Глава 16

Утром бабушка не удивилась, застав Роберта на кухне.

– Кофе будешь? – спросил он невинным голоском, помешивая ложкой в турке.

– Буду, – Анна коснулась губами его взлохмаченной макушки, – иначе я усну на церемонии. Какой-то ужас! Ты, как лис, снуешь то в дверь, то в окно. Как тебя бедная девочка выносит… Давай отправляйся после завтрака переодеваться, время пошло не на часы, а на минуты.

Вошла Юля и, подойдя к Анна, поцеловала ее. Та просияла и потрепала девушку по щеке. Роберт ухватил невесту и покружил вокруг себя.

– Бабушка, – простонал он, – если бы ты знала, как я счастлив!

Кофе с радостным шипением вылилось на плиту.

После завтрака, Роберт уехал, чтобы через четыре часа встретиться с Юлей у алтаря. Время понеслось. Приехали Жан с Шейлой, в ее обязанности входило сегодня управляться со шлейфом платья для венчания. Пока парикмахер Диана и визажист Корнелл колдовали над Юлиным преображением, они болтали без умолку. Юля чувствовала себя куклой и с трудом воспринимала происходящее. Зато бабушка, несмотря на недосып, командовала всей этой кухней с завидным энтузиазмом.

Когда невеста наконец осталась в комнате одна, у нее звенело в ушах. При полном параде она подошла к зеркалу и замерла. «Наверное, именно так выглядят сказочные принцессы», – подумала Юля, затаив дыхание. Несколько прядей выпрямленных волос, уложенные венцом под диадему, и вся причёска, как по волшебству, искрились в солнечных лучах. Фата, сшитая из тончайшего материала, служила символом невинности невесты, увы, уже формально, но Юля ни о чем не жалела. Белое платье выглядело по-королевски. Юля открыла шкатулку и погладила пальцами бриллиантовое ожерелье. Фамильные драгоценности, подаренные ей Фарреллами, утром попросил надеть ее Роберт. Она провела рукой по шее, вспоминая недавние поцелуи жениха. От нахлынувшего желания закружилась голова. Юля прогнала наваждение, надела ожерелье, серьги, перчатки и поверх перстень.

В комнату, цокая каблуками кремовых лодочек, торопливо вошла миссис Хант. Она была в розовом костюме букле от «Шанель» и элегантной шляпке.

– Прибыл свадебный экипаж. Жених будет ждать тебя в церкви. Что на улице творится! – взволнованно щебетала она. – Детка, ты только не пугайся, там будут телекамеры. Ох уж мне эти Фарреллы!

– Анна, – Юля протянула к ней руки, – ты моя добрая фея, я ничего уже не боюсь. Я готова!

– Благословляю тебя, моя крошка! – перекрестила её Анна и, выглянув в другую комнату, крикнула. – Шейла, Жан, выходим!

Перед Юлей одну за другой распахивали двери. Наконец невеста вышла на улицу. Длинный белый лимузин ждал около дома, в компании нескольких помпезных машин. Множество людей, в основном незнакомых, встретили ее появление аплодисментами. Грянул оркестр и защелкали фотокамеры. Юля думала только о том, как скорее оказаться рядом с Робертом. У выхода ее окружили Саня, Самурай и Джонни. Последний держал за лапу Маттиаса, наряженного в элегантный костюм и темные очки. Этот аксессуар шимпанзе, видимо, у кого-то недавно отобрал, потому что уделял ему чересчур много внимания. Он то надевал, то снимал «волшебный» предмет, чтобы детально рассмотреть. Натянув дежурную улыбку, Юля шла по дорожке, усыпанной лепестками роз, в плотном полукольце друзей. Мелькали вспышки фотоаппаратов, и путь до машины показался невесте невыносимо длинным.

Самурай с легким поклоном распахнул перед ней дверь лимузина. Юля едва подумала о том, как она сядет в машину в таком платье, как сзади подошла Шейла и помогла расположиться так, чтобы не смять все это великолепие. Рядом села Анна, а напротив расположилась троица друзей с обезьяной. Машина тронулась, и Юля, взяв Анну за руку, обвела взглядом мужчин. Они сидели с такими напряженными лицами, что невеста не выдержала и рассмеялась.

– Джонни, ты, как англичанин, друг жениха, а я, наверное, единственная в мире невеста, у которой вместо подружки на свадьбе будут два русских богатыря, – она повернулась к Анне. – Дорогая, позволь представить тебе красу и цвет нации: Дмитрий и Александр. Я рассказывала про них.

