Глава 17

Когда мы наконец вышли на улицу, уже почти стемнело, во дворе зажглись фонари. Внизу у подъезда нас поджидал Кир. Перехватил дорожную сумку и пакеты, чмокнул Леську в щёку, и они под ручку пошли к машине. Вот ведь, настоящий кавалер! Кажется, отношения между ними развиваются быстро.

— Прошу, красавицы, — он распахнул дверь джипа, — ничего, если я вас на заднее сиденье? Переднее собака разодрала.

— Нормально, — в один голос заверили мы.

Леська залезла первой, я следом. Не успел Кир закрыть дверь, как послышалось грозное:

— А ну стой, гад!

К машине стремительно приближалась высокая фигура в светлой дублёнке.

— Ой, мамочки! — взвизгнула Леська, навалившись мне на плечо. — Это Руслан!

Точно он! И что же теперь будет? Дрожащими пальцами я вцепилась в ручку.

— Чего тебе, мужик? — ни о чём не подозревающий Кир обернулся, закрывая нас собой от разъярённого олигарха.

— Выпусти мою жену!

На лице Кира появилось понимание.

— Ах вот оно что! А ты сначала спроси, хочет ли жена тебя видеть?

Леська дёрнулась и заорала так, что у меня заложило уши:

— Кир, не связывайся с ним! Поехали скорее!

— Вот видишь, она говорит — поехали. Не хочет, значит… — спокойно принялся объяснять шатен, но Руслан, не дав ему закончить, схватил за грудки и бешено встряхнул. Лицо его при этом перекосилось от ярости, и я поняла, что сейчас что-то будет. Причем всё это произошло настолько быстро, что мы даже опомниться не успели.

Оцепенение сошло лишь тогда, когда Кир изловчился и ловким ударом под дых заставил озверевшего супруга Леськи разжать руки. Тот охнул и согнулся пополам.

— Поехали! — истошно завопила подруга и, вцепившись в ручку двери, рванула её на себя.

Кира не нужно было уговаривать, он прыгнул за руль и нажал на газ. Нас впечатало в сиденье. Машина лихо выехала со двора и помчалась по проспекту, оставляя рыцаря, жаждущего драться за прекрасную даму, далеко позади. Он, кажется, что-то кричал нам вслед, но Кир и не подумал остановиться и ответить. Так что блистательного поединка не вышло, и я поймала себя на мысли, что даже как-то нехорошо получилось. Если хочешь женщину — сражайся за неё. Не обязательно же кулаками, можно и просто на словах. Впрочем, это было не моё дело, так что я промолчала, радуясь уже тому, что все остались целы.

Некоторое время мы все молчали, переводя дух. Однако права была Леська — Руслан так просто теперь от неё не отстанет.

— Вот ведь как… Кажется — знаешь человека, а на самом деле он как зверь дикий, — прижимаясь к моему плечу, тихо заговорила подруга. — Убьёт ещё или покалечит…

— Фью, — присвистнул Кир, к которому уже вернулось обычное настроение. — Это мы ещё посмотрим, кто кого покалечит! Девчонки, ничего не бойтесь, перед вами самый лучший укротитель бывших мужей!

Эм-м, ну и дела. Не хотелось бы, чтобы кто-то провёл Новогодний вечер в гипсе.

— А теперь забыли обо всем, что произошло. Впереди вас ждут настоящие чудеса!

Кир включил какую-то попсу. В машине быстро стало жарко, я стянула шапочку и поймала в зеркале изумлённый взгляд серых глаз водителя:

— Ого, Белоснежка, и кто ж ты теперь, как звать?

О чём он? Ах, ну да… волосы. Со всем случившимся я позабыла о своём новом образе.

— Ну уж точно не Снегурочкой. Я решила сменить имидж.

— Теперь ты разноцветное чудо.

— Ага, чудо-юдо из ниоткуда.

— И всё же, — Кир прищурился, — с чего такое яркое преображение?

Так ведь и знала, что начнёт допытываться. Только нравоучений мне не хватало!

— А нечего мной командовать! Вот для чего, — недовольно буркнула в ответ.

— Ну, что я тебе вчера говорила?! — подала голос молчавшая до сих пор Леська. — Кир, хоть ты ей скажи.

