Глава 48.

Алиса.

— Что это значит?! — я сделала шаг вперед, не сводя с него напряженного взгляда.

Мужчина даже не шелохнулся. Словно мои эмоции его совершенно не трогали.

Он спокойно взял со столика рядом с креслом сигару, неспешно поднес ее к губам и прикурил. Огонек зажигалки на мгновение осветил его лицо. Виктор сделал глубокую затяжку и медленно выпустил в воздух густой сизый дым.

В комнате сразу запахло табаком. Дорогим и тяжелым.

— Алиса — имя, данное тебе при рождении, — произнес он так спокойно, будто мы обсуждали погоду за окном.

— Да. Моей мамой.

— Верно, — кивнул мужчина, вновь затягиваясь сигарой. — Твоей настоящей матерью.

Что-то в его голосе заставило меня напрячься еще сильнее.

— Настоящей? — переспросила я. — Может хватит говорить загадками?

Виктор слегка склонил голову набок.

— Действительно.

Он стряхнул пепел в хрустальную пепельницу и на несколько секунд задумался.

— Алиса Вебер… твоя настоящая фамилия Шварц. Алиса Шварц.

У меня нервно вырвался смешок. Настолько нелепо это прозвучало. Настолько абсурдно.

— Слушайте, вы меня с кем-то путаете.

Я даже рукой махнула. Будто хотела отмахнуться от всей этой чуши.

— Если бы, — усмехнулся он.

На этот раз улыбка получилась какой-то странной… усталой.

— Алиса Шварц. Мы искали тебя тридцать лет. — Он сделал очередную затяжку. — Тридцать гребаных лет.

Я нахмурилась. Внутри нарастало неприятное чувство. Словно земля медленно уходила из-под ног.

— Почему вы так меня называете?

— Потому что ты Шварц.

— И я должна поверить вам на слово?

Виктор несколько секунд внимательно смотрел на меня. Будто оценивал. Изучал. А потом неожиданно улыбнулся.

— Хм… действительно. Что это я?

Он указал рукой в сторону прикроватной тумбы. Я машинально повернула голову. Там лежал плотный кремовый конверт. Старый. Слегка помятый.

На нем было написано мое имя. От одного взгляда на знакомый почерк сердце болезненно сжалось.

Нет…

Не может быть…

— Еще одно письмо? — недоверчиво спросила я.

В горле внезапно пересохло.

— Оно настоящее, — спокойно ответил Виктор. — Можешь прочесть.

Я медленно подошла к тумбе. Руки почему-то начали дрожать. Слишком сильно. Словно организм уже знал то, чего еще не понимала я сама.

Я осторожно взяла конверт. Провела пальцами по бумаге. Это был почерк бабушки. Я узнала бы его из тысячи. Сердце забилось быстрее. В груди вдруг стало тесно.

Страшно.

Очень страшно.

Будто после этого письма моя жизнь уже никогда не станет прежней. Я медленно открыла конверт. Вытащила сложенные листы бумаги. Развернула их.

И начала читать.

«Дорогая моя Алиса.

Если ты читаешь это письмо, значит меня уже нет. Мне не хватило смелости рассказать тебе всё при жизни, прости. Но ты должна знать правду.

Наверное, сейчас тызлишься на меня. Возможно, после того как дочитаешь это письмо до конца, возненавидишь. И знаешь что? Я не стану тебя за это винить. Слишком долго я жила с этой ложью, слишком долго пряталась за ролью любящей бабушки, которой на самом деле никогда не была.

Я не твоя бабушка, Алиса.

Меня зовут Эльза, и много лет назад я была охотницей. Одной из тех, кого ты сейчас наверняка считаешь чудовищами. Возможно, так оно и есть.

Тридцать лет назад мне приказали уничтожить семью черных тигров—оборотней. Тогда я не задавала вопросов. Я верила, что делаю правильное дело. Верила своим наставникам, верила Теням и верила, что оборотни — зло, которое необходимо искоренить.

В ту ночь я пришла в дом твоих родителей.

Твоя мама была совсем молодой. Она держала тебя на руках и сразу поняла, зачем мы пришли. Я до сих пор помню её глаза. Помню, как она прижимала тебя к себе и просила пощадить. Не себя. Тебя.

Она не пыталась спасти свою жизнь.

Она пыталась спасти твою.

Я не могу написать это иначе, поэтому скажу прямо. Твоя мать погибла от моей руки.

Каждый день своей жизни после этого я вспоминала тот момент. Каждый. День.

Я думала, что смогу выполнить приказ до конца. Думала, что убью и тебя. Но когда взяла тебя на руки, что-то внутри меня сломалось. Ты была такой маленькой. Совсем крошечной. Ты даже не плакала. Просто спала, ничего не зная о том, что твой мир рухнул в одно мгновение.

