Эпилог

Влад держался как всегда уверенно и спокойно, но я видела, как что-то внутри его всё время боролось. Он был со мной, каждый день, каждую ночь, поддерживал, заботился, даже предугадывал мои желания. Но когда дело касалось ребёнка, что-то менялось.

Сначала я думала, что это его привычное отчуждение. Он всегда держался сдержанно, даже когда признавался в любви. Это был Влад – его не изменишь. Но время шло, и я начала замечать, как он намеренно избегает моего живота.

Даже когда малыш начал толкаться, он никогда не спрашивал, может ли почувствовать это движение. Никогда не касался моего живота, даже случайно. И это рождало во мне тревогу.

После родов я думала, что всё изменится. Но Влад всё равно держался на расстоянии. Он был рядом, приносил всё, что мне нужно, но не подходил к детской кроватке.

Я видела, как он смотрел на нашу дочь. Смотрел долго, словно хотел подойти, но не мог заставить себя.

Всё это время я ждала, когда он заговорит.

Это был тихий вечер. Я сидела в кресле с малышкой на руках, её крошечное тельце прижималось ко мне, а тёплое дыхание согревало мою кожу. Влад вошёл в комнату, остановился на пороге.

– Ты можешь взять её, если хочешь, – сказала я спокойно, посмотрев на него.

Он замер, его лицо напряглось.

– Катя… – начал он, но я подняла руку, прерывая его.

– Влад, я вижу, как ты избегаешь её. Ты любишь меня, ты доказал это. Но ты боишься её. Почему?

Мои слова зависли в воздухе, и он отвернулся, будто искал спасение в тени комнаты.

– Это не так просто, – наконец сказал он.

Я почувствовала, как внутри меня всё сжалось.

– Влад, это твоя дочь. Ты можешь сказать мне всё.

Влад

Катя сидела передо мной, такая спокойная, такая красивая. В её руках был этот маленький человек, наша дочь. Я смотрел на них и чувствовал, как внутри всё переворачивается.

Я хотел подойти. Хотел взять её, прижать к себе, но что-то меня останавливало.

Катя смотрела на меня с такой внимательностью, что я понял: скрываться больше бессмысленно.

Я глубоко вдохнул и сказал:

– Я боюсь, Катя.

Её брови дрогнули, но она молчала, позволяя мне продолжить.

– Я боюсь потерять вас обеих.

Я опустился на стул напротив неё, не зная, как найти нужные слова.

– Когда ты сказала мне, что беременна, я почувствовал, как всё вернулось. Всё, что я пытался забыть. Моя мать… её лицо. Она тоже была беременна, как ты. Её беременность была сложной, врачи говорили, что это опасно. А мой отец…

Я замолчал, чувствуя, как мои слова словно вырывают из меня старую боль.

– Он ничего не делал, Катя. Просто смотрел, как она страдает. Я был ребёнком, но я помню её глаза, её слабый голос, как она говорила, что всё в порядке, хотя это было не так.

Я закрыл глаза, сжав кулаки.

– Я поклялся себе, что никогда не позволю себе пройти через это снова.

Катя осторожно поднялась, держа дочь, и подошла ко мне.

– Влад, ты уже доказал, что не такой, как твой отец. Ты всегда рядом. Ты делаешь всё для нас.

Её голос был мягким, и я чувствовал, как каждое её слово касается меня.

Она наклонилась ближе, её лицо оказалось рядом с моим.

– Посмотри на неё. Она твоя.

Я поднял взгляд и встретился с глазами нашей дочери. Они были такими маленькими, такими яркими.

Катя осторожно передала её мне.

Я взял её, ощущая, как крошечное тельце доверчиво прижимается ко мне. Она была настолько маленькой, что я боялся дышать.

Её ручка дотронулась до моей груди, а затем до подбородка. И в этот момент что-то щёлкнуло внутри меня.

Она была идеальной.

Я смотрел на неё, на это маленькое чудо, и понимал, что едва не лишил себя чего-то важного.

– Катя, я… – я не мог подобрать слова.

– Ты уже всё сказал, Влад, – её голос дрожал, но она улыбалась.

Я осторожно прижал дочь к себе, чувствуя её тепло.

– Я никогда не оставлю вас, – тихо сказал я, и в этот раз я знал, что говорю это не из страха, а из любви.

В тот вечер я впервые почувствовал, что всё в моей жизни стало на свои места.

