Глава 19. Первый день (без него).

Мира

Глядя на себя в зеркало, приглаживаю ворот пиджака, поправляю юбку. Так… Всё хорошо.

Глубоко вдыхаю и громко выдыхаю.

– Бантик забыла надеть, – беззлобно поддевает меня Марго.

– Не забыла. Просто не хочу.

Больше не хочу никаких бантов, чтобы не давать ему возможности называть меня Бантиком.

Бросив взгляд на пока пустующую третью кровать в нашей комнате, поднимаю с пола рюкзак. Почему к нам ещё никого не подселили?

– Мы опаздываем, кстати, – сообщает Марго будничным тоном.

– Как это?.. Ох, блин!

Вылетаем из комнаты, а потом и из общаги. Несёмся к учебному корпусу. Взявшись за руки, бежим по длинному коридору в поисках своей аудитории. Благо расписание мы знаем.

Очереди в ванные комнаты в женской общаге (которых всего пять на три этажа здания) ну просто нереальные. Надо это учитывать и вставать на полчаса раньше.

– О! Вот она, вот! – тащит меня Марго к нужной двери. И, обернувшись, провозглашает с сияющим видом: – Ммм… Высшая математика! О-бо-жа-ю!

Я хихикаю. Потому что у Марго не только красивая мордашка, но и отличные мозги. Она, наверное, больший ботаник, чем я.

Залетаем в аудиторию. Здесь всё так, как я и представляла: ровные ряды парт, расположенных амфитеатром, стол преподавателя внизу.

Преподаватель Зубков Владлен Викторович выглядит хмуро и неприветливо. У него такие густые седые брови, что того и гляди закроют глаза.

Скомканно поздоровавшись, пробегаем мимо него и занимаем места в самом низу – то есть в первом ряду. Достаём тетради для конспектов.

Марго пихает меня плечом. Она вся светится от предвкушения. Да, я тоже предвкушаю новую жизнь и планирую напитаться новыми знаниями.

Уговорила себя больше не думать о Ярославе. Не сходить с ума, прокручивая в голове ту ночь, и не задаваться бесконечными вопросами...

А что будет, когда мы наконец увидимся снова?

Как мне себя вести?

Могу ли я рассчитывать на то, что у нас теперь будет какое-то общение?

И уж тем более не спрашивать у себя совсем уж глупо и наивно: «А с Миланой он расстанется или нет?»

Понятно, что нет. Ведь я для него – просто разовый секс, вот и всё. Мозгами я это понимаю, а вот моё глупое сердечко продолжает надеяться на какую-то историю.

Я и Ярослав...

Почему бы и нет? Ведь он так нежно и трепетно меня целовал. И когда мы были ещё ближе, он был нежен, осторожен даже. Шептал такие ласковые слова…

Сначала я плакала. Потом злилась. На себя. На него. А сегодня отключила все эмоции. Ну или пытаюсь это сделать.

Всё, стоп! Учись, Мира! Всё остальное потом.

Сосредотачиваюсь на лекции по высшей математике. Зубков, надо признать, довольно интересно и доступно рассказывает. Две пары пролетают на одном дыхании.

Мы с Марго уже хотим покинуть аудиторию, когда сзади кто-то касается моего плеча. Обернувшись, вижу Диму и Андрея.

– Приветик, Мира, – улыбается Дима.

А вот Андрей молча проходит мимо нас и покидает аудиторию.

– Привет. Для архитектурного нужна высшая математика? – усмехаюсь я.

– Конечно. Какой у вас сейчас предмет?

– Философия, – вдруг вклинивается Маргарита. – Уверена, для архитектурного она не нужна.

Это звучит довольно грубо, если что.

– Нужна. Но она у нас начнётся со второго курса, – с некоторым возмущением отвечает Дима. – Ладно, увидимся, Мира.

– Да… Пока, – выдыхаю уже в уходящую спину.

Дима идёт по коридору направо, мы с Марго налево. Когда отходим от парня достаточно далеко, я останавливаюсь и заставляю подругу тоже остановиться.

– Зачем ты так с ним?

