Эпилог

В комнате наполненной всевозможными игрушками и детской мебелью, присутствовал больше голубой оттенок. Не оставалась сомнений, что это комната принадлежала малышу, чей плач сейчас нарушил тишину, напугав сидевшую в кресле девушку. Темноволосая, с голубыми глазами, небольшого роста. За это время в ней практически ничего не изменилось. Не считая того что она как–то быстро повзрослела. Перестала ставить на первое место свои предпочтения прислушиваясь к близким. Девушка отложила книгу, которую читала и поднялась. Подойдя к кроватки, она нежно улыбнулась и аккуратно взяла малыша, прижимая его к груди. Вернувшись в кресло, она взяла бутылочку со смесью, и стала его кормить. Накормив малыша, девушка не спешила его возвращать в кроватку. Решив немного с ним поиграть. Смотря на девушку карими глазами он улыбался ей, когда та строила ему рожицы и кривлялась. В какой–то момент проворные ручки малыша ухватились за черные пряди волос. Охнув, девушка тут же попыталась высвободиться от захвата, причитая на то, что он стал слишком шустрым. В тот момент, когда ей все же удалось освободиться, в детскую открылась дверь. Статный мужчина в черном деловом костюме подошел к креслу и улыбнувшись, взял на руки малыша. – Что наш Руслан стал совсем большой и начал ухлестывать за симпатичными девушками? – спросил он, гладя крошку по розовой щечке, от чего тот залился смехом. – А ничего что девушка слишком стара для него? – язвительно проговорила она поднимаясь. – В любви все возрасты покорны, – ответил ей мужчина, позволив малышу ухватиться за палец. – Тебе ли не знать, Вита. – Ты до сих пор не можешь забыть это? – удивленно и немного раздраженно спросила она. – Адриан, уже прошло уйму времени! Я уже говорила что это вышло случайно и между нами ничего не было, – обиженно проговорила Вита, надувая щеки. Мужчина знал это, но ему нравилось дразнить сестру. В такие моменты в их доме появлялись позитивные эмоции. Тот случай случился несколько месяцев назад. Вита решила, что появиться на приеме представляя семейный бизнес вместо брата, не плохая идея. Так как сам мужчина после появления малыша очень редко бывал на подобных мероприятиях. Никто не знает, что точно произошло, но Виту обнаружили в укромном месте с пожилым мужчиной. Фотограф запечатлел тот момент, когда представитель немалого фонда и завидный жених положил руку Вите на попу. Фотограф сразу же ретировался и не видел, как знатный представитель мужского пола схлопотал пощечину. А на утро вышла статья о том, что сестра самого богатого бизнесмена предпочитает мужчин намного старше себя. Конечно Адриан тогда попросил, не за просто так естественно, редактора той самой газетенки написать опровержение. Но уже было слишком поздно, тема для разговоров уже попала в народ. – Слабо вериться, – хохотнул он, забавляясь над сестрой. – Адриан прекрати! – топнула она нагой, а после решила сменить тему. – Ты снова туда? Мужчина сразу стал серьезным. Все хорошее настроение как ветром сдуло. Они редко говаривали на эту тему, стараясь обходить ее. Для каждого из них это было трудное время. Вспоминать о котором никто не желал. Нежно проведя рукой по кудрявой светлой макушке сына, Адриан передал малыша Вите. – Хочешь, мы с тобой поедем? – предложила Вита, укладывая малыша в кроватку. – Не стоит, – отозвался Адриан. – Не жди меня к ужину, – бросил он, после чего покинул детскую, а после и дом. Сев за руль автомобиля Адриан поехал уже знакомой дорогой, где ждала его Милана. Он мог доехать до нее с завязанными глазами. Ведь за последние полгода не было и дня чтобы он не приезжает туда. И каждый раз она останавливался ненадолго в цветочном магазине чтобы купить самый красивый букет роз для любимой. За это время изменилась многое в жизни мужчины. Он меньше времени стал уделять бизнесу, уделяя его сыну. Перестал общаться со знакомыми. Его собеседниками стали Вита и Крис. Последний, кстати, стал чаще бывать в гостях и Адриан понимал причину. Вита. За это время она очень изменилась. Стала более сдержанной и это не укрылось от глаз друга. И пусть Крис еще тот быбник, Адриан понимал, что каждый может измениться встретив ту единственную. И Адриан был