Глава 23

– ТАИР — Начинается заварушка. Всё предвидено и ответ запланирован. Очередные хлопки и слышны выкрики, приказы Халита. Наша маленькая армия укладывает парней Сайласа. Вижу, как перекашивается его рожа, когда зал заполняют не его люди, а мои. Вооружённые до зубов. Все его немногочисленные боевики уже отправлены на тот свет. Сайлас выхватывает из нагрудной кобуры пистолет Caracal в золотой отливке, целится мне в голову. Конченый ублюдок. – Прикажи всем сложить оружие, – рычит он на меня. – Сейчас же! Иначе я прикончу тебя, Таир. Клянусь, прикончу. Рука у него дрожит. Братец со страху уже почти в штаны наложил. Бросаю взгляд на Нану. Она ошеломлена происходящим и находится в шоковом состоянии. Плохо. Но поправимо. Главное, быстрее её отсюда вытащить. «Потерпи, малышка. Почти всё кончилось…» – проговариваю про себя. Пока Сайлас целится в меня, а все мои люди целятся в него, он смотрит только на меня, глядит мне в глаза и не обращает внимания на остальных. Тем временем, очень плавно, задержав дыхание, с ужасом в глазах, к нему приближается Ахсана. Она осторожно, бесшумно поднимает подол платья и вынимает из пристёгнутых к её бедру ножен острый кортик. Я вижу её движения, намерения и даю ей возможность поквитаться с супругом, который вместо любви и ласки подарил ей боль и страдания. Хотя это был исключительно её выбор. Она сделала ставку на Сайласа, третьего сына шейха, рождённого в браке от первой жены. Но Ахсана просчиталась. Сайлас – подонок, каких поискать. Я смотрю на Сайласа, на его чуть подрагивающую руку и произношу совершенно спокойным и ровным тоном: – Нет, Сайлас, я не отдам приказ. Меня не устраивает вариант, где дохнешь ты или я. Моё предложение: ты сейчас же опустишь оружие и сдашься. Мои люди повяжут тебя и запрут в надёжном месте, где будешь ждать отъезда. И потом мы все вместе, всей дружной семьёй отправимся в Кахар, где я сдам тебя с руки на руки нашему горячо любимому отцу. У него отвисает челюсть. Потом он сплёвывает и крепче сжимает рукоять пистолета. – Ты блять загнул, Таир, – усмехается он. – Да, сука, ты меня переиграл, не стану спорить. Хотя пиздец как это бесит. Не знаю, как ты узнал о моём плане… Кто-то донёс, кто-то предал меня… Кто-то из моего первого круга… – произносит он, и глаза Сайласа загораются нехорошим, маньячным блеском. Его рука больше не дрожит. Его губы растягиваются в улыбке психопата. Он готов обернуться и тогда Ахсана не успеет. И он убьёт её. Сайлас уже догадался, кто предал его. Я решаю удержать его на себе. – Просто ты слишком предсказуем, братец, – произношу с ударением на последнее слово, и вкладываю в него всё презрение. Он с прищуром смотрит на меня. – С чего мне делать по-твоему, братец? – копирует он мою манеру речи. – И с какого хера ты решил пощадить и не убивать меня? Твоя новая шлюшка так повлияла на твои мозги? – Твой рот недостоин говорить об этой девушке, тем более называть её шлюхой, – говорю с шипением, сжимаю руки в кулаки. Так и хочется размозжить его рожу. Сайлас запрокидывает голову и начинает истерично смеяться. Рука с пистолетом трясётся в такт его безумному смеху. Сайлас всё ещё на прицеле у десятков парней, которых собрал Халит. Эти воины голову за меня сложат. Одно неверное движение и Сайлас труп. Он это понимает и потому медлит. Надеется, что прибудет подмога? Местная полиция? Или думает, что вмешается британская МИ-6? Даже если сюда нагрянет вся королевская армия, все спецслужбы, здесь уже будет чисто. Всё просчитано до секунд. – Ты действительно