Глава 38. Презерватив.
Мира
– Можно мне, пожалуйста… тест.
Последнее слово я почти проглатываю.
– Что? Девушка, говорите громче! – нахмурившись, почти орёт старенькая тётка-фармацевт на всю аптеку.
Она глуховата, похоже…
Покраснев как помидор, я выпаливаю:
– Тест на определение беременности! Три штуки!
Поджав и без того тоненькие губы, она отходит от окошка и начинает шарить по ящикам. Позади меня раздаётся осуждающее цоканье. Обернувшись, встречаюсь глазами с пожилой женщиной, стоящей в очереди сразу за мной. Она смотрит на меня с нескрываемым пренебрежением, и я спешу отвернуться.
На душе гадко...
Слышно, как женщина бормочет себе под нос:
– Вот молодёжь пошла. От горшка три вершка, а уже в положении.
Кто-то в очереди умудряется её услышать. Слышу голос ещё одной.
– Сами ещё без мозгов, и нарожают идиотов...
– Пфф! Вот склочные бабы! – фыркает кто-то третий.
Судя по всему, последний – молодой парень, но я даже не собираюсь проверять, кто там вдруг решил встать на мою сторону.
– Помолчи, пацан! – басит какой-то мужчина.
– Сам молчи, дядь!
И вот уже вся очередь поливает грязью и меня, и этого парня.
Мне хочется провалиться сквозь землю.
Наконец фармацевт возвращается с тестами. Кладёт передо мной три коробки. Вопросительно приподнимает одну бровь.
– Что-то ещё?
– Да. Аскорбинку, – выдавливаю, теряя голос.
Спину жгут взгляды всей очереди. Ругани уже не слышно, но кто-то продолжает бормотать о нынешних нравах и испорченных подростках.
Быстренько за всё расплачиваюсь, запихиваю тесты в сумку и выбегаю из аптеки. Руки мои подрагивают…
– Мир, что за шутки?
Откуда ни возьмись, появляется Ярослав и хватает меня за руку.
– Ты куда исчезла? Где твой телефон? Я звонил раз сто!
Телефон в сумке. Прямо под тестами.
– Звонил? – нервно кусаю губы. – Я не слышала. Да вон… в аптеку сбегала.
Бросаю взгляд на входную дверь. Оттуда как раз выходит пожилая женщина, которая стояла прямо за мной. И теперь она с той же пренебрежительной гримасой смотрит на Омарова. Проходя мимо нас, что-то неразборчиво фыркает, но, к счастью, Ярослав её не слышит. Он слишком занят моими руками, пытается их отогреть.
– Ты чего такая ледяная?
Сначала растирает мои пальцы, а потом подносит ко рту и греет их своим горячим дыханием.
Заторможенно моргаю, наблюдая за этим интимным процессом. А мы ведь всё ещё возле аптеки, чёрт возьми! И у всей очереди есть шанс продолжить лекцию об испорченном поколении уже для нас обоих.
– Да у меня всегда холодные руки, – произношу смущённо.
Вытягиваю руки из его ладоней, засовываю в карманы. Нащупав аскорбинку, вытаскиваю и демонстративно разворачиваю упаковку. Идём к пешеходному переходу.
– Хочешь аскорбиночки? – предлагаю Ярославу.
– Пожалуй, нет. Ты за этим в аптеку ходила?
– Угу.
– Так приспичило аскорбинку съесть? – хмурит он брови.
– Угу, – миленько улыбаюсь ему.
Переходим дорогу, садимся обратно в такси. Я всё ещё пытаюсь переварить ситуацию в аптеке, потому что мне очень неприятно...
Ну что за люди пошли? Умеют же испортить настроение.
Молча пялюсь в окно. А Ярослав что-то делает в своём телефоне. Переписывается вроде. Бросаю на парня взгляд, который он тут же чувствует.
– Иди сюда, выберем фильм, – говорит, поднимая руку.
Словно приглашает меня к себе под бочок.
Типа я должна прижаться к нему, что ли?
Смещаюсь ровно настолько, чтобы видеть экран его телефона, но тут же оказываюсь в капкане крепких объятий. Меня таки прижимают к боку и замуровывают, положив тяжеленную руку мне на плечо.
– А тогда мы были ещё ближе, Бантик, – шепчет Ярослав, воткнувшись губами мне в ухо. – Но так мы тоже сидели. На диване. Помнишь террасу?
– Помню…
Чёрт! Куда делся весь воздух из лёгких?
