Глава 19

Ярослав

– Зачем ты только появился в моей жизни? Зачем…

Бросает мне в запале Уля, как мордой об стену прикладывает. Слова жалят иногда больнее пощечины, это правда. Не успеваю заткнуть рот, как бросаю в ответ:

– Да, без меня, наверное, было бы лучше. С Игорьком бы своим жила, да?

Чтобы не выдать ещё какую-нибудь чушь, разворачиваюсь и вылетаю из дома. Внутри клокочет ярость на себя, на ситуацию, на все, что сейчас происходит. Мне бы остаться и поговорить, но, твою ж мать, я как представлю, что сейчас где-то Марат шастает, становится тошно.

– Петя, ты остаешься. Влад, отвези меня в город. Давай, давай.

Садимся с ним в машину, и он рвет с места так, что шины свистят.

– Полегче! Я тороплюсь, но не на тот свет.

– Извините, Ярослав Петрович.

Непроизвольно тру грудину, потому что там уже надежно поселилась зудящая заноза. Несколько раз вдох-выдох – и вроде даже прихожу в норму. Стараюсь сейчас выкинуть из головы мысли о нашей ссоре с Ульяной. Я должен решить много вопросов, а если позволю себе загоняться, то выйдет полная херня.

Достаю телефон и жму на последний номер.

– Рус, ты свободен? Я скоро подъеду. До связи.

С недавних времен мы с ним встречаемся только в нейтральных местах. Я не хочу верить, что Рус – параноик, но мне не нравится то, что творится в последнее время в моей жизни. Ох и перешел я кому-то дорогу, что аж моего злейшего врага задействовали.

В том, что Марату помогает не один человек из моего окружения, я не сомневаюсь. Осталось лишь вычислить этих крыс.

– У магазина тормозни.

Влад неотступно следует за мной. Все парни вымуштрованы Русом, и поэтому даже слов не надо говорить. Бесит, что в любой момент меня могут вычислить журналюги и что-то начать спрашивать. Не то что я боюсь, но хочу изредка жить своей жизнью.

Сгребаю все, что считаю нужным, для Ульяны и малышей. Сердце снова сжимается от одной только мысли о том, что пришлось уехать. Но с другой стороны, все это…ей просто нужно перебеситься и принять то, что я никуда её не отпущу. Ульяна моя и дети мои, хоть она миллион раз против. А свое я всегда держу рядом.

– Здравствуйте.

Нервно долблю по кассе, пока мне пробивают покупки.

– Ой, а вы ведь…

– Да, но можно побыстрее? Пожалуйста, – улыбаюсь извиняющейся улыбкой, – тороплюсь.

– Конечно, простите.

Выходим из магазина,нагруженные покупками. Должно хватить на пару недель, но я надеюсь, что смогу вырваться раньше.

Чем больше я буду отсвечивать возле Ули, пока этот больной ублюдок на свободе, тем хуже ей. Как бы ни хотелось приезжать каждый вечер, это глупо.

Рус присылает сообщение с очередным адресом, и меня доставляют туда.

– Влад, смотрите в оба. Если с головы Ульяны Александровны упадет хоть один волос, я вас…

Не договариваю, потому что Влад кивает.

– Привет, Яр.

Крепкое рукопожатие. Невзрачная квартира на окраине города. Рус, как всегда, серьезный и сосредоточенный.  Достаю сигарету и затягиваюсь.

– Ты ж бросал.

– Бросишь тут со всей этой…

– Короче, слушай. Вышли мы на Марата, но он пропал куда-то.

– В смысле?

Не замечаю, как между пальцев сигарета превращается в труху.

– Кто упустил? – уже рычу на него и не сдерживаю ярость.

– Остынь, Ярый.

– Остынь? Я на кой черт всем этим бездарям такие бабки вываливаю? Марата просрали, ничего не нашли из того списка, который я поручил. На кой черт они мне тогда, Рус?!

– Мы ищем.

– Что вы ищете? Вы нашли врача Ульяны?

Рус тут же мрачнеет на глазах.

– Найду.

– Сколько уже прошло? Три недели? Какого черта?

