Глава 11

Всю ночь мы занимались бешеным сексом, на полу, в душе, на столе, в спальне… Эту ночь я не могла передать словами. Он спал, а я проснулась первая. Прошла в столовую сварить себе кофе и подошла к окну. Так красиво. Новостройки. Богатые дома. Люди здесь живут соответствующие. Двор заставлен красивыми дорогими машинами.

Смотрю и понимаю, мне надо возвращаться в универ, с работы меня, скорее всего, уволили, нужно искать новую. А еще нужно отдать ему карточку. Что-то решить с Ванькой, вычеркнуть маму из своей жизни, а я уверена она захочет появиться в ней вновь. Навестить прабабушку и просто жить дальше. Время моего подарка истечет и очень скоро. С этим нужно научится жить, нужно просто забыть или жить вспоминая, как сказку. Мрачную сказку. Внезапно слегка закололо внизу живота. Положила руку и вздрогнула. Как раз сварилось кофе. Взяв в руки чашку с ароматным напитком подошла вновь к окну. Сердце бешено заколотилось. Почему то стало страшно. Это взрослая жизнь. Мы не предохранялись… Что если… Лоб покрылся испариной. Только этого не хватало. Ритка всегда беременности боялась, предохранялась, таблетки какие-то покупала, а какие я не знала. Ритки в моей жизни больше не было, даже посоветоваться не с кем. Кому то стыдно об этом рассказать. От страха я села на диван, сжимая крепко в руках чашку с кофе. Арису эти проблемы точно не нужны. Он сразу меня бросит, да он итак итак меня бросит. Все эти розовые мечты, что он не бросит меня и сделает мне предложение, смех. Я студентка, образованный человек и должна все сама понимать.

– Доброе утро!

Едва кофе не выронила. Подняла глаза. На его голый торс. Черт побери… Его тело. Оно шикарно. Да и он сам шикарен. Что характер сумасшедший, что тело, как у Бога что лицо. Особенно глаза. Серые стальные, они словно в душу смотрят тебе, словно ищут там что-то и с ума сводят. Вся задрожала. Успокойся, Ника, еще ничего не случилось. Может ты и не беременна.

– Дай угадаю, кто-то звонил и ты вся с утра на нервах! Ванька твой, мама или Ритка?

Я покачала головой. Рассказать? Еще посчитает меня дурой и посмеется надо мной. Зажег свет, поставил вариться кофе и, открыв кофе принялся делать бутерброды. Сам Бешеный.

– Не люблю прислугу, сам привык все делать!

Ставит передо мной тарелку с горячими бутербродами. Тостовый хлеб. Я все это люблю, только сейчас кусок в горло не лезет.

– Я терпеть не могу когда мне лгут и все равно узнаю что случилось! Поэтому давай говори!

У Ариса аппетит отличный, ест уже второй. Прожигает меня взглядом, а я все с мыслями собраться не могу. Да приди ты уже в себя. Смешно это Ника, взрослая девушка. Нужно не только трахаться, но и говорить, ведь ты правда не вещь.

– Арис, с работой я пролетела. Но у меня учеба! Я хорошