Глава 17

Тишина. Давящая и гнетущая. И казалось, ничто на свете не смогло бы разорвать ее. Я успела сотню раз пожалеть о настолько неосторожно брошенных словах.

В черных глазах Палача полыхал огонь. Беспросветная тьма вдруг оказалась подсвечена диким пламенем. Неистовым, злым, яростным. Таким, от которого захотелось умчаться прочь и как можно скорее. Бежать, не чувствуя ног.

— Это секрет? — обронила я.

И кажется, сделала ситуацию еще хуже, если только это было вообще возможно. Челюсти мужчины сжались, желваки заиграли под смуглой кожей. Ноздри вдруг затрепетали, раздулись, точно от гнева.

Похоже, я затронула запретную тему. Сама того не ведала.

Но почему? Что такого тайного может быть в имени? Или все дело в каких-то традициях?

Я осознала один странный факт. Никогда не слышала от Зары, чтобы она называла своего отца по имени. Ни единого раза. А ведь мы общались много лет. Я не слишком часто упоминала в беседах брата, но без его имени не обходилось.

Вдруг обращаться по имени не принято?

А может, все гораздо проще. Палач не желает болтать с постельной игрушкой, вывел ее в свет и этого уже предостаточно. Назвать имя — все равно, что сделать шаг к сближению.

Появление официантки спасло положение. Во всяком случае, когда девушка начала расставлять заказанные блюда, атмосфера немного разрядилась.

Я больше не рискнула заговорить. Постаралась сосредоточиться на содержимом тарелки, но мне кусок в горло не лез. Я вяло ковыряла вилкой содержимое, чуть попробовала блюдо, однако даже толком не осознала вкус еды. От дикой тревоги содрогалась, тело потряхивало все сильнее, мелкая дрожь раз за разом пробегала волнами вдоль позвоночника.

— Рад приветствовать вас, — раздался мужской голос над ухом.

Я невольно обернулась и заметила рядом высокую темную фигуру. Элегантный костюм, идеальная манера держаться. Очевидно, администратор заведения.

— Чем могу быть полезен? — мужчина расплылся в лучезарной улыбке. — Буду счастлив вам услужить. Вы же знаете, как мы ценим…

— Ты уволен, — оборвал Палач.

— Но я…

— И повар тоже.

— Прошу вас, — забормотал мужчина, моментально изменившись в лице, он сильно побледнел и чуть ли не разрыдался. — Мы все исправим. Что именно вам не понравилось?

— Все, — мрачно бросил Палач. — Исправляться поздно. Она к вашему дерьму даже не притронулась. Передашь хозяину, чтобы набрал новую команду, раз ваша ни черта не справляется.

Проклятье. Неужели это из-за меня? Из-за того, что я не притронулась к еде?

— Блюдо отличное, — пробормотала поспешно. — Просто я не голодна.

— А десерт? — администратор обернулся и посмотрел на меня с такой мольбой, от которой сердце сжалось в груди. — У нас есть отличное блюдо от шеф-повара.

Я не хотела есть. Совсем. Абсолютно ничего. Но и отказаться было нельзя. Не стоило навлекать гнев Палача на людей, которые подвернулись ему под горячую руку.

— Да, — кивнула. — От сладкого я бы не отказалась.

Палач ограничился кивком, однако этот короткий жест был настолько выразительным и мрачным, что я содрогнулась, пусть распоряжение и относилось к совершенно другому человеку.

Бедняга администратор тоже кивнул в ответ. Но глупо, смазано, подобострастно. А заговорить больше не решился, помчался на кухню исправляться.

Я видела, как люди вокруг реагировали на Палача. Опасались даже смотреть в его сторону. Впрочем, тут речь скорее шла о мужчинах. Женские взгляды выглядели совсем иначе. Девушки смотрели на него с явным интересом, но украдкой, не в открытую.

