Глава 30

Глава 30

Камиль

Время будто резиновое. Второй месяц пытаюсь разгрести дела в Казани, а они все не кончаются и не кончаются.

— Да, Вить, — отвечаю на звонок, сидя в ресторане гостиницы.

— Доброе утро, стахановец, — усмехается он в трубку.

Вот прекрасное настроение у человека по утрам, чего не скажешь обо мне. Хочу уже вернуться домой. Точнее, в Москву и к Диларе. Не думал, что настолько буду по ней скучать.

— Кому доброе, а кому не очень, — ворчу почти по-стариковски.

— Настроения нет? Сейчас я тебе его подниму, — загадочно говорит Витя. — Нашел я, чем прижать твоего шурина. Все получилось ровно так, как мы и предполагали. Руслан действительно переводил деньги предприятия на свой личный счет. И делал же все так красиво, я еле концы нашел. Что предпримем?

Отлично. Я не сомневался, что мой зам что-то нароет. Ему бы с такими талантами в следователи. А вот что делать…

— Сбрось мне все, что накопал, на почту. Я посмотрю. Здесь через пару дней планирую все закончить. До этого момента Руслана, главное, не спугнуть. И, Вить, к моему приезду организуй собрание акционеров.

— Потираю руки в предвкушении, — смеется он, поняв, что я собираюсь разнести своих родственников. Уже почти бывших, слава богу.

Может, Жанна думает, что я передумал, раз столько времени от меня тишина. Может, и отец с тестем успокоились, решив, что надавили на меня и теперь все останется как прежде. Но нет… Это затишье перед бурей.

Отодвигаю от себя чашку с недопитым кофе и снова беру в руки телефон. Бегло просматриваю файлы, присланные Виктором. Да, Руслан хитер, с этим не поспоришь. Такую схему провернул. И ведь у меня даже мысли бы не было его проверить, если бы не моя догадка, что не за сестру он так переживает, а за себя.

Ладно, к черту этого прощелыгу. Звоню Диларе, но она сбрасывает звонок. Правда, тут же приходит сообщение: «Я на совещании».

«Как дела? Уже не терпится приехать и посмотреть на нашего сына».

«А если это девочка?»

Боже, сижу и как дурак улыбаюсь, глядя на экран. Дилара вроде немного оттаяла. Отвечает на звонки, на сообщения. А я и радуюсь хотя бы этому.

«Уверен, что это мальчик», — пишу в ответ.

На этом тишина. Но даже пара этих строк подняла настроение с утра. Пора бы и мне работой заняться, чтобы все успеть. Знаю, что Витя все организует, но мое присутствие там обязательно.

Пока заканчиваю с делами в Казани, готовлю бомбу для Руслана и его отца. Как утверждает Витя, все тихо, никто ни о чем не догадывается. Пусть так и будет.

Наконец я оказываюсь в шумном Домодедово. Командировка даже не сказал бы, что затянулась, но думал справиться быстрее. Ладно, главное, что я уже в Москве. Еще вчера забронировал себе номер в гостинице, потому что в тот дом, где мы жили с Жанной, я больше не вернусь. К родителям, конечно, тоже не поеду.

Конечно, я бы с удовольствием рванул к Диларе. Но она на работе, а у меня не так много времени до часа икс. Успею забросить чемодан в гостиницу, принять душ и переодеться.

В офис вхожу, насвистывая себе под нос какой-то веселенький мотивчик. Работники удивленно на меня смотрят, потом отмирают и здороваются. Я киваю им в ответ, понимая их ошарашенный вид. Таким начальника они никогда не видели.

Витина секретарша так вообще меня проводила глазами с приоткрытым ртом.

— Кто-то в настроении, — замечает Виктор и протягивает мне несколько тонких папок.

— Сам распечатывал? — уточняю я, потому что не хочу, чтобы мой сюрприз испортили.

— Ну обижаешь, — разводит руками Витя. — Лично нажимал на кнопочки, листочки сам вложил.

— Все, я понял, — усмехаюсь. — Присоединишься?

— А как же я могу это пропустить? Думаю, все уже собрались в конференц-зале.

Так и есть. Мы с Витей появляемся последними.