– Очень приятно, – Анна с интересом оглядела парней. – Крещеные?

Они кивнули.

– Да, – вскинулся Саня, – а как зовут жениха? Церковь-то православная, и, если мне не изменяет память, имя «Роберт» в Святках не значится.

– Роман, – лицо Анна озарилось лучезарной улыбкой.

– Роман и Юлька, – присвистнул Самурай, – Ромео и Джульетта! Вот это класс, новая трактовка. Шекспир, Лондон, Англия!

– Хоть кино снимай, – кивнула Юля. Она улыбнулась, вспомнив, как Роберт схитрил в день их знакомства. Он сразу приплел Шекспира, зная, ее настоящее имя. – Стоило нам встретиться, как события закрутились с такой скоростью, что куда уж там Монтекки с Капулетти со своими матримониальными передрягами до нас. Но это, действительно, символично. Но мы оказались сильнее тезок. Мы – Ромео и Джульетта, которые выжили.

Дмитрий перевел Джонни их разговор, и тот покачал головой.

– Знаешь, Джулия, – Джонни показал все тридцать два зуба, – ваша парочка, скорее, ассоциируется у меня с Бонни и Клайдом. Совершенно не удивлюсь, если к свадебной подвязке нашей Джульетты прикреплен револьвер с инкрустацией, а не ажурная розочка.

Юля покраснела до кончиков ушей, а машина сотряслась от смеха.

– Все, мы на месте, – объявила бабушка.

Юля выглянула в окно, и ей стало нехорошо. На площади перед храмом яблоку негде было упасть. Гости, репортёры, зеваки.

– Это кто? – удивилась она.

– Знакомые и родственники кролика, – рассмеялась миссис Хант. – Винни-Пуха читала в детстве? Я сама тут не знаю больше половины. Это же Фарреллы!

Лимузин остановился у входа в храм. Саня и Самурай первыми вышли из машины, и когда Юля с Анной появились перед окружающими, встали от них по бокам. Джонни вышел последним и прикрыл пару со спины. Процессия прошествовала к храму под перешёптывание толпы.

– Как я понимаю, мои подружки еще и в бронежилетах, – шепнула Юля Сане, идущему с ее стороны.

– Ты, как всегда, наблюдательна, дорогая, – кивнул он.

Спокойствие и умиротворение всегда окутывали Юлину душу в храме, но не сегодня. Гости входили следом за невестой, и церковь наполнялась гулом людских голосов. Роберт ожидал Юлю у аналоя. Высокий и стройный, с зачесанными назад волосами, сияющим взглядом, во фраке жених казался сошедшим с книжных страниц принцем. Сердце замирало в девичьей груди, голова кружилась, явь походила на сон. «Господи, как я его люблю!», – мысленно восхитилась Юля. Роберт помахал ей рукой и поприветствовал той теплой улыбкой, какую дарил только ей. Рядом с сыном стоял мистер Фаррелл. Его улыбка, скорее дежурная, не сочеталась со взволнованным взглядом.

Грянул хор. Миссис Хант отпустила Юлину ладонь и ободряюще шепнула.

– В добрый путь.

Юля двинулась к аналою, сопровождаемая друзьями.

– Какая-то пьеса абсурда, – проворчал Саня.

– Что ты там бормочешь? – полоснула по нему Юля взглядом.

– Не бери в голову.

Роберт рванул к Юле навстречу, но Эдвард, закатив глаза, ухватил его за плечо. Она подошла к Фарреллам и смущенно улыбнулась.

– Не ожидала увидеть здесь сразу двоих.

– Жених – он, – обворожительно улыбнулся Эдвард, кивнув в сторону сына. Фаррелл-старший взял Юлину руку и соединил с рукой Роберта. – Вручаю тебе свое чудо. То есть чадо. Будьте счастливы.

Новобрачные прошли вперед и встали на рушник перед священником. Шаферы заняли свои места. Юля повернулась к Сане, который из-за шлейфа ее платья стоял рядом, а не за ней. Он прикрыл глаза и ободряюще кивнул.

– Отпускаю тебя, – прошептал Саня одними губами.

Гости заняли свои места. Батюшка в красном облачении тихо переговорил с молодыми, их друзьям вручил венцы, чтобы держали над головами жениха и невесты и приступил к таинству венчания.