Этот человек погружал всех вокруг в шок и трепет. Действовал подавляюще. Казалось, он способен поставить на колени любого. Взглядом. Ухмылкой. Я до сих пор не знала, как на него реагировать. Чем больше времени проводила с ним, тем сильнее терялась. Разве не должно было быть наоборот?

Монстр. Бешеный зверюга. Сперва он производил впечатление животного, дикого и одержимого, а потом становилось ясно, что это лишь маска, под обличьем отвязного хищника скрывается острый и опасный ум.

Этот мужчина безжалостен. Жесток. Если он захочет, от меня даже горстки пепла не останется. Ни от кого не останется. Ничего. Вообще. Никогда.

Меня накрыло странное и до жути мощное чувство. Безысходность? Возможно. Тогда почему изнутри настолько сильно жгло?

— Ваш десерт, — пролепетала официантка, ставя передо мной изысканное блюдо, которое больше напоминало произведение искусства чем порцию сладкого.

— Благодарю, — улыбнулась, пытаясь приободрить девушку.

У меня не было иллюзий насчёт Палача. Я понимала, что ему плевать. Просто решил поставить всех на место. Сильные мира сего всегда жестко демонстрируют свою власть.

Сейчас мужчина опять смотрел исключительно на экран мобильного. Обо мне будто вовсе забыл.

Я попробовала десерт, нежный мусс буквально таял на языке, не слишком сладкий, терпкий, даже трудно разобрать из каких фруктов он состоит. Может, раньше я о них попросту не слышала. Здесь все блюда выглядели очень необычно.

Странное чувство пронзило изнутри раскаленной стрелой.

Как будто Палач опять смотрел на меня.

Глупо, конечно. С чего бы ему следить за тем, как я ем? Мужчина наверняка занят своими темными делами.

Я подняла взгляд и вздрогнула. Так и застыла с ложкой во рту. Нервная улыбка растянула мои губы. Рефлекс. Безотчетная реакция на пристальное внимание.

Палач прошил меня взглядом насквозь.

— Вкусно? — коротко спросил он.

Я кивнула и убрала ложку. Лихорадочно облизала губы. Тьма сгустилась в черных глазах Палача, заставляя меня содрогнуться еще сильнее.

— Хочешь попробовать? — предложила ему лакомство.

— Ненавижу сладкое.

— Этот десерт совсем не приторный, — начала и осеклась, под его тяжелым взглядом я ощущала себя полной идиоткой, все разумные мысли разом вылетали из головы.

Мужчина опять занялся своим телефоном, а я как завороженная следила за движениями его пальцев по экрану. Прикрыла глаза, качнула головой.

Что за наваждение?

Я вдруг вспомнила как он касался меня, как скользил ладонями по моей коже. От этого меня прошила бесконтрольная дрожь.

Опять уставилась на десерт. Есть совсем не хотелось. Во рту пересохло, поэтому я залпом осушила стакан воды.

Здесь я ощущала себя неуютно. Так много людей вокруг. Оценивающий взгляды действовали раздражающе. Хотя я понимала, каждый из присутствующих пытался понять, почему Палач остановил выбор на мне.

Интересно, он часто выводит зверушек погулять?

Ответа не получить.

— Ты закончила? — спросил Палач.

— Да, — обронила глухо и рискнула прибавить еще пару фраз. — Пожалуйста, не нужно никого здесь наказывать и увольнять. Все было просто прекрасно. Я бы с радостью пришла сюда снова.

Мужчина молча поднялся и подал мне руку. Моя дрожащая ладонь утонула в его огромной лапище.

Что дальше?

Я пока не до конца осознавала зачем Палач вывел меня на публику. В тот ресторан, где я работала, он зверушек не приводил. Но туда он приходил по рабочим делам. Тут отдыхал. Я пыталась разобраться в его привычках, однако это казалось нереальным.

Дорога обратно в особняк прошла без приключений. Палач попросту отправил меня со своими охранниками и водителем. Я уже не удивлялась тому, что мужчины опасались даже ненароком взглянуть в мою сторону. Иногда они переговаривались между собой, понизив голос, но я почти ничего не могла разобрать.

