Глава 18

До того, как Коля забрал мои документы из университета, я училась на математическом факультете, поэтому, если не считать уроков английского в школе, у меня не было опыта изучения иностранных языков.

Но к изучению родного языка Амирана я взялась серьезно. Сразу не понимала, откуда такой порыв и лишь после первого занятия, поняла, что этому было две причины.

Первая — мне просто было интересно. К тому же, казалось, что это с какой-то стороны поможет мне лучше понять Палача.

Вторая — я очень соскучилась по учебе и была рада даже таким занятиям, которые шли вразрез выбранному мной профилю.

Как же сильно я скучала по университету.

Понимая, что не смогу вернуться в него и вряд ли вообще хоть когда-нибудь смогу вновь поступить на учебу, я ощутила, как мысли пропитались жуткой, рвущей сознание тяжестью.

— Что случилось? — вопрос Амирана застал меня врасплох. В этот момент мы ужинали и я, оторвав взгляд от салата, в котором без интереса вилкой перебирала помидоры, посмотрела на мужчину. — Ты сегодня много молчишь.

Обычно я и правда всячески пыталась поддержать разговор с Палачом. Мне нравилось разговаривать с ним, но сегодня отвечала однословно.

— Просто думаю, почему ты сказал мне учить твой язык, — про университет я рассказывать не хотела, поэтому перевела разговор на не менее интересующую меня тему.

Несколько долгих секунд Амиран смотрел на меня. Прожигал своим тяжелым взглядом, но потом опять посмотрел на бумаги, которые сейчас держал в руках. Он даже за ужином работал, а у меня возникало такое сильное и для меня необъяснимое желание попросить его убрать документы. Хотя бы пока мы сидели за столом.

Правда, я слышала, что обычно Амиран уезжал из дома до завтрака, а возвращался поздно ночью. Наверное, у него сейчас было меньше работы, раз он теперь больше времени проводил дома. Но, тогда зачем эти документы?

— Тебе что-нибудь нужно? — спросил Амиран, не отрывая взгляд от бумаг.

— А?

— Я дам тебе номер своего помощника. Если будет что-нибудь нужно, говори ему. Он привезет.

— Хорошо, — я кивнула. — Спасибо.

Я думала, что Амиран и этой ночью возьмет меня в свою спальню, но сразу после ужина он уехал. На следующий день я завтракала одна. Как позже узнала, он так и не вернулся домой. Палача так же не было и за ужином.

Лишь уже поздно вечером, когда я уже приняла душ и собиралась ложиться спать, в мою дверь постучали. Выглянув в коридор, я увидела одного из верзил Амирана. Он сказал, что мне нужно собираться, так как Палач сказал привезти меня к нему.

Не понимая, что происходило, я начала нервничать, но все равно быстро оделась и наспех расчесала мокрые волосы. После этого пошла за верзилой к машине. В сопровождении еще одного автомобиля меня отвезли в город. Там находилось пятиэтажное здание. На первом — роскошный ресторан. На остальных четырех этажах, разместилась гостиница.

Мы поднялись на лифе и после того, как мы оказались около нужной двери, верзила постучал в нее. Еще несколько секунд и дверь открылась. Я сразу увидела, что в том помещение находился Амиран и еще несколько мужчин. Все они сидели на кожаных диванах, расположенных тут полукругом. Так же, они, кажется, разговаривали на родном языке Палача.

Меня завели в комнату, но пока что я осталась стоять около двери, ощущая насколько тяжелой тут была атмосфера. Причем, это точно из-за Амирана. От него исходило нечто жесткое и подавляющее.

Палач поднял голову и посмотрел на меня. После этого на своем языке что-то сказал тем мужчинам и они, встав с диванов вышли, оставляя меня с Амираном один на один.

— Что-то произошло? — спросила, когда дверь была закрыта. — Почему ты сказал привести меня сюда?

— Снимай тряпье, — приказал он.

