Глава 47

Странное это было чувство. Волчья шкура под ее ногами напомнила Маре того волка, что напал на нее на охоте. И каким-то образом тот волк теперь ассоциировался со зверем из ее снов. Она некоторое время смотрела на густой мех, потом, как была, одетая, прилегла с краешку поверх одеяла.

Лежала, глядя перед собой.

Ее жизнь сузилась в одну точку. С того самого дня, когда ее дядя, Меркель Хантц, явился к ней в замок и заявил:

«Собирайся, поедешь со мной в королевский замок!»

Все полетело кувырком. Королевский отбор, старый извращенец барон Малгит, охота, ее феерический позор. Но даже после этого у нее были силы бороться. Оставался родительский замок, пусть и разграбленный до нитки ее бесчестным опекуном. Оставалась возможность выйти замуж, пусть за мужчину почти вдвое старше ее, да к тому же с двумя взрослыми дочерями. Но.

Теперь у нее ничего нет. Родительский замок… Неизвестно, сможет ли она когда-нибудь заплатить подати.

Ей больше некуда отступать. Родхар Айслинг лишил ее всего. Он взял ее «в долг».

При этом поселил в своей спальне, а сам спит в кресле в другой комнате. И защищает ее от какой-то ему одному ведомой опасности. Впрочем, тут как раз Маре было понятно многое, в войне за внимание короля все средства хороши. А она нищая сирота, и устранить ее ничего не стоит.

Но ведь все это временно!

Отбор скоро подойдет к концу, король женится, двор перестанет лихорадить. Какое место в этом всем будет у нее, взятой «в долг»? Вот тут мысли заканчивались.

Жизнь сузилась в точку.

Но.

Она жива. Значит, ей все еще есть за что бороться. Батюшка любил говорить, что не может быть всегда плохо, черная полоса рано или поздно пройдет, и жизнь наладится. А то, что сейчас, надо просто перетерпеть. Главное, после всего суметь остаться собой.

«Меня не будет день, может быть, два. Продержитесь это время».

Она продержится. День, два, неделю.

А потом?

Мара глубоко вздохнула и провела рукой по глазам и все-таки попыталась заснуть. Это ей удалось не сразу, поначалу прислушивалась к каждому шороху в соседней комнате, потом пришел сон без сновидений.

***

Девушка спала крепко и не могла видеть, как перед рассветом тихо, без скрипа, открылась дверь в королевскую спальню. Высокий и сильный темноволосый мужчина занес и поставил на стол полный поднос еды. Замер сначала, глядя на ее почти нетронутый ужин. А потом, бесшумно ступая, подошел к кровати и долго смотрел на спящую.

***

Во сне ее кожа казалась прозрачной, а серебристые волосы разметались по покрывалу и как будто светились в полутьме. Она спала, из-под подола виднелась маленькая нога в чулке. Родхар чувствовал непреодолимое желание коснуться, даже руку протянул. Но сразу же отдернул.

Его тихо окликнули из-за двери:

— Сир?

Родхар Айслинг тут же вышел. Проходя мимо доверенного слуги, бросил:

— Глаз не спускать.

Потом облачился в охотничью куртку и покинул свои покои. Дальше уже не было необходимости таиться, король шел по коридорам своего замка, твердо впечатывая шаги в пол. Перед ним склонялись, короля приветствовали. А он милостиво кивал, на лице его застыла самоуверенная усмешка. Никто бы не смог сейчас догадаться, что его величество думает отнюдь не о предстоящей охоте, а о том, как сохранить свою тайну.

А меньше чем через час Родхар Айслинг уже выезжал во главе процессии на охоту в предгорья. Рядом с ним по левую руку ехала на своем гнедом жеребце принцесса Амелия, а справа на резвой кобыле игреневой масти восседала красавица Истелинда.

К тому моменту, когда солнце позолотило верхушки деревьев, они успели выехать из Лендрио и уже полчаса как были в пути.

***

Королевский кортеж растянулся по живописной дороге. При свете дня гораздо лучше можно было оценить продуманные наряды дам. Его величество снисходительно смеялся шуткам и уделял внимание фавориткам отбора. А сам при этом внимательно присматривался к деталям.

В этот раз с ними не было главного королевского ловчего. Родхар сам подписал его прошение, и теперь лорд Белмар мог отсутствовать два дня под благовидным предлогом. Однако он не оставил Белмара без присмотра. О каждом шаге главного ловчего ему должен был докладывать глава дознавателей. Первого нарочного от лорда Хойта Родхар ждал через час. Тот должен был нагнать их на полпути к охотничьему лагерю в предгорьях.

Сейчас кортеж двигался не спеша. А король, незаметно оглядываясь назад, прикидывал, сколько понадобится времени, чтобы быстро вернуться в замок. Получалось, если скакать во весь опор, раза в три меньше. Это примерно час. Его огромный мощный жеребец мог покрыть это расстояние еще быстрее.

Обратил он также внимание на то, что красавица Истелинда сегодня выглядела нервной. Хоть и старалась держаться непринужденно и громко смеялась, однако несколько раз Родхар засек, как она оглядывалась назад, как будто тоже ждала каких-то вестей. И крайне неприязненно реагировала, когда к ней обращалась матрес Пасквел.

А генеральская вдова, несмотря на почтенный возраст, ехала верхом и находила повод обращаться к прекрасной Истелинде постоянно. Родхар только порадовался тому, что смотрительница отбора так основательно подошла к исполнению своих обязанностей. Так он мог на какое-то время отвлечься и заняться своими делами, но и свиту свою из вида не выпускал.

Первый нарочный от Хойта нагнал их, когда кортеж углубился в лес. Доставил донесение от главы дознавателей, в котором сообщалось, что лорд Белмар на рассвете выехал в сторону своего имения. Однако очень скоро повернул обратно, въехал в город и вернулся в замок со стороны «грязных» ворот.

Что и требовалось доказать.

Родхар шумно выдохнул и оглянулся назад, чувствуя, что его начинает душить ледяная ярость. Несколько строк внизу записки гласили:

«В покоях, смежных с покоями вашего величества, начаты ремонтные работы. В связи с этим я позволил себе выставить, помимо королевской стражи, еще дополнительную охрану из своих людей».

Если бы не эта приписка дознавателя, вполне вероятно, что он мог сорваться обратно в замок. Король быстро пробежал взглядом послание еще раз, потом кивнул, отпуская нарочного.

А спустя некоторое время после того, как тот уехал, человек в простой темной одежде привез какое-то послание Истелинде. Родхар видел, как она жадно прочитала записку и тут же спрятала ее за корсаж.

— Леди Белмар, что это у вас? И почему вы отстали?

— Ах, сир, — она тут же расцвела ослепительной улыбкой. — Это от батюшки.

— Да? — спросил Родхар с ленцой в голосе. — И что же пишет наш главный ловчий?

— А… Батюшка пишет, что благополучно добрался в имение.

Ложь. Но не вытряхивать же записку у нее из корсажа.

Король только лишний раз убедился в том, что подозревал ее правильно.