Я вернулась в свою комнату, попробовала почитать, чтобы отвлечься, однако выходило с трудом. Время близилось к ночи, а Палач все не возвращался. Может, он до самого утра не появится в особняке? Его планы неизвестны.

Я подошла к окну и прислонилась лбом к прохладному стеклу, вглядываясь в мрачную тьму.

Прозвучит безумно, однако мне не хватало присутствия Палача рядом. С ним я ощущала себя в безопасности. А без него сердце точно не на месте.

Внутри сложилась четкая уверенность: пока мужчина рядом, никто не причинит мне вред. Даже самый страшный враг не рискнет меня тронуть.

Я отправилась в душ. Разделась, зашла в душевую кабину и включила горячую воду, встала под мощные струи.

Раздался резкий звук позади.

Я обернулась и вжалась в стеклянную стенку, покрытую паром. Ладони прошлись по гладкой поверхности в поиске опоры.

Палач вошел в кабину и вокруг потемнело. Его массивная фигура полностью закрыла проход, отрезала все пути к отступлению. Мрачный. Огромный. Абсолютно голый.

Мой взгляд скользнул по мускулистому телу, и кровь моментально прилила к щекам. Толчки пульса оглушали, неистово били по вискам.

— Я мешаю тебе? — пробормотала. — Я могу позже искупаться.

— Нет, — оскалился и подступил вплотную.

Его рельефные мышцы бугрились под смуглой кожей, сокращались и перекатывались стальными канатами, вызывая восхищение. Столько силы и мощи. Мое дыхание вмиг перехватывало от одного лишь вида этого великана.

— Такая скромница, — хрипло сказал Палач. — Теперь. А кто у меня в ногах ползал и хер обсасывал? Чистая. Невинная. Но глаза у тебя блядские.

— Я не…

Он бросил мне мочалку.

— Вперед.

Отдал приказ коротким кивком, указал на свое громадное тело свитое из железных мышц.

— Ты хочешь, чтобы я помогла тебе принять душ?

Палач лишь выгнул бровь. Распоряжения должны быть понятны без слов. Он и так выразил свои намерения достаточно ясно. Мне оставалось лишь подчиниться. И поскорее.

Я взяла гель для душа, выдавила на мочалку и приступила к требуемому действу. Вроде бы ничего особенного, ничего унизительного. Но меня трясло точно в лихорадке. Пальцы подрагивали от напряжения. Щеки пылали от смущения. Происходящее ощущалось слишком будоражаще. Интимно.

Я начала с того, чтобы покрыть пеной широченные плечи Палача, привстала на цыпочки, только бы дотянуться. И сразу же чуть не рухнула вниз, поскользнувшись на кафеле, которым выложен пол кабины. Тяжелая рука моментально обвилась вокруг талии, крупная ладонь припечатала мою поясницу, вбила в стальное тело.

Палач подхватил меня, не позволил упасть.

Я запрокинула голову назад и встретила его полыхающий взгляд. Улыбнулась, а после заледенела, ощутив огромный вздыбленный член, таранящий мой живот.

Орган готов к атаке. Разбухает, пульсирует. И моя близость лишь распаляет дикую похоть.

— Продолжай, — распорядился Палач.

Я отстранилась и постаралась быть осторожнее. Прошлась мочалкой по его плечам и рукам, перешла на грудь, а после двинулась ниже по выразительной дорожке темных волос. Он будто из стали выкован. Из самого прочного на свете металла. Не человек. Робот. Машина для убийств и насилия. Вены на его торсе вздувались все сильнее от каждого моего прикосновения, набрякали, темнели, наливаясь кровью. Ниже я просто не решалась взглянуть. После обошла мужчину, опять потянулась повыше и так вышло, что прижалась грудью к его спине. Намылила и уже хотела оторваться, но тут прогремел хриплый голос:

— Куда рванула?

