Глава 33

Сглотнув, я сделала шаг вперед. Стоять здесь и делать вид, что я экспонат на выставке в каком-то музее — явно не самая лучшая идея.

Я провела ночь с этим мужчиной. Значит, что должна набраться смелости и смотреть в его глаза не краснея. Как бы сложно это ни было.

Сделав один шаг, я тут же осмелела и сделала второй. Вся инициатива сейчас исходила исключительно от меня и Берг никак не спасал ситуацию. В комнате стояла гробовая тишина и, кажется, мужчину это более чем устраивало.

Он снова смотрел в свой телефон, читая приходившие сообщения и отвечая на них. И что бы там ни было написано, они явно интересовали его больше, чем девчонка, которая спустилась на завтрак.

Та, которую он страстно целовал этой ночью. Та, которую прижимал к своему телу с такой силой, что кости ломило. Та, которая сейчас готова была задохнуться от собственных эмоций, потому что мужчина напротив был безэмоциальной скотиной!

— Доброе утро, — проглотив ком из обид, я все-таки села на свой стул и посмотрела на Вильяма. Специально не отрывала от мужчины взгляд, дожидаясь внимания в свою сторону.

Хорошо, раз он не хотел был взрослым среди нас двоих и его устраивала игра в то, что ничего не было, значит я поддержу ее.

Раз он на меня смотреть не собирался, то и мне стоило бросить никому ненужные старания.

Делать вид, что мы другу друга не замечали было бы слишком глупо. Даже я это понимала, кажется, в отличии от самого мужчины.

Берг, не поднимая головы, лишь кивнул мне в ответ. Кивнул… А я, сжав пальцы на вилке, сдержалась от того, чтобы выдать ему все, что крутилось в мое голове.

Боюсь, что далеко не все мои мысли ему понравились и, скорее всего, большинство он бы отнес к саботажу.

Я искренне не понимала с чем было связано подобное поведение. Хорошо, пускай он не планировал прошлой ночи. Так я тоже… но это не значило, что ее не было.

Я даже не предполагала, что захочет сделать вид, что ничего не было. Но ведь он сейчас делал вид, что меня не замечал. Как будто я была пылью под его ногами, на которую не стоило обращать внимания.

То есть мы вернулись к тому, с чего все начиналось?!

Это было сложно принять.

Стиснув рукоять вилки, я также сцепила зубы. Я не хотела показывать своих эмоций. Не хотела усугублять и так непростую ситуацию, поэтому всячески старалась контролировать каждое свое действие. Каждый шаг. Как делал это он.

Обведя взглядом стол, я поняла, что совершенно не голода. Хотя минут пять назад, была готова проглотить слона.

Из-за возникшей нервозности и переживаний кусок в горло не лез. Но в тоже время я не могла сидеть с пустой тарелкой и глупо смотреть перед собой.

Взяв немного ветчины и сыра, я начала разрезать каждый из ломтиков на мелкие кусочки.

У меня было столько вопросов, которые я хотела задать мужчине. Столько всего крутилось в моей голове, на я хотела бы получить ответы. А сейчас я понимала, что, если бы я даже и решилась хоть что-то просить, то скорее всего он бы сделал вид, что этого не услышал.

Хотя, с его характером и даже вид не нужно было делась, Вильям мог меня вполне проигнорировать.

Именно поэтому я сидела молча. Больше всего в данную минуту мне не давала покоя мысль о сестре. То, что я чувствовала свою вину, перед ней, — это да. Вот только это было далеко не все, что меня беспокоило.

Я хотела спросить где она? Почему вчера Берг вернулся один? Судя по всему, Вильям тогда сорвался с места к ней. По тому разговору… по тому как он взбесился, когда узнал, что Лиза ему врала. У меня просто не было других предположений. Да и мужчины не было практически целую неделю…

Он тогда уезжал в ярости. И я была уверена, что сестре пришлось не сладко. Хотя, с другой стороны, она получила по заслугам за свою ложь. Не могла же она постоянно врать всем и выходить сухой из воды. Вот ее и настигла расплата.

Когда резать в тарелке уже было нечего, я думала встать и молча выйти из-за стола, как у Берга зазвонил телефон.

Я не смогла сдержаться и снова посмотрела на него. Хотелось хоть что-то рассмотреть на лице этого Робота. Как только мужчина взглянул на экран телефона, в его взгляде что-то изменилось. Он стал злым. Еще более злым чем тогда, когда я вышла к завтраку.

Неужели есть кто-то еще, кто смог вывести его на такую реакцию и это не я. Мне радоваться или испытывать обиду, что даже в подобном я не стояла для него на первом месте.

— Что еще? — произнёс Вильям вместо приветствия. Очень раздражённым голосом. Складывалось такое впечатление, что Берг еле сдерживался и собеседник на том конце провода его изрядно вымотал.

Я не слышала слов его оппонента, суть общего диалога была мен не ясна. Все, что я могла, так это видеть реакцию самого Вильяма на каждую услышанную фразу. На его лице играли желваки, а вена на виске начала пульсировать. Я могла лишь предполагать, что ход разговора ему мягко скажем не нравился.

— Я ведь приказал от нее избавить, что в этом непонятного?! — голос холодный. Как и всегда без каких-либо эмоций.

От этих слов мне стало тревожно. Подсознание начало твердить о том, что речь шла о Лизе. Ее ведь здесь нет, хотя сестра должна быть. Она же его жена, черт возьми. Что означало “избавиться”? В каком смысле?

