21. Как шёлковая

Вика.

После случившегося в директорском кабинете мы с Денисом избегали друг друга. Он вдруг научился обходиться без кофе, а все распоряжения передавал через Илью, чему я поначалу была даже рада.

Сосед по приёмной поправлял за мной те несложные документы, которые мне поручали составить. Я поправляла его галстук и заставила сменить парфюм.

— Понимаешь, Илья, — вещала я, расхаживая между витринами со множеством нарядных флакончиков, — духи это как вторая кожа, как твоё второе я.

Остановилась перед знакомым брендом, пшикнула на пробник, помахала им несколько раз и с наслаждением вдохнула. Кивнула одобрительно и отдала тонкую полоску картона Илье, который уже держал несколько таких же.

— О! Новинка от «Эскопабло»!

Схватила с полки увесистый чёрный флакон, пшикнула на пробник и поморщилась. Сунула Илье под нос и прошептала:

— Понюхай, запомни и никогда такое не покупай! Амбре как у тройного одеколона из прошлого века!

Илья принюхался, пожал плечами и выбросил картонку в пластиковую урну. Я пошла дальше по торговому залу:

— Эээ… о чём мы там говорили?

— О тройном одеколоне?

— Точно! Так вот, обычные духи создадут настроение, а лучшие скажут о тебе без слов!

— Красиво звучит, как думаешь…

Голос Ильи долетал откуда-то издалека, когда я внезапно замерла с пробником мужской туалетной воды у носа. Аромат мандарин на снегу резко выбил почву из-под ног. Вдруг сделалось жарко, а в следующий миг по телу прошла дрожь. Покосилась с опаской на серебристую коробочку с логотипом известного бренда. Так вот, что это за аромат. Тихо пробормотала:

— Как у Аристова.

— Серьёзно? — Илья тут же выхватил картонку и принюхался, затем протянул задумчиво. — И как ты их различаешь? Начиная с третьих мне всё одинаково!

— Нет, эти ни с чем не спутаешь.

В памяти всплыли пронзительные тёмные глаза, сбившееся общее дыхание, его властные прикосновения, мои бесстыдные — в ответ. Чувствуя, как вспыхнули щёки, попыталась спешно сунуть флакон на место, при этом едва не выронила его и не разбила. Попятилась назад, наступила Илье на ногу, пробормотала:

— Прости.

— Ничего! Слушай, Вик, я устал. Может, эти и возьмём? Как у шефа? Ничё такие, да ведь?

— Нет! — крикнула громко, так что на нас обернулись другие покупатели и консультант, затем добавила уже спокойнее. — Не надо тебе как у шефа!

И так его парфюм на меня действует, как какой-то грёбанный феромон, ещё не хватало нюхать его постоянно!

— Идём. Я знаю, что нам нужно. Чёрный перец на тебе будет хорошо звучать, и, возможно, ноты корицы.

Безошибочно выбрала с полки коробку и впечатала в грудь парня:

— Надёжный, стабильный и чёткий снаружи, но уютный и мягкий внутри. Прямо как ты. Держи скидочную карту, а я на улице подожду, ладно? Что-то мне здесь нехорошо, голова кружится.

Илья кивнул и побрёл на кассу, а я едва ли не бегом вылетела из магазина. Прислонилась спиной к стене, но не торопилась застёгивать пальто. Мимо спешили люди и проезжали автомобили. Похоже, начинается предновогодняя суета. А для меня время словно остановилось. Закрыла глаза и открыла их снова, выравнивая дыхание.

На улице морозно, а мне жарко! Провела рукой по едва наметившемуся животику, надёжно скрытому объёмным трикотажным платьем. Чёртов Аристов! Почему я думаю о тебе постоянно? Почему чувствую разочарование всякий раз, когда ты вызываешь в кабинет Илью, а не меня? Видит Бог, я ненавидела тебя всей душой! Не хотела работать с тобой, чего уж там — воздухом одним с тобой дышать не хотела! Бесилась всякий раз, выполняя то, что приказывал! Мечтала отделаться от тебя, молила, чтобы не замечал! Так почему сейчас, когда то, о чём просила, сбылось, мне хочется ровно обратного?

