Глава 27

Макс

Чаепитие растянулось до полуночи. К нам присоединились ай-тере Эдиты и другие члены посольства, и мы долго обсуждали минувший вечер. При этом Эжен никому не рассказывал, к чему привел его разговор с Джефри. Будь мы одни, рассказал бы, но Эжен, прошедший Тассет, как и я, мало кому доверял. Но чай закончился, и наши собеседники постепенно начали расходиться. В итоге в гостиной остались Айлеры и я.

– Вам пора спать, – напомнил друзьям. – Утром у нас переговоры.

– А ты еще не ложишься? – Ари сладко зевнула, прикрыв рот ладошкой.

– Я тоже лягу, конечно. Только посижу еще немного.

– Хорошо. – Эжен поднялся на ноги. – Спокойной ночи.

– Взаимно.

Я наблюдал, как мои самые близкие друзья покинули комнату. И понимал, что снова им солгал. Нет, я не собирался ложиться. Меня ждали совсем другие заботы и дела. Такие, о которых даже думать сейчас не хотелось, поэтому я спокойно вымыл чашку, поднялся наверх, переоделся в более простую одежду, подходящую для прогулки по ночному Тассету, и выскользнул из дома.

Обернулся. Никто не заметил моего бегства. Что ж, вот и отлично. А если взять автомобиль, кто-то может и обратить внимание на шум мотора. Мне это не нужно, поэтому я решил прогуляться пешком. Тем более прекрасно знал путь, который мне предстоял.

Посольство Эвассона находилось достаточно далеко от дома Хайди, так что я шел около получаса. Знакомые улочки, которые мы проезжали вечером, в сером ночном сумраке казались пустыми и призрачными. Людей почти не было. Только автомобили, которые уносили своих пассажиров в рестораны или везли домой. Как знать?

Внутри меня не было смятения. Только холодная решимость. Я с самого начала знал, зачем еду в Тассет. Зачем вообще возвращаюсь. И сейчас это желание билось под кожей, не давало идти дальше. Здесь и сейчас. Все или ничего.

Я уже подходил к бывшему особняку эо Лайт, когда показалось, что мимо промелькнула тень какого-то животного. Откуда оно в центре столицы? Чей-то ай-тере? Может быть. Джефри – член президиума, ему могут доставлять донесения в любое время дня и ночи. А я… Я обошел дом и остановился у калитки. Она всегда была заперта, даже когда здесь хозяйничала Хайди, но в этом месте было удобно перелезать через забор, потому что калитка служила перекладиной.

Я перекинул ногу, подтянулся, перебрался на другую сторону и спрыгнул. Главное, чтобы меня не увидел сам Морган или кто-то из его ай-тере. Поднимут шум, долго придется объяснять, что здесь делаю.

Я отыскал взглядом окошко на втором этаже. В комнатах Хайди горел свет. Точнее, раньше там располагалась ее спальня, и сегодня я надеялся, что ничего не переменилось. У стены росло раскидистое дерево. Я забрался на ветку, с нее осторожно на балкон и припал к стеклу. Да, Хайди была там. Она тоже не спала. Сидела у зеркала и расчесывала волосы. Раньше у нее была короткая стрижка – до плеч, а теперь копна темных волос вилась ниже лопаток. Я тихонько постучал. Хозяйка комнаты вздрогнула и обернулась, зажала рот ладонью, будто хотела сдержать вскрик, и поспешила мне навстречу.

– Макс? – Балконная дверь распахнулась, и я прошел в комнату. – Ты с ума сошел?

– Нет. – Я покачал головой. – Хотя, может быть, но не сейчас. Мне показалось, что вечером мы не договорили.

Хайди смотрела на меня, слишком хрупкая в тонком халатике. Я знал, что за этой видимой хрупкостью скрывается чудовище. Всегда знал – и не мог остановиться. Сделал еще шаг, разделявший нас, и впился в ее губы поцелуем. Она удивленно замерла, а потом обвила мою шею руками, отвечая на поцелуй. Мое тело плавилось даже от простого поцелуя. Хайди была первой для меня когда-то. И никто не смог стереть память о ней и то восхищение, которое охватило меня в нашу первую ночь. Да и было ли кому стирать?

– Макс! – Она запустила пальцы в мои волосы, убрала их с лица. – Тебе не стоило приходить. Если Джефри узнает…

– Будут неприятности. – Я договорил за нее. – И весь состав посольства будет за меня краснеть, но мне плевать.

– Ты вернулся. – Хайди водила подушечками пальцев по моим щекам, губам, подбородку, словно заново узнавая. – Вернулся, чтобы спасти меня!

– Нет, – ответил я. – У меня совсем другие цели. Но я хотел увидеть тебя. Понять…

– Что?

– Люблю ли я тебя до сих пор.

– И как? – Губы Хайди дрогнули в знакомой усмешке.

– Еще не понял.

И снова поцеловал. Нет, я не строил замков из песка. Наоборот, прекрасно понимал, что любое общение с Хайди способно только причинить боль. Но я не боялся боли. Мне нужны были ответы. Часть меня все еще желала эту женщину. Так почему нет? И я целовал Хайди до исступления, а она не отстранялась, позволяя делать все, что захочу. Надо остановиться. Сейчас – надо.

Я разжал руки и сделал шаг назад.

– Макс? – Хайди замерла. – Ты… поможешь мне?

– Помочь? В чем? – хрипло спросил я, не узнавая собственного голоса.

– Бежать. – Глаза Хайди загорелись огнем. – Спрятаться!

– Тебя никто не держит. Балконная дверь открыта. Ты могла бы хоть сейчас…

– Нет. – Она вдруг поникла. – Джефри меня найдет. Всегда находит, понимаешь? Мне негде скрыться, у меня никого не осталось. Мать живет слишком далеко, да и ее не интересует моя жизнь. Она обожает Джефри и приняла его версию о моей душевной болезни. А может, ты тоже считаешь меня сумасшедшей, Макс? Ну, скажи!

Хайди почти закричала. Я приложил пальцы к ее губам.

– Нет, – сказал тихо. – Точнее, мы оба безумны. И ты, и я. Изначально. Но мне тоже негде тебя спрятать.

– Ты свободен, Макс! – Пальцы Хайди до боли вцепились в мои плечи. – Ты можешь найти убежище… Я сделаю все, что ты хочешь, только забери меня отсюда, избавь от Джефри. Ты не представляешь, какой это человек!

Хайди перешла на шепот, я едва различал слова:

– Чудовище, просто беспощадное чудовище. – По щекам моей бывшей иль-тере снова покатились слезы. – Я не выдержу больше, Макс. Это пытка!

– Неужели ты встретила того, кто знает о пытках побольше тебя? – спросил я с горечью.

Хайди легонько коснулась моей щеки.

– Я жалею, – сказала она. – Об этом ожоге. О том, что было…

– Не верю. Ты хочешь вырваться, выбраться на свободу. Зачем? Чтобы вернуться к прошлой жизни? Отомстить? Я не стану твоим пособником.

– Нет, нет. – Она покачала головой. – Никакой мести, никакого прошлого. Я хочу просто жить вдали отсюда, никогда не видеть Джефри. Если бы ты только знал, как я его ненавижу!

И она затихла, прижавшись ко мне. Я провел рукой по ее спине, успокаивая и понимая, что не верю. Хайди вообще нельзя верить, никогда. Сейчас – тем более. Она как зверь, загнанный в клетку. Делает вид, что смирилась, а сама может готовить последний прыжок.

– Макс? – позвала иль-тере.

– Я подумаю, – ответил ей. – Подумаю, как тебе помочь.

– Пожалуйста, – прошептала Хайди. – Я сделаю все, что скажешь. Останусь с тобой, если захочешь. Навсегда.

– А кто сказал, что ты мне нужна?

Мы стояли и смотрели друг на друга. Всего пять лет назад я отдал бы жизнь за то, чтобы Хайди была со мной. А сейчас испытывал лишь острую жалость к ней, потерянной и разбитой. Пока у Хайди нет магии, она слаба и беспомощна. Но стоит ей получить клятву хоть одного ай-тере, и игра начнется снова. Этого я не собирался допускать. И в то же время память не желала молчать. Сама моя суть рвалась помочь Хайди. Я смогу спокойно вернуться в Эвассон, зная, что она жива и здорова. И свободна.

– Макс.

Ее губы робко коснулись моих.

– Я хочу быть с тобой. Прошу, дай мне шанс.