Я интуитивно подалась вперёд в надежде услышать и его собеседника. Я понимала, что это было невозможно, но ничего не могла с собой поделать.

— В этом доме ее больше не будет. Мне плевать как ты от нее избавишься, — сердце гулко стучало в груди и перед глазами начало все темнеть. Вот на столько я нервничала и судорожно пыталась придумать какие-то оправдания услышанному. Ничего не получалось.

Все стало только хуже после того, как поняла, что уже в следующую секунду Берг поднял взгляд. Прямо как и хотела еще пару минут назад, а сейчас больше всего в этом мире хотелось на месте провалиться. Вильям посмотрел прямо мне в глаза своим безэмоциональным взглядом и произнес медленно и четко:

— Сделай так, чтобы она перестала быть моей проблемой!

— О ком ты? — на выдохе спросила, обнаглев.

Поняла, что это было непозволительно только тогда, когда ощутила на себе его взгляд. Безразличный, но с легкой ноткой раздражения.

Ответом меня не удосужили.

Вместо этого Берг как ни в чем ни бывало встал из-за стола, медленно откинул в сторону салфетку и взял в руки телефон. Всем своим видом показывал, что собирался уйти.

Я и так поняла, что перешла черту, а его размеренные и неторопливые движения заставили молча, затаив дыхание наблюдать за происходящим.

— Ты мне ответишь? — это обида и раздражение, задетое самолюбие и эгоизм, — не я говорила, а переполнявшие меня эмоции.

Он мне не ответит. Даже не собирался. Я видела это. Понимала, ощущала в каждом действии то, что это я хваталась за соломинку, за малейшую ниточку, которая могла меня с ним связать. А Вильям… он Робот, как был им, так и остался.

Я смотрела в след отдаляющейся мужской фигуре и пыталась понять, что нужно делать дальше.

Правильнее было бы уйти.

Но это уже становилось смешно из-за своей изначальной абсурдности. И до сих пор ничего не поменялось.

Как долго это будет продолжаться? Пока я не захлебнусь в отчаянных попытках сделать так, чтобы он стал воспринимать меня иначе, чем копию его жены?!

Я была настолько подавлена происходящим, что готова была броситься за ним следом.

Почти решилась, но потом увидела, как мужчина взял с журнального столика папку с моими документами, которую он снисходительно оставил вчера.

Берг направился в мою сторону, не произнося ни звука. Подойдя вплотную, не глядя в мою сторону, просто обрушил ее перед моим лицом, заставляя подпрыгнуть от неожиданности при всей банальности момента.

Мне смелости не хватило спросить о том, зачем он это сделал.

Я для себя не смогла найти объяснения почему я потянулась и открыла ее.

На первый взгляд ничего такого, но это только на первый.

В папке было много бумаг. Я даже не сразу поняла все и заподозрила неладное.

Например, как цвет паспорта… Не темно-синий, а темно-зеленый. Тиснение другого цвета…

Я принялась судорожно перебирать другие бумажки. Исключительно машинально, отмечая разночтения. То, чего в принципе не могло быть в моей жизни.

Свидетельство о браке, социальное страхование, водительские права…

— Что происходит? — голова шла кругом, когда я один за другим доставала пестрые бумаги с гос знаками и голограммами, и все они были… на имя сестры.

Можно было бы предположить, что Робот просто ошибся, но я этого не допускала.

Везде, где значилось имя моей сестры напротив шла… моя фотография.

Пусть для всего мира мы являли одно лицо, но я-то себя узнаю.

Я с первый минуты не могла связно мыслить. Происходящее просто не укладывалось в моей голове настолько, что я смотрела перед собой и думала, что это всего лишь зрение играет со мной злую шутку.

Что-то вырвало у меня из этого тумана, и, возможно, это была входная дверь, которой Робот хлопнул на выходе.

Сейчас настал как раз тот момент, когда тело взяло контроль над разумом и устремилось “решить ситуацию”.

— Что это значит? — я выбежала за мужчиной и остановилась на пороге. Берг в эту самую минуту подошел к своей машине, — объясни мне. И на этот раз я не прошу. Я требую.

Я действительно верила в то, что в тот момент имела на это полное право.

Вильям остановился. Замер на месте, но ответа так и не последовало. Еще чуть-чуть и он бы сел в свой автомобиль и уехал. Можно подумать, что такой как он снизошел до объяснений перед такой как я…

Вот только меня это не устраивало.

Расстояние между нами было не более нескольких метром, поэтому преодолела я его достаточно быстро. Оказалась рядом с Бергом быстрее, чем он понял, что произошло, но Робот моментально взял себя в руки.

— Что ты творишь?! — прорычал, схватив меня под локоть, стоило только оказаться рядом.

— Ты… Я…, - я была настолько обескуражена, что не знала с чего начать и мужчина как раз воспользовался этой заминкой. Прервал меня, даже не давай возможности высказаться.

— Оденься! — Берг скользнул взглядом по моей фигуре. Я только сейчас поняла, что выбежала на улицу одетая в его рубашку и только.

Да и не стоило заострять на этом внимание. Он отстранил от работы всю прислугу, оставив несколько человек. Все для того, чтобы никто не видел нас с Лизой вместе, чтобы никто не понял, что есть “Ctrl V” и есть “Ctrl Z”. Так что какая разница в чем я появилась…

“Копировать” и “Вставить”. Две версии одного и тоже человека, позволявших Бергам (да, Вильяму и Лизе) провернуть свою аферу.

— Чтобы больше по дому так не шлялась, — впервые слышала от него подобные слова, — завтра в дом возвращается вся прислуга. В полном составе.