Горячие пальцы рывком притянули меня обратно, заставили прижаться грудью к массивной спине, покрытой татуировками. Я ничего не успела рассмотреть. Вязь темных узоров мелькнула перед глазами, но обзор вскоре оказался перекрыт.

Палач буквально распластал меня на себе.

— Хочу ощущать твои соски, — заявил он. — Давай, повтори то, что делала. Потрись опять.

— Я случайно…

— Плевать, — оборвал резко. — Действуй.

Я покорилась его желанию, хотя жутко смущалась от подобных ласк. Странно. Непонятно. Непривычно. Тело покалывало от волнения. Но я все же потерлась грудью о рельефные мускулы, прочувствовала их угрожающую твердость в полной мере.

— Тебе нравится так? — спросила тихо.

— Я на разговоры не настроен.

Еще несколько бесконечно долгих мгновений — наши тела оказались спаяны намертво. Точно незримые цепи обвивались все крепче, приковывали нас друг к другу.

— Дальше, — коротко бросил Палач.

И сам отодвинул меня. Вернул на прежнее место, потянул в сторону и поставил прямо перед собой. Кивнул вниз.

Я опустилась на колени, чтобы намылить его ноги. Гигантские, воистину исполинские. Палач походил на статую, греческую скульптуру, одну из тех античных фигур, которые красовались в музеи.

Вот только его кожа не была идеально гладкой. Мощные ноги покрывала поросль волос. И было в этом что-то абсолютно первобытное, животное.

А еще даже не смотря на аромат геля для душа, я все равно ощущала запах Палача. Терпкий. Тягучий. Звериный. Мускусные ноты проникали внутрь меня, пропитывали мою собственную кожу.

Я намылила его массивные бедра и крепкие икры. Прошлась по каждой мышце. Здесь тоже бились и пульсировали темные вены, разбухали и вздувались от каждого моего движения.

Я поймала себя на том, что мне это нравится. Трогать его. Прикасаться. Намыливать смуглую кожу, изучать следы от старых шрамов. Раны давно зарубцевались. Тут и следы от пуль, и полосы, будто оставленные ножом. Я пожалела, что не разбираюсь в подобных вещах. По этим меткам можно было прочесть историю Палача, нырнуть во тьму его прошлого.

Этот мужчина сплошная загадка. Тайна, которую я мечтала бы раскрыть.

— Хватит возиться, — отчеканил Палач.

Сгреб влажные пряди моих волос в кулак и потянул, заставляя запрокинуть голову назад.

— Ты хер не обработала, — его голос прозвучал еще более хрипло чем обычно, будто звериное рычание.

Мои губы приоткрылись.

— Рот открой, — приказал Палач. — Шире.

Лишь стоило мне покориться его распоряжению, как разбухший орган уткнулся в разомкнутые до предела губы, толкнулся вперед, скользнул по языку до самого нёба, уперся так, что заставил задохнуться. Длинный и толстый член вошел в мое горло. Плавным рывком нанизал мою голову на до одури возбужденную плоть. Растянул, вынудил содрогнуться. Я чувствовала каждую жилу, каждую вену. Мужская плоть набрякала и увеличивалась в размерах.

Но долго это не продлилось.

Палач сам все прекратил, так и не получив разрядки.

— Блядь, — рявкнул. — Мало.

Я ничего не поняла, а уже в следующее мгновение не было никакой возможности размышлять над его отрывистыми словами.

Мужчина вздернул меня наверх, подхватил под ягодицы и прижал к себе. К стенке кабины не прижимал, держал на весу так легко, словно я пушинка. Раздвинул мои ноги, обвил бедра вокруг своего крепкого торса и вжался восставшим членом в низ живота, уперся в складки лона, надавил, отправляя разряды электрического тока.

— Ты мокрая, — обжег лицо горячим дыханием.

Он крепче сжал мои ягодицы, смял без жалости, а после стукнул членом между моих ног, врезал мощным ударом. Внутрь не проникал. Ударял по чувствительным точкам, принуждая всхлипывать и извиваться.

