Глава 40

Оля – Ты обвинил меня во всех смертных грехах! Испортил репутацию в глазах мужа… Зачем? Я оставила прошлое в прошлом! – стенала Виктория, избавляясь от платья. – Едва залатала душевные раны, а ты… Виктор охал, едва переставляя ноги, в направлении выхода. Юджин стоял сжимая и разжимая кулаки. – Раны? – разозлился Юджин. – Какие раны, Вик? – встряхнул ее хорошенько. – Какие?! – Я. ПОТЕРЯЛА. РЕБЕНКА! На большом сроке! Ты и представить себе не можешь, каково это… Спроси… Спроси у своей актрисы дешевой, если бы она сейчас малыша скинула… А?! Спроси! Я ребенка потеряла, а ты… Ты не поговорил со мной ни разу. Ты даже со мной… не поговорил! – прокричала она так, что изо рта вылетела слюна и повисла на подбородке. Вика принялась вытирать дрожащий рот от слюны, растирая вместе с этим и алую помаду. – Считаешь, что я тебе врала? Но я не знала, что забеременела раньше! У меня не было ни токсикоза… ни слабости. Все пошло позднее, и я приняла это за знак беременности от тебя, а ты… Как ты мог? Я была сама не своя, когда была вынуждена покинуть страну. Меня вышвырнули, будто на помойку. Я была раздавлена, а ты… ты даже не поговорил со мной, не дал объясниться! Какой ты… холодный и жестокий! С этими словами она сорвала с себя платье и осталась в одном белье, потом побрела к выходу. Виктория ревела в голос… – Юджин, – позвалаа я, но он… Он даже не услышал! Судя по его потрясенному виду и взгляду, ушедшему в себя, он переваривал услышанное, разбирался в нем, варился, как в кипятке. Что и требовалось доказать, события с Викой не остались в прошлом. Этот цирк мне надоел. Я позвала его громче: – Эй, Юджин, чего же ты ждешь? Сейчас выбежит голая на улицу и отморозит себе свою горячую и глубокую… – Леля… – едва слышно пророкотал Юджин. – Душу! Душу, разумеется! А ты о чем подумал? – рассмеялась я и выбежала из столовой, на бегу схватила верхнюю одежду. Нет, ни за что… Слезы бежали по щекам. Ни за что ему не скажу о ребенке! Пусть и дальше страдает по юбке этой суки, гадины… – Лелька, постой… Ты все не так поняла. Ты нужна мне. Я лишь хочу расставить все точки над i! – Можете не изображать страсть, и так ясно, для чего был весь этот фарс, – бросила нам в спину победный клекот Виктория. И ведь была же права, гадина! Знала Юджина, как облупленного, знала, как сделать ему больнее, как зацепить по – настоящему, не то, что я. Топот ног все ближе, я поспешила. Слабый вскрик, возня, шорохи какие-то. – Вставай, Вик, это не смешно. Вставай, кому говорят! – сердитый голос Юджина. Я обернулась – Виктория лежала на полу без сознания. – Вик, у тебя кровь… – ошарашенно произнес Юджин. Аааа, плевать! Тьфу… Тьфу, спасай свою гадину! – Я забираю свои вещи и уезжаю сейчас же… – произнесла сквозь слезы, находясь уже на улице. Виктор лежал у ступенек дома. Я пронеслась мимо него, но потом остановилась и вернулась. Лицо Виктора было бледным, челюсти крепко сжаты. Сейчас мужчина выглядел даже старше своих лет, поэтому у меня изо рта вырвалось: – Дядь Вить, вы чего разлеглись? В шоке, что жена гадиной оказалась? Да вот такая она… Но вам на холодном лежать нельзя, простудитесь! – Оль, скорую вызови. Я поскользнулся и упал. Гребаное смещение снова дало о себе знать. Такая боль, я даже пошевелиться не мог, а потом… – едва разборчиво высказался он. – Все отнялось. Все… Какие уж тут обиды на соседей?! Вот до чего доводят атомные, темпераментные дамочки – взрываются и всех косят, как чума! – Не переживайте, сейчас скорую вызову! Я бы вам под голову чего-нибудь подложила, но трогать боюсь. Алло, скорая? Срочный вызов! * * *В тонком платье, даже под шубкой было прохладно, плюс я выронила где-то варежки по пути, но я не могла оставить дядю Витю, как окрестила его про себя. – Вы, главное, не отключайтесь, скорая уже в пути. Поговорите со мной… – Говорить не о чем, Олька. Вс фигня. – Ошиблись в человеке, с кем не бывает! Я видела, что Вика инсценировала падение. Если будет писать заявление, смело можете рассчитывать на меня! Так нагло врать нельзя… Виктор даже попытался рассмеяться: – Хорошая ты. Нет, я о другом… Я о смысле… Думал, хоть на старость лет для себя поживу – красивая жена, загородный дом на родине, дети… Я ведь жизни толком не видел, не жил для себя. Всегда крутился как белка в колесе. С рынка начинал. Сделка там, сделка сям. Риск, мутные партнеры, большие ставки. Не сразу выгорело… Все в пахоте и суете, все на бегу, даже отдых на море. В обнимку с телефоном, рука на пульсе… Только сейчас выдохнул. Недавно совсем, как Вику встретил. Подумал, что мне повезло. Хоть и в карты перестало везти… Быстро у нас закрутилось. Как пацан… Такая девушка, а! – О, я уже слышу, сирены скорой! – бодрым голосом сказала я, хотя это было не совсем так, но подбодрить человека было нужно. – Сразу понял, что-то не то. Сначала Вика и ехать сюда не хотела, давай узнавать, кто соседи. Едва узнала, в лице переменилась и сразу на все согласная. Червячок шевельнулся еще тогда… И потом постоянно вот это… Фортели на глазах у соседей. Давай таскаться, визиты всякие, шума больше, чем нужно… Я на дурака похож? – На влюбленного мужчину. Все влюбленные немного дураки. Я вот точно дура, – призналась. – Из-за хлыща этого? Актриса? Играешь хорошо. Даже лучше Вики, она совсем другая стала, как узнала про соседа, из кожи вон лезет… – Нет, дядь Вить. Не актриса я… – Надо же. У тебя, значит, по-настоящему. – У меня все по-настоящему, и беременность, и чувства. Вот только ненужные… Вы не дурак, поведение Вики заметили, не могли не заметить, как Юджин ведется. – Плюнь на хлыща. Ты молоденькая совсем. Жизнь большая, шансов будет много. Я тебе говорю… Помирать еще не собираюсь. Пну курву под зад и пусть катится… Хоть к соседу, хоть к черту. Я ведь, что… на дурака похож? Нет, у нас договор брачный, все четенько. Никто с меня ни копейки не дернет. Хочет хлыща обсасывать – пожалуйста, но не за мой счет… Хотя… Он состоятельнее, интерес налицо. Подсуетилась, – заскрипел зубами. – Вот и скорая! У ворот… Я побежала и засуетилась, пытаясь разобраться, как открыть ворота. – Леля, прекрати! – прогремел над головой голос Юджина. Он оттеснил меня в сторону. – В дом войди, мерзнешь ведь! – А что так? За Викушей твоей приглядеть? Хороша актриса! – огрызнулась я. – Давай не сейчас сраться, идет? – рыкнул Юджин и рывком ворота открыл. – Потом! – Давай никогда. Все кончено.