— Когда ты вернулся? — первой говорит Жанна.

— Не твое дело, — ласково отвечаю я.

— Зачем я здесь? — продолжает она. — Я же доверенность написала и никогда не занималась делами компании.

— Все по порядку, — предупреждаю я и лично подхожу к каждому, чтобы положить папку.

Руслан, конечно, сразу догадывается, что это. Чертыхается и бледнеет. Мой отец, удивительно до этого молчавший, хмурится, но много времени ему не надо, чтобы понять. А вот тесть даже бровью не ведет, только бросает в Руслана такой взгляд, что меня удивляет, как шурин еще не стал горкой пепла. Одна Жанна ничего не понимает.

— Что это? — спрашивает она, поднимая глаза.

— А это финансовые махинации твоего братишки. Сказать, на какой срок потянет?

— Чего ты хочешь, Камиль? — включает деловой подход Станислав Андреевич.

— Чтобы вы оставили меня в покое. Бизнес… Да хрен с ним, еще заработаю. Хотя акции не отдам, я слишком многое вложил в эту компанию. Пусть с них мне капает. Дом мне не нужен. И как вишенка на торте — я не хочу больше никого из вас видеть.

— Камиль… — предостерегающе начинает отец, но я выставляю руку вперед.

— Не стоит пытаться мной манипулировать. Пытались это сделать ребенком, черта с два у вас выйдет. Не позорьтесь и не заставляйте меня обнародовать результаты анализа ДНК. Бизнесом? Как я уже сказал, не получится. Кстати, ты, — показываю пальцем на Руслана, — вернешь все, иначе сядешь.

— Но, Камиль… — Жанна теряется. — Я думала, что…

— Давай думать буду я. А что творится в твоей голове, совершенно не мое дело. Я не один раз говорил: мы с тобой разводимся. И мое решение не изменится.

Вижу, что Жанна открывает рот, но тут же захлопывается под моим взглядом. Единственное правильное ее решение, потому что я кожей чувствую, что ляпнуть она что-то хочет про Дилару.

Станислав Андреевич, кажется, в этой семейке самый здравомыслящий. Немного подумав, он кивает:

— Хорошо, Руслан все возвращает. Вы с Жанной тихо разводитесь. Тебя никто не трогает. Договорились?

Конечно, меня это устраивает. Но где гарантии? Если бы я верил только обещаниям, то не имел бы то, что имею.

— Доказательства махинаций Руслана я не уничтожу, — почти любовно похлопываю по папке. — Шантажировать не стану, это для меня низко, но как раз в духе вашего сына. Это будет моей страховкой.

— Я понимаю, — сдержанно соглашается Станислав Андреевич.

— А ты прямо сейчас подпишешь все документы, — смотрю на Жанну.

Они с моим отцом сидят как статуи. Но, кажется, дошло, что я настроен серьезно и на мое решение повлиять они никак не смогут. Руслан вообще, судя по всему, пытается слиться с интерьером. Прекрасная картина. Даже фото на память бы сделал.

— Тогда, я думаю, мы договорились, — подводит итог Станислав Андреевич.

— Я буду очень рад, если все присутствующие в этой комнате меня действительно услышали, а не просто сделали вид.

Думаю, на такой эпичной ноте можно и прощаться. В коридоре меня догоняет отец.

— Ты понимаешь, что разрушил сейчас все, что мы строили годами, — говорит он.

— Хватит, — обрываю его. Эта песня хороша, начинай сначала. — У меня достаточно ума и денег, чтобы обеспечить свое будущее… и будущее своей женщины.

Взгляд отца темнеет, но оскорблений в адрес Дилары не слышу. Теперь осталось самое сложное — вернуть ее доверие. Потому что за два месяца отсутствия я точно понял, что хочу быть с ней, растить детей, просыпаться и засыпать рядом.

Да, Камиль… Кажется, ты превратился в безнадежного романтика. Но почему-то это мне так чертовски нравится.

Сев в машину, беру телефон и пишу сообщение: «Пообедаем?»

Дико соскучился. Так, что готов лететь туда, куда скажет Дилара. Лишь бы только согласилась на встречу.