тому примером. Он к слову тоже изменился. Стал замкнутым, хмурым и постоянно находился рядом с ней. С той кто забрал его душу с собой, оставив вместо нее боль. Адриан шел уверенной походкой по длинному белоснежному коридору, держа в руках букет. Здесь он был частым гостем и поэтому никто не пытался его остановить. Подойдя к нужной двери, он снял с вешалки белый халат и накинул его на плечи. И только после этого тихо постучал надеясь, что сегодня на стук откликнутся. Но ответом ему снова была тишины. Открыв дверь, Адриан прошел внутрь. Положив букет на тумбочку он присел рядом с любимой, бережно прикасаясь к исхудавшей ладони. С каждым разом ему было все сложнее смотреть на любимую. Его родная и любимая женщина теряла вес. Руки все время были холодные и сколько бы он не пытался согреть их, ничего не выходило. Кожа стала белая и теперь сливается с пастельным. Но это все не мешало Адриану продолжать любить ее. Он мог часами сидеть рядом и рассказывать Милане о сыне. О том, как ему не хватает ее. Но в этот раз Адриан не просидел возле девушки и часа. Дверь в палату открылась. Ему не нужно было поворачиваться чтобы увидеть незваного гостя. Он итак знал что это лечащий врач Миланы. Екатерина Константиновна. Женщина чуть старше самого Адриана, немного полноватая и грубовата с пациентами и теми, кто приходил их навестить. Ее пепельного цвета волосы были всегда собраны в тугой узел на макушке, а немного полноватые губы сжаты в тонкую линию. С Адрианом Екатерина вела себя более дружелюбнее. Возможно потому что жалела, а может быть, просто опасалась его. По привычке бросив на врача немного раздраженный взгляд, он заметил за спиной женщины заведующего клиникой. Адриану не составила труда чтобы догадаться, зачем он пришел. За последние полгода их клиника получила с его кармана пожертвований больше чем за все свое существование. – Добрый день, Адриан, – поприветствовал заведующий. Противный тип, знающий, как и к кому именно нужно подлизываться. Адриан скривился, от немного визгливого голоса этого человека. Крипчук Степан Федорович, именно так он представился при первой встречи, когда пронюхал кто, попал к нему в клинику. – Для кого как, – ответил Адриан поднимаясь. – Чем обязан лицезреть вас? – У меня к вам серьезный разговор, – проговорил мужчина, бросая взгляд на Милану. Хмыкнув, Адриан засунул руки в карманы. – Кто бы сомневался, – съязвил он. – Что на этот раз сломалось? – Вы меня не так поняли, – ничуть не смутившись произнес Степин Федорович. – Речь пойдет о вашей… хм… девушке, – немного запнувшись проговорил он. Адриан нахмурился, сбрасывая с себя легкомыслие. Когда речь идет об этой девушке все эмоции и чувства мужчины покрывались коркой страха. – Что не так с Милой? – спросил сдавленно Адриан. – В том то и дело, что за полгода, проведенных в коме у нее нет никаких результатов, – начал заведующий клиники и Адриан понял, что сейчас ничего хорошего не услышит. – Мы решили, что больше нет смысла держать ее на аппаратах, – закончил он, вводя Адриана в ступор. «Они решили, мать их!» – яростно подумал Адриан, сжимая кулаки и делая шаг по направлению к этому типу. – Вы решили? Не спросив разрешение родных и близких? Да кто вы такие чтобы что–то решать? – яростно бросил Адриан. – Послушайте Адриан, я вас понимаю… – Ни черта ты не понимаешь! – повысив голос, бросил Адриан, перебив мужчину. – Насколько я знаю, у Миланы кроме матери больше никого не было, – не обратив на злость Адриана никакого внимания, продолжил он. Степану Федоровичу было не впервой говорить об этом с родственниками пациентов, и в каждом случае были всегда одни и те же эмоции. – А раз ее не стало, больше некому решать этот вопрос. Именно поэтому, было решено собрать комиссию для обсуждения дела Миланы. Комиссия вынесла единогласное решение отключить ее от аппаратов, – закончил свою тираду Степан Федорович. Адриан стоял, словно громом пораженный. Они посчитали его никем! И это не смотря на то, что Милана является матерью его сына! Да он и без них уже миллион раз пожалел о том, что не сделал Миле предложение сразу как привез к себе. Он не хотел пугать девушку. Думал что ей сначала нужно свыкнуться