Катя

Прошло сорок дней. Сорок длинных дней, наполненных заботами, бессонными ночами и первыми моментами счастья с нашей дочерью. Эти дни изменили всё. Они стали проверкой для нас обоих, но теперь я точно знала: Влад остался.

Он был рядом каждую минуту. Не просто рядом физически – он был со мной, с ней, с нашей семьёй. Влад, который когда-то боялся прикоснуться к моему животу, теперь носил нашу малышку на руках, говорил ей что-то на ухо, осторожно улыбался ей.

Я смотрела на него и не могла не улыбаться.

Но были моменты, когда я вспоминала нас двоих. Вспоминала ту страсть, то безумие, которое было между нами.

Я хотела снова почувствовать его.

В тот вечер всё было спокойно. Влад уложил малышку, а я принимала душ. Тёплая вода струилась по телу, смывая усталость дня, расслабляя мышцы. Я чувствовала, как моё тело постепенно пробуждается, как желание, которое я подавляла все эти недели, возвращается.

Когда я вышла из ванной, он сидел на краю кровати, держа телефон. Услышав мои шаги, он поднял взгляд.

– Ты уже закончила? – спросил он, его голос был спокойным, но в глазах мелькнул знакомый огонёк.

Я кивнула, чувствуя, как его взгляд скользит по мне. На мне был только лёгкий халат, который едва доходил до середины бедра.

– Устала? – он чуть наклонил голову, убирая телефон на тумбочку.

– Нет, – ответила я, подходя ближе.

Он протянул руку, чтобы коснуться моей, но я перехватила её, остановив его.

– Влад, – сказала я тихо, опускаясь к нему на кровать, – ты так долго был терпеливым.

Он нахмурился, но я видела, как его взгляд стал мягче, как он начал понимать, что я имею в виду.

– Катя, ты уверена? – спросил он, его голос стал хриплым.

– Да, – ответила я, подходя ещё ближе.

Его губы накрыли мои, сначала осторожно, но с каждым мгновением я чувствовала, как в нём растёт желание. Его руки скользнули по моим плечам, стянув халат. Ткань легко упала на пол, и я осталась перед ним, затаив дыхание.

– Ты всё такая же красивая, – прошептал он, проводя пальцами по моему ключице.

Я улыбнулась, чувствуя, как внутри всё сжимается от его слов.

Он наклонился ближе, его губы скользнули по моей шее, оставляя горячие следы. Его руки изучали моё тело, его прикосновения были нежными, будто он впервые открывал меня для себя.

– Влад, – прошептала я, запрокидывая голову.

Он уложил меня на кровать, его губы не отрывались от моей кожи. Я чувствовала, как он осторожно касается моего живота, как его движения становятся всё более уверенными.

– Ты сводишь меня с ума, Катя, – произнёс он, его голос был наполнен страстью.

Я ответила ему, потянувшись ближе, ощущая его тепло.

Его движения были мягкими, размеренными. Он старался не торопиться, давая мне время привыкнуть, наслаждаться каждым моментом.

Но я хотела больше.

Я притянула его ближе, почувствовала его губы на своих. Его дыхание стало тяжёлым, его тело напряглось, и в этот момент я поняла, что между нами больше нет барьеров.

Когда он вошёл в меня, я почувствовала, как мир вокруг исчезает. Остались только мы. Его руки держали меня крепко, его губы шептали что-то нежное, его движения заставляли забывать обо всём.

В этот момент я почувствовала себя не просто женщиной. Я почувствовала себя любимой.

После всего мы лежали рядом, его руки обвивали мою талию, а я тихо улыбалась, уткнувшись в его грудь.

– Влад… – начала я, но он перебил меня, поцеловав в макушку.

– Я счастлив, Катя, – произнёс он.

Я прижалась к нему ещё ближе, чувствуя, как его тепло согревает меня.

– Я тоже, Влад, – прошептала я.

Эта ночь стала для нас началом чего-то нового. Мы были не просто любовниками, не просто родителями. Мы были семьёй. И я знала, что с этим мужчиной я готова на всё.

Бонусная глава

Выбор кольца оказался настоящей пыткой. Я не думал, что это будет так сложно, но, стоя в ювелирном салоне уже час, я с трудом подавлял желание просто уйти.

– Может, это? – консультант указала на очередное кольцо с бриллиантом. Маленьким, слишком скромным. Нет, Катя заслуживала большего. Или это будет выглядеть слишком вычурно?

