Глава 17

В дверь постучали.

– Войдите!

– О, вы уже справились? – Анна, обмахиваясь маленьким ажурным веером, замерла на пороге. – Красота! Хорошо, что мы сделали несколько платьев. Я пойду, отдам указания о начале праздника. В дом не войти нормально. Меня хотели обыскать! Похоже, у Эдварда пунктик на твоей безопасности!

Анна тоже сменила наряд. Голубое платье с длинными рукавами обтянуло ладную фигуру, а белое болеро и жемчужная нитка внесли необходимую ноту шарма. Юля пока жила у Анны, заметила, что она в течение дня любила переодеваться.

– Безопасность в наши дни дорогого стоит, – Юля решила не вдаваться в подробности, – Мы скоро выходим.

Анна покинула комнату, и вскоре пришел Роберт вместе с отцом. Мужчины, увидев Юлю в новом образе, одновременно вздохнули. Переглянувшись, они рассмеялись.

– Наша миссис Фаррелл не перестаёт поражать, – Эдвард обнял сына за плечи.

– Наша? – осадил его Роберт строго, но тут же добавил с улыбкой: – Наша, пап, наша!

– Господа, не ссорьтесь! Познакомьтесь лучше. Елена – мастерица по визажу и костюмам, да и просто красавица.

Фарреллы чинно кивнули.

– Джу, пора! – Роберт взял Юлю под руку. – Постараюсь не отдавить тебе ноги.

* * *

Денек выдался теплый. Юля не удивилась, если бы узнала, что Эдвард и тучи разогнал ради такого события. Негромко играл вальс Шопена. Когда Фарреллы появились на улице, конферансье объявил начало вечера. Гости собрались вокруг сцены, и Эдвард сказал вступительное слово и поздравления молодым. Объявили первый танец. Роберт с Юлей остались на площадке одни. Стало тихо.

– Ты мне доверяешь? –  шепнул он, пряча улыбку, и с обожанием глядя на неё.

– Да, любимый! – Юля затрепетала от его взгляда. Раздались первые аккорды неторопливой, любимой всеми мелодии. Роберт взял Юлину руку, обхватил за талию и, дав ей знак, уверенно повёл за собой. Юля знала, что он хороший танцор, но не знала, что он бог вальса! Она порхала за ним бабочкой.

– Раз, два, три. Раз, два, три, – считал Фаррелл, не сводя с неё глаз.

– Зачем ты считаешь? У тебя прекрасное чувство ритма, – улыбнулась она.

– В последний раз я танцевал вальс на выпускном балу. Но до этого, правда, у меня был опыт в школьной студии, – признался он.

– Полетаем? – Роберт подхватил и закружил её вокруг себя, словно пушинку, после чего молодожены уже смело ударились в импровизацию. Роберт кружил её по сцене, то отпуская, то подхватывая. Танец любви и нежности. Фаррелл-младший чувствовал полное единение с ней, а Юля предугадывала каждый его шаг. Они смотрели друг другу в глаза, нарушая в этом каноны классического вальса, стараясь сохранять, хотя бы, правильный поворот головы. Их лёгкость и гармония не могла не передаться окружающим. Когда стихли последние аккорды вальса, молодожены изящно поклонились друг другу и зрителям. Гости аплодировали долго. Юля так перенервничала, что для нее присутствующие слились в гомонящую пеструю массу. Она уже не различала лиц. К танцам пригласили всех желающих. Вновь заиграл оркестр, вдохновлённые выступлением молодых Фарреллов, гости, приглашая друг друга, танцевали на площадке, и вокруг неё.

К Роберту с Юлей подошёл мистер Фаррелл.

– Вы позволите? – обратился он к сыну с улыбкой.

Роберт поцеловал жену.

– Конечно, сэр, – он поклонился Эдварду и обратился к Юле: – Я боюсь, тебе сегодня не дадут спуститься отсюда. Дай мне или отцу знак, когда захочешь уйти.

Она кивнула и, подхваченная мистером Фарреллом, вновь закружила по площадке под медленный английский вальс. Эдвард пронзал её синими глазами, но новоявленная миссис Фаррелл уже спокойно принимала бушующий морским штормом взгляд. В объятьях Эдварда она даже успокоилась. Юля видела, как танцуют тетушки и Анна с незнакомыми ей джентльменами, и как Кляйн кружит с Аней. Порадовалась, что Роберт исполнил её просьбу, и к середине танца на площадку вышли Дмитрий и Лена. Юля попросила мужа познакомить Самурая с новой приятельницей, когда они спускались. Багг с Алсу танцевали рядом со своими питомцами, которые очень серьёзно пытались повторять за ними движения. Роберт разговаривал с худощавым солидным мужчиной, не спуская с жены глаз. И только Сани нигде не было видно.