— Снимать? — глупо переспросила. Ответа не последовало. Вместо этого Амиран скинул свой пиджак и бросил его на стол, после чего начал подкатывать рукава на рубашке.

Мои ладони дрогнули, но я все же начала расстегивать пуговицы на платье. Хоть и не специально, но делала это слишком медленно. В итоге, очень сильно вздрогнула, когда Палач подошел и одним движением порвал ткань.

— Зачем ты это сделал? — я приподняла брови, так же с трудом сдержавшись, чтобы не прикрыться. Хотела произнести этот вопрос с недовольством, но слова получились прерывистыми и уже тихими.

— Хочу тебя, — Амиран подхватил меня за талию и усадил на стол. С такой же легкостью сорвал с меня нижнее белье и, раздвигая мне ноги, встал между ними. Надавил мне на плечо, заставляя лечь на стол и после этого, сжав массивными ладонями бедра, придвинул к себе ближе.

Это было подобно проклятию, но просто ощущая его руки на себе, я запылала каждой частичкой тела и с первых мгновений сознание пробило всполохами, за которыми пришел туман, разрывающий все здравые мысли и дурманящий невыносимо сильно.

Амиран ладонью сжал мою грудь и я, не сдержавшись, простонала его имя. Прогнулась в спине и, когда он входил в меня, запрокинула голову и разомкнула губы, не в состоянии сделать ни вдоха. Перед глазами все поплыло и я ощутила себя так, словно во мне взрывались молнии и тягучими, острыми импульсами рассыпались по телу.

Он буквально вбивался в меня глубокими и быстрыми рывками. Так, что с первых же секунд тело наполнилось безумием и я уже не замечала того, насколько громко стонала. В один момент тело вовсе обожгло судорогой и я забилась в руках мужчины, так отчетливо ощущая каждое его движение во мне и то, как он на последних особенно глубоких толчках вошел в меня особенно глубоко и кончил внутрь.

В дальнейшем меня постоянно вот так отвозили к Амирану. Бывало такое, что он присылал за мной машину дважды за день.

Уже сейчас около кровати каждое утро стоял новый букет цветов, которые меняли на старые, и в комнате появлялось все больше и больше подарков. Но несмотря на это я все более отчетливо ощущала кем являлась для Амирана.

Прошло еще несколько дней и по нескольким признакам я поняла — возможно, у Палача действительно была еще одна женщина, с которой он спал. Если только одна.

* * *

Он перестал вызывать меня в свой офис. Резко. Если раньше это происходило раз в день, то теперь подобные поездки вообще прекратились. Дома почти не появлялся. Иногда приезжал, но в такие моменты пропадал в кабинете. Пошла вторая неделя, а сталкивались мы исключительно в коридоре и то случайно.

Амиран даже не смотрел в мою сторону, проходил мимо, не удостаивал и мимолетным взглядом. В одну из таких коротких встреч я уловила от него запах женский духов. Этот тонкий парфюм вбился в мою грудь как кинжал, проник между ребрами и вгрызся в мое заледеневшее сердце.

Мы разошлись, пробыв всего пару секунд рядом. Палач направился в свой кабинет и захлопнул дверь, а я на автомате двинулась дальше, почти ничего не соображала от волнения и напряжения.

Может, мне показалось? Почудилось? Не сказать, чтобы я хорошо разбиралась в духах. Вот Зара их обожала, собирала коллекцию ароматов, могла обсуждать их бесконечно. Она бы точно поняла, а я растерялась.

Мысли настолько сильно спутались, что я пошла совсем не в том направлении, куда следовала, чуть не зашла в чужую комнату, уже взялась за ручку, но в последний миг отдернула руку, качнула головой и отошла назад. До меня донеслись голоса служанок. С учетом занятий я могла понять гораздо больше, чем прежде. Да и сложных фраз в их разговоре не было.

— А вдруг он женится на ней?

— Не смеши. Хозяин никогда не женится на женщине, которая не приняла его веру.

— Так все просто, сама знаешь. Пара фраз — и готово.

