Эпилог

* * * – НАНА — У меня с Таиром рождается сын. Мой прекрасный ангел Амир. Вернувшись на мою родину, я думала, что все трагедии остались позади. Я дышала полной грудью, снова любила весь мир и была бесконечно счастлива. Думала, что так будет всегда и не замечала тревожного взгляда мужа. Не обращала внимания на то, как крепче становятся его объятия, будто он прощается. Я до слёз радовалась, когда он впервые признался мне в любви. Услышала заветные слова… – Я люблю тебя, Нана. Помни об этом, родная. Всегда помни. Моя душа пела и ликовала. Не зря говорят, когда ты чересчур счастлив, жди беды. Но я её не ждала. Халит не уберёг Таира. Не защитил. Моего мужа. Покушение свершилось ранним утром. Таир поцеловал сына, крепко обнял и поцеловал меня. Вечером я планировала его соблазнить… В то роковое утро прогремел страшный взрыв. Я взмолилась, чтобы Таир оказался не рядом… Увы. Автомобиль, в который сел мой супруг взорвался. Моего прекрасного и любимого принца не стало. Погиб. Что такое горе? Его не описать словами, не объять временем. Лишь счастье можно описать в двух словах. А о горе можно слагать песни, баллады и всё равно не хватит всех слов мира, чтобы рассказать, поведать о всей глубине горя и боли. У меня будто вырвали живьём сердце. Мою жизнь перечеркнула жирная, безнадёжно чёрная черта. Солнце для меня скрылось навсегда. А для чего мне его свет, если больше нет любимого? Прожила я с Таиром короткую жизнь. Всего миг. Олепительный, прекрасный миг, но как же теперь мне было больно! До крика, до стонов в холодной ночи и бесконечного потока слёз. Все планы и мечты рухнули и, наверное, никогда они больше не оживут. Как можно жить дальше с омертвевшим сердцем? Как? Если каждый новый день кажется для меня вечным? Я бы сломалась, я знаю это. Лишь мой сын Амир дарит мне утраченное тепло, наполняет смыслом моё существование. И когда горе немного смягчяется, я вспоминаю Дарию и её слова. «Поверь мне, Нана, когда родишь, ты меня поймёшь. Для своего ребёнка ты мир обрушишь. Мать для своего дитя на всё готова пойти». Мой сын наследник Таира и всё, что мой муж построил, создал, принадлежит ему. Не его братьям. Не его отцу. Только моему сыну Амиру. Халит позже скажет, что моего мужа убили по приказу одного из братьев Таира. Мой муж знал, что будет покушение. Да, Таир прекрасно знал, что рано или поздно им удастся его убрать. Потому он и хотел наследника, искал подходящую женщину. Он хотел, чтобы никто из его подлых братьев ничего не получил. Даже вот завещание составил. Готовился… Любимый, почему ты не поделился этим знанием со мной? Ты же чувствовал! А в ответ глухая тишина, и звериная тоска… А после крик отчаянный, тоскливый, громкий… И много-много дней боли, пустоты. И эта боль не пройдёт. Никакие года не помогут заглушить её. Время не лечит, вот она истина. Как жестока судьба! Смотрю на наше последнее фото, где улыбаемся я, Таир, наш малыш. Мы здесь такие счастливые… От боли в душе моё разбившееся сердце рассыпается пеплом… Я вытираю слёзы с глаз и убираю фотографию в альбом. Оборачиваюсь и смотрю на застывшего в дверях мужчину. Он выглядит осунувшимся, уставшим и постаревшим на тысячу лет. А как я выгляжу? Хотя, какая теперь разница? – Халит, ты ведь будешь рядом? Не оставишь меня? – Я был верен принцу и буду верен вам, госпожа… Прижимаю ладонь к его губам и говорю жёстко, резко: – Не называй меня госпожа, Халит. Просто Нана. Но это только для тебя, ясно? Мужчина хмурится, сомневается, но соглашается. Убираю ладонь и он произносит со всем почтением: – Я буду рядом, Нана. Помогу Амиру стать сильным, достойным мужчиной. – Спасибо, Халит… Спасибо, – прикрываю глаза и ощущаю тяжесть, будто на мои плечи рухнула невыносимо тяжёлая плита. – Когда ты планируешь принять дела Таира? – спрашивает Халит. – Как можно скорее. Стервятники ведь не дремлют… – Именно так… Цена любви моего миллиардера оказалась слишком высока. Меня лишили мужа. Но сына меня не лишат. И пусть мои враги уже начинают бояться моего гнева, ибо я не прощу им Таира. И пусть на их совести останется моё перерождение в монстра, ибо месть моя будет жестокой, кровавой. В одном я сейчас уверена – моя жизнь уже никогда не будет прежней. Я слизываю слёзы со своих потрескавшихся губ. В груди растёт и ширится пустота. В ней больше нет моего принца. А значит, и счастливой, милой, скромной Наны тоже больше нет.