Рвано вдыхаю.
– Я помню всё, что было до приступа. Вроде бы, – говорю тихо и неуверенно.
– Про террасу прям всё помнишь? – в его голосе лёгкая насмешка. – Или показать, что там было?
– Помню. Всё, – отвечаю поспешно.
И хорошо, что в салоне очень темно, и не видно моих пылающих щёк.
– Эх… Жаль, – притворно вздыхает Ярослав. – Ты скажи, если вдруг что-то забыла. Я с радостью восстановлю те события в твоей памяти. То, что происходило на террасе.
Хорошо, что только это... И надеюсь, что Ярослав не рассчитывает на то, что я во второй раз окажусь такой же идиоткой и допущу то, что допустила.
Выбираем фильм. Через пятнадцать минут начнутся сразу два сеанса в разных кинозалах.
– Я на эту любовную чушь не пойду, – сразу бракует мой выбор Тёмный.
– Да? А я не пойду на ужастик! – решаю поспорить.
– Пойдёшь, – заявляет он, как и всегда, самоуверенно.
Те детишки были правы. Тёмный – настоящий абьюзер.
Выпутываюсь из его объятий. Тычу пальцем в плечо.
– А как же идеальное свидание, Ярослав? Ты же обещал мне, что всё будет незабываемо. На высшем уровне. Ужастики его омрачат, понятно?
Хватает меня за палец, легонько сжимает. Рот его недовольно кривится, а вот глаза, кажется, улыбаются.
– Ты бываешь очень раздражительной, Бантик.
– Да? А ты ну просто душка! – парирую с сарказмом.
Ярослав вдруг обхватывает своей пятернёй моё горло и, рванув на себя так, что наши носы сталкиваются, шепчет напротив моих губ:
– Соглашайся на ужастик. Я буду тебя обнимать, чтобы ты не боялась.
– Ни за что!
Он придушивает меня немного. Но я не чувствую никакой опасности. От парня идёт скорее сексуальная энергия, чем агрессивная. И сразу после своего резкого жеста Ярослав ведёт губами по моей скуле.
Замираю в его руках, дыша через раз.
Он касается уголка моих губ. Не целует, нет. Но это очень близко к поцелую.
Сталкиваемся взглядами. В его глазах – пожар. И в моих, наверное, тоже... Не знаю, на какие точки так умело нажимает Ярослав, но он пробуждает во мне что-то такое… что-то чертовски порочное, безумно возбуждающее... И, наверное, неправильное.
Его пальцы вновь смыкаются на моём горле, в этот раз сжимая сильнее. На секунду заставляя меня запаниковать, почти выпучив глаза. Пару секунд Ярослав медлит, глядя мне в глаза и явно получая удовольствие от своего превосходства. И оттого, что я даже не пытаюсь вырываться.
А я, дура такая, и правда не вырываюсь. Потому что оказывается, мне страх, как интересно прощупать все грани его ненормальности и эксцентричности.
Хватка Тёмного становится мягче, а вот в глазах появляется какая-то… жестокость или злость, не знаю. Он проводит пальцами по моим губам, сминает их. И теперь я задыхаюсь от совершенно иных чувств.
Сжав бёдра, начинаю дрожать как осиновый лист. Но это не страх, это что-то совсем другое…
Ярослав вновь шепчет мне на ушко:
– Ты мне так нравишься, что даже бесит немного!..
Боже… Что?
Я его бешу? Или ситуация? Или… что?
Не успеваю спросить и как-то отреагировать, как он вновь ударяет по мне эмоционально, шепча с жаром:
– Ты такая врушка, Мира... Говоришь, не помнишь свой первый раз, да?
А вот теперь мне сказать нечего...
Ярослав понял, что я была девственницей?
Ну конечно, он, блин, понял! Там же кровь была… И я наверняка вела себя именно так, как неумелая девственница.
Хорошо, что именно этот кусочек пазла так и не восстановился полностью.
– Я всё помню, Мира. К своему глубокому несчастью, помню очень чётко… каждую минуту… Всё, что было между нами... – продолжает нашёптывать Ярослав.
Теперь он говорит ласково. И я поневоле таю от его слов. Даже не от слов, а от интонаций. Ведь в его словах, если задуматься, нет ничего хорошего.
Но я подумаю об этом потом. А сейчас во мне что-то щёлкает, и тело само льнёт к нему. Наши губы встречаются. Но Ярослав не целует меня, а я не целую его. Мы просто замираем так, утопая в глазах друг друга. И мне кажется, что Тёмный своим взглядом просит меня проявить инициативу.
