Глава 15

Эжен

– Ты сегодня собираешься спать?

Сонная Ариэтт в домашнем платье и тапочках на босу ногу замерла у ступенек лестницы. Я обернулся к жене и улыбнулся.

– Ложись, я скоро приду, – сказал ей и снова отвернулся к окну. Но раз супруга уже пришла, то не уйдет так просто.

– Еще скажи, что ты не устал. – Она обняла меня со спины и прижалась щекой.

– Устал. – Я смотрел на серое небо Тассета и не мог заставить себя подняться в спальню и просто отдохнуть. От этой страны веяло опасностью. Она будила давно забытые страхи, а вечный свет Инга и Форро казался лишь напоминанием, что в Тассете мы все время на виду. Уже утром прибудут представители президиума – пока только мелкие сошки, чтобы поприветствовать членов посольства, а на следующей неделе состоится прием, на котором нас официально представят знати Тассета, и начнется игра не на жизнь, а на смерть, ради которой мы сюда и приехали. Я бы очень хотел, чтобы Ариэтт оказалась как можно дальше от поля боя, но разве это возможно?

– Тогда пора ложиться! – не унималась супруга. – Когда мы поедем к Стефу? Завтра? Послезавтра?

– Давай завтра вечером. – Я не собирался откладывать встречу с новоиспеченным родственником. Хотелось понять, на чьей он стороне. Если на нашей, это будет большой плюс. А если эо Тайрен выступит против нас, это может быть опасно. Но Стефан и Ариэтт общались все эти пять лет. Сначала Ари писала брату письма, на которые тот скупо отвечал, а когда стала возможна телефонная связь, время от времени звонила. И вроде бы никакого негатива Стефан не выказывал. Не забыл я и нашу встречу в доме Хайди эо Лайт, где белый лев сражался совсем не на стороне «Общества чистой силы». Если бы кто-то об этом узнал, его бы давно убрали с поста главы. А Тед говорил, что этого до сих пор не произошло. Значит, тайна Стефана не была раскрыта. И все-таки друг он или враг?

– Ты невыносим! – Ари обиженно насупилась. – Роль посла отменяет роль мужа?

– Нет. Конечно нет. – Я крепко обнял жену. – Идем, родная. Завтра будет тяжелый день.

Мы поднялись на второй этаж, где располагались спальни. Я знал, что вокруг здания дежурит охрана, но охранникам не доверял. Никому в этой проклятой стране нельзя верить! А сам состав посольства не так уж велик. Впрочем, в нем собрались не последние люди: опытные дипломаты, аналитики. А я, Макс и Эдита были магами. Так что не все настолько плохо.

Белье на кроватях постелили новое. Оно захрустело, когда мы с Ари разделись и легли в постель.

– А помнишь, как мы тут ночевали после нападения на твоего папу? – спросила жена, приподнимаясь на локотке. – Мне тогда было так страшно!

– По тебе не было видно. – Я улыбнулся в ответ.

– Еще бы! Я старалась. У вас и без меня проблем хватало. А теперь я жена посла.

Ари захихикала. Мне тоже постепенно становилось легче. Надо просто признать для себя самого, что прошло пять лет и меня нынешнего от прошлого отделяет пропасть. Все эти годы я учился. И понимал, что рано или поздно вернусь в Тассет. Дея с Нэйтом тоже всегда это знали, но их остановила беременность Деи. Видимо, это судьба, которая решила, что пора мне как-то определиться. Доказать, что я стал сильнее.

– Закрывай глаза! – приказала Ариэтт. – Или мне снова петь тебе колыбельные?

– Про котика? – вспомнилось мне.

– Про котика. – Супруга легонько чмокнула меня в нос. – Или лучше про барса? Про спицу петь не буду, уж извини – твоя оружейная форма ни с чем не рифмуется.

– А я согласен только на колыбельную про спицу.

– Спи уже.

Ари прижалась ко мне и затихла. Я тоже вскоре уснул, но просыпался от малейшего шороха, а утром поднялся ни свет ни заря. Надо подготовиться к встрече с тассетскими волками. Или, лучше сказать, шакалами. Так что когда мои «домашние» поднялись, я уже сидел в кабинете над бумагами. Да, сейчас со мной никто не станет вести переговоры, но все равно надо быть во всеоружии и дать понять, что я приехал не чесать языком, а работать.