– Ну а зачем тебе его общество, Мир? Ты посмотри, вокруг полно классных ребят. Второкурсников, например, – она стреляет взглядом в проходящих мимо нас парней. Высоких и спортивных. – Дима этот… Да и Андрей... – кривит она губы, – ну так себе знакомство. Будешь тусоваться с ними – считай, автоматом закроешь себе доступ в другое, более цивильное общество.

– Это очень цинично звучит, – морщусь я.

– Ну и что?! – разводит она руками. – Мы же на вечеринку к самому Новожилову попали, помнишь? И Рома за мной ухаживает.

При упоминании Бортика я сдуваюсь.

Он теперь почти постоянно с нами. Все выходные был где-то поблизости. Иногда подходил, иногда просто наблюдал за Марго на расстоянии. Складывается впечатление, что подруга теперь на невидимом поводке, который, правда, пока не натягивают, создавая мнимое ощущение свободного выгула.

– На философию опоздаем, – бормочу я и иду вперёд.

Марго нагоняет.

Аудиторию мы находим довольно быстро. Подсаживаемся к Дарье.

Дашка тоже первокурсница, и была на вечеринке. Хотя я совсем её не помню. Марго рассказала мне, что мы пообещали Дарье поддержать её с театральным кружком. Мол, втроём пойдём в него зачисляться.

Ха! Я и театр – ну такое себе. Видимо, в тот момент за меня решил алкоголь, раз я согласилась на такую авантюру.

– Я всё узнала, – шёпотом рассказывает Даша, пока преподаватель готовится к лекции, а студенты рассаживаются по местам. – По вторникам, четвергам и пятницам занятия в театральном. В шесть вечера. Руководитель там… – на секунду она мечтательно прикрывает глаза. – Молодой и амбициозный альфа-самец.

Марго прыскает от смеха, едва успев прикрыть ладонью рот. Я выпучиваю глаза на Дашу.

Эм… Так зачем мы всё-таки идем в театральный? Из-за альфа-самца, что ли?

– В общем, завтра в шесть, – подытоживает Даша. – Я прям предвкушаю.

А я нет. Как бы безболезненно отказаться?

На философии сидим вместе с второкурсниками. Они ведут себя довольно развязно, ведь педагог – весьма молодая женщина. Тюрина София Николаевна. На вид ей не больше тридцати пяти лет.

То ли парням просто скучно, то ли они её задеть пытаются…

София Николаевна пишет на доске: «Философия» в переводе с греческого языка означает «любовь к мудрости» («филео» – люблю, «софия» – мудрость). Парни на это взрываются от хохота и начинают грубо ржать. Кто-то даже отвешивает скабрезную шуточку о любви к самой Софии Николаевне.

По-моему, они с ней так флиртуют. Довольно глупо, если честно. Дураки какие…

Повернув голову назад, пытаюсь увидеть, кто же зачинщик в этом стаде. И встречаюсь с карими глазами Давида. Его брат Арам сидит рядом с ним. Оба кивают мне в знак приветствия.

– Весь последний ряд – на выход, – строго произносит София Николаевна, глядя на гомонящих парней.

Они не спорят. Вразвалочку спускаются с трибун и покидают аудиторию. Давид и Арам уходят с остальными.

– Спортсмены... – шевелит губами Даша, вертя пальцем у виска.

Намекает, что все они не блещут умом?

После философии у нас экономика. Но есть небольшой перерыв, чтобы отдохнуть и перекусить.

– Займи место, Мира, – говорит мне Марго. – Я сейчас нам чайку соображу.

Она убегает в кафетерий, а я сажусь на свободный диванчик в рекреации. Бегло осмотревшись, вижу Милану и её свиту. Но рядом с ними нет ни Ярослава, ни его друзей. Девочки что-то эмоционально обсуждают. Милана явно злится.

Чтобы так уж явно не пялиться на них, утыкаюсь в телефон. Проверяю все чаты, в которые меня добавила Марго.

А там… слишком много всего. Особенно в «Подслушано в кампусе».

Главная новость гласит: «Куда же подевались короли универа?»

Бегло пролистываю сообщения студентов. Одни поливают грязью какого-то Андрея Кирова, другие осуждают элиту и их странные развлечения.

