Глава 11

Стоя перед зеркалом в своей комнате, я смотрела на свое отражение, которое дрожало, как будто готово было раствориться. Мои темные волосы, обычно аккуратно уложенные, теперь были растрепаны, несколько прядей прилипли к щекам, влажным от слез.

Голубые глаза, которые Сергей всегда называл «моими озерами», были красными, полными боли. На запястье поблескивал браслет с подвеской-звездой — его подарок, символ нашей любви, который теперь казался тяжким грузом.

Я любила его. Любила так сильно, что это чувство разрывало меня изнутри, но я знала, что должна отпустить его. Ради него. Ради Лилии. Ради мира, который я не могла разрушить.

Он любил меня, я знала, и я утонула в этом счастье, забыв обо всем. Но теперь, когда Лилия начала подозревать, когда ее гнев и боль стали невыносимыми, я поняла: наша любовь может уничтожить все, что ему дорого.

Я не могла этого допустить. Я должна была уйти.

Надела простое серое платье, которое не подчеркивало мою фигуру, не кричало о страсти. Сегодня я не хотела быть той Валерией, что сводила его с ума. Я хотела быть просто Лерой — девушкой, которая любит его так сильно, что готова пожертвовать собой.

Мое сердце колотилось, когда я вышла из общежития, каждый шаг к его дому был как шаг к пропасти. Я не знала, хватит ли у меня сил, но я должна была это сделать.

Город вокруг был холодным, вечерние фонари бросали тусклый свет на мокрый асфальт. Я шла, сжимая сумку, чувствуя, как слезы жгут глаза. Я представляла его лицо, его улыбку, его голос, шепчущий: «Малышка, ты — моя».

Эти воспоминания были как нож, вонзающийся в сердце, но я не могла остановиться. Я любила его слишком сильно, чтобы позволить нашей любви разрушить его жизнь. И я не скажу ему о ребенке, рожу и воспитаю сама, я сильная.

Когда я нажала на звонок его квартиры, мои колени дрожали. Сергей открыл дверь, рубашка была слегка помята, волосы растрепаны, а глаза… они смотрели на меня с такой теплотой, что я едва не бросилась к нему. Но я сжала кулаки, заставляя себя стоять на месте.

— Лера, — его голос был мягким, полным любви, и это только усиливало мою боль. — Заходи, я так рад тебя видеть.

Шагнула внутрь, чувствуя, как его аромат — кофе, кожа, парфюм окутывает меня, как объятия. Отвернулась, чтобы он не увидел моих слез. Не могла позволить себе сломаться, не сейчас. Но мое сердце кричало, умоляя остаться, прижаться к нему, забыть обо всем.

— Нам… нужно поговорить, — мой голос был таким хрупким, что я сама его едва узнала. Он должен был почувствовать, как мне больно, как я умираю от каждого слова.

Нахмурился, шагнул ко мне, рука потянулась плечу, отступила, качая головой. Взгляд стал тревожным, почти испуганным.

— Лера, что случилось? — в голосе было беспокойства, почувствовала, как слезы текут по щекам. — Ты плачешь. Малышка, скажи мне, что не так?

Сглотнула, пытаясь собраться, но слезы лились неудержимо. Я смотрела на него, на человека, которого любила больше жизни, и знала, что должна разбить нам обоим сердце.

— Мы не можем быть вместе, Сережа, — прошептала, каждое слово было как удар. Его лицо побледнело, глаза расширились, и я видела, как он пытается осознать. — Наша любовь… она невозможна. Лилия, твоя семья, весь этот мир… Они не примут нас. Я не хочу разрушать твою жизнь. Я не могу.

Сергей замер, будто мои слова парализовали его. Губы шевельнулись, но он не издал ни звука. Я видела, как боль заполняет его глаза, и это было невыносимо. Я хотела броситься к нему, сказать, что это ложь, что я никогда не уйду, но я заставила себя продолжать.