Я плохо понимала, что он делает. Зачем?

— Должна быть мокрее, — прорычал Палач. — Совсем мокрющая. Привыкай. Будешь видеть мой хер и течь. По ляжкам пусть льется. Градом.

Мне было жутко смотреть на его гигантский член. Мощный ствол пугал. Казалось нереальным выжить после близкого контакта с таким монстром.

Но вообще…

Он уже побывал во мне. Весь.

— Хочешь ебаться? — резко спросил Палач.

— Разве желание зверушки имеет для тебя значение? — произнесла я, смело выдерживая тяжелый взгляд.

— Сучка, — мрачно ухмыльнулся.

Он прижал член между моими бедрами, начал двигать меня так, будто нанизывал на свой раскаленный орган. Не овладевал моим телом. Но трахал, не проникая. Терся членом о влажные створки лона. Разогревал, распалял, доводя до изнеможения.

Он управлял мною настолько ловко, что становилось жутко. Всполохи огня пожирали разум, затмевали сознание.

Я сама не заметила как вспыхнула.

— Хочешь? — хрипло выдал Палач.

— Тебя, — слетело с губ на автомате.

Невпопад. Глупо. Наивно. Мне не стоило так отвечать ему. Да и разве я действительно хотела, чтобы он всадил внутрь моего дрожащего тела свой чудовищный орган?

— Маленькая дрянь, — его голос точно лезвием прошелся.

Я ничего не успела ответить, ведь он проник в меня. Вонзился внутрь моего тела. Медленно и сокрушительно ворвался в лоно, растягивая влажные стенки.

— Блядь, — опять выругался Палач. — До чего же горячая.

Мир вокруг поплыл. Или это просто пар от горячей воды заполнил кабину? Я вскрикнула, когда мужчина взял меня.

Боли не почувствовала. Лишь легкое саднящее ощущение, но вскоре и это смылось разгоряченной лавиной совсем других чувств.

Нервы обнажились. Эмоции оголились.

Я затрепетала. Нить накала распалялась все сильнее, мощнее. Я жадно хватала ртом воздух. Изнывала. Задыхалась.

А Палач ведь даже не двинулся, давал привыкнуть к новым ощущениям. Позволял мне прочувствовать момент.

— Больно? — спросил глухо.

— Нет, — ответила, сквозь всхлип.

— Распробуешь, — оскалился. — Подсядешь на мой член.

Дикость. Безумие. Но теперь я готова была поверить в подобный расклад. Однажды я и правда могу сойти с ума. Подсесть на этот раскаленный жилистый орган как на иглу, как на смертельно опасную дозу.

И что потом?

Мысли спутались.

Я больше не могла думать. Совсем. Физически.

Огромный член распирал меня изнутри. Пульсировал, наливался похотью. Вены вздувались, пропечатывались, прожигая стенки лона.

Палач толкнулся вперед, и я крепче вцепилась в его плечи, вонзила ногти в гладкую кожу.

Мужчина усмехнулся, обнажив зубы.

— Дикая кошка, — бросил он. — Мне нравится, как ты оставляешь метки. Я тоже оставлю. Только внутри.

Палач опять двинулся. Размеренно, плавно. Рывок выглядел жестко, порывисто, но ощущался мягко. Противоречивые чувства раздирали на части.

Метки внутри? Что это значит? О чем он вообще…

Стон вырвался из груди. Очередной толчок заставил меня взвыть в голос, ощутить себя обезумевшим животным.

Палач двигался размашисто, но явно сдерживал привычный напор. Он четко контролировал свою силу, управлял каждым толчком.

А мои бедра отзывались на его движения. Подавались зову природы. Глубинному, первобытному.

Он и правда выжигал клеймо. Печать за печатью. Внутри. Проникал до самой сути. До души, до сердца.

Тут я и поняла, что сбежать не удастся. Этот мужчина поработил часть меня, приручил, добился своей главной цели.

