Глава 14

Проснулся я уже в палате, на обычной койке, накрытый теплым одеялом, хотя в помещении и без того была комфортная температура.

«Стабилизация магического дара прошла успешно, — вместо приветствия сообщила Эмма. — Процедура глубокого сна завершена».

«Спасибо. Ты, как обычно, радуешь меня с утра хорошими новостями. А мы, собственно, где?» — поинтересовался я, покрутив головой.

Палата просторная, чисто убранная. За окном светит солнце, весело чирикают птички. В воздухе пахнет свежестью и лишь совсем чуть-чуть дезинфицирующим средством.

«В клинике рода Хатхэ. Это та же палата, где год назад лежал твой наставник. А наблюдал за тобой тот же целитель. Лэн Дор Озро. Он, кстати, только что ушел».

То-то я думаю, почему все тут смутно знакомо? Оказывается, с больничной койки палата воспринимается несколько иначе, чем когда ты простой посетитель. Ну да и фиг с ней. Главное, что я все-таки живой. И, судя по тому, что с даром все в порядке, провалялся в постели не меньше четырнадцати с лишним рэйнов.

«Вообще-то тридцать шесть с половиной, — педантично сообщила Эмма. — Доза регенератора была достаточной большой, тебе столько не требовалось. Но я решила, что лучше мы сохраним его про запас, и оставила тебя в состоянии сна на все предположительное время действия препарата».

Значит, вырубило меня больше чем на сутки?

Ладно. Нестрашно.

Откинув одеяло и обнаружив, что одеждой меня снабдить никто не соизволил, я прошлепал босыми ногами до уборной, умылся, привел себя в порядок и, сдернув с крючка полотенце, обвязал его вокруг бедер.

«Эмма, где мои шмотки?»

«При поступлении в клинику у тебя их забрали».

«Это понятно. Что со съемным носителем Лимо? Его тоже стырили?»

«Нет, — спокойно отозвалась подруга. — Я посчитала, что хранящаяся там информация может тебе пригодиться, поэтому носитель целители не нашли».

«Куда же ты его запрятала?»

Эмма вместо ответа попросила приподнять полотенце, а когда я задрал его по самое не могу, то неожиданно обнаружил, что в одном месте кожа на правом бедре как-то подозрительно топорщится.

«Ты что, в меня его запихала⁈ — опешил я, настороженно ощупав подозрительную выпуклость. Но та неожиданно замерцала, заблестела, после чего найниитовый слой, который я с непривычки принял за настоящую кожу, тут же исчез, и плоская флешка буквально свалилась мне в руку. — Ого. Мысль дельная, спасибо. Надеюсь, найниит никто не засек?»

«В модуль тебя не помещали, — успокоила меня подруга. — К тому моменту, как мы добрались до клиники, основные повреждения были устранены, поэтому тебе всего лишь вкололи регенератор и дали выспаться».

«То есть они и мой дар не проверили, что ли?»

«Лэн Озро провел первичную диагностику сам, — подтвердила Эмма. — Сказал, что по второстепенной ветви дара, то есть по магии пространства, ты только что перешел с нулевого уровня на первый. Но поскольку этому предшествовало сильное перенапряжение и дестабилизация дара, то аппаратного обследования не проводили. Целитель сказал, что параметры все равно будут смазаны, ну а поскольку угрозы для твоей жизни и здоровья не было, то он решил проверить тебя на аппарате уже после пробуждения».

Я вернулся в палату.

Так. Первый уровень — это замечательно. Магия пространства (а в перспективе и магия времени) мне определенно пригодится. А вот флешку следовало куда-нибудь заныкать, а у меня, как назло, даже трусов при себе не осталось. Под подушку, что ли, ее запихнуть? Или лучше под матрац?

Нет, это ненадежно. Вдруг тут убираться будут?

«Фиксируется приближение субъекта „лэн директор“, — как назло, доложила подруга, заставив меня заметаться взглядом по сторонам. — Начинаю частичную деактивацию».

Черт. Как не вовремя!