– Ты не поверишь! – восклицает Марго, плюхаясь рядом со мной.

Вернулась она, кстати, без чая.

– Что случилось?

– Самый охрененный слух этого дня – что Омарова, Новожилова и Бесова исключили.

– Да ты что? – шокированно распахиваю глаза.

– Но это просто слух. На самом деле их ненадолго удалили с глаз долой подальше от декана. В ночь посвящения для парней-первокурсников был квест на какой-то заброшке. Одному стало плохо, и он в больничку попал. Знаешь, кто? Андрей этот, друг Димочки, с которым ты так хочешь дружить. И теперь именно из-за этого Андрея элитная троица отсутствует в универе. Ох, и не завидую я ему...

Медленно моргая, пытаюсь переварить эту новость.

Вроде мне всё равно должно быть… Но как-то не по себе. Потому что я теперь какое-то время не смогу увидеть Ярослава.

И это просто ужасно...

Теперь его побег сразу после нашего секса ощущается ещё болезненнее. Словно он ушёл и больше никогда не вернётся.

Корю себя за такие глупые мысли. Он же мне никто. Что я себе надумала?

Так и не успев перекусить, мы покидаем рекреацию. Отсиживаем две пары экономики.

Я почти не слышу педагога, снова и снова прокручивая в голове ту странную ночь. Всё, что вспоминаю. Некоторые моменты так и остаются за густой непроглядной дымкой.

Напоследок у нас сегодня бассейн. Который мне очень хочется прогулять. Но я боюсь разозлить тренера и без всякого энтузиазма тащусь в спорткомплекс...

***

– Ух, какие тут экземпляры!

– Да… Плаванье станет моим любимым предметом!

– Ахаха…

Обмахивая лица руками и хихикая, девчонки с нашего потока разглядывают пловцов.

Я же не знаю, как себя вести. Чёрный сплошной купальник, который не надевала с прошлого года, вдруг стал каким-то тесным. В груди жмёт и в попу врезается. Да и вообще… не нужен мне никакой бассейн.

Стоим с Марго в сторонке, ждём, когда тренер отпустит второй курс. Игнорирую взгляды Давида и Арама на себе. Да и вообще, ни на кого не смотрю. А вот Марго пялится на всех без стеснения. Ещё и комментирует с наивностью ребёнка:

– Ой, фу, у той девчонки жуткий целлюлит. А вон та тощая, как спичка. Ха… её ветром-то не сносит?

– Шш… – пытаюсь её угомонить.

– Ой, а один из братьев-пловцов только что дал подзатыльник второму за то, что тот на тебя вылупился. Это так забавно, Мира. Они, походу, тебя уже поделили. Ты достаёшься тому, что справа! – торжественно провозглашает она.

Это совсем не смешно! И я не хочу никому доставаться. Если бы Марго знала о том, что случилось между мной и Ярославом… возможно, перестала бы так шутить.

Но я не сказала ей, нет. Не смогла.

Да и она не вдавалась в подробности о себе и Бортике.

Поднимаю глаза и смотрю на братьев. Справа Давид, он мило мне улыбается. А Арам выглядит хмуро. Оба берут полотенца и идут к выходу из бассейна, постоянно оборачиваясь на меня.

– Ох, это было горячо! – обмахивает Марго лицо руками, точь-в-точь, как другие девчонки. – Сразу двое на тебя запали, Мира. Действуй!

Да, прям побежала.

Мне не нравится ни Давид, ни Арам. Я думаю совсем о другом человеке…

Мысленно даю себе оплеуху. Хватит, Мира. Его здесь нет!

Наконец в бассейне остаётся только первый курс. А нет… На самой дальней дорожке кто-то плавает. Быстро гребёт от одного бортика к другому и делает это весьма профессионально. Марго рядом со мной вдруг затихает и начинает умилённо хлопать глазками.

– Это же Рома... – выдыхает она.

Тренер свистит в свисток и выкрикивает:

– Бортик, выше головы не прыгнешь! Ты номер три, как ни крути!