И тогда я впервые ослушалась приказа.

Я забрала тебя и сбежала.

Я понимала, что, если Тени узнают правду, они убьют нас обеих. Поэтому мне пришлось исчезнуть. Я сменила имя, придумала нам новую жизнь и новую фамилию. Так появилась Алиса Вебер.

Но правда в том, что ты никогда не была Алисой Вебер.Ты Алиса Шварц. Твое имя было вырезано на твоей кроватке…Последняя наследница рода черных тигров.

Последняя из своей семьи.

Все эти годы я жила в страхе. Боялась, что нас найдут. Боялась, что правда всплывет наружу. Боялась потерять тебя. Но больше всего я боялась одного дня — того самого, когда мне придется посмотреть тебе в глаза и признаться, кто я такая на самом деле.

И знаешь, что самое страшное?

Я полюбила тебя.

Сначала мне казалось, что я просто выполняю обещание, данное твоей материпосмертно. Потом думала, что просто искупаю свою вину. Но проходили годы, а ты становилась для меня самым дорогим человеком на свете.

Я радовалась твоим успехам. Переживала из-за твоих неудач. Не спала ночами, когда ты болела. Учила тебя завязывать шнурки, провожала в школу и плакала на твоем выпускном. Ты называла меня бабушкой, а я каждый раз чувствовала укол совести, потому что не заслуживала этого слова.

Я отняла у тебя родителей, Алиса.Как бы сильно я тебя ни любила, этого уже не изменить.

Прости меня, если сможешь.

А если не сможешь — я пойму.

Но есть ещё кое-что, что ты должна знать. Никогда не считай себя чудовищем из-за своей крови. Неважно, что тебе будут говорить. Неважно, кто и что захочет сделать с тобой. Ты не монстр. Ты не оружие. Ты не эксперимент.

Ты просто моя девочка.Добрая, упрямая, сильная и невероятно светлая.Не позволяй никому убедить тебя в обратном.

И ещё… если рядом с тобой сейчас есть мужчина по имени Макс,не отталкивай его. Старуха вроде меня многое замечает. Я видела, как он смотрит на тебя. В его глазах нет лжи. Возможно, я ошибалась на его счёт. Возможно, впервые за долгие годы рядом с тобой появился человек, который действительно готов ради тебя на всё.

Береги его.

И позволь ему беречь тебя.

Я не знаю, простишь ли ты меня когда-нибудь. Но знай одно: несмотря на все мои грехи, все эти годы я любила тебя больше собственной жизни.

Прощай, моя девочка.Твоя ненастоящая бабушка.Но всегда любившая тебя,Эльза.»

Я медленно опустилась на край кровати. Ноги вдруг перестали держать меня. Письмо выскользнуло из ослабевших пальцев и бесшумно упало на ковер рядом с моими ногами.

Я смотрела перед собой невидящим взглядом.

Слезы бесконечным потоком катились по щекам, падали на колени, впитывались в ткань джинсов, но я словно не замечала этого. Внутри была пустота. Огромная. Черная. Пугающая.

Я не знала, что чувствовать.

Злость? Может боль? Ненависть? Благодарность?

Все смешалось в один тугой узел, который медленно разрывал меня изнутри. Вся моя жизнь только что перевернулась с ног на голову. Бабушка не была моей бабушкой. Моя мама погибла. Мой отец погиб.

А я…

Я вообще не понимала кто я теперь.

— Теперь вы знаете правду, Алиса, — раздался рядом спокойный голос мужчины. — И мне жаль.

Я медленно подняла на него взгляд.

— Нет, — прошептала дрожащими губами. — Все подстроено. Это не может быть правдой.

Виктор лишь тяжело выдохнул.

— Увы, это правда. Мы ничего не подстраивали.

— Не верю.

— Это ваше право. Но факт остается фактом. Босс приказал рассказать вам всё. Это необходимо перед принятием решения.

Я вопросительно посмотрела на него сквозь пелену слез.

— Какого еще решения?

Мужчина неспешно поднялся из кресла и подошел к окну. За стеклом кружил снег, медленно укрывая землю белым покрывалом.

— Алиса, вам нужно принять свой род. Вы — черная тигрица. Последняя в своем роде. И от этого зависит наше дело.

Я нервно рассмеялась. Настолько абсурдно это прозвучало. Настолько безумно.

— Ты себя слышишь вообще? — почти истерично выпалила я. — Вы просто психи!

— Не отрицаю, — спокойно ответил он.

Будто мы обсуждали меню на ужин.

— Мы создали новый вид оборотня и хотим подсадить его в носителя. Самостоятельно он существовать не способен. Ты станешь оборотнем Иного.

— Почему я?! — Голос сорвался на крик. — Почему именно я?!