– Короче, мужик с именем врача Ульяны благополучно помер два года назад. И сейчас я пытаюсь найти горе-дельца, который документы подделал. Мне бы описание, Яр. Ульяна сможет его описать?

– Вот это вообще нежелательно. Ты понимаешь, что ей нельзя волноваться, у неё итак сейчас проблем со мной выше крыши.

Он единственный, кто знает про то, что Ульяна – та самая девушка, которая носит моих детей. И я планирую сейчас как можно дольше держать это в тайне.

– Да понимаю…

– Уволить бы всех к херам.

Новая затяжка. Дым в воздух и постепенное расслабление.

– Ты ж понимаешь, что это плохой выбор. Нужно ещё всех вычислить.

Взгляд Руса прожигает во мне сквозные дыры, но я игнорирую это.

– Ладно. Сейчас мне надо отследить Марата.

– Может, расскажешь, что между вами встало? Вы ж были лет тридцать не разлей вода. Что стряслось?

– Стряслось мое депутатство и его жажда наживы.

– А бизнес?

– Мало стало. Хотя изначально вся эта канитель с политикой была просто на спор. Кто из нас сможет. Смог я.

Рассказываю, как старую рану вскрываю. До сих пор гадко, хоть и прошло уже четыре года. А он вон запомнил и решил отомстить.

– Мне нужно найти крысу и Марата. Остальное будем решать потом.

Рус кивает. И с этого момента моя жизнь превращается в ад. Я не сплю, поднимаю все связи в органах, раскапываю последние знакомства Марата. Лично проезжаю по всем, но никто не слышал о нем уже давно. Нервы начинают сдавать, и я даже не рискую звонить Ульяне, потому что боюсь как-то задеть. Зато парням по десять раз за день названиваю и спрашиваю как она. Они чуть ли не каждый шаг мне её доносят, и хоть так мне становится легче. Дни и ночи смешиваются воедино. А сердце постоянно грохочет в груди из-за литров выпитого кофе.

За это время все больше склоняюсь к тому, что из политики надо валить. Буду целее, да и не так много она мне дает. Больше времени на неё вбухиваю. Все стараюсь жизнь народу улучшить. Но даже я не могу исправить то, что наворотили сотни людей.

– Яр, – сижу в кресле в комнате своей охраны и кручусь из стороны в сторону, когда до меня доносится голос Руса, – тебе бы поспать. Ты на призрака похож.

– Чтоб ещё кого-нибудь просрали? Спасибо, я лучше здесь посижу. Посмотрю за вашей бурной деятельностью.

Из меня сочится яд, потому что ещё немного – и я сорвусь. Тогда всем точно непоздоровится.

Тишину нарушает звонок телефона. Незнакомый номер, я перевожу взгляд на Руса. Он только кивает и дает знак парням, что можно включать прослушку.

– Слушаю…

– Привет, баловень судьбы

– Марат.

Вижу, как лицо Руса темнеет, и он превращается в слух. Марат звонит впервые, и мне это совсем не нравится. Если он решил высунуть нос, значит, у него есть какой-то козырь.

– В общем, слушай сюда, Ярик. Ты знаешь, что мне от тебя надо. Отписываешь весь бизнес и прекращаешь любую охоту на меня и моих людей. У тебя два дня.

– Иначе что, Марат?

Хмыкаю. За время нашей дружбы я научился выводить его на эмоции, и сейчас они как раз очень пригодятся. Прислушиваюсь в попытке уловить посторонние звуки. Но там, на другом конце, только тишина. Словно он в бункере. В бункере…твою ж…

– Ну, мне тут птичка на хвосте принесла, что наша общая знакомая носит твоего ребенка.

Вскакиваю на ноги, хватаюсь за стол. Сжимаю глянцевую поверхность до боли в костях. Сердце застывает от одного только упоминания Ульяны.

– Ну так вот. Ты же не хочешь, чтобы я начатое закончил. А она миленькая такая. Я помню её. Такая сладенькая девочка. М-м-м-м-м…

– Я тебя зарою.

– Ну, депутатам нельзя портить репутацию. Все, пока. Жду твои подписи. Все бумаги в банковской ячейке«Взлета».

И он бросает трубку. А я сжимаю зубы так, что они могут стереться до десен.