Денис.

Авария в Териберке словно открыла портал в какую-то грёбанную чёрную дыру. С тех пор всё не ладилось. Срывались контракты, регулирующие органы и налоговая, словно сговорившись, набросились на нас, подобно своре голодных псов, получивших команду «взять!». Внезапные санкции, блокировки счетов — всё навалилось одномоментно. Последняя пара дней прошла в нервотрёпке из-за угрозы срыва крупной сделки. Слишком крупной, чтобы это могло не отразиться на прибыли холдинга.

Мерил шагами кабинет генерального, убрав руки в карманы. Сам Назарович примеривался клюшкой к пластиковому шарику, застывшему на поле для мини-гольфа, оборудованному прямо в углу кабинета.

Я сказал:

— Дам задание снабженцам искать новых партнёров в Китае.

Назарович переступил с ноги на ногу и ответил, не поворачивая головы:

— Так говоришь, будто со старыми всё уже сорвалось. Не гони лошадей, Денис.

Я отошёл к окну, за которым летел мокрый снег. Падая на асфальт, снег сразу таял. Люди далеко внизу натягивали капюшоны и раскрывали зонты. Поёжился: ну, и погодка. Вслух сказал:

— Все эти подковёрные игры меня задрали! Этот араб мог бы прямым текстом сказать, что будет работать с немцами, а не с нами! И не тратить наше время! Время — деньги, а мы его теряем сейчас!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Есть!

Оглянулся недоумённо, но это просто Назарыч попал в лунку. Вздохнул и продолжил откручивать в голове разные сценарии, один другого хуже, когда услышал:

— Дружище, — генеральный оказался рядом похлопал меня по плечу. — Переговоры и были запланированы на сегодня. Плохо, конечно, что всё будет всерьёз и взаправду, а не просто подписать, где галочки, но раз Амин ибн Хабиб не отменил эту встречу, значит, шанс у сделки ещё есть. Кстати, ты с кем будешь?

Пожал плечами и ответил:

— С Ильёй, с кем же ещё?

Назарович едва заметно поморщился, и я сразу спросил:

— Что?

— Видишь ли, Амин ибн Хабиб с Востока, и встреча носит неформальный характер 1+1, он это не раз подчёркивал.

— И что? — я продолжал не понимать, куда он клонит.

Назарович вздохнул и сверкнул глазами из-под стёкол очков:

— Если заявишься на вечеринку 1+1 с парнем, вас могут не так понять.

— Господи, да кому какое дело? Главное контракт, всё остальное — пустяки!

— В таком деле пустяков не бывает. Амин известен своей нетерпимостью к ммм… определённого рода… меньшинствам, — покачал головой генеральный. — И если из-за глупых подозрений сорвётся сделка…

— Ладно, тогда возьму Викторию.

— Уже лучше, — кивнул Назарович. — Только намекни ей заранее, что в её случае лучше молчать и улыбаться, а не пытаться говорить.

Вспомнил недавнее совещание и поморщился, но генеральный не стал больше развивать эту тему, сказал только:

— Отзвонись мне, когда будет ясность.

— Конечно, — кивнул и вышел из кабинета.

Вика.

Аристов свалил куда-то. Илья правил очередной мой документ на компе. Я стояла рядом, оперевшись пятой точкой о столешницу, и листала ленту соцсетей.

— Опять та же ошибка, Вик, — вздохнул парень.

— Та где? — наклонилась к экрану, облокачиваясь на его плечо.

Услышала, как позади хлопнула дверь, оглянулась и инстинктивно шагнула в сторону от Ильи, пряча руки за спиной. Аристов переводил подозрительный взгляд со своего помощника на меня, и обратно.

— Ну, ты и растяпа, Вик, — добродушно проворчал Илья, стуча клавишами и не замечая, что мы с ним больше не одни. — Если бы ты так же хорошо разбиралась в проектах, как в мужских костюмах и парфюме, цены бы тебе не было…

— Вечер добрый, Денис Александрович! — сказала нарочито громко.

