себе Свята, сжимаюсь от нахлынувших эмоций.

— Не знаю, какой у тебя план, но то, что ты делаешь, мне нравится.

Понимающий, чуткий, внимательный, не гнущий упорно свою линию, дающий свободу и выбор.

И ведь понимает: у мамы огромное количество ресурсов, чтобы скрыть меня, но он дает мне свободу выбора.

Если до этого момента я сомневалась, то сейчас мои сомнения рушатся, беспощадно придавленные его абсолютным доверием.

Свят отпускает меня, отходит спиной вперед и, улыбаясь, говорит:

— Я люблю тебя, Вита, вот что я делаю, — чертовски довольный собой, садится в свою машину и едет позади нас до самого дома.