Палач не просто брал меня. Присваивал. Подсаживал на дикое и одержимое удовольствие, обнажал те грани наслаждения, о которых я не знала раньше.

Он знал как довести до умопомрачения.

— Это только начало, — жарко произнес в мои приоткрытые губы, а после склонился и прикусил плечо, втянул кожу, оставляя очередной засос. — Разминка.

Горячий твердый член пронзал меня насквозь. Толчком за толчком. В самое пекло. Я падала и взлетала. Раз за разом. Палач держал меня на грани. Доводил до полного исступления. А потом столкнул в бездну.

Я расцарапала его спину до крови. Закричала.

Никогда не чувствовала ничего подобного. Пульсация в каждой клетке. Кровь бурлит и вскипает. По венам льется электрический ток. Тягучие спазмы сводят мышцы.

Я забилась в мускулистых руках. Прогнулась. Надсадный стон оглушил. Всполохи ослепляли. Я полностью потерялась в пространстве, растеклась.

Мир вокруг рухнул. Остался лишь бешеный жар, исходящий от Палача. Его ладони на моих ягодицах, его твердый и толстый член глубоко внутри.

Мое сердце билось так быстро и гулко, точно стремилось разломать ребра и вырваться на волю.

Сладостные судороги свели живот, скользнули по бедрам. Огненные стрелы пролетели от икр к груди. Пальцы поджались, глаза закатились.

Я увидела себя точно со стороны. На короткий миг. Хрупкая фигура насажена на дико пульсирующий от похоти член. Слабый всполох света, окруженный густой темнотой. Напряжение достигло пика и взорвалось, раскалывая мое тело на осколки.

— Ты, — простонала я. — Палач… ты…

— Амиран, — хлестко произнес он.

— Амиран, — повторила и лишь потом осознала, это его имя, теперь не могла удержаться от того, чтобы не обронить опять: — Амиран.

Он прижался губами к моей щеке. Прихватил зубами кожу на скуле. А я дернулась и снова прошептала:

— Амиран.

Его имя тянуло повторять. Вот только вскоре я могла лишь вопить. Кричать, срывая голос.

Палач брал меня точно варвар. Оголодавший. Обезумевший.

Теперь мужчина двигался быстрее, жестче. Он будто сорвался и потерял контроль. Рывки становились все более размашистыми.

Боль вспыхнула в низу живота. Опалила меня расплавленным металлом. Заставила выгнуться, дернуться в напрасной попытке отстраниться.

Куда там. Без шансов.

Палач входил безжалостно, беспощадно, буквально вламывался в меня. Его черный глаза полыхали адским пламенем. Маска спала, открылась настоящая природа.

Он любил грубо. До синяков. До судорог. Жесткий секс. Животный. Подавляющий. Тут мог быть только один хозяин. Наверное, так в диком мире самец покрывает самку.

Черт, к подобному я не привыкну. Но выхода нет, придется терпеть.

— Нет, — пробормотала, просто больше не могла выносить пытку. — Пожалуйста, хватит. Прошу тебя. Амиран…

Он остановился. В момент. А потом рванул снова. Лишь раз. И я ощутила, как изнутри меня залила раскаленная жидкость. Мужчина разрядился в меня, наполнил своим семенем.

— Блядь, сорвался, — прорычал он.

Сдернул меня со своего органа, прошелся пальцами между бедер, будто проверял, насколько сильно повредил. Крови не было. Только жутко саднило внутри.

Палач вымыл меня и отнес на кровать. Ушел, вернулся не скоро.

Я дрожала, комкала простыню в пальцах, а он улегся рядом, притянул мое нервно трепещущее тело.

— Расслабься, больше трахать не стану, — бросил мужчина и жадно втянул воздух возле моего горла. — Сегодня — не стану.

Амиран все же пощадил свою игрушку.