Илья вздрогнул, улыбка резко сползла с его лица. Парень подскочил и, заикаясь, затараторил:

— Де… Денис Александрович, а я, мммы… тут…

Аристов остановил его жестом, взглянул на меня и бросил на ходу:

— Собирайся, через пять минут выезжаем.

— Это куда ещё? — скрестила руки на груди и не двинулась с места.

Уже стоя возле двери своего кабинета, Аристов слегка повернул голову и сказал:

— На одну частную вечеринку и по совместительству сделку века, — шеф посмотрел на Илью, который нахмурился и явно хотел что-то сказать. — Да, всё верно, Виктория поедет вместо тебя, введи её в курс дела.

— Стоп, стоп, стоп! — сказала я, подняв руки ладонями вверх. — В смысле вечеринка? Я не одета, так-то и не накрашена для мероприятия!

— Заедем к тебе, переоденешься, это по пути, — легко согласился Денис и добавил тихо. — Давай, Вик, не тормози только, ладно? Через пять минут выходим.

Аристов скрылся за дверью. Илья принялся сувать мне, одна за другой, хренову гору бумажек с кучей букв. В то время как парень грузил меня словами «контракт», «партнёры», «резьбовая муфта», «обсадная колонна», «насосные установки», я судорожно пыталась сообразить, налезет ли на меня сейчас, вообще, какое-нибудь приличное платье, и не абы какое, а то, в котором получится скрыть растущий животик?

— Ой, всё! — сгребла в одну кучу листы бумаги и кое-как запихала их обратно в чёрную кожаную папку. — Разберёмся на месте как-нибудь.

Илья посмотрел на меня с испугом и жалостью, но сказать ничего не успел, потому что из-за двери директорского кабинета показался Аристов.

— Идём, — сухо кивнул мне.

— До свидания, Денис Александрович! — бодро сказал Илья.

— Пока, — ответил Аристов, не оборачиваясь.

Я подхватила пальто, сумку и папку с бумагами, шепнула «пока» Илье и застучала шпильками вслед за начальником.

Уже знакомый директорский лифт спустил нас в полутьму парковки. Услужливый водитель открыл для меня дверь. Ноздри снова окутал запах дорогого авто и я с наслаждением растеклась по удобному сиденью.

Мы выехали из тёмного паркинга на такую же тёмную зимнюю улицу. Почти сразу у Дениса зазвонил телефон. Я отвернулась к окну и занялась рассматриванием проносящихся мимо огней машин, но вскоре прислушалась к разговору. С Аристовым было что-то не так. Он повышал голос, ругался и явно нервничал:

— Нет, это ты послушай! Мне нужен чёткий ответ: какие пункты можно убрать, а какие нет! Конечно, я не стану делать это просто так! — он допил минералку, скомкал пластиковую бутылку и резко швырнул её под ноги. Я дёрнулась и вжалась в свой угол. — Плевать! Я перезвоню тебе через полчаса! И ты назовёшь мне сраные пункты в договоре, которыми я могу торговаться, всё! Чёрт!

Аристов отбросил телефон на сиденье, и устало потёр переносицу. Никогда я не видела его в такой ярости. Чего он так злится? Что, блин, стряслось такого? Корову, что ли, проигрываем? Опасаясь случайно попасть под раздачу, закусила губу и старалась не дышать.

Денис нажал какую-то кнопку на пульте, раздалось жужжание, и между нами и водителем опустилась глухая перегородка. Ээээ… Это ещё зачем? Вздрогнула, когда горячая ладонь скользнула по ноге вверх, безжалостно задирая платье.

Медленно повернула голову, чувствуя, как тело предательски отзывается. Горошинки на груди мигом затвердели, посылая по коже стаи мурашек. Я не могла рассмотреть выражения его лица в темноте и замерла, не зная, как реагировать.

Тем временем, его пальцы миновали резинку чулок и подобрались к тонкому кружеву трусиков. Тело требовало развести ноги пошире и позволить ему всё. Но мозг кричал: что-то здесь не так! Аристов неправильно истолковал моё замешательство: властно притянул к себе и грубо сжал грудь через ткань платья, целуя в шею. Его запах и касание губ к чувствительной шее срывали все тормоза. Горячее дыхание этого мужчины распаляло, словно ветер — искру на сухой листве. Ох, чёрт возьми! Вот только почему-то поцелуй какой-то злой. У меня так засос останется!

— Ай! Да что с тобой? — тяжело дыша, упёрлась ладонями ему в плечи и оттолкнула.

Денис замер, всматриваясь в меня. Машина остановилась на светофоре рядом с какой-то яркой витриной, освещая лицо Аристова. Я ужаснулась тому, каким безумным и потерянным казался его взгляд. Мы снова тронулись, и снова в салоне сделалось темно.

Аристов дёрнул плечом, сбрасывая мои руки, затем наклонился вперёд, сжимая голову руками. Я одёрнула платье и постаралась успокоиться.

Тронула его за плечо.

— Что случилось?

Но Денис не отреагировал. С ним явно творилось что-то не то, а впереди сделка века, будь она неладна!

— Эй! — настойчиво потрясла его плечо, и снова ноль эмоций в ответ.

Тогда я потянула его на себя, а когда он поднялся и устало откинулся на спинку сиденья, взяла его лицо в ладони и развернула к себе:

— Денис, что происходит? Объясни!

Молчание затянулось, и я уже было решила, что он не ответит, когда почувствовала, как он сжал моё запястье, отводя мою руку от своего лица, а когда попыталась высвободиться, не позволил сделать это и переплёл свои пальцы с моими. И этот невинный жест окончательно выбил у меня почву из-под ног.

Придвинулась к нему вплотную и положила голову на плечо, мысленно посылая лучи поддержки и тепла, пытаясь без слов сказать, что я рядом, я с ним сейчас, я за него. Потёрлась виском о ткань пиджака, слушая знакомый запах и стук сердца.

Наши руки по-прежнему были переплетены, и я почувствовала, как Денис провёл большим пальцем по моему, от самого его основания вверх до ногтя, и это было во сто крат интимней, чем самые откровенные прикосновения, а потом я услышала:

— Я просто думаю, что сегодня всё провалится к чертям собачьим. И тогда это будет полный крах. Месяцы уйдут на то, чтобы покрыть убытки.

Наморщила лоб, пытаясь вспомнить то, что уже слышала о сегодняшнем вечере:

— Если не будет подписан контракт? Который в папке, которую дал мне Илья?

— Да.

— Но…ведь не всё зависит от тебя одного, Денис? Не стоит принимать всё так близко, иначе… никакого здоровья не хватит.

Вздохнула, прогоняя мрачные воспоминания, затем добавила:

— Все болезни от нервов, слышал такое? Не подпишем этот контракт — подпишем другой, подумаешь!

— Подумаешь? — Аристов выдернул свою руку и усмехнулся. — Я работал над этой сделкой год, Вика!

— Это так важно для тебя?

Сцепила ладони и отодвинулась в сторону, тут же уловив произошедшую в нём перемену и холодность. Молчание — знак согласия.

— Что ж, - сложила руки на колени. — В таком случае мы сделаем всё, чтобы заполучить этот контракт. И мы справимся, слышишь?

— Мы? — насмешливо переспросил Аристов. — Не смеши, Вика. Никаких «мы», ясно тебе? Молчи и улыбайся, и не вздумай что-нибудь выкинуть, иначе я тебя убью. Приехали.

Он снова нажал кнопку на пульте управления, и перегородка между нами и водителем исчезла. Я растерянно оглянулась. И вправду — мы во дворе моего дома. Аристов достал ноутбук и сказал, глядя в экран:

— У тебя час, не больше.

Вздохнула и взялась за ручку двери:

— Какой там дресс-код?

— Без галстука, так что не перестарайся.