веришь, что я сдамся? – произносит Сайлас, когда прекратил свой истеричный смех. – Ты думаешь, что после такого позора отец пощадит меня? Ты реально думаешь, что я позволю подобному дерьму случиться?! Последние слова он уже выкрикивает, из его рта летит слюна, белки глаз краснеют, рожа багровеет. Сайлас в ярости. – Мне плевать, что ты думаешь, – усмехаюсь ему в лицо. – Всё равно будет так, как я задумал. – Тогда ты труп, Таир. Вали на хрен с этой Земли… – выплёвывает он, взводит курок и… Ахсана налетает на него со спины и бьёт кортиком в плечо. Рука, что держит пистолет, сильно вздрагивает и уходит в сторону. Звучит выстрел и пуля пролетает мимо меня, оцарапав скулу. «Надо же, я только что побывал в миллиметре от смерти». – Сссука-а-а! – рявкает Сайлас и бьёт свою жену. Ахсана падает навзничь и кричит: – Ненавижу тебя! Ненав… Бах! Сайлас убил её. Точный выстрел в голову. Я даю тайный знак Халиту и раздаётся ещё один выстрел – моему братцу стреляют в ногу, по колену. Другой выстрел выбивает из его руки пистолет. Подхожу и пинаю оружие, оно отлетает от братца далеко в сторону. – Ну ты и мразь, – произношу я со всем чувством. Опускаюсь на колено перед телом Ахсаны и закрывает ей глаза. Какой бы она ни была, но смерть не заслужила. Халит с парнями уже «упаковывают» Сайласа. Ему окажут помощь и поместят в надёжное место, откуда эта гнида не выберется. Отец получит отличный подарочек. Я не убил брата, но всё то, что он успел натворить, какая у него теперь репутация уже практически убило его. У Сайласа много врагов и они захотят его крови. Отец это поймёт и сам примет верное решение. Скорее всего, Сайласа ждёт заточение в стенах родного дома. Причём, не в тех роскошных стенах, к каким он привык. Он будет находиться там, где обычно держат узников. Отец надёжно спрячет глупого, отбившегося от рук и семьи, сына. Подхожу к Нане. Она без сознания. Осторожно поднимаю её на руки и уношу прочь из этого места. Халит кивает мне на чёрный ход, который предусмотрели на этот случай. * * *– НАНА — Я стремительно пробуждаюсь, но глаза не открываю. Не могу почему-то… Делаю резкий, глубокий и судорожный вздох. Мои пальцы скрючиваются и цепляются за что-то… или кого-то… меня теперь не оторвать. Сознание тут же напоминает о произошедшем. В одно мгновение кожа, словно инеем покрывается от пережитого ужаса, вынуждая меня внутренне сжаться, задрожать и застонать перепуганным щенком. Я чувствую себя уязвимо, дикий страх лишает дыхания, размыкаю губы, приоткрываю рот в беззвучном крике. – Шшш… Ты в безопасности, Нана. Всё закончилось, – слышу над ухом знакомый голос и открываю глаза. Таир несёт меня на руках. Прижимает к себе. Появляется очень хрупкое чувство безопасности. Смотрю внимательно на Таира. Лицо у мужчины сосредоточенное. Скулы заострились, губы превратились в одну сплошную жёсткую нитку. Взгляд исподлобья. Жестокий, холодный, как дуло пистолета. Мой мир перед глазами расплывается, когда вспоминаю, что произошло и как это страшно. Боже… Вы даже не представляете, насколько это ужасно оказаться в подобной ситуации. Не могу передать словами. Знаю, что мне придётся пережить много ночей, наполненных жуткими сновидениями. Но я справлюсь. Оборачиваясь назад, понимаю, что справлюсь и с этим кошмаром. А потом я вся леденею от ужаса, когда представляю, если бы Таир проиграл. Если бы Сайлас его убил… В моё сердце будто бензина плеснули и подожгли, оно вспыхивает безудержным, яростным огнём. Дышать становится невыносимо трудно, я снова ощущаю вкус и запах