В результате я пришлепнул флешку на прежнее место и, накрыв ее найниитом, поспешно одернул полотенце. После чего подумал было забраться обратно в постель, дескать, только что проснулся. Но полотенце все равно выдало бы меня с головой, поэтому я просто отступил к окну и принялся считать про себя.

Лэн Даорн вошел в палату, едва я дошел до цифры «десять», и замер, когда мы пересеклись взглядами.

— Адрэа?

— Доброе утро, лэн, — поприветствовал его я, чувствуя некоторую неловкость за то, что из-за меня ему пришлось все бросить, сорваться с места и примчаться в Таэрин, хотя дел у него наверняка было полно.

Наставник едва заметно нахмурился, но все же зашел, закрыл за собой дверь и окинул меня изучающим взглядом. Как обычно, одет он был в стандартный черный мундир, выглядел подтянутым, собранным и наглухо застегнутым на все пуговицы.

— Я только что говорил с лэном Озро. Он сказал, что ты придешь в себя через четверть рэйна.

Я сокрушенно развел руками.

— Что поделаешь? Меня угораздило проснуться раньше, поэтому лэну Озро придется смириться с мыслью об ошибке.

— Как ты себя чувствуешь? — снова спросил наставник, остановившись у двери. А я только сейчас сообразил, что, в отличие от прошлого раза, тут почему-то не было места для посетителей. Ни стула, ни кресла… так что гостям даже присесть оказалось некуда.

Я прислушался к себе.

— Да вроде нормально. Жить буду.

— Хорошо, — кивнул лэн Даорн. — Тогда, если ты не против, я хочу с тобой поговорить. И для начала задам самый простой и самый важный на данный момент вопрос. Будь добр, объясни мне, что это еще за идея с подработками в свободное время?

Я вскинул на него растерянный взгляд.

— Э-э… чего?

— Тебе что, карманных денег не хватило? — неестественно ровно осведомился наставник. — Может, я недостаточно хорошо тебя обеспечиваю?

Мне от его тона стало неуютно.

— Нет, лэн.

— Тогда почему по приезду в столицу я вдруг узнаю от незнакомой лаиры, что ты, оказывается, уже не первую неделю на нее работаешь, причем неофициально, словно тебе есть что скрывать?

Под пристальным взглядом наставника я тяжело вздохнул.

Блин. Да я ж как лучше хотел! А его, оказывается, задело, что я не к нему пришел денег взять, а решил найти их на стороне.

— Простите, лэн. Я не хотел вас обидеть.

— Тогда почему ты не сказал об этом мне? Почему смолчал, если тебя что-то не устраивает? Неужели ты перестал доверять мне, Адрэа?

— Нет, лэн. Просто… мне показалось неправильным сидеть на вашей шее. Мужчина должен сам себя обеспечивать.

— Должен, — после короткой паузы все-таки смягчился лэн Даорн. — Но пока ты несовершеннолетний, давай мы будем это обсуждать. Разве я хоть в чем-то тебя ограничивал? Разве давал повод во мне усомниться?

— Нет, — с досадой отвернулся я. — У меня и в мыслях не было в вас сомневаться. Но до недавнего времени я не знал, сколько стоит учеба в школе Харрантао. А когда выяснил… в общем, мне показалось неприемлемым взваливать это бремя исключительно на ваши плечи.

Лэн Даорн еще немного помолчал.

— Иногда твои умозаключения ставят меня в тупик. Вроде ты уже вырос, порой размышляешь даже слишком по-взрослому, но иногда… Честное слово, Адрэа, ты мог бы просто спросить вместо того, чтобы принимать решения за других и делать на их основе неверные выводы.

— Разве я в чем-то ошибся? — непонимающе обернулся я.

Наставник покачал головой.

— Не в суммах. В отношении. Как мы с тобой и договорились, учебу в академии… в той ее части, что требует финансов… мы с тобой оплачиваем вскладчину. И я, заметь, честно соблюдаю эти условия.

— Да, но вы не говорили, что учеба у мастера Даэ тоже платная!

— Кто сказал, что она платная лично для тебя? — внимательно посмотрел на меня наставник. — Разве в школе я учил тебя за деньги?