Гости появились сразу после завтрака. Мы с Ариэтт, Максом и Эдитой ждали их в гостиной. С остальными членами посольства тассетцы должны были познакомиться уже на приеме. Когда слуга из местных доложил, что прибыли посетители, я приказал проводить их в гостиную и поднялся навстречу. Страха не было. Скорее предвкушение – пусть все наконец начнется.

Приветственная группа оказалась небольшой – всего пятеро угрюмых мужчин и одна женщина. Я чувствовал, что все обладают магией иль-тере. Решили сразу пустить в ход тяжелое оружие? Показать мне свое место? Тассетцы ждали, пока поприветствую их первым. Но это они пришли в мое временное жилище, а не я заглянул к ним на огонек. Так что я тоже ждал.

– Здравствуйте, господин Айлер, – через губу сказал старший из мужчин. Исходящий от него негатив можно было читать, как в раскрытой книге. – Мое имя – Лександр ле Фент. Я буду вашим помощником на время службы в Тассете.

– Здравствуйте, господин ле Фент, – ответил я. – Благодарю, что пришли посетить нас и готовы оказать помощь. Могу я узнать имена ваших спутников?

Последовали имена и титулы, все из которых я слышал впервые. Обратил внимание только на женщину. Ее звали Долорес эо Ниттис. Эо – этим уже все сказано.

Настал мой черед представлять спутников.

– Ариэтт, моя супруга, – сказал я. – Эдита Ларенс, моя иль-тере.

Посланники Тассета дружно поморщились. Как это так, представить супругу раньше иль-тере? Для Тассета – это вопиющая наглость. Только я не тассетец.

– Максимилиан Айлер, мой брат.

Еще один маленький нюанс. После приезда в Эвассон Макс настолько хотел забыть родную страну, даже согласился взять имя моего отца и мачехи. И по документам приходился мне братом, хоть между нами и не было кровного родства. И конечно же и слепому ясно, что Макс родился не в Эвассоне.

– Что-то мне знакомо ваше лицо, юноша, – протяжно сказала Долорес, глядя на Макса, как на занятную игрушку. – Помнится, вы были ай-тере Хайди эо Лайт.

Я испугался, что Макс растеряется, и уже открыл рот, когда он ответил сам:

– Вы не ошиблись, госпожа эо Ниттис. Я тоже хорошо вас помню. Вы пытались выкупить у госпожи эо Лайт одного из ай-тере, но она вам отказала.

– И зря. Говорят, многие из ее парней погибли, – равнодушно произнесла Долорес, будто говорила о гибели гусениц в саду.

– Лгут. – Макс безмятежно улыбнулся. – Все живы и здравствуют. И с прискорбием услышали о болезни госпожи эо Лайт. Но все-таки мы здесь не для того, чтобы обсуждать мое прошлое. Здесь я представляю Эвассон, ставший для меня родиной.

Долорес едва не фыркнула, но ле Фент вмешался раньше, чем дошло до дипломатического скандала:

– Благодарю, что приняли нас после дальней и тяжелой дороги, господин Айлер. Уделите нам несколько минут?

– Да, конечно, присаживайтесь, – ответил я. – Чаю?

Иль-тере согласились. Мы дождались, пока служанка принесет поднос с чайником и чашками.

– Какие цели вы ставите перед собой в Тассете? – как бы между прочим спросил ле Фент, отпивая чай.

– В последнее время между нашими странами было мало взаимопонимания, – ответил я. – Считаю, что надо это изменить.

– Полностью согласен с вами, господин Айлер. Насколько мне известно, ваша супруга из Тассета?

– Да, мой отец – Клод эо Тайрен, – ответила Ариэтт. Она, как никто, умела «щеголять» титулами.

– Вы сестра Стефана эо Тайрена? – удивилась Долорес. Не поверю, что она не знала – в Тассете изучили нашу биографию вдоль и поперек.

– Да, – улыбнулась Ари. – И хотя судьба привела меня в Эвассон, я, как никто, знакома с жизнью Тассета.

