Глава 11

ВИКТОРИЯ Я выскочила за дверь, чувствуя, как адреналин накатывает волной, сбивая дыхание. Не оборачиваясь, бежала по коридору, по лестнице, словно меня преследовали. Сердце гулко билось в ушах, а в голове крутилось только одно: бежать, просто бежать отсюда. Воронцов… этот договор… и всё, что он мне предложил – это было слишком. Как он мог? Предложить мне деньги за то, чтобы я отдала ему ребёнка. Как будто я была какой-то продажной… Как он мог подумать обо мне так? И как он мог целовать меня… после всех тех ужасных слов? Я бежала не оглядываясь, словно кто-то преследовал меня по пятам. Бежала и не понимала, что чувствую. Шок, злость, обиду, стыд?.. Кажется, я чувствовала всё, вместе взятое… Невесомо провела пальцами по губам. Этот поцелуй… Странное, сумасшедшее, непредсказуемое… Он схватил меня так резко, так властно, а я… Господи, я ответила ему. Ответила на его поцелуй! В тот момент моё тело подчинилось чему-то необъяснимому, и на долю секунды я забыла обо всём: о том, что он меня обвиняет, о том, что он презирает меня… Олег полностью подчинил меня себе в этот момент. Я попыталась унять дрожь в теле, напомнив себе, что это просто… импульс. Да, чистая физиология. Так не должно было быть. Я должна была оттолкнуть его, должна была разозлиться, но вместо этого – отвечала ему с такой же страстью, как и он. Это было опасное, глупое наваждение, и оно сейчас играло со мной злую шутку. Спустя несколько часов блужданий по городу, я наконец решила вернуться домой. Я была вымотана, а голова раскалывалась от бесконечных мыслей и эмоций. Но, подойдя к дверям своей квартиры, я с ужасом осознала: ключи и сумка остались у Воронцова. – Чёрт… – тихо прошептала, чувствуя, как подступают слёзы. Почему всё идёт наперекосяк? Как будто этого дня недостаточно, чтобы свести меня с ума. Я уже готова была присесть прямо на порог и просто заплакать от безысходности, когда вдруг услышала, как кто-то медленно подошёл сзади. Холодок пробежал по коже. Я обернулась резко, и сердце тут же замерло. – Ты забыла свои вещи у меня, – раздался знакомый голос. Из тени вышел Олег Владиславович, в его руках была моя сумка. – Решил лично вернуть. Он стоял так близко, и я почувствовала, как все мои мышцы сковало. Как он оказался здесь? Ужасные мысли закрутились в голове. – Олег… то есть, Олег Владиславович, – я отступила на шаг, пытаясь сохранить дистанцию и остатки самообладания. – Что… что Вы здесь делаете? – Мы не закончили наш разговор, – его голос прозвучал тихо, но слишком угрожающе. Он сделал шаг вперёд, и я невольно отступила назад, прижимаясь к двери. – Мы должны обсудить будущее нашего ребёнка. – Я… я устала, – выдохнула я, чувствуя, как внутри всё дрожит. – Пожалуйста, мне сейчас нельзя волноваться. Я просто хочу отдохнуть… Я не могу больше сегодня. – Ты действительно думаешь, что разговоры о ребёнке можно отложить? – его голос был холодным, и в нём слышалась жёсткость. – Этот вопрос нельзя просто так оставить, Виктория. Ты носишь моего ребёнка, и я не собираюсь уходить, пока мы не придём к общему решению. – Это мой ребёнок, – отрезала я, чувствуя, как волна отчаяния подкатывает к горлу. – Я не собираюсь отдавать его. – Наш ребёнок, – он подчеркнул это с такой уверенностью, что мне захотелось закрыть уши. – Я предлагаю тебе сделку. Ты получишь деньги, и тебе больше никогда не придётся работать, ты же именно этого хотела. Это то, чего ты добивалась, зачем сейчас строишь из себя невинность. Подпиши договор, и каждый из нас получит то, чего хотел изначально. Ты – деньги, я то, что принадлежит мне по праву. Моя голова кружилась от усталости, сердце колотилось, и я чувствовала, как слёзы подступают к глазам. Я с трудом сдерживалась, чтобы не разрыдаться прямо перед ним. – Деньги… Вы действительно думаете, что деньги могут решить всё? – мой голос дрожал, но я попыталась выглядеть твёрдой. – Не все в этом мире продаётся, Олег Владиславович. Я не собираюсь заключать с Вами никаких сделок. Прекратите уже меня терроризировать. Я не железная, не заставляйте меня ещё больше нервничать. Он сделал ещё шаг, сокращая расстояние между нами. Я чувствовала, как его холодный взгляд пронизывает меня насквозь, и в этот момент поняла, насколько он был уверен в своём контроле над ситуацией. – Виктория, – его голос стал чуть мягче, но от этого не менее напряжённым. – Ты должна понять, у тебя не будет другого выбора. Ты не сбежишь от этого. Завтра ты выйдешь на работу, и мы продолжим этот разговор. – Я не хочу Вас видеть, – я вскинула взгляд, чувствуя, что вот-вот сломаюсь. – Повторяю, мне нельзя волноваться. Прошу, оставьте меня хотя бы на сегодня. Я надеялась, что это его тронет, хотя бы на минуту. Что он увидит, насколько я разбита и испугана. Он замер, и я заметила, как его выражение лица немного изменилось. Как будто он впервые обратил внимание на то, как я выгляжу – вымотанная, дрожащая. – Хорошо, – неожиданно сказал он, опуская взгляд. – Отдыхай сегодня. Но завтра… я жду тебя на работе. И никаких глупостей, Виктория. Не пытайся сбежать. Мы ещё не закончили. Он протянул мне сумку, и я с облегчением схватила её, пытаясь скрыть дрожь в руках. – Завтра, – повторил он, не отходя от двери, словно проверяя, как я среагирую. Я лишь кивнула, надеясь, что он уйдёт, и я смогу наконец перевести дух. Через мгновение он развернулся и направился к выходу, но что-то в его движениях говорило о том, что он далеко не сдался. Когда входная дверь в подъезд за ним закрылась, я упала на колени, едва удерживая в себе рвущиеся наружу слёзы. Всего на несколько секунд я позволила себе слабость, потому что знала, завтра всё продолжится, и мне нужно было скорее придумать, как ему противостоять.