— А что тут скажешь? Круто, конечно, — прилетела неожиданная похвала. — Но Лёню вряд ли этим шокируешь, он у нас крепкий орешек. Бывший десантник всё-таки!

— Твой брат служил в армии? — я подняла бровь.

Блин, с военными шутки плохи. Они их не понимают от слова «совсем»…

— А то! И я служил — с нашим дедом не забалуешь! Он вообще хотел, чтобы мы по его стопам пошли, офицеров из нас сделать пытался, еле отбились.

Н-да, этот сюрприз мне точно боком выйдет. Ладно, поздно пить боржоми, влипла капитально!

— Ну а тебе-то нравится мой образ? — поинтересовалась я, хлопая накладными ресницами. Для начала неплохо хотя бы заручиться поддержкой шатена.

— Смело, конечно, но тебе идёт. Как там у классика? «Во всех ты, душенька, нарядах хороша!»

Хорошо бы генеральный тоже так подумал.

Леська с Киром всё еще подшучивали надо мной, а я, как ни пыталась расслабиться, так и не смогла. Сейчас бы сто грамм для храбрости. Да-да, перед встречей с бывшим десантником они бы точно не помешали.

***

До загородного дома Арсеньевых мы добрались за час.

— Вау! — у нас с Леськой одновременно вырвался вздох восхищения.

Высоченный кирпичный забор, ворота и трёхэтажный коттедж были украшены разноцветными светодиодными гирляндами. Контур здания, сложные перекаты крыши и столбы светились бледно-жёлтым, в то время как оконные и дверные проёмы — нежно-голубым.

Кир припарковался возле гаража, и мы с Леськой, потрясённые, ступили на выложенную светлой плиткой расчищенную дорожку.

Это была сказка… я замерла, не в силах двинуться с места, кончики пальцев волнительно закололо, ледяной воздух игриво защипал нос, губы, щёки. И в душе, в самой её глубине вдруг поднялось то самое, заветное, давно забытое… из детства. Ощущение праздника, восторга, чистой, светлой радости, дыхание у меня перехватило, и внутри затрепетало от предвкушения чуда. Того самого, которое ждёт за поворотом, надо только прикрыть глаза, не боясь, ступить ему навстречу — и окунуться в мир волшебства.

Мир, который уже был прямо передо мной. Такой настоящий, обещающий, искрящийся, что я боялась дышать. Казалось, одно неосторожное движение, звук — и всё окажется игрой воображения, причудливым смешком из детства. Но нет, всё было самое настоящее! Меня окружала Новогодняя сказка.

Деревья перемигивались мерцающими гирляндами, из-под них выглядывали светящиеся игрушечные фигурки: гномики, снеговики, олени, зайцы, лисы… Казалось, ещё мгновение — и из-за угла выйдет сам генерал Мороз. Посреди двора росла пушистая ёлка, блестя разноцветными шарами и мишурой.

Ноги сами просились в путь, крошечные фонарики вдоль дорожек манили, звали, обещали чудо, стоит только пойти вслед за их манящим светом…

— Впечатляет, да? — довольно ухмыльнулся Кир, глядя на наши восторженные лица.

— Потрясает! — я влюбилась в этот дом с первого взгляда. — Кто же всё это придумал?

Впрочем, зачем спрашивать, если уже знаю ответ.

— Лёнька, конечно, наш декоратор и мастер на все руки! Ну а мы со Стёпой и Петровичем, нашим сторожем, как всегда, на подхвате.

Среди всего этого великолепия я не сразу заметила красиво украшенную открытую беседку, которую боссы превратили в кухню. Скорее, мы с Леськой её учуяли, оттуда доносился сногсшибательный запах жареного мяса и специй.

Мои спутники прибавили скорости, а я вдруг вспомнила, как выгляжу.

И потащилась следом, чувствуя себя злодеем, эдаким Гринчем, затаившим злобу под Новый год. Троллить, видите ли, приехала! Захотелось испортить Леониду праздник, будь он неладен! Настроение упало практически до нуля.

М-да, обратной дороги нет. Придётся вытерпеть весь тот позор, который меня ожидает. Сама виновата, дура…

Видя, как мужчины колдуют над новогодним ужином, я потопталась на месте.

— Привет, девчонки, — Стёпа поднял голову. — Молодцы, что приехали пораньше.

— Добрый вечер, девушки, — ровным голосом поздоровался генеральный, мельком глянув в нашу сторону.