— Нет, она… не наша. Ты же видишь. Развлечение.

Я напряглась и снова подошла ближе. Некоторые слова не понимала, но и без них улавливала основной смысл беседы.

— Столько девушек мечтают стать его женой.

— Кому-то повезет, — в тоне слышится явная зависть. — Кланы драться готовы ради того, чтобы заполучить такой выгодный союз.

Прозвучало несколько фамилий, которые я слышала впервые, а дальше служанки заговорили очень быстро, смеялись. Теперь стало трудно понять, о чем идет речь.

— Но он нанял для нее учителя, — вдруг возразила одна из девушек.

— И что с того? — ее собеседница фыркнула.

— Раньше такого никогда не делал. И в доме он раньше не держал никого. А эту приблизил. Странно получается. Как бы она не стала нашей новой хозяйкой.

— Забудь, — рассмеялась. — Эта девка никто.

— Но ты же помнишь его распоряжения…

— Он не терпит, когда затрагивают собственность. Тут ничего необычного. Хозяин властный человек и следит за всеми своими вещами.

— Она красивая.

— У него куча таких красавиц. Но в жены других берут. Смотрят на семью, на статус. А эта девчонка ему для забавы. Видно, есть у нее особые таланты, раз она здесь.

— Опытная? Много умеет?

— А то!

— Ну она скромная, — протянула. — Не знаю. Даже не скажешь, что у нее было много мужчин.

— Это она на вид тихая. Хозяин бы не стал брать женщину без опыта.

Дальше речь стала быстрее, и у меня опять возникли трудности с пониманием. А может, я просто не хотела вдумываться в суть фраз? Все внутри болезненно сжалось, к горлу подступила тошнота. Липкое ощущение, мерзкое. Как будто кожу испачкали, и теперь ничем нельзя ее оттереть. Да и не только кожу. Внутри тоже все оказалось измазано. И очень сильно.

Вещь. Просто вещь. А чего я ждала? Отношений? Чувств? Даже звучит смешно. О чем я только думала. Прониклась, поверила. Идиотка. Сама того не осознавая, загнала себя еще глубже в капкан. Он лишь использует меня. Между нами ничего нет.

Я отошла и двинулась обратно. Шла, не глядя перед собой.

Подарки и цветы мало значили для Амирана. Палач всегда был щедрым, в нашем ресторане он всякий раз оставлял хорошие чаевые. Так и тут. Это не знаки особого внимания. Обычный стиль его поведения.

На душе стало мерзко. Муторное ощущение захлестнуло, утянуло на дно. Нет, я не готова себя продавать. Но уже… продала. Теперь поздно. Назад не вернуться.

— Куда мчишь? — хриплый голос обжег.

Мускулистая рука обвилась вокруг моей талии. Дернула ближе, впечатала в мощное горячее тело. Черные глаза смотрели так пристально, будто глядели в самую душу.

Наваждение пробудилось с новой силой, затронуло те струны, про которые я как будто совсем забыла. А потом я ощутила запах. Чужой аромат. Тонкий. Цветочный. Это уж явно никак нельзя принять за мужской парфюм. Последние сомнения растаяли.

Женские духи. Палач провел время с другой. Со своей невестой? С той, которую намерен взять в жены? Хотя служанки ничего толком не сказали, лишь выражали различные домыслы.

Но мне и этого предостаточно.

Душа рвалась на куски.

— Я иду в свою комнату, — решительно вырвалась из его хватки.

— Не идешь, — усмехнулся Палач.

Он подхватил меня на руки.

— Нет, — попробовала его оттолкнуть, но проще было сдвинуть с места стену, чем отстраниться от него хоть на миллиметр. — Пусти, скоро занятие, учитель придет и нужно подготовиться…

— Подождет.

— Но я не хочу, — заявила твердо и смело встретила его полыхающий взгляд.

Амиран насмешливо выгнул бровь. Он не принял мой отказ всерьез. Точно, ведь только его желания имели значение, а я не имела права на сопротивление.