– Дорогая, – попросил с улыбкой Эдвард, – побудь мысленно со мной, хотя бы один танец. Твой муж сегодня увезёт тебя за тридевять земель. Мне сложно представить, как я буду здесь без вас.

Юля рассеянно улыбнулась ему.

– Поехали с нами, – не подумав, обронила она.

– Джулия, нет, – рассмеялся он. – Рядом с вами сейчас-то сложно находиться. А там меня просто снесёт взрывной волной вашей… любви. Но если что-то случится, не дай Бог, конечно, я прилечу.

– Эдвард, – Юля ласково посмотрела на него, – ты отдаешь нам всего себя. Я знаю, что ты любишь меня, и твоя любовь ласкает меня, словно летний ветерок. Что я могу сделать для тебя?

– Родить мне ребёнка, – мечтательно произнёс мистер Фаррелл.

Юля в замешательстве воззрилась на него.

– Я имел в виду внука, – поправился он. – Или внучку, такую же красивую как ты.

– Или такого же прекрасного парня, как твой сын, – она вспомнила, что подобный разговор у них недавно уже был с Робертом. – С вашими синими как море глазами.

– Ах, Джулия, – мистер Фаррелл ухватил её покрепче и закружил ещё быстрее

Когда музыка закончилась, и кто-то из гостей направился к ней, она попросила Эдварда увести её в дом. Он понимающе кивнул и проводил её до дверей.

Юля прошла в кухню и попросила минеральной воды у суетившихся у плиты и стола поваров. Утолив жажду и выслушав поздравления прислуги, она отправилась в поисках Сани в гостиную. Интуиция подсказывала, что его излишняя весёлость после венчания ничем хорошим не закончится. Юля была благодарна Громову за то, как он повёл себя, но куда несчастный воздыхатель теперь пропал? Уже сгустились сумерки, и тёмные гардины добавляли полумрака гостиной. Свет горел только в коридоре. Юля задержалась у рояля и взяла первые аккорды «Лунной сонаты» Бетховена. Её познания в игре на этом заканчивались. Правда, она ещё могла подобрать, тыча в клавиши пальцем, любую мелодию, но это не в счет. А вот «Лунная соната» Юле нравилась до дрожи, и она в своё время разучила её начало.

– Принцесса владеет музыкальной грамотой? – Роберт стоял, прислонившись к косяку у входа.

Юля закрыла рояль.

– Нет, мой лев, – улыбнулась она, – Кто тебе сказал, что я здесь?

– Понимаешь, – Роберт прошел к музыкальному центру и подсветил на полке телефоном корешки дисков, – я взял за правило не терять тебя из виду. Никогда.

Ловким движением Фаррелл-младший извлек из коробки серебристый кружок и отправил его в дисковод. Из динамиков зазвучала «Лунная соната». Роберт вальяжной походкой дошел до Юли, свел ее запястья у нее над головой и прижал к стене.

– Не бегай, пожалуйста, одна никуда. Не усложняй мне задачу! – Прошептал он, одной рукой поглаживая грудь. – Изнываю от желания взять тебя, не сходя с места.

– Я переживаю за Саню. Все на виду, а его нигде не видно.

– Любимая, не путай, пожалуйста. Это отныне задача Сани – переживать, где ты. И Малыш-то как раз был на месте… М-м-м… Определенно эта юбка на тебе нравится мне больше.

Роберт, отпустил Юлины руки, порывистым движением задрал ей юбку и усадил на бедра. Сильные пальцы с жадностью сжали их. Язык настойчиво проник в рот. Юля открыла глаза и увидела Саню, застывшего в дверном проеме. Он ошалело наблюдал за сценой, в которой был явно лишним. Юлю бросило в жар.

– Отпусти меня! – дернулась она из объятий Роберта.

– Что не так? – Он поставил ее на ноги.

Прислонив голову к холодной стене, Юля закрыла глаза.

– Львенок, когда мы уезжаем?

– Поздно вечером машина отвезет нас в аэропорт. Вещи я уже отправил, – Роберт притянул Юлю к себе и вдохнул аромат ее волос.

– Скорее бы, – вздохнула Юля с облегчением, так как Малыш наконец вышел из состояния оцепенения и ушел.

– Веришь, сам жду! – Фаррелл улыбнулся и вновь приник к ее губам.