— Добрый вечер, — мы с Леськой произнесли это хором. Я — из-за её спины, чувствуя, что ещё немного, и рвану обратно к машине с воплем: «Забыла газ дома выключить».

Пряное мясо весело шкворчало на гриле, источая потрясающий аромат. Леонид ловко орудовал щипцами, переворачивая аппетитные куски на решётке.

— Через пару минут накрою крышкой. Пусть малость потомится, — произнёс он, поворачиваясь к нам.

Я нервно икнула. Бежать было поздно.

— Пойду пока покажу девочкам дом, — на выручку пришёл Кир.

— Давайте, мы скоро будем, — дал добро генеральный.

Быстро перебирая ногами, я первой поспешила по дорожке к дому. Нет, меня точно бес попутал. И как теперь себя вести дальше? Может, спрятаться куда-нибудь под ёлку и просидеть там до утра, а потом тихо вызвать такси и свалить?

Не получится! Я вдруг вспомнила, что в спешке забыла сотовый дома. Теперь даже сестру не поздравить с наступающим.

— Белоснежка, ты какая-то странная, — уже на ступеньках поймал меня за локоть Кир. — Боишься Лёнькиной реакции?

Не отвечая, я прикусила губу, почувствовав себя ребёнком в ожидании сурового наказания.

— Расслабься, ничего он с тобой не сделает, ну, пожурит малость. Он отходчивый…

Договорить Кир не успел, дверь перед нами распахнула симпатичная молодая шатенка в чёрном коротком платье. Улыбнулась, демонстрируя ослепительно белые виниры.

— Добрый вечер! С Наступающим!

— Познакомьтесь, девочки, это Наталья, — представил её нам Кир. — А это Олеся и Ника.

— Здравствуйте! И вас с наступающим, — настороженно поприветствовала я Стёпкину спутницу, ещё не зная, чего ожидать от этой особы. Надеюсь, это не вторая Полиночка.

Пока с ней здоровалась Леська, я тихонечко попятилась, подумывая сгонять за сумкой и втихаря переодеться, но Кир схватил меня за руку.

— Идём-идём, — и, взяв другой Леськину, потащил нас обеих внутрь.

Ну, внутри всё тоже вызывало восторг, кто бы сомневался. Гостиная была обставлена изысканно, даже несколько претенциозно. Вся в зелёно-красно-золотых тонах. Чувствовалось, что праздник развернётся именно здесь. Ярко горел шикарный камин. Над ним висел огромный венок из еловых лап, в нескольких местах перехваченный красными бантами с золотыми шарами. На полке стояли витые уже зажженные свечи… Нет, целая россыпь свечей, в подсвечниках и без. И в действительности они были везде: толстые, тонкие, сужающиеся, трепещущие в стеклянных плафонах. И все в той же гамме: золотые, зелёные и красные. На окнах были снежные фонарики, напротив камина — праздничный стол, в углу припорошенная искусственным снегом ёлка…

— А под ёлкой — всем подарки! Сюрпри-и-из! — протянул за спиной Кир.

Глядя на свечи и чудесное убранство, у меня слегка задрожали губы, и, кажется, начался нервный тик. Ну и подарочек я боссу приготовила на Новый год!

Ладно, что уж теперь, будь что будет.

Вторя моим мыслям, Леська всплеснула руками:

— Как мило, а у нас тоже есть подарки!

— В машине! — вот и повод нашёлся смыться. — Я принесу, ладно?

— Сначала экскурсия по дому, а потом я сам сгоняю за вещами, — Кир приобнял нас с Леськой за плечи. — Готовимся к Новогоднему чуду.

***

Под пристальным взглядом Натальи мы разделись и передали верхнюю одежду подошедшему Петровичу. Сгорая от стыда, я бодро поздоровалась с мужчиной, которого Кир представил сторожем, и последовала за нашим «экскурсоводом».

Не прошло и получаса, как мы пробежались по верхним этажам: пять спален, бильярдная, спортивный зал. Светящиеся гирлянды создавали новогоднее настроение. Они были буквально везде: на потолке и стенах, вдоль шкафов и дверных проёмов и, конечно же, на ёлочках, которые стояли на каждом этаже. Особенно поражали лестничные перила, украшенные хвойными ветвями с вплетёнными в них светодиодными лентами, которые таинственно мерцали из-под зелёного лапника. Могу представить, как это выглядит ночью!