Мужчина отнес меня в спальню, с безразличием отнесся к моим попыткам освободиться. Бросил на кровать.

— Нет! — воскликнула я, а после попробовала соскочить с постели, даже успела ступить на пол, однако меня моментально вернули обратно.

Жестко. Бескомпромиссно. Другой стиль общения для Амирана не существовал.

— Ты вообще слышишь меня? — спросила и сдавленно выдохнула. — Хоть иногда придаешь значение моим словам?

— Договор четкий, — ровно заявил Амиран, и темные глаза запылали ярче. — Ты забываешь про слово «нет».

Матрас прогнулся под тяжестью его мощного тела.

Я постаралась отползти назад, но мои лодыжки быстро заключили в капкан, дернули вперед, заставляя завалиться на спину, распластаться на постели.

Он прав. Условия сделки давно оговорены. Я отдала тело Палачу в полный доступ, отказы при таком раскладе недопустимы.

Нужно сбежать, вот и все. Найти путь убраться отсюда подальше, а не млеть в руках этого циничного и жестокого мужчины. Я сама придумала себе что-то, и обожглась. Надо действовать. И чем быстрее, тем лучше, иначе совсем увязну в этом порочном омуте.

Проклятье. Вот и сейчас его прикосновения действовали странно. Дурманили разум, воспламеняли мою чувствительную кожу.

Он сорвал платье, просто разодрал на куски, отбрасывая лоскуты подальше. Белье тоже уничтожил, полностью обнажил мое тело, прошелся ладонями по плечам, и скользнул ниже, сжал грудь, чуть сдавил соски, поиграл ими, перекатывая между пальцами.

Огненная стрела прострелила низ живота, заставила глухо простонать. Рядом с этим мужчиной я совсем себя не контролировала. Почему именно он действовал так? Черт, неужели просто потому что стал первым абсолютно во всем? Нет, не важно, я не должна этому подаваться, вот и все.

Но как?

Его руки буквально плавили меня, делали мягче воска. Амиран знал, как трогать и где стоит коснуться, чтобы довести до грани, подтолкнуть к самому краю. Пришлось закусить губу до крови.

Я не должна этим наслаждаться. Не должна. Мне нельзя на него подсаживаться, нельзя пускать настолько глубоко внутрь. Пусть берет тело, но не душу. Туда я его никогда не допущу.

Но разве он спрашивает? Берет. Безжалостно. Раз за разом. И я сама не замечаю, как сильнее погружаюсь в эти зыбучие пески.

Амиран дернул и свою рубашку так, что пуговицы отлетают в разные стороны. Потом прижимался ко мне вплотную. Кожа к коже.

И тут мой взгляд упал на белоснежный воротник. Он не разделся до конца, не стал тратить время, поэтому я и заметила красноречивый след, оставленный на ткани.

Губная помада. Нежно-розовая. Кто-то мазнул здесь губами.

— Хватит, — выпалила я, вонзила ногти в широкие плечи, царапая их до крови. — Не трогай меня!

Ярость застилала глаза. Я не думала о том, как глупо и неосторожно поступала, повелась на эмоции.

— Чего? — Палач оскалился.

Но и это не отрезвило.

— Отправляйся к своим шлюхам, — бросила гневно. — С кем ты пропадал столько дней и ночей? Вот к ним и иди. А до меня не дотрагивайся. Пусти, сейчас же.

Шлюхи. А я кто? Такая же, как те девки, просто без опыта. Я ничего не умею, поэтому он и отправляется к тем, кто реально богат на таланты. Черт возьми, я для него пустое место.

— Или ты был со своей невестой?

Я бы дала ему пощечину, но Амиран перехватил мои запястья и вдавил в постель, не позволяя шевельнуться.

— Не важно, — дернулась в его стальных руках. — Пусти меня. Я лучше сдохну, чем позволю тебе себя касаться. Еще и после другой.