– Нет, – отрезал я, проведя рукой по волосам. – Не то.

Девушка кивнула и стала вытаскивать следующий поднос. А я стоял, глядя на витрины, и думал только о том, как эти чёртовы камни и золото должны рассказать ей то, чего я сам не могу выдавить из себя словами.

Она бы посмеялась надо мной. Ну, конечно, посмеялась. Сказала бы что-то вроде: «Ты же всегда такой уверенный, Влад. И теперь испугался какой-то гравировки на кольце?»

А я боялся. Боялся, как никогда в жизни.

Через два дня, обойдя ещё три салона и пересмотрев сотни колье, серёжек и браслетов (почему мне вообще предлагали браслеты?!), я наконец нашёл его. Скромное, но с изюминкой. Тонкое золото, овал бриллианта, почти незаметная дорожка из маленьких камешков вокруг. Оно выглядело так, как будто создано для Кати.

Я почувствовал странное облегчение, когда коробочка оказалась у меня в кармане. И только потом осознал: это была самая лёгкая часть. Теперь нужно сделать предложение.

В офисе всё было как обычно. Суета, звонки, мои совещания и её отчёты. Катя мелькала в коридоре, сосредоточенная, с папками в руках. Каждый раз, когда я её видел, сердце начинало колотиться быстрее. Чёрт возьми, когда я стал таким?

Её взгляд встретился с моим, и она слегка улыбнулась. Едва заметно, но мне показалось, что в этом было всё: тепло, забота и какая-то особенная нежность, которую она уже давно перестала скрывать.

Я знал, что нужно сказать ей сейчас. Просто подойти и выдать всё как есть. Но язык словно приклеился к нёбу. Вместо этого я коротко кивнул и ушёл в свой кабинет.

К вечеру напряжение стало невыносимым. Я вызвал её в свой кабинет, заранее зная, что ничего дельного не скажу. Весь день пытался придумать, как начать разговор, но в итоге только разбрасывал папки и смотрел на коробочку с кольцом.

Катя вошла, чуть удивлённая.

– Что-то случилось?

– Да. Нет. – Я встал и подошёл к окну, стараясь казаться спокойным. – Просто хотел кое-что обсудить.

Она присела напротив, положив ноги одна на другую. Чёрт, почему я обратил на это внимание?

– Влад, ты странный сегодня, – она прищурилась. – Говори уже.

Я глубоко вдохнул. Сказать сейчас? Здесь? Нет, это место не подходило. Я хотел, чтобы всё было идеально.

– Ладно. Забудь. Поехали ужинать.

Катя удивилась, но пожала плечами:

– Ну, ужинать так ужинать.

Ресторан был шикарным, но я даже не помнил, что именно заказал. Катя смотрела на меня с подозрением, а я потел, как студент перед экзаменом.

– Влад, ты всегда любишь держать всё под контролем, – наконец сказала она. – А сейчас ты нервничаешь. Это даже мило.

Я хотел ответить что-то остроумное, но вместо этого схватил бокал и сделал большой глоток вина. Как же её глаза так пробивают меня насквозь?

– Слушай, Катя, – начал я, собирая остатки мужества. – Есть одна вещь, которую я давно хотел сказать.

– Ну? – Она склонила голову набок, и её волосы упали на плечо.

– Дело в том, что…

Я почувствовал, как сердце грохочет где-то в горле. Это было невыносимо.

– Ты хочешь предложить мне работу в новом проекте? – усмехнулась она.

– Нет. – Я почти выкрикнул это. – Чёрт, Катя, перестань. Ты ведь понимаешь, о чём я!

Она замерла, её глаза расширились. Я видел, как в них мелькают десятки эмоций: удивление, замешательство, а потом – что-то тёплое.

Я встал, вытащил коробочку и вручил ей.

– Я хочу, чтобы ты была моей. Навсегда.

Она молчала. А я просто смотрел на неё, готовый провалиться сквозь землю, если она скажет «нет».

– Влад… – наконец выдохнула она. – Ты это серьёзно?

– Абсолютно.

Катя вдруг рассмеялась. Легко, искренне, как она всегда умела.

– Ну ты и дурак.

– В смысле? – Я напрягся.

– В том смысле что я давно сказала бы «да»!

И она протянула руку.

Моё сердце перестало биться на секунду, а потом начало снова. Медленно, размеренно. Я сделал это. Она – моя.