– Кто ездил проверять место, откуда нас вытащили?

Внутри снова закипает злость, но пытаюсь держать себя в узде. Нельзя показывать свои эмоции при своих все ещё подчиненных.

– Олег, кажется. А что?

Рус трет лоб и удивленно смотрит на меня.

– Быстро его сюда.

Это чуть ли не единственное место в моем офисе, где не может быть прослушки. В остальных я не уверен. Сейчас я рад, что в свое время не выбрал для своей фирмы вычурные здания и обосновался в неприметном двухэтажном доме. Чем меньше помещение, тем меньше возможности подложить мне свинью. Даже Марату, потому что мы перебрались сюда незадолго до нашего разлада, и он просто не успел тогда его как следует изучить. И мне сейчас это очень на руку.

Пока мысли крутятся в больной голове, в комнату входит неуверенный Олег, и у меня слетает самоконтроль.

– Вышли все.

Парням не приходится повторять дважды. Только за ними успевает закрыться дверь, как я хватаю этого молокососа и впечатываю в стену. У меня вырывается рык.

– Ты что натворил? Тебе че Марат пообещал, что ты меня так подставил?

Несмотря на размеры, этот идиот трясется в моих руках и чуть ли не плачет от страха. Вижу, как бегают глаза, и это разжигает во мне ещё большую ярость.

– Я-ярослав Петрович, я не хотел, – начинает блеять парень. Снова встряхиваю его, краем глаза замечая, как подходит Рус.

– Что ты не хотел? Что тебе предложили, Олежка?

– Мне деньги нужны были.

– Зачем?

– Тачку хотел купить.

– Та-а-а-а-ачку, – скалюсь от его недалекости, – так вот, ты встрял по самые гланды! Я просто так это не оставлю, и ты это прекрасно знаешь. Сука, ты помог моему злейшему врагу, поставил мою жизнь под удар. Или думал, я ничего не узнаю?

– Я-я-ярослав Петрович.

– Убери его, Рус.

Слышу, как Рус звонит кому-то, но решаю не вникать. Голова гудит так, что ещё немного – и ее разорвет на части.

– Как ты допер до этого?

– Не знаю, прислушался к звукам в трубке, и как щелкнуло. Вспомнил ту комнату, в которой мы сидели. Поехали.

Рус хватает меня за руку и тянет назад.

–Черта с два ты сейчас туда сунешься. Я съезжу, Яр. Тебе отдохнуть надо.

– А тебе не надо? Ты же спал, видимо, пока я круги наворачивал по городу.

– Я начальник твоей службы безопасности. Это моя работа. И я привык, не забывай. Отдохни, я его привезу в надежное место, потом поговоришь.

– Нет времени ждать. Поехали.

Хочу уже поскорее закрыть этот гештальт. Рус только сокрушенно качает головой и вручает мне бейсболку.

– Надевай. Не хватало ещё, чтобы наши любимые журналисты что-нибудь наклепали.

Натягиваю кепку на глаза. Достаю телефон и быстро набираю номер помощника.

– Стас, меня сегодня тоже не дергать. Переноси встречи на потом. Понял?

– Но, Ярослав Петрович. Я итак на неделю уже все подвинул. А сегодня…

– Ничего, ещё передвинешь. У меня больничный.

– Но…

Не слушаю дальше и просто отключаюсь. Стаса я держу только из-за того, что он красиво может выкручиваться из любой задницы, и перестраивать мое расписание за пятнадцать минут.

Рус по пути дает распоряжения парням. И мы отъезжает от офиса на двух машинах. Я не знаю, насколько Марат подготовлен к нашей предстоящей встрече, но подстраховаться не мешает.

Сейчас я впервые спустя почти четыре месяца увижу место, в котором нас держали. Ощущаю пустоту внутри при одной только мысли о нашем с Ульяной знакомстве. Не так я хотел обрести семью, но теперь это уже неважно. Я благодарен за то, что мне дали такой шанс. Потому что ещё одну потерю не вынесу.

– Яр, я тебя прошу, не делай резких движений, хорошо? Парни сначала посмотрят, что там происходит, а потом уже, после того как Марата обезвредят, пойдем мы. Договорились?