Парень подплывает к краю бассейна и смотрит на тренера исподлобья. Таким взглядом реально можно убить. Даже мне жутко, хотя я не попадаю под прицел его взгляда.

Потом Рома подтягивается и ловко выбирается из воды. По его широким плечам, прокачанной спине и сильным мускулистым ногам сбегает вода. Марго ещё активнее обмахивает себя руками. Другие девочки притихли.

– Ну ты что, обиделся? – с толикой сарказма в голосе спрашивает Леонид Сергеевич. – Спорт не прощает долгих перерывов. Ты был первым, а теперь – извини-подвинься.

Вот зачем он его так прилюдно «пинает»? Это же неэтично!

Сверкнув бешеным взглядом на тренера, Бортик подхватывает со скамьи полотенце, но так им и не вытирается. Идёт в раздевалку мокрый и злой. Его прямая спина словно из камня выточена – рельефная, очень напряжённая.

– Я тебе официально заявляю, что влюблена до беспамятства, – шепчет Марго.

– А раньше нет?

– Раньше сомневалась. А теперь уже точно.

– Ну что, кузнечики мои? – обращается к нам Леонид Сергеевич. – Разминаемся, и в бассейн. По три человека на дорожку.

И снова дует в свисток. Мы начинаем суматошно махать руками и ногами, прогревая мышцы.

Всё-таки спрашиваю у Марго:

– А что было между вами? На вечеринке.

Её щеки немного розовеют, а губы растягиваются в смущённой улыбке.

– Всякое было… Но до самого пикантного не дошло. Рома не стал настаивать, когда я сказала ему, что у меня ещё ни разу… Ну ты поняла.

Поняла.

Что ж… Ярослав говорил, что Бортик – не лучшее общество, а на самом деле Рома оказался намного лучше, чем Тёмный.

Вот я дура...

А Марго молодец. Связалась с нормальным парнем.

– Орлова! – вдруг грохочет голос тренера, и я аж подпрыгиваю. – Занимай первую дорожку, под моим наблюдением будешь.

Плетусь к нему, спускаюсь в воду. Все остальные распределяются по бассейну.

– Итак, начнём с простого. Каждый пока плывет в своём темпе. Следим за дыханием. Стометровочка у нас. Погнали…

Из бассейна я выхожу хоть и уставшая, но счастливая. Потому что сто лет вволю не плавала. А тут ещё и под наблюдением тренера. И ни разу не начала задыхаться.

В раздевалке первой заскакиваю в душ, там же стягиваю купальник. Марго стучится в душевую.

– Мир, у тебя телефон надрывается. Написано «Давид».

Господи…

– Я потом отвечу.

– Это один из братьев, да? И что же это ему нужно?.. – паясничает подруга.

Быстро ополаскиваюсь и выхожу, обмотавшись полотенцем. Марго заходит в кабину, а я проверяю телефон. От Давида три пропущенных и одно смс.

«Как насчёт того, чтобы погулять, Мира? В семь вечера могу за тобой зайти».

Даже не раздумывая особо, пишу ответ: «Я очень устала, день был насыщенным. Спасибо за приглашение, но я не смогу».

И да, дело в Ярославе. Потому что он проник в моё сердце, забрался под кожу и... был моим первым.

Пока мы не увидимся, я ни с кем не буду гулять.

Неспешно одеваюсь, сушу волосы полотенцем. Из-за их длины и густоты без фена тут не справишься.

Некоторые девушки принесли с собой фены и даже косметику. Прихорашиваются перед зеркалом. Одна из них всё время косится в мою сторону, но так ничего и не говорит. Вроде бы её зовут Юля, она из нашего общежития.

Марго выходит из душевой и тут же набрасывается с допросом:

– Ну и что хотел Давид? Надеюсь, ты согласилась?

– Погулять он хотел. И нет, я никуда не пойду.

– Вот ты зануда, – куксится Марго. – Или ты всё же Ярослава ждёшь?

Услышав его имя, бо́льшая часть девчонок, встрепенувшись, смотрит на нас.

– Тише, – шикаю на Марго. – Никого я не жду. Собирайся и пошли.

Но я жду.

И это только первый день.

Без него.