* * *

Просыпаясь, я потянулась на кровати, сразу ощущая то, что тело так сильно саднило и внизу живота все ныло. Болело. Я с лихвой почувствовала на себе последствия ночи проведенной с Палачом и, более того, мне казалось, что я до сих пор ощущала прикосновения его грубых рук и жар тела. То, как он входил меня и то, как держал в руках.

Щеки вспыхнули от смущения и я закрыла лицо ладонями, пытаясь прогнать эти мысли из головы, но стоило мне поерзать, как от малейших движений, тело тут же вспыхнуло россыпью новых ощущений, напоминающих о том, что было ночью. Проклятье. Почему это настолько сильно смущало?

Я села на кровати и, стоило мне скользнуть взглядом по комнате, как я тут же заметила букет цветов. Еще более огромный, чем те, которые Палач дарил мне ранее, но не менее красивый. От роз было невозможно отвести взгляд. Завораживал даже их необычный оттенок.

Встав с кровати, я заметила то, что тело окутывала приятная слабость, делающая ноги ватными, но, стараясь держаться ровно, я дошла до вазы и ладонью провела по шелковым лепесткам.

В этот момент увидела коробочку лежащую около вазы и открыла ее. Сердце забилось учащенно и я прикусила губу. Я всегда была безразлична к украшениям. Даже сережки почти никогда не носила, но те украшения, которые находились в этой коробочке были настолько красивы, что от них перехватывало дух и я даже не могла представить, сколько они могли стоить.

С одной стороны, от вида этого подарка в груди расплылось тепло и сердце забилось учащенно. Но, с другой — горло сжало горечью. В последнее время я стала надумывать себе лишнего, но эти украшения на самом деле являлись ничем иным, чем платой за ночь. За то, что я продала Палачу свое тело. Отдала ему его в пользование.

Но, опять-таки, чего жаловаться? Я сама пошла на это.

Горечь усилилась, но, стараясь не обращать на это внимания, я вернулась в свою комнату и пошла в душ.

Позже я узнала, что Палач рано утром уехал и должен был вернуться не раньше, чем поздно ночью, но, когда близилось время ужина, горничная сказала, что стол накрывали на двоих и мне уже следовало спускаться в обеденный зал.

Палач будет на ужине?

Почему-то я занервничала. Даже внезапно решила переодеться. До этого была в весьма удобных для меня спортивных штанах и растянутой футболке, но все равно сменила их на платье.

Когда я зашла в обеденный зал и поняла, что Палача там не было, ощутила, как сердце нечто кольнуло. Это «нечто» отдаленно напоминало сожаление, но я отказывалась это воспринимать. Неужели я буду сожалеть от того, что ошиблась и на самом деле Палача не будет на ужине? Черта с два.

— Почему ты не садишься за стол? — услышав голос Палача, я вздрогнула, ощутив, как сердце забилось учащенно и ладони дрогнули.

— Просто задумалась, — сказала, оборачиваясь к мужчине. Увидела его и сердце забилось еще более учащенно. Сама того не понимая, я поправила платье и еле сдержалась, чтобы не начать приглаживать волосы пальцами.

— Пойдем.

Когда мы подошли к столу, Палач отодвинул для меня стул и только после этого сам сел. Черт, вот как этот огромный, бритоголовый мужик, больше похожий на того, кто с легкостью и бровью не поведя был в состоянии ломать чужие жизни, мог быть настолько внимательным? Тем более, к той, которая являлась только игрушкой.

— Мне сказали, что ты вернешься значительно позже, — сказала, желая разрушить неуютную для меня тишину.

— Получилось закончить дела раньше.

Я хотела спросить о том, чем именно он занимался, но вовремя сдержала себя. Понимала, что в дела этого мужчины лезть нельзя. Тем более, он все равно мне ничего не расскажет.

— Я хочу, чтобы ты начала учить мой язык.

— А? — я растерянно подняла взгляд и удивленно приподняла бровь. — Зачем?

— С завтрашнего дня будет приходить человек. Он тебя будет обучать, — он проигнорировал мой вопрос. — Сам буду проверять, как ты учишься.