Мой взгляд впился в тот проклятый след от помады. И Амиран это заметил, понял, куда я смотрю. Мрак сгустился в черных глазах.

Мужчина посмотрел на меня так, что дрожь прошла по телу.

Я опять пробудила в нем дикого зверя.

— Повтори, — хрипло потребовал Палач, и голос его скорее походил на рычание.

— Убери руки, — выпалила я, отчаянно вырываясь из стальной хватки. — Прекрати меня трогать. Проваливай к своим девкам!

Сказала и невольно поморщилась. А почему я решила, будто лучше остальных? Если и зацепила его, то лишь временно, по случайности. Всерьез он никогда не станет меня воспринимать. Особенно с учетом нашего первого знакомства.

Господи. Какая же я дура. Сперва боролась, но после расплылась, расплавилась в его руках, отдалась без остатка. Я нырнула в темный пылающий омут. Ради чего? Самое главное не сберегла. Себя.

— Ты что несешь? — спросил Амиран.

Он сильнее вдавил меня в постель, буравил тяжелым взглядом.

— Я больше не буду твоей зверушкой, — процедила сквозь зубы. — Ты достаточно со мной развлекся. Теперь выбирай новую игрушку. Посговорчивее.

— Решила, что можешь так просто уйти? — в его глазах полыхнул опасный огонь.

Паника колотила меня. Испепеляла разум. Но несмотря на ужас, я была полна желания сражаться, дать серьезный отпор.

— Да!

Я все же умудрилась высводобить руки, сама не поняла, как выскользнула из стального капкана. Вцепилась ногтями в громадные плечи мужчины.

— Рано, — криво усмехнулся он.

— Что — рано?

Амиран дернул ремень на брюках, и прежде чем я успела вырваться, вбился в меня мощным толчком, буквально пригвоздил к постели. Сокрушил единственным рывком. Навалился всей тяжестью.

Я вскрикнула.

Мое тело приняло мужчину, истосковалось по нему и ответило на этот грубый и животный захват. Но разум бунтовал. Душа рвалась на части.

Слишком легко он меня заполучил. Опять.

Мои пальцы скользнули по массивной спине, ногти впились в смуглую кожу, оставляя кровавые борозды.

— Теперь можешь царапаться сколько угодно, — ухмыльнулся Амиран, а после склонился и прикусил мою шею.

— Пусти, — прошипела. — Не хочу!

— Не хочешь?

Мое тело явно вопило об обратном, и мужчина это чувствовал. Его огромный орган легко проник в мое лоно, не встретил никакого сопротивления, и я ужаснулась подобному.

Откуда у него такая власть надо мной? Что происходит?

— Это только тело, — сдавленно выдохнула я.

— Разве этого мало?

— Мало, — ответила глухо.

Он ухмыльнулся и снова толкнулся вглубь, практически покинул разгоряченную плоть, а после вошел до упора, двинулся внутрь, заполняя до отказа, прожигая одержимой пульсацией насквозь. Теперь уже не давил и не прижимал, не впечатывал в кровать. Амиран продолжил овладевать мною, опираясь на согнутые в локтях руки. Брал меня размашистыми толчками, точно ласкал изнутри своим длинным и толстым членом.

— Я плохо тебя трахаю? — оскалился.

Он точно издевался. Знал ответ и насмехался. Но дело же не только в том, что происходит за закрытыми дверями спальни.

Я понимала, никакой другой мужчина не сможет сделать со мной ничего и близко похожего. Да я и не позволю. Сама мысль отдаться кому-то еще казалась до жути противной. Омерзительной. Я и в мыслях этого не представляла.

А вот он не видел тут проблемы. Ему безразлично, кого брать, с кем и как именно развлекаться. Похоть превыше всего. Догнать, нагнуть, насытиться. Привычный порядок вещей.

— Не важно, — пробормотала и уперлась ладонями в его грудь, желая оттолкнуть, но вместо этого провела пальцами по идеальному рельефу, не в силах оторваться.