В общем, у Арсеньевых всё и все были готовы к торжеству, кроме меня… В таком наряде я скорее смахивала на обитательницу сумасшедшего дома, чем на секретаршу, решившую бросить вызов начальнику.

Когда мы вышли на лестничную площадку третьего этажа, с которой открывался обзор на гостиную, я превратилась в сплошной комок нервов. Негромко играла приятная музыка, мужчины уже собрались у праздничного стола. Весело переговариваясь, Кир с Леськой уже спускались вниз, с тяжёлым сердцем и мрачными предчувствиями я последовала за ними.

Оставалось всего несколько ступеней, когда неожиданно раздался ехидный голос блондина:

— Наша Вероника сегодня похожа на разноцветный серпантин! Посадим её под ёлку!

Я замерла, вцепившись в перила с лапником, чувствуя, как колючие иголки впиваются в ладонь, будто в замедленной съёмке наблюдая, как взгляд генерального медленно скользит по моей радужной шевелюре, вызывающе накрашенному лицу, шее, стиснутой тугим лифчиком груди, кислотного цвета платью и останавливается на колготках в ужасную сетку.

Я увидела, как округлились его глаза, улыбка медленно замерла на лице, и от ужаса застыла на месте.

Надо отдать должное выдержке генерального: он не поинтересовался, что это за чудовище бродит по его дому. Лишь потёр глаза и снова пробежался взглядом по моему наряду, а затем ледяным голосом осведомился, не желают ли гости аперитив перед ужином.

«Ещё как желают! Только покрепче!» — хотела крикнуть я, но возглас застрял где-то в глотке.

Твою ж матрёшку, я должна собраться! Надо как следует разозлиться на Леонида, довести себя до кондиции. Ведь именно из-за него я устроила весь этот спектакль, в котором отвела себе роль клоунессы. Но как, если ноги словно одеревенели, руки дрожат, и зуб на зуб не попадает от страха?

«Соберись же, недотёпа! — ущипнула я себя. — На тебя все смотрят! Смотрят, оценивают и молча матерят…»

Шаг, ещё один… и нечего на меня пялиться! Рейверов, что ли, не видели?

И мне вдруг стало весело. Кажется, отпустило: самое страшное было позади. Вернулась долгожданная раскованность.

Добравшись до стола, я выпалила, конкретно ни к кому не обращаясь:

— Вы так круто подготовились к Новому году! — и, взяв в руки протянутый бокал, сделала большой глоток.

Нежно-розовое вино, приласкав язык, согрело гортань и потекло дальше. М-м-м, такого мне ещё не приходилось дегустировать. Я не могла удержаться — сделала ещё пару глотков.

И чуть не поперхнулась, когда прозвучало:

— Если бы мы знали, что к нам придёт такая роскошная дама, добавили бы ещё лоску.

Отставив бокал, я с вызовом встретила взгляд генерального. Он смотрел высокомерно, со скрытой насмешкой, и я почувствовала себя забавой, игрушкой в его всесильных руках.

Да ещё неизвестно, кто кого первым изведёт!

— Танцуют все! — неожиданно объявил Кир, обнимая Леську и явно пытаясь разрядить обстановку.

Стёпа что-то шепнул на ушко Наталье, со звонким смехом девушка положила голову ему на плечо, и они закружились по комнате.

Эм-м-м, сейчас мне было совсем не до танцев, но разве откажешь такому Мистеру Совершенство?

Не успела я опомниться, как властная рука генерального легла мне на талию и притянула к себе.

— По какому поводу бунт, Ника? — обманчиво спокойно проговорил Леонид, увлекая меня за собой в сторону.

Бунт, говорите? Сейчас я ему всё объясню на пальцах!

— Independence and freedom of mind[1], конечно. Вы что-нибудь об этом слышали, босс?

— I'll show you what freedom is to me, — развернувшись и схватив за руку чуть повыше локтя, он потащил меня за собой. Я и пикнуть не успела, как оказалась в тускло освещённом коридоре. — In my house I’m free to do what I want[2]!

[1] Независимость и свобода духа (англ.)

[2] Сейчас покажу тебе, что для меня значит слово «свобода». В своём доме я могу делать всё, что захочу. (англ.)