— Лилия ненавидит меня, — мой голос сорвался, и я прижала руку к груди, чувствуя, как сердце разрывается. — Она подозревает, что я с кем-то, и если узнает, что это ты… Она никогда тебя не простит. Ты потеряешь ее, Сережа. А я… я не могу быть той, кто отнимет у тебя дочь.

— Лера, нет, — наконец заговорил, его голос был хриплым, полным паники. Шагнул ко мне, схватив за руки, но я вырвалась, отступая к стене. — Я люблю тебя. Ты знаешь это. Мне плевать, что подумают другие. Мы найдем выход. Я не отпущу тебя.

Его слова были как спасение, но я не могла их принять. Покачала головой, слезы текли по лицу, я чувствовала, как силы покидают меня. Мое тело дрожало, в глазах темнело, но я должна была довести это до конца.

— Ты должен. Ради Лилии. Ради себя. Я люблю тебя, Сережа. Я всегда буду тебя любить. Но я не могу…

Недоговорила. Мои ноги подкосились, и я почувствовала, как пол уходит из-под ног. Мир действительно закружился, я начала падать. Его голос, полный ужаса, был последним, что я услышала.

— Лера! — поймал, сильные руки дрожали. — Лера, пожалуйста, очнись!

Я хотела ответить, хотела сказать, что люблю его, но тьма накрыла меня, и я провалилась в пустоту.

Когда начала приходить в себя, почувствовала запах антисептика и услышала приглушенные голоса. Мое тело было слабым, но я не открывала глаза, пытаясь понять, где я.

Больница. Я слышала шаги, чей-то спокойный голос, а потом голос Сергея, полный страха и любви.

— Доктор, что с ней? — голос дрожал, и я почувствовала, как его рука сжимает мою. — Она будет в порядке? Пожалуйста, скажите, что она в порядке.

— Успокойтесь, — ответил врач, его тон был профессионально ровным. — Ее давление упало, вероятно, из-за стресса. Мы сделали анализ крови, и… поздравляю, ваша девушка беременна. Это может быть причиной ее обморока. Мы дадим ей глюкозу и понаблюдаем.

Я замерла, понимая, что моя тайна раскрыта.

— Беременна… — прошептал Сергей, и я почувствовала, как его пальцы нежно гладят мою руку. Его голос был полон благоговения, и я знала, что он не отпустит меня теперь. Никогда.

Я медленно открыла глаза, моргнув, будто свет больничной палаты ослепил меня. Он наклонился ко мне, его лицо было бледным, но глаза горели любовью.

— Лера, слава богу, — выдохнул он, прижимая мою руку к своим губам. — Ты напугала меня. Я думал… я не знал, что делать.

Посмотрела на него, мои глаза наполнились слезами. Я была так слаба, так напугана, но его присутствие было моим якорем. Я сжала его руку, мой голос дрожал.

— Сережа… где я? Что… что случилось?

Он улыбнулся, но улыбка была нервной, полной эмоций.

— Ты в больнице, малышка. Ты упала в обморок. — Он сделал паузу, его глаза заблестели. — Лера… доктор сказал, что ты беременна. У нас будет ребенок.

Я ахнула, мои глаза расширились, и слезы потекли по щекам. Я не притворялась — это была настоящая реакция. Я прижала руку к животу, чувствуя, как тепло разливается по телу. Ребенок. Наш ребенок. Я посмотрела на Сергея, и в его глазах была та же любовь, тот же восторг.

— Беременна… — прошептала я, и мой голос сорвался. — Сережа, я… я не знала.

Пришлось солгать, Сережа наклонился, целуя меня, его губы были теплыми, полными нежности. Я любила его. Любила так сильно, что готова была на все, чтобы быть с ним. Даже если это означало потерять Лилию, потерять все. Но теперь у нас был ребенок, и это было больше, чем я могла мечтать.

— Мы справимся, Лера, — прошептал он, его лоб прижался к моему. — Я люблю тебя. Мы будем семьей.

Кивнула, улыбаясь сквозь слезы. Я не знала, как мы справимся с Лилией, с миром, который не примет нас.

Но я знала одно: я любила его. И я никогда не отпущу его. Никогда.