— Но ведь… — я осекся на полуслове, а лэн Даорн снова покачал головой.

— Ты так отвык от мысли, что кто-то может о тебе позаботиться, что даже сейчас пытаешься решить все свои проблемы сам. Самостоятельность для мужчины — это хорошо, Адрэа. Стремление к независимости — тем более. Но далеко не все проблемы мы способны решить, даже будучи взрослыми. Просить совета или помощи — это нормально. Для этого и существует семья, друзья, близкие. Знай: что бы ни случилось, я всегда тебя поддержу, помогу, подскажу. Верь мне, ладно, Адрэа? И спрашивай, если тебе вдруг что-то непонятно.

Я отвел глаза.

— Да я вообще-то спросил. Но мастер Даэ ответил, что вы с ним обо всем договорились и что меня это не касается.

— Мастер Даэ ошибся, оценивая твои мотивы, — спокойно ответил наставник. — Он еще плохо тебя знает, поэтому если ты в чем-то сомневаешься, то спрашивай у меня. Что же касается учителя, то мы договорились лишь о том, что до уровня мастера он доведет тебя на безвозмездной основе. Просто потому, что ему самому интересно посмотреть, что из этого получится. И уже потом, если ты надумаешь продолжить обучение, а он, в свою очередь, сочтет это возможным, мы поднимем разговор об оплате.

Я неловко кашлянул.

— Понятно. Спасибо, лэн.

— Вот и ладно, — удовлетворенно кивнул лэн Даорн. — Надеюсь, больше нам не придется к этому возвращаться. А теперь поясни мне, пожалуйста, как ты умудрился вляпаться в историю с Проклятым домом? Как тебя вообще угораздило туда попасть, да еще и в самый неподходящий момент?

Я уселся на постель и честно рассказал, как увидел объявление о найме курьера, как познакомился с лаирой Нома, случайно узнал про ее проблемы, потом встретился с Юджи, услышал про Даруса Лимо…

— Так оно и получилось, — развел руками я, когда наставник подошел и с задумчивым видом оперся на спинку кровати. — Лаира до последнего не верила, что дело именно в доме, но мне подумалось, что бумаги умершего мага могли показаться кому-то намного более ценной добычей, чем украшения Юджи. Ну а после того, как лэн Шале-Дэсхэ рассказал про временные петли, я уже был настороже. Блуждающий вход объяснял все исчезновения в доме за последние двести лет, все странности и временные сдвиги. Я как раз собирался поговорить на эту тему с лаирой Нома и попросить ее временно пожить в другом месте, как тут воздух в гостиной замерцал, мы с Юджи сразу же рванули к выходу. Но, к сожалению, немного не успели, и нас затянуло прямиком в ту самую петлю.

— Значит, ты думаешь, что поводом для открытия входа в нее стал снимок Даруса Лимо? — озабоченно нахмурил брови наставник.

— Его имя сработало, как спусковой крючок. Как только Юджи его произнес, так все и началось. Кстати, вы проверили снимок?

Лэн Даорн отрицательно качнул головой.

— Когда лаира Нома выбежала из кухни на крик сына, то увидела, как вы вместе с Юджи проваливаетесь в черную дыру… по крайней мере, она так это описала. А потом заметила, что на полу что-то горит и совершенно машинально это затоптала. Сам снимок она не увидела и надпись на нем, соответственно, не читала, поэтому мы при всем желании не смогли бы открыть комнату, раз уж вход в нее оказался без ключа. К тому же вместе со снимком сгорели все статьи, газетные вырезки, которые были в папке… за исключением одного-единственного клочка бумаги, на котором было написано мое имя, номер для связи и просьба сообщить о том, что вы с Юджином попали во временную петлю.

Я изумленно вскинул брови.

— То есть записка все-таки попала куда нужно⁈

— Да, — подтвердил наставник. — И лаира, на ваше счастье, этой надписи поверила, поэтому тут же набрала мой номер, кое-как объяснила, что произошло. Я, естественно, сообщил о случившемся мастеру Даэ, и уже к ночи на Столичной улице появились специалисты по временным петлям. Связь с вашими браслетами мы, естественно, потеряли. Причем с тобой она оборвалась полностью, а вот с Юджи — только частично. Маячок показывал, что мальчик по-прежнему находится в доме, причем именно в гостиной, но точное местоположение все время менялось, поэтому было высказано предположение, что скрытая комната в реальном мире занимает до крайности мало места и к тому же постоянно перемещается. Люди мастера Даэ предприняли несколько попыток обнаружить вход в пространственно-временной карман, однако без ключа это не имело никакого смысла. Также мы посетили скрытый этаж, созданный еще на этапе постройки дома, в надежде, что там найдется связь с дополнительно надстроенной комнатой, однако и эти надежды не оправдались. После этого лэны предложили вскрыть этот этаж и перевести его в наш мир, так сказать, в естественном виде, сказав, что, возможно, дестабилизация такого большого участка пространства нарушит работу управляющего артефакта, который контролирует местоположение комнаты. Лаира Нома дала на это разрешение, как и на поиск управляющего артефакта. В итоге весь дом обыскали и просветили приборами несколько раз, однако ничего не нашли. Как будто артефакта там вообще не было…

Угу. Как в убежище тана Расхэ. Или же он был, но находился, вопреки всем законам, не снаружи комнаты, а прямо в ней, и был так надежно скрыт, что даже я его не обнаружил.

— Верно, — согласился лэн Даорн, когда я озвучил свои сомнения. — С учетом личности Даруса Лимо и того, что о нем вообще известно, этот вариант был наиболее вероятным и одновременно самым неблагоприятным для вас. Но без артефакта повлиять на комнату мы не могли. Вскрыть ее снаружи тоже оказалось невозможно. Засечь одну-единственную крохотную пылинку в огромной гостиной не смог ни один прибор. Но когда мы перебрали все доступные варианты и все же решили, что будем ломать четвертый этаж, один из приборов засек аномальную магическую активность, а другой вскоре просигнализировал о попытке разрыва пространственно-временного полотна.

— Я тогда находился вместе с мастером Даэ в гостях у его знакомого мага, — добавил наставник после короткой паузы. — Тот был уверен, что самостоятельно из петли ты не выберешься. Однако пространственная ветвь у тебя в даре все-таки есть. И к тому же один раз за созданием портала я тебя уже застукал. Поэтому, когда стало известно о новой аномалии, то еще по дороге к дому лаиры Нома я велел убрать из гостиной всю мебель на случай, если ты все-таки разорвешь петлю, и вас с Юджи вышвырнет в реальный мир. Маги, которые там были, поначалу тоже не поверили, что у подростка хватит сил на разрыв старой устойчивой петли. Но когда я сказал про порталы, они все-таки засуетились. Понятно, что на первых курсах этому не учат, создание порталов — это вообще отдельное искусство, которое с нахрапа не осваивают. Но учитель как-то сказал, чтобы я в тебя верил… и я верил, Адрэа. Как оказалось, не напрасно.

Я поневоле улыбнулся.

— Спасибо, лэн. Очень хорошо, что в гостиной не оказалось посторонних предметов, иначе мы бы точно убились.

— Скорее всего, так бы и было, — серьезно посмотрел на меня наставник. — Как ты выжил в кармане? Как додумался открыть портал? Не растерялся, не запаниковал, да еще и мальчишку вытащил…

Я поколебался, но все же рассказал, что было в комнате и какие наблюдения я сделал, пока искал оттуда выход.

— Еще один снимок? — отчего-то насторожился лэн Даорн, когда я рассказал про двойную фотку с Дарусом Лимо. — Вложенные карманы?

— Да. Их было несколько. Из одного большой ящик с документами выпал, когда я нашел зацепку. А из другого мне по башке здорово прилетело. Если бы меня тогда не вырубило, я бы, может, и раньше вернулся. А дальше экспериментировать со снимком Лимо просто уже не рискнул.

Наставник снова нахмурился.

— Там не было второго снимка, Адрэа.

— Откуда вы знаете?

— А ты в курсе, что именно сделал, когда открыл портал?

Я помотал головой.

— Ты не просто пробил временную петлю насквозь — ты вывернул ее наизнанку, как перчатку, — сообщил лэн Даорн. — По-видимому, ты столько сил влил в свой портал, что он подцепил одну из стенок кармана как крючком и следом за тобой протащил в нашу реальность. Из-за этого, когда вы вывалились в гостиную, вместе с вами туда рухнуло все, что имелось в комнате. Мебель, одежда, кости, документы… однако второго снимка там не было. Я уверен. И первого мы тоже нигде не нашли.

— Вот это уже совсем странно, — пробормотал я.

— Согласен. Все документы мы передали специалистам. Прах и кости отправили в лабораторию. Книги и остальные вещи пока изучаются, но думаю, останки опознают в самое ближайшее время, и отец Лары Лондо сможет наконец-то спать спокойно. Управляющий артефакт мы, кстати, нашли именно среди вещей. Судя по всему, Лимо спрятал его в одном из дополнительных пространственных карманов, поэтому ты его и не нашел. Ну а поскольку вместе с вами на наши головы вывернулись они все…

— Так их было много?

— Специалисты говорят, штук шесть. Так что их содержимое будут изучать еще долго.

— А лаире Нома это никак не повредит? — забеспокоился я.

— Нет. Она к этому непричастна. Поэтому дом тщательно обыскали, улики собрали, а от лаиры теперь требуется только дать показания. Полагаю, преследовать ее после этого тоже перестанут. Кто бы ни искал наследие Даруса Лимо, теперь оно находится в руках спецслужб. И вряд ли у кого-то получится выцарапать их оттуда без специального разрешения.

— Значит, вы тоже считаете, что семью Нома преследовали сугубо ради этих документов?

— Скорее всего. Сам дом никакого интереса не представляет. Ну, кроме исторического, наверное.

— А вы ничего не знаете про тех парней, что напали на Юджи? Может, они в курсе, кто так заинтересовался Проклятым домом, что пошел на уголовщину?

— Да видишь ли, какое дело, — неожиданно задумался лэн Даорн. — Я разговаривал с начальником участка… это, кстати, сто тринадцатый. Ты там уже был. Так вот, лэн Сотхо по старой памяти оказал мне любезность и поделился деталями нападения на твоего нового знакомого. Кстати, я удивлен, что ты помог Юджи отбиться от чужаков и предпочел скрыть этот факт от службы общественного правопорядка.

Я поморщился.

— Мне с ними общения хватило, поэтому записи я подтер. Я теперь умею.

— Да, про твои факультативы я тоже наслышан, — скупо усмехнулся лэн Даорн. — Но никак не думал, что ты настолько быстро начнешь осваивать новые знания. Особенно в области криминалистики.

— Так что там с расследованием? — поспешил я перевести тему на менее опасные рельсы. — От нападавших был какой-то прок? Они сказали, кто их нанял?

— В том-то и дело, что нет. На допросах они сначала молчали, потом врали, что никакого нанимателя не было. Затем все-таки признались, что дважды прессовали мальчишку Нома. Дали твое описание, правда, нечеткое, поэтому конкретно с тобой, раз уж Нома смолчал, этот эпизод так и не увязали. Проблема в другом. Сегодня утром я говорил с лэном Сотхо — хотел узнать, появилась ли у него новая информация в связи с тем, что по всем столичным каналам уже раструбили, что тайна Проклятого дома раскрыта, а считавшиеся утерянными документы некоего умершего мага благополучно изъяты. И тот вдруг сообщил, что всех четверых нападавших с прошлой ночи как подменили.

— В каком смысле?

— В таком, что они стали напрочь отрицать какую-либо связь с семейством Нома. Наотрез отказались от прежних показаний. И заявили, что в глаза не видели ни Юджи Нома, ни его мать, понятия не имеют, в каком доме те живут, и уж тем более у них не было причин кого-либо из них избивать или угрожать выселением.

Я озадаченно кашлянул.

— И им что, поверили?

— Нет. Сводили на допрос под определителем ауры. Затем показали целителю. И тот сказал, что у всех четверых глубокие провали в памяти, касающиеся событий последних нескольких месяцев, поэтому на данный момент они не лгут и искренне не понимают, за что их задержали.

— Вот это новость! — опешил я.

— Лэн Сотхо пока не нашел объяснения этому феномену: на задержанных не оказывалось давление, они ни с кем с момента задержания не виделись, никто на них магией не воздействовал. По крайней мере, магический фон в их камерах остался в норме, камеры видеонаблюдения никаких подозрительных явлений не записали. Однако целитель сказал, что все четверо имеют излишне яркие ауры, как если бы некое… непонятное ему пока магическое воздействие… все-таки было оказано. Более того, он утверждает, что заключенные ведут себя так, словно накануне получили серьезную черепно-мозговую травму, из-за которой некоторые участки их мозга, особенно отвечающие за память, были серьезно повреждены. Лэн Сотхо выясняет, не было ли каких-то проблем во время задержания, имели ли они какие-то посторонние контакты непосредственно перед или во время пребывания под стражей, но для нас эти люди в любом случае бесполезны.

— Я их по головам несильно бил, — на всякий случай сообщил я. — Уж память-то им точно не должно было отшибить.

— Всякое бывает, — пожал плечами лэн Даорн. — Может, последствия оказались отсроченными. Может, тхаэры во время задержания переусердствовали. Может, уже в участке что-то случилось или парни с сокамерниками что-то не поделили… нам с тобой без разницы. Целитель сказал, что память у них вряд ли восстановится. Поэтому теперь у Сотхо будет болеть голова по поводу того, куда этих беспамятных девать. Обвинение им теперь не предъявишь, запись с камеры сомнительная, целитель к тому же утверждает, что они нуждаются в лечении… в общем, дело сильно затянется и, скорее всего, перспектив у него не будет.

— Ясно, — озадаченно произнес я. — Получается, нанимателя они, если и захотят, тем более теперь не выдадут?

— Вот именно.

— Досадно. А как сам Юджи? — встрепенулся я. — Он поправится?

Наставник снова кивнул.

— Мальчик получил серьезное обморожение, истощение и обезвоживание, пока находился между жизнью и смертью. На переходе у него в горле и в легких образовалось много мелких кристаллов льда, поэтому первый же вздох едва не стал для него последним. Но его вовремя вытащили, в больнице он пробудет еще несколько дней. Лэн Озро говорит, что с парнем все будет в порядке. Он, к слову, сильно удивился, что у тебя подобных повреждений не обнаружилось. А те, что были, быстро исчезли.

— Я живучий, — улыбнулся я. — И везучий.

— Главное, скромный, — с подозрительно серьезным лицом отозвался лэн Даорн. — Но не обольщайся. Не сегодня-завтра к тебе придут серьезные люди и начнут задавать такие же серьезные вопросы. Само собой, допросы пройдут в моем присутствии, однако отвертеться от них у тебя не получится. Подумай, что ты им скажешь. И скажи мне честно: ты читал документы Даруса Лимо?

Я угукнул.

— Мне было любопытно, поэтому я несколько рэйнов пытался понять, зачем они кому-то понадобились. Но, если честно, там было столько всякой чуши, что, как говорится, было бы за чем гоняться.

— Не скажи. Лимо, по слухам, был умен, — окинул меня задумчивым взглядом лэн директор. — Он мог спрятать одни записи внутри других. А мог зашифровать их или иным способом скрыть важную для себя информацию.

— Про шифры я не подумал, — честно признался я. — Но временные петли — дело такое. Я боялся, что проторчу там день, а у вас уже пролетит целый месяц. Или наоборот, выберусь оттуда седым бородатым стариком, а меня в реальности никто еще даже не хватится… О, вспомнил! А лаира Нома, случайно, писем от Лары Лондо в гостиной не находила? Мне она сказала, что несколько раз получала письма с угрозами, но я, когда был в комнате, видел записки от Лары. И раз уж на той бумаге тоже были временные зацепки, то я подумал, может, это были именно ее письма? Только не с угрозами, а с предупреждением? Раз лаира получила мое, то вдруг там были и другие?

— Тхаэрам лаира сказала, что не сохранила эти письма.

— Жаль, — вздохнул я. — Может, они разлетелись по времени на слишком большие промежутки? Или вообще отправились в далекое прошлое? Кто знает, что этот Лимо со своей комнатой намудрил? Даже странно, что именно мое письмо дошло до лаиры сразу и именно в тот момент, когда это было особенно нужно.

— А ты больше ничего необычного в той комнате не видел? — очень внимательно посмотрел на меня наставник. — Может, что-то услышал или почувствовал?

И вот тогда я заколебался.

Изначально я не планировал никому рассказывать о флешке, по крайней мере до тех пор, пока сам ее не прочитаю. Понятно, что для этого пришлось бы постараться, считывающих устройства для таких старых носителей в продаже давно нет. Их надо было где-то искать, быть может, специально заказывать, кося под любителя старины. А потом еще и дешифровкой заниматься…

До этого момента я и опекуну не собирался об этом говорить, тем более мастеру Даэ или кому-то еще. Однако сегодняшний разговор заставил меня о многом задуматься. В том числе о доверии, которое мы оба хотели бы, чтобы между нами было. Однако пока выходило, что по-настоящему верил только наставник, тогда как я, к сожалению, не смог открыться ему полностью. И, наверное, именно сейчас стало очевидно, насколько же сильно меня это тяготило.

Да, я и сейчас не рискнул бы рассказать ему все, даже зная, что он прекрасно ко мне относится. Несмотря ни на что… все равно не мог. А с другой стороны, если не доверять хотя бы ему, то кому тогда? Он ведь был со мной честен. Ни разу меня не обманул, не подвел.

— Адрэа? — моментально насторожился лэн Даорн, когда я не ответил сразу.

— Нет, лэн, — тяжело вздохнул я. — Совсем уж странного я там не видел. А обо всем, что видел, уже рассказал. Да, Лара писала про голоса, но я, в отличие от нее, не менталист, поэтому, если что-то такое и было, то я не заметил…

— Но? — совершенно верно распознал причину возникшей неловкой паузы лэн Даорн.

Я пристально на него посмотрел.

— Скажите, лэн, с вами беседовали люди из военного министерства?

— Да. Все необходимые показания я уже дал.

— То есть больше допрашивать вас не будут?

— Не должны, — еще больше насторожился наставник. — Почему ты об этом заговорил?

Я отвернулся, аккуратно достав из-под полотенца злополучную флешку, а потом спрыгнул с кровати и протянул свою находку наставнику.

— Как я и сказал, в бумагах Даруса Лимо не нашлось ничего интересного. Но на съемном носителе может быть важная информация о магии времени и пространства. К сожалению, в Сети сведений на эту тему немного. На факультативе дают чуть больше, но тоже недостаточно для понимания сути этого вида магического искусства. Говорят, Лимо изучал пространственно-временные разломы. В том числе и те, откуда в наш мир приходят дайны. И я не хочу, чтобы эти сведения осели мертвым грузом в секретных архивах просто потому, что кто-то назвал Лимо военным преступником.

Лэн Даорн странно наклонил голову.

— Поэтому ты решил отдать их мне?

— Я вам верю, лэн, — тихо сказал я. — И знаю, что вы распорядитесь ими правильно.

— Спасибо, — серьезно ответил наставник, забирая флешку. — Надеюсь, ты понимаешь, что это — важная улика, которую придется вернуть?

— Да, лэн.

— Не стану спрашивать, где ты ее прятал. Но думаю, будет лучше, если на допросе ты об этом ничего не расскажешь, а в военное министерство улику передам не я и уже тем более не ты, а, скажем, лаира Нома, которая случайно найдет ее в каком-нибудь углу или в щели между полом и шкафом в гостиной. Дом, конечно, обыскали, но мало ли кто мог не увидеть закатившуюся за шкаф крохотную деталь?

— А лаире обязательно найти ее прямо сегодня? — тщательно подбирая слова, уточнил я.

Лэн Даорн на мгновение задумался.

— Полагаю, что ни сегодня, ни завтра у нее не будет такой возможности. Быть может, и в ближайшие несколько недель тоже.

— Тогда, быть может, за то время, пока лаира не будет ее искать, у вас совершенно случайно найдется старинный прибор, который поможет прочитать информацию с этого носителя?

— У меня такого нет, — качнул головой наставник. — Но, возможно… чисто теоретически… я знаю человека, который обладает нужными знаниями и, что важнее, аппаратурой. Он, правда, живет не в Таэрине, а в Нарке, но думаю, после возвращения в школу мне захочется его навестить.

Я с облегчением улыбнулся.

Уф. Значит, все-таки поможет, хотя это и не совсем законно.

— Знаете, лэн, если вы как-нибудь на досуге расскажете мне что-нибудь интересное об одном умершем маге и его научных изысканиях, я буду вам чрезвычайно благодарен.

— Скорее всего, это займет какое-то время, — испытующе посмотрел на меня лэн Даорн, убирая флешку в карман. — Раньше следующих выходных я вряд ли смогу увидеть нужного человека, поэтому на быстрые результаты не рассчитывай. Но как только у меня появится информация, я дам тебе знать.

— Спасибо, лэн, — с чувством поблагодарил его я.

Черт возьми! Все-таки у меня потрясающий опекун!

Тем временем лэн Даорн достал из кармана идентификационный браслет и протянул мне.

— Чуть не забыл… Держи. Лэн Озро предложил снять его на то время, пока твой дар до конца не восстановится. Но, кажется, твои друзья уже теряют терпение. Думаю, тебе стоит им позвонить.

Я мельком глянул на экран и обомлел.

Мать моя женщина! Сто сорок восемь звонков и почти три сотни сообщений за те две недели, что меня не было! Причем треть — всего лишь за последние сутки!

— Отдыхай, — со смешком бросил лэн Даорн, когда я в шоке замер на постели. — Твой йорк пока поживет в лавке у лаиры Нома. Ему там, кажется, понравилось, а лаира обещала о нем позаботиться. Ну а с друзьями сам разбирайся. Хотя, признаться, я рад, что они у тебя есть.

— Я тоже… рад, — заторможенно произнес я, пролистывая целую вереницу сначала недоумевающих, потом рассерженных и под конец уже встревоженных сообщений.

«Гурто, ты где?»

«Гурто, дайн тебя задери, куда ты пропал? Тренировку же пропустишь!»

«Адрэа, перестань молчать или я тебя прибью, когда увижу!»

«Гурто, ты домашку сделал?»

«Гурто, ну хотя бы завтра в академии появишься?»

«Адрэа! Ау! Вернись!»

«Дайн, ты куда запропастился⁈»

«Адрэа, напиши мне срочно! Ребята переживают!»

«Гурто, это уже не смешно! Босхо сказала, что убьет тебя, если ты пропустишь вторую тренировку подряд!»

«Гурто-о, у тебя что, проблемы⁈ Помощь нужна⁈ Скажи хоть слово, и мы примчимся, куда скажешь!»

«Адрэа, ау! Ты вообще живой⁈»

«Адрэа, перестань меня пугать! Напиши хоть что-нибудь!»

«Адрэа, дайн тебя сожри! Откликнись! Мы же с ума сойдем от беспокойства!»

Тэри, Кэвин, Нолэн…

Даже Ания соизволила написать несколько сообщений в стиле: «Гурто, отзовись немедленно, иначе хуже будет!»

Твою ж мать! Как я им все это объяснять-то буду⁈

Наставник понимающе улыбнулся и молча вышел из комнаты, аккуратно прикрыв за собой дверь.

Тогда как я, глядя на огромный ворох неотвеченных сообщений, вдруг почувствовал себя до крайности странно. Но одновременно с тем и удивительно хорошо. Просто потому, что в этом мире наконец-то появились те, кому я дорог. Люди, при мысли о которых у меня неожиданно потеплело на душе и появилось до одурения приятное чувство, что я действительно больше не один.

Конец третьей книги