— Мы пробовали это и с другими. Даже со старейшинами. — Он сделал затяжку сигарой и выпустил дым к потолку. — Но все было не то. Провал за провалом. Иной уничтожал тела. Они буквально сгорали заживо.

По моей спине пробежал ледяной холод.

— Больные ублюдки…

Я резко поднялась с кровати. Настолько резко, что закружилась голова. В этот момент мне хотелось вцепиться ему в лицо ногтями.

Ударить.

Закричать.

Сделать хоть что-нибудь. Но Виктор оставался удивительно спокойным.

— Возможно, — пожал он плечами. — Но потом мы нашли тебя. — Он посмотрел мне прямо в глаза. — Единственную и неповторимую.

Я чувствовала, как внутри нарастает паника.

— Твоя покойная лже-бабка хоть и насолила нам, не завершив миссию тридцать лет назад, но оказалось, что так даже лучше. Она сама того не ведая сохранила тебя для нас.

— Замолчи…

— Черные тигры были одними из сильнейших оборотней в истории. Именно поэтому мешали нам.

— Замолчи!

— Именно поэтому ты здесь.

Я отвернулась, пытаясь справиться со слезами. Но не получалось. Ничего не получалось.

— С чего вы вообще решили, что я та самая дочь тигрицы, которую убили?

— Это.

Он указал на тумбу справа. Я посмотрела туда и сразу увидела знакомый кулон. Тот самый переданный Никой. Тот самый, который начинал светиться у меня в руках.

— Это просто кулон.

— Нет. — Виктор усмехнулся. — Это фамильный медальон твоей семьи. Его передавали по женской линии из поколения в поколение. По легендам он принадлежит только своей хозяйке.

Я невольно посмотрела на украшение. Теперь оно казалось совершенно другим. Чужим и одновременно родным.

— Он принадлежал твоей матери. Блэр Шварц.

У меня болезненно сжалось сердце.

Блэр.

Так звали мою маму. Мою настоящую маму. Не безликую женщину из рассказов. Не выдуманный образ. У нее было имя.

Блэр.

— Мы знали, что Эльза скрылась с ребенком. Но эта сучка оказалась умнее, чем мы думали. Она исчезла вместе с тобой и смогла укрыть тебя и себя от нас. Мы искали вас десятилетиями.

Он говорил спокойно, но в голосе слышалось раздражение. Будто эти поиски до сих пор выводили его из себя.

— Мы знали, что медальон обязательно откликнется на кровь рода. — Он кивнул на кулон. — И не ошиблись.

Я вспомнила Нику. Больницу. Свет медальона. Все внезапно начало складываться в единую картину.

— Сначала появилась девушка, связанная с оборотнями. Мы решили, что нашли тебя. Передали ей медальон для проверки. Но реакции не было.

— Ника…

— Да. Ошибка. Мы уже почти опустили руки. А потом появилась ты.

Виктор улыбнулся. И от этой улыбки мне стало не по себе.

— В твоих руках медальон ожил. — Он развел руками. — После стольких лет поисков. После десятков провалов. После тысяч часов ожидания. И вот ты стоишь передо мной.

— Какой бред…

Я судорожно вытирала слезы ладонями. Но они все текли и текли.

— Так твой ген оборотня не активен, что делает тебя еще ценнее для нас.

— Что значит не активен?

— В твоем ДНК есть ген оборотня, но ты не оборотень. Ты носитель. Человек со спящим наследием. Именно поэтому ты идеально подходишь. — Он сделал шаг ближе. — И так как внутри тебя нет собственного зверя, никто не помешает слиянию.

У меня похолодели руки.

— Это звучит как полный бред сумасшедших.

— Верно, — усмехнулся он.

Я гордо подняла голову.

— Макс спасет меня. И ничего у вас не получится.

Впервые за весь разговор Виктор улыбнулся шире. Словно услышал что-то забавное.

— Макс… Доктор Максвелл. — Он покачал головой. — Ты, кстати, в курсе, что он все знал?

У меня внутри все замерло.

— Что?

— Про Эльзу. Про твою мать. Про черных тигров.

Каждое слово било больнее предыдущего.

— Нет.

— Да.

— Я не верю.

— Он знал.

— Он бы рассказал.

— Но не рассказал.

В комнате стало тихо. Настолько тихо, что я слышала собственное сердцебиение.

Глухое.

Тяжелое.

Болезненное.

Виктор потушил сигару, поднялся с кресла и поправил пиджак.

— Ладно. Отдохни. — Он направился к двери. — Тебе понадобятся силы.

Я подняла на него взгляд.

— Для чего?

Мужчина остановился на пороге.

И впервые за весь разговор в его глазах появилось что-то по-настоящему пугающее.

— На закате мы приступим к операции...