Нечто странное происходило между Робертом и Юлей. Ярким пламенем горели свечи в их руках, а сами они не сводили друг с друга сияющих глаз. В окружении множества людей молодые словно оставались наедине. Мужчина и женщина венчались друг другу на веки вечные и никто не посмел бы усомниться, что Господь благословляет их брак. Троекратно испили они из чаши, поднесённой священником.

– Ты испытала слишком много боли. Я хочу, чтобы в твоей жизни больше не было страха и тревог, – Роберт сделал два глотка.

– Пусть тебе останутся легкие хлопоты по поводу наших детей, – добавил он с улыбкой.

Юля покачала головой.

– Так не получится, любимый. Ты прыгнешь – я следом. А по-другому никак.

И она допила то, что осталось в чаше.

Настал самый ответственный момент церемонии:

– Согласен ли ты взять в жены рабу Божию Юлию? – обратился священник к жениху.

– Да! – Роберт повернулся к Юле и прошептал. – Люблю тебя.

– А ты, Юлия, согласна взять в мужья раба Божьего Романа?

– Да! – она пошатнулась, находясь на грани обморока от волнения.

– Объявляю вас мужем и женой, – провозгласил батюшка.

Он отвел молодых в алтарь, а, когда вернулись к аналою, протянул им на золоченой тарелке кольца.

– Вместе навсегда, моя Джульетта, – прошептал Роберт, окольцовывая любимую, и ямочки выступили у него на щеках.

– Отныне и навеки, мой Ромео, – Юля надела ему кольцо на палец.

– Поцелуйте друг друга, – разрешил священник.

Будто херувимское пение раздавалось под сводами храма. Роберт откинул фату с лица невесты и приник к ее губам. Юля плавилась под его страстным взглядом, а он снова и снова тонул в омуте зеленых глаз. Роберт так увлекся, что Дмитрию пришлось слегка пнуть его. Для Юли все происходило как в полусне: поздравления, поцелуи, мелькающие лица. Она была благодарна Сане, который буквально держал её на весу, потому что Роберта в это время атаковали не меньше, чем его молодую супругу.

– Самурай, – шепнул Малыш. – Поздравительная часть затянулась, Юлька сейчас в обморок грохнется. Передай Эдварду, пусть командует на выход.

* * *

Юля с Робертом вышли из храма. Солнце озаряло площадь теплыми лучами. Зазвонили колокола, и в небо взлетела стая белых голубей, вслед за ними в воздух взмыли красные и золотые шары. Роберт не удержался и, откинув фату с лица невесты, припал к ее губам.

– Весь мир к твоим ногам, любимая.

– Мне нужен только ты.

– Тогда береги глазки, – прошептал он и опустил ей фату на лицо.

Они побежали к лимузину, осыпаемые рисом, монетками и лепестками цветов. Шаферы неотступно следовали по бокам. Саня подхватил шлейф Юлиного платья и затолкал в машину. Только закрыв за собой двери, молодые перевели дух. Маттиас встретил людей радостным повизгиванием.

– Подожди, обезьянка, – Юля поправила платье. – Тебя тоже сегодня ожидает сюрприз.

При слове «сюрприз» шимпанзе смачно захлопал в ладоши. Роберт обвел присутствующих взглядом.

– Я женат, и я счастлив, – он повернулся к Юле. – Жена моя, а ты?

– Да, муж мой, – в тон ему ответила она, почувствовав, как внутри все восторженно перевернулось от звучания слова «жена» в устах супруга.

– Самурай, открывай шампанское, – скомандовал новобрачный, его глаза сверкали, – едем на официальную регистрацию, затем праздновать и на самолет.

– По тебе видно, – рассмеялся Саня, расстегивая пиджак, – что ты предпочел бы сразу на самолет.

– Да, – улыбнулся Роберт, – и нисколько этого не скрываю!

Обняв Юлю за талию, он вновь горячо поцеловал ее. Хлопнула пробка от шампанского, в салоне заиграла музыка, и бокалы наполнились шипящим вином.

– Джонни, – воскликнула Юля, – неужели ты изменишь своему рому?

Тот рассмеялся и, приподняв брючину, продемонстрировал флягу, держащуюся на специальном приспособлении на татуированной ноге.

– Нет, детка, – он поднял бокал, показывая, что содержимое в нем отличается от других стеклянных собратьев, – пока твой Ромео сейчас чуть не съел тебя, я провернул это дельце.

Пара заехала оформить свои отношения в офис регистрации. Они расписались в специальной книге и на свидетельстве о браке.  Более нигде не задерживаясь, молодая чета направилась в Фаррелл-холл.