— И как ты будешь проверять?

— Увидишь.

Почему-то от этого «увидишь» по телу скользнули жаркие угольки и я тут же опустила взгляд, делая вид, что меня очень сильно заинтересовал вид салата.

Ужин тянулся медленно, но я поймала себя на мысли, что мне нравилось вот так проводить время с Палачом…

Нет, с Амираном. Так непривычно даже мысленно произносить его имя.

— Пойдем, — сказал он, когда ужин уже был окончен.

— Куда? — спросила, вставая из-за стола.

— В спальню. Хочу тебя выебать.

Щеки вновь обожгло и я не нашла, что ответить. Лишь прикусила губу и последовала за Амираном. И вновь меня раздирало от противоречивых мыслей. С одной стороны — по коже вновь скользнули жаркие и покалывающие мурашки. Моя реакция на Палача была очевидна. Но, с другой стороны — вновь чувство унижения от напоминания того зачем я тут и для чего была нужна.

Мы зашли в спальню, но я сразу замялась.

— Можно я сегодня ртом? — спросила. На мужчину не смотрела. Сейчас не могла. — Еще больно после прошлой ночи. Я пока что не привыкла.

Мысленно задалась вопросом — а можно ли вообще привыкнуть к сексу с Амираном?

То есть, прошлой ночью он довел меня до такого состояния, что я потеряла саму себя и так же он дал мне ощутить то, о чем я даже понятия не имела. Но от одногруппниц я слышала, что они со своими парнями каждый день занимались сексом. Более того, по нескольку раз за ночь. А я не понимала, как такое возможно с Амираном. Он же просто порвет меня своим напором, если не будет давать восстанавливаться.

— Разденься.

Я вновь прикусила губу, но беспрекословно послушалась. Правда, раздевалась очень медленно, ощущая на себе пристальный, неотрывный взгляд Амирана. На него пока что не смотрела, но чувствовала, как кожу вновь прожигало жаром.

— Полностью, — приказал он, когда я выпрямилась, оставив на себе нижнее белье, но платье скинув на пол. — Снимай с себя все тряпье. Хочу видеть тебя голой.

Я сняла с себя оставшуюся одежду. Хотела прикрыться, но сдержалась и вновь выпрямилась. Некоторое время ничего не происходило. Палач просто смотрел, а мне казалось, что внезапно подо мной разожгли огонь, языки которого касались кожи и испепеляли, прогоняя по телу жаркие импульсы.

— На колени.

Импульсы стали сильнее и я послушалась очередного приказа. Опустилась на колени, только сейчас решившись на то, чтобы посмотреть на Амирана. Стоило мне это сделать, как дрожь стала сильнее и кожу начало покалывать тягучими мурашками.

Он все так же не отрывал своего взгляда от меня. Расстегивая ремень, лениво подошел ближе. Достал уже до предела возбужденный член. Огромный и каменный.

— Открой рот.

Я вновь послушалась, но даже не успела сделать ни вдоха, когда Палач толкнулся мне в рот. Резко и грубо. При этом сжимая мои волосы массивной ладонью и не давая отстраниться. С первого же мгновения толчки глубокие и резкие. Такие, что у меня сразу заныла челюсть и, если бы Амириан не контролировал мое дыхание, вовремя давая мне сделать вдох, я бы задохнулась.

Но несмотря на это мое тело все еще горело. Непонятные и непривычные ощущения. Для меня дикие и новые. Но все же меня пробивало тягучим ознобом только от осознания того, что я сейчас была с Палачом. Не понимала собственных мыслей, но в руках мужчины стала послушной. Делала то, что он хотел и вновь раз за разом сгорала.

Глубоко внутри сознания я понимала, что для него являлась лишь игрушкой и уже не надеялась на то, что Амиран на этом остановится. Но все же, другим образом он меня этой ночью не тронул. Отнес в душ и там пальцами довел до безумия и полного сгорания. Потом отнес на кровать и, притянув к себе, привычно сказал «Спи».