Я должна его поцеловать?
Машина вдруг дёргается, резко остановившись. Ловлю взгляд водителя в зеркале. Тут же выбираюсь из рук Ярослава и отодвигаюсь на безопасное расстояние. Нервно приглаживаю волосы. Позор какой…
Что я вообще рядом с ним делаю? Что мы делаем? У него же девушка есть!
Оставшуюся дорогу я сижу молча и ёрзаю под тяжёлым взглядом моего спутника. А потом мы идём на чёртов ужастик, потому что мне вдруг резко расхотелось смотреть про любовную чушь.
Омаров, гад такой, уже и билетики на этот ужастик купил, словно точно знал – я не отстою свой выбор. И теперь с самодовольной улыбкой на лице несёт сразу два больших ведра с попкорном. А я иду следом за ним с лимонадом в руках.
Занимаем свои места, и тут же начинается фильм. Ярослав убирает подлокотник между нами и властно притягивает меня к себе. У меня просто никакого выбора не остаётся... Только сидеть с ним в обнимку и жадно вдыхать аромат его тела и парфюма.
Пахнет он всегда восхитительно, надо признать.
– Открой ротик, – с усмешкой говорит он, пытаясь накормить меня солёным попкорном.
Пихаю его локтем, чтобы отстал. Но он всё равно проталкивает попкорн между моих губ.
Недовольно жую. Оказывается, это вкусно! И теперь я сама зачёрпываю горсть попкорна.
Мы хрустим вкусняшками, пытаясь въехать в происходящее на экране. Пока вообще ничего не понятно. Фильм вроде про зомби апокалипсис.
Когда начинается экшен, мне становится нехорошо. На экране мозги, кровь, мясо…
Пытаюсь запить лимонадом тошнотворный привкус во рту.
– Карамельный тоже ничего, – говорит вдруг Ярослав и скармливает мне попкорн с ярким карамельным вкусом.
А вот эта пакость застревает у меня в горле. Лицо вспыхивает, руки начинают подрагивать.
– Мира, ты чего? – взволнованно шепчет Ярослав, пытаясь заглянуть мне в глаза.
Перед моими взором всё начинает расплываться... А тошнотворные звуки фильма просто добивают... И вот я уже несусь по коридору кинотеатра, зажав рукой рот. И провожу в туалете наверняка половину фильма...
Наконец тщательно умываюсь, запихиваю в рот три аскорбинки и медленно бреду обратно к залу. Ярослав сидит на диванчике в коридоре и сразу вскакивает, завидев меня. Бросается навстречу, взволнованно берёт за руки, вглядывается в моё лицо.
– Ты как?
– Уже лучше, – вяло улыбаюсь я.
Он помогает мне сесть на диван, сам присаживается на корточки возле моих ног. Меня очень трогает неподдельное участие в его глазах.
– Может, это тирамису? – скривившись, предполагаю я.
– Я сожрал в два раза больше тебя. Вряд ли это оно. А вот японский ресторан – очень может быть. Говорил тебе не брать тот суп! Он даже выглядел несъедобно!
Я не знаю, чем руководствуюсь в этот момент… Возможно, просто прониклась нашим свиданием и поведением Ярослава... Но неожиданно даже для самой себя сжимаю его руки и выпаливаю:
– Мне нужно кое-что у тебя спросить!
Он тяжело сглатывает, прежде чем сказать:
– Давай.
– Презерватив!
– Чего? – дёргается его лицо.
– Я хочу знать… В ту ночь… В ночь посвящения... ты использовал презерватив?
– Да, – отвечает мгновенно.
– Да?
– Угу. А что?
– Ни… ничего.
Отвожу взгляд. Не говорить же ему, что думаю о своей беременности.
Значит, был… Ну а зачем Ярославу врать о таком?
Боже… Был!
Мне становится легче. Отпускаю руки парня, с улыбкой откидываюсь на спинку дивана.
– Я больше никогда не пойду на ужастик, Ярослав. Никогда.
– Даже со мной?
Но ведь у нас это разовая акция, разве нет?
Однако вслух я говорю совсем другое:
– С тобой, наверное, пойду.
Яр расплывается в своей безбашенной улыбке самовлюблённого типа. Поднимается и протягивает мне руку.
– Пошли. Раз уж фильм обломился, придумаем что-нибудь ещё.
То есть… наш вечер ещё не закончен?