с мыслью, что теперь они вместе. А теперь… – То есть мое мнение вы не учитываете? – спросил Адриан, недобро прищурив глаза. – К сожалению, нет, – холодно ответил мужчина. – Я не понял, вам что мало того что вы уже получили? – яростно бросил Адриан. – Так в городе много клиник, которые будут не против такого пациента! – Увы, я должен вас разочаровать, никто не возьмется за такого пациента, – охладил он пыл Адриана. – Мы шли вам на уступки и дали время. Но, к сожалению, это время истекло. – Я не позволю вам этого сделать! – закричал Адриан. Он готов уже был броситься на этого самовлюбленного типа с кулаками. Но неожиданно молчавшая все это время Екатерина, ахнула и кинулась к Милане. Резко развернувшись, Адриан увидел, как у любимой затрепетали ресницы. Вторя этому, аппарат стал пикать интенсивнее. Адриан тут же кинулся к любимой, падая на колени возле кровати и целуя крошечную ладонь. – Боже, Милана как же я тебя люблю! Слышь? Люблю! Полгода спустя. – Осторожней! – произнес мужчина, поддавшись вперед поддерживая девушку, когда она оступилась и чуть не упала. – Адриан хватит! – немного раздраженно бросила она. Нет, девушка не всерьез злилась на мужчину, понимая, что он боится за нее. Но иногда Адриан перегибал палку. – А что я такого сделал? – удивился мужчина. – Ведь ты могла упасть! – А так же подняться, – негромко проговорила она. – Зря мы выбрали именно сегодняшний день для этого, – пробурчал Адриан, следуя за любимой и смотря на то, как стала портиться погода. – Нет, – поспорила она. – Я просто обязана побывать на могиле матери. Потому что именно из–за меня она там, – негромко произнесла Милана, ощутив, как глаза защипало от подступивших слез. Она плакала много раз. Оплакивая маму, считая себя виноватой в ее смерти. И сколько бы Адриан не пытался убедить ее в обратном, она была не приклона. Мама просто не смогла смериться с тем, во что превратилась ее дочь и извела себя. За несколько месяцев она свела себя в могилу, так и не посмотрев на внука, полагая его виновным в том, что случилось с е дочерью. Как впрочем читая виноватым в этом и Адриана. – Ты же понимаешь что сейчас не права? – спросил Адриан нахмурившись. – Это было ее решение, и ты не права. Милане не хотелось спорить в этот момент. Не сейчас. Поэтому она промолчала. Их путь лежал почти к концу кладбища, где мама Миланы нашла свой покой. За последний месяц Милана уже несколько раз порывалась сюда приехать. Но ее вечно что–то отвлекало. Но сегодня, проснувшись утром она, поняла, что больше не хочет откладывать поездку. За полгода столько всего произошло в ее жизни, и ей нужно было выговориться кому-то. Раньше для этого у нее была мама, а сейчас… Нет, Милана не о чем не жалела. У нее есть семья. Любимый муж и не менее любимый сын. Так же девушку окружали друзья, которых она обожала. Но ей все равно чего–то не хватало. – Мы пришли, – остановил ее Адриан. Милана выплыла из размышлений и огляделась. Напротив нее на надгробной плите находился портрет матери. Такой живой и улыбчивой. На глаза девушки навернулись слезы. Подойдя чуть ближе, она увидела надпись под фотографией и тихо прочитала ее. – Спишь ты спишь моя родная, спишь в сырой земле. Мы пришли к тебе родная, с горем и тоской. С глаз тут же упала слезинка. Смахнув ее, Милана повернулась к Адриану и негромко попросила его. – Оставь меня ненадолго. – Хорошо, но я рядом, – произнес он и, поцеловав девушку в макушку, отошел в сторону. Посмотрев Адриану в след, Милана вновь повернулась к надгробию. Не спеша она приблизилась к нему и провела кончиками пальцев по фотографии. Милане хотелось рассказать маме о многом. О том, как Адриан притащил в больницу служащего загса и тот их расписал прямо в палате, когда она пришла в себя после комы. Конечно, спустя время когда Милану выписали, они сыграли пышную свадьбу, на которой присутствовало уйма гостей. Ей так же хотелось рассказать о первой и не забываемой встрече с сыном. Но вместо этого она просто хранила молчание, понимая, что мама итак видит все что происходит в жизни дочери. Перед тем как уйти, она в последний раз, бросила взгляд на фото и произнесла. – Я счастлива мам. Надеюсь, ты простишь меня.