– На следующей неделе состоится торжественный прием в вашу честь, и официально начнется работа посольства, – вмешался в разговор один из гостей. – Мы согласуем с вами дату и время приема.

– Также мне хотелось бы видеть список приглашенных, – сказал я. – И внести в него кого-то из гостей, если понадобится.

– Конечно, господин Айлер. – Мужчина отвечал спокойно, но смотрел на меня, как на врага. Да уж, нам здесь не просто не рады. Нас тут ненавидят!

– И власти Эвассона поручили мне разобраться детальнее в гибели моего предшественника. Надеюсь, мне представят все требуемые документы?

– Все, что могли, мы давно направили в Эвассон.

– И тем не менее я хотел бы еще раз изучить их лично.

– Конечно, господин Айлер. Но об этом лучше говорить не с нами.

Я и сам это понимал. Однако пусть мои сегодняшние гости сразу расскажут своим кукловодам, чего я хочу. На прощанье тассетцы пообещали обеспечить меня всем необходимым для работы и согласовать дату официального приема. А когда они ушли, я почувствовал, как сразу стало легче дышать.

– Какие мерзкие люди, – тихо сказала Эдита, которая почти не участвовала в нашем разговоре.

– Ничего не поделаешь, – ответил я. – Для них только вы – ровня. А мы – недоразумение, которое смеет открывать рот, когда не разрешали.

– Точнее не скажешь. – Макс напряженно стискивал губы. Вопреки моим опасениям, он воспринимал возвращение в Тассет легче, чем можно было ожидать. Но я до сих пор не мог точно сказать, что у него на уме. Оставалось поверить тете Кристин, что Макс знает, что делает.

– Какие планы на остаток дня? – спросил я спутников.

– Хочу немного взглянуть на Тассет изнутри, – улыбнулась Эдита. – Проедусь по магазинам.

– Я тоже прогуляюсь, – ответил Макс. – Пройдусь по памятным местам, так сказать. А вы?

– Навестим брата Ариэтт, если он дома, – сказал я. – Поэтому увидимся вечером. Будьте осторожны. Тассет нам не рад.

Макс и Эдита пошли собираться, а Ари набрала номер Стефана. Я слышал обрывки разговора, а потом жена положила трубку и сказала:

– Стефан нас ждет.

Что ж, это становится любопытным. Кажется, сейчас я получу ответы на свои вопросы и узнаю, друг нам Стефан эо Тайрен или враг. Собирались мы быстро. Я еще по пути в Тассет обдумал, что скажу Стефану, однако никак не мог предугадать его ответ. В доме эо Тайренов мы бывали, когда забирали вещи Ариэтт после ее ссоры с отцом. Остановив автомобиль у ворот, я посчитал, что особняк ничуть не изменился. Красивый, но какой-то тяжелый и мрачный. Только цветов вокруг стало меньше. Супруге Клода не до этого? Ари, кстати, ничего не говорила о матери после возвращения от Стефана.

Нам открыл чопорный слуга лет пятидесяти в идеально выглаженном черном костюме.

– Прошу за мной, господа. Хозяин ждет вас в большой гостиной, – почтительно сказал он и повел нас в дом. Мы с Ариэтт переглянулись. Любимая не выглядела встревоженной, а мне было не по себе.

В доме пахло лекарствами. Барс внутри меня недовольно зафыркал – моя звериная ипостась не любила подобные запахи. Может, кто-то их и не замечал, но не я.

– Сюда.

Слуга распахнул перед нами двери, и мы очутились в большой просторной гостиной. Стефан сидел в кресле. Перед ним на столе была пепельница, на ее краю дотлевала сигара. Старший брат Ариэтт поднялся нам навстречу и сдержанно кивнул.

– Здравствуйте, господин эо Тайрен, – сказал я, а Стефан поморщился.

– К чему такой официоз? Ты меньше церемонился, дражайший зять, когда помог мне обрести форму оружия. Так что отставим расшаркивания. Присаживайтесь.

Стефан изменился. Взгляд стал еще более цепким, волосы чуть отросли, и сейчас он больше напоминал льва. А еще сама атмосфера вокруг него стала другой. Воздух звенел от ощущения опасности.