дыма, гари. И всё, чего я сейчас хочу – дотронуться до кожи Таира… Удостовериться, что не сплю… Что это он… – Т… Таир… – выдыхаю сдавленно и сипло. Горло болит, напоминает наждачку. Вроде и не кричала я. Или кричала? А может, от души надышалась того едкого дыма? Поднимаю слабую руку и касаюсь его подбородка. Мужчина останавливается на секунду и касается моего лба горячими губами. – Всё закончилось, Нана. Всё хорошо, – повторяет он. – Где… он? – спрашиваю с затаённым страхом. – Сайлас мёртв? – Жив. Но поверь, теперь он сильно позавидует мёртвым, – с тихой, но жестокой злостью произносит Таир. Я прикрываю глаза и длинно вздыхаю. Да-а-а, не о таком девочки мечтают в детстве. Не о таких принцах. И будущее нам кажется светлым и счастливым. Никто не готовит нас к тому, что могут случаться в жизни настоящие кошмары. И никто не рассказывает, как действовать, думать и жить дальше после подобных ситуаций. Мне, наверное, всё же повезло, что Таир хоть и с придурью, но вроде не совсем псих. Как его брат Сайлас. Принц усаживает меня в машину, садится рядом и подгребает меня к себе. Укрывает собой, словно пытается скрыть от глаз всего мира. Гладит, обнимает, зарывается носом в мои волосы (не надо говорить, что моей причёске давно пришёл конец?) Я молчу, всё ещё дрожу. Страх не отпускает. Он вцепился в горло, в грудь ледяной стальной пастью и я не знаю, как теперь быть. Как избавиться от этого удушающего чувства страха? Таир начинает что-то говорить на арабском. Что-то ласковое, утешающее. Мой мозг, переживший стресс и Армагеддец обрабатывает не все его фразы, и потому не всё могу перевести и понять. Но знаю, что говорит он хорошее. И ласкающие фразы успокаивают. Страх медленно, неохотно, но всё же разжимает свои стальные челюсти. Мне, наконец, становится легче дышать. Сердце уже не мечтает проломить грудную клетку и улететь прочь. Тремор уходит и в голове проясняется. – Боже… – выдыхаю, когда прихожу в себя. Поднимаю взгляд на Таира и спрашиваю: – Что теперь будет? Его посадят в тюрьму? Депортируют? А ты? А я? Все события попадут в СМИ? И снова поднимает голову страх, ползёт и скручивает тело своими удушающими кольцами. – С тобой и со мной ничего не будет, – говорит Таир уверенно. – И в новостях о нас ничего не скажут. Не волнуйся. Я всё предусмотрел. Качаю головой, сдавливаю пальцами виски и едва слышно произношу: – Хочешь честно? – Конечно. Говори, Нана. – Больше не хочу ходить на подобные мероприятия… – говорю с горечью. Он вздыхает и произносит: – Да, с одной стороны я не должен был тебя брать с собой, но с другой… Ты была под присмотром и тебе ничего не угрожало. Меня передёргивает, когда вспоминаю хлопки выстрелов, оглушающие взрывы, крики людей, дымовую завесу и волну паники, которая накрывает и душит тебя. Я молчу, не произношу вслух мысль, что меня могла настигнуть шальная пуля, рикошет, осколки взрыва. Просто могли меня толкнуть, и я бы упала неудачно, размозжив голову. Элементарно ужас может лишить жизни. Не сомневаюсь, что Таир привычен к подобным стрессам, но точно не я. И привыкать к подобному образу жизни мне совсем не хочется. Я обнимаю себя руками, медленно качаю головой и спрашиваю его: – Что дальше? Таир некоторое время молчит. А я его не тороплю. Лишь смотрю в окно на вечерний Лондон. Мы подъезжаем к отелю. Когда машина паркуется, Таир, наконец, говорит: – Сначала тебя осмотрит врач. Если всё хорошо, то завтра вечером мы улетаем в Кахар. Гулко сглатываю. Что-то чутьё мне подсказывает, в стране Таира ничего хорошего меня не ждёт.