– Я подумаю, – повторил единственное, что мог пообещать. – Но поверь, если я тебе помогу, ты больше никому не причинишь вреда.

– Клянусь! Этого не будет, я никогда больше…

И замерла, прислушиваясь к шагам в коридоре.

– Прячься, – шепнула побелевшими губами.

Я за мгновение принял животную форму, и зайчишка забился между шкафом и кроватью. При этом мне почти ничего не было известно о способностях самого Джефри. А вдруг он меня почует? Как потом смотреть в глаза Эжену? Позора не оберешься.

А Джефри вошел в комнату.

– Не спишь?

Если бы голосом можно было убивать, он бы в этом преуспел.

– Еще нет, – безжизненно ответила Хайди.

– Ложись уже. Я зашел сказать, что на рассвете ты вернешься в загородный особняк.

– Джефри, пожалуйста, я не хочу!

– Тебя никто не спрашивает, чего ты хочешь, – ответил Морган. – Твоя роль сыграна. Ты исполнила ее хорошо, поэтому сможешь выходить из особняка и гулять в саду. Но если узнаю, что ты попыталась сделать хоть шаг за ворота, сама знаешь, что будет.

– Знаю.

Наверное, Хайди опустила голову, потому что голос прозвучал глухо.

– Полагаюсь на твое благоразумие. Не хотелось бы применять силу, – продолжал Морган. – Но если не будешь послушной, мне придется.

– Я буду послушной.

Мне очень хотелось выйти из своего убежища и разбить Джефри лицо в кровь, но я понимал, что так сделаю только хуже. Во-первых, Джеф по-своему прав. Если бы он вел себя по-другому, Хайди сама бы начала им манипулировать, а так у нее не было шансов даже видеть его. Во-вторых, Хайди – та еще актриса. Никто не мог сказать, когда она лжет, а когда говорит правду. И все же я рвался ее защитить! К моему счастью, послышались удаляющиеся шаги.

– Собирайся. – Джефри развернулся на пороге.

– Позволь мне остаться ненадолго. На несколько дней. Я буду выходить с тобой в свет, если нужно. Поддержу любую легенду.

Хайди боялась, что до загородного дома я не доберусь. Наверное, там куда более серьезная охрана, чем здесь. Но я не собирался воевать с Морганом. С ним можно только договориться.

– Нет.

И дверь закрылась. Когда я вернулся в комнату, Хайди сидела в кресле, закрыв лицо руками. Она не плакала, только дышала часто-часто, будто старалась сдержать слезы.

– Я утром уеду, – повернула ко мне голову.

– Если понадобится, я тебя найду, – ответил ей.

– Не выйдет. Наш загородный дом – тюрьма.

– Ничего. Мне пора, увидимся.

Хайди поднялась с кресла, шагнула ко мне и обняла. Постояла так минуту.

– Иди, – сказала затем. – Даже если ты решишь мне не помогать, знай, что я была рада тебя увидеть. Ты – лучшее, что случалось со мной в жизни, Макс.

– Поэтому ты хотела, чтобы я умер? – спросил с горечью. – Ты отправила меня погибать в мучениях, Хайди. И если бы не Айлеры, меня бы уже не было. Они доверились мне, несмотря на то что я был твоим ай-тере и мне вообще не стоило доверять.

– Не все люди одинаковы, Макс, – ответила Хайди. – И я рада, что тебе встретился кто-то хороший. Да, я поступила жестоко, признаю. Власть опьяняет. Сила заставляет забыться. Но время меняет все. Мне не нужна магия, я желаю покоя. Вдали от Джефри Моргана, потому что он рано или поздно меня убьет.

– Мне жаль, что твоя жизнь так сложилась, Хайди. Но это был твой выбор.

– Мой, – грустно улыбнулась она. – Поэтому некого винить, да? С другой стороны, радует, что я не утащила тебя с собой на дно. Хватит того, что сама там оказалась. Ступай, уже поздно. И… я все-таки надеюсь.

Я кивнул и сбежал из комнаты не прощаясь. Любовь? Нет. Моя зависимость прошла. Но все же… Мне было ее жаль. Жаль ту женщину, которую когда-то обожал, которой восхищался. От нее осталась только тень. И я не знал, как помочь этой тени, да и стоит ли это делать. Хотя вру. Ответ уже был мне известен. Оставалось его продумать.