И тут же представила, как он также ведет себя с другой девушкой, раздевает ее, бросает на кровать, проходится крупными ладонями по чужому телу, раздвигает дрожащие ноги, врывается в новую добычу.

Ком подкатил к горлу. Меня заколотило от чувства гадливости, от дичайшего отвращения. К Палачу? Нет, к самой себе. Как я могла вообще быть с ним?

После всего. После измен. И пусть я не видела ничего лично, все казалось абсолютно очевидным.

Ощущения резко изменились. Накал угас. Я больше не полыхала от прикосновений Амирана. Заледенела. Оцепенела. Возбуждение спало в момент. Я будто получила четкое подтверждение предательства. Теперь все мое существо протестовало.

Палач ощутил перемену. Уловил реакцию. Он застыл.

— Я голоден.

От его голоса колючие мурашки расползлись под кожей, но я не подалась на дурман, качнула головой.

— Ты всегда такой.

— Блядь, — он опалил мое лицо горячим дыханием. — Охренеть. Это что, сцена ревности?

И правда — разве я имела право на ревность. У нас же и отношений нет. Хозяин берет вещь, когда захочет. Условия четкие. Без чувств.

— Сегодня ты взял меня после другой, — сказала и ощутила, как горечь разлилась на языке. — Но этого больше никогда не повториться. Тебе придется меня насиловать.

— Нет, — отрезал он.

— Я не…

— Нет никакой другой.

Амиран зарылся лицом в мои разметавшиеся по постели волосы, жадно втянул аромат, а потом двинулся ниже, прихватил зубами кожу на плече.

— Тогда с кем ты был? — вопрос вырвался помимо воли.

Глупо. Это звучит чертовски глупо. И жалко.

— Я хочу трахать только тебя, — прорычал он.

Обхватил мою грудь губами, втянул сосок в свой горячий рот, обвел языком, снова и снова, доводя до дрожи.

— Амиран, — сорвалось с моих губ.

— Ты моя единственная игрушка.

Прозвучало оскорбительно, унизительно, однако в то же время мне четко стало понятно, что других женщин и правда не было. Сейчас.

Я понимала, он бы не стал лгать. Мог прямо все высказать. И я ощущала его состояние.

Палач находился на взводе. Его дикая похоть пугала. Он ласкал мое тело, высекая искры отклика, а когда добился ответа, то обрушил всю страсть, все затаенные желания на меня.

Амиран действовал грубо, а потом срывался на нежность. Он налетел на меня точно шторм, бешеный ураган. Мужчина вбивался в мое лоно короткими жесткими рывками, но покрывал мое тело мягкими поцелуями, касался моего лица губами. И наоборот. Кусал, прихватывал зубами тонкую кожу на скулах, оставлял засосы на шее, на плечах, прикусывал соски. А толкался внутрь плавно, нарочито медленно, застывая изнывать.

Под конец этой схватки я едва соображала, напрочь потерялась в собственных ощущениях. А он кончил в меня, полностью заполнил спермой.

— Моя! — рявкнул так, что я содрогнулась всем телом.

Чуть позже мы лежали в объятьях друг друга. И это ощущалось непривычно, необычно, как-то странно.

Нет, он и раньше обнимал меня, когда мы оказывались в постели, прижимал к себе вплотную, приказывал спать. Но теперь что-то неуловимо переменилось.

— Зачем ты нанял учителя для меня? — тихо спросила я. — Зачем мне нужно изучать твой язык?

— Возьму тебя на свое родину, — коротко бросил он.

— Когда? — пробормотала удивленно.

— Поглядим.

— Я все равно не понимаю, — запнулась, гадая, как лучше сформулировать. — Я же никуда не выхожу, ни с кем не общаюсь. Какая разница, знаю я твой язык или нет?

— Там другая жизнь. Ты должна понимать, что вокруг говорят, — ответил Амиран, а потом посмотрел на часы. — Через два часа мы выезжаем в аэропорт.

— Но ты только что сказал…

— Мы летим не ко мне, а в столицу.