– Вы завтракали? – спросил Стеф.

– Да, – ответила Ари. – В очень неприятной компании. Президиум приставил к нам таких дипломатов, которых хочется поучить вести себя.

– Президиум понимает, что от вас будут проблемы, – заметил Стефан. – И все же надеется восстановить дипломатические отношения с Эвассоном, потому что слишком много потерял в плане торговли. Так что это только первые ласточки. Следующие будут лебезить перед вами и прыгать на задних лапках. И уже потом начнутся настоящие переговоры. Ты зря согласился на этот фарс, Эжен.

– У меня есть свои цели, – ответил я. – И они имеют прямое отношение к тебе.

Ари молчала. Она прекрасно знала, зачем я приехал, но пока не вмешивалась.

– И что же это за цели? – поинтересовался Стефан. Он изучал меня так пристально, будто пытался прожечь дыру.

– Для начала я хотел бы знать, устраивает ли тебя нынешний уклад жизни в Тассете?

Стеф рассмеялся, но это был натянутый смех.

– Устраивает ли он меня? – спросил белый лев. – Мой ответ тебе не понравится, Эжен. И да, и нет.

– Так не бывает!

– О, еще как бывает. С одной стороны, у меня изжога от этой страны и ее нравов. А с другой – лично меня они мало касаются.

Врет. Как раз его они и касаются, как и любого, кто обладает силой иль-тере либо ай-тере. Да и людям без магии, как Ари, здесь жить ох как непросто. Супруге, видимо, надоело сидеть молча, потому что она воскликнула:

– Как ты можешь так говорить, Стеф? Ты ведь сам столкнулся с тем, насколько прогнил Тассет! Или тебе приятно наблюдать, как одни люди смешивают других с грязью только по магическому признаку?

– Мне все равно.

– Ложь!

– Не тебе судить, сестренка. Ты давно меня не видела.

– Ты и до моего отъезда постоянно мне лгал, Стефан. Я понимаю, что таким образом ты хочешь меня уберечь, но пойми: я уже взрослая и сама принимаю решения.

– И каковы же они, эти решения? – лениво поинтересовался Стеф.

– Бороться! Да, мне хорошо в Эвассоне, но Тассет – моя родина. И я знаю, что здесь происходит. Как об этом можно забыть, если из-за козней президиума и им подобных я едва не потеряла обоих братьев?

– Не преувеличивай. – Стефан нахмурился.

– Посмотри правде в глаза! Отец хотел убить тебя.

– Я знаю, Ари. И если ты думаешь, что тешу себя самообманом, то очень сильно ошибаешься. Себе я уж точно не лгу. А наш дражайший папаша не упускает случая напомнить, как ему жаль, что мне удалось остаться невредимым.

– Он настолько в сознании? – уточнил я.

– Он живее всех живых! – зло выплюнул Стеф. – Можете подняться на второй этаж и убедиться. Может, его удар хватит.

Ари отвела взгляд. Ей точно не хотелось встречаться с отцом. А мне и подавно нет необходимости видеть Клода эо Тайрена.

– Верим тебе на слово, – сказал я Стефану. – Просто слухи ходят разные.

– Да, потому что для всех мой отец немногим отличается от растения. И вас попрошу придерживаться той же версии. Мне все время кажется, что этот угорь как-то поддерживает связь с «Обществом чистой силы». Но телефона на втором этаже нет, сиделка немая, бумаги я ему не даю. Как?

– Немая сиделка – это еще не гарантия, – ответил я.

– Она не выходит из дома. – Стефан покачал головой.

Это так страшно – жить, постоянно ожидая удара в спину от самого близкого человека. Я не представлял, как эо Тайрен с этим справляется. Но он, видимо, привык, потому что казался совершенно спокойным. Только временами хмурился чуть больше.

– А ты говоришь, что тебе здесь прекрасно живется! – выпалила Ари. – Открой глаза, Стефан. Это не жизнь.

– Какая разница? – Он невозмутимо пожал плечами.

– Смотря ради чего ты живешь, – ответил я.

Стефан недобро усмехнулся.

– Ради «Общества чистой силы» конечно же, – сказал резко. – А как иначе?

– Дурные у тебя шутки. – Ари только покачала головой. – Почему ты до сих пор возглавляешь это «Общество»?

– Потому что если это не буду я, главой станет кто-то другой. И что он сделает первым?

– Убьет тебя, – ответил я.

– Именно, Эжен. Поэтому мне проще поддерживать видимость бурной деятельности. Но ты пришел с предложением. Я готов его выслушать.

– Эвассон обеспокоен ситуацией в Тассете, – сказал я. – И на тайных переговорах с Тианестом и Рандсмаром предложил им совместными усилиями прижать Тассет к ногтю.

– Война? – холодно поинтересовался Стефан.

– Внутренний переворот. Но для того, чтобы Тианест и Рандсмар решились вмешаться, нужны доказательства тех преступлений, которые здесь происходят. Документы, возможно, свидетели.

– Вас и ай-тере, которых вывозит сопротивление, мало?

И об этом он знает…

– Мало, – ответил я. – Тианест говорит, что они теперь граждане Эвассона и не могут судить беспристрастно.

– Или их подкупили.

– Да. Поэтому нашим соседям нужен кто-то со стороны. И неопровержимые доказательства, которые заставят вмешаться. Конечно, они и сами знают, что здесь происходит, но ты ведь понимаешь, одно дело вмешаться напрямую как агрессоры, и совсем другое – предоставить право принять удар на себя Эвассону и потом махать в воздухе пачками бумаг.

– Политика, – усмехнулся Стефан.

– Она самая, – кивнул я. – Для сбора доказательств мы и приехали в Тассет. Ты пользуешься здесь влиянием и мог бы помочь нам.

– Но не хочу.

– Стефан! – Ари едва могла усидеть на месте.

– Подожди, – остановил ее брат. – Это вам здесь терять нечего. А у меня тут дом, бизнес, дела. Хочу ли я, чтобы все это рухнуло в одночасье? Что планирует Эвассон? Как он собирается устраивать переворот?

– Изнутри, – ответил я. – Нашими руками. И твоими, если ты решишься.

– Ты уже озвучивал эти безумно милые мысли своим друзьям из сопротивления?

– О чем ты?

– Не делай вид, что не понимаешь. – Стеф знал слишком многое. – Я на днях общался с Тедом и его иль-тере. Очень проблемные господа. Но для твоего плана сгодятся. Так как, ты говорил об этом с ними, Эжен?

– Еще нет. Но они не откажутся.

– Само собой. – Стефан задумчиво кивнул. – Мне надо поразмыслить над этим. Взвесить все «за» и «против», и потом уже я смогу сказать тебе, готов ли марать руки.

– Конечно. Только не затягивай. Время идет.

Стеф кивнул. Думаю, наш разговор на этом можно было считать законченным.

– На следующей неделе будет официальный прием в нашу честь, – сказала Ариэтт. – Я пришлю тебе приглашение, братишка.

– Я приду, – пообещал белый лев. – И будьте осторожны. Оба. Проверяйте автомобиль прежде, чем куда-то ехать. Не бродите по городу в одиночестве. И вообще, зря вы приехали.

– Не зря, – ответил я. – До встречи, Стефан.

– До встречи. – Тот потянулся за новой сигарой, а мы прошли к двери. Слуга снова проводил нас до автомобиля и открыл ворота.

– Он не согласится, – сказал я, когда мы отъехали от дома эо Тайренов.

– Согласится, – ответила Ариэтт. – Только дай Стефану время. Он не слишком-то склонен к спонтанным решениям.

– Надеюсь, что ты права. Иначе «Общество чистой силы» будет большой проблемой. Хотя это случится при любом раскладе. А теперь мне хотелось бы побеседовать с Джефри Морганом.

– Нанесем ему визит? – спросила супруга.

– Подумаем. Это может показаться странным, в отличие от встречи с твоим братом. Позвоним Лалли и Теду, узнаем, захочет ли с нами встретиться Джефри.

– И все-таки мне страшно, – призналась Ариэтт.

– И мне, – сказал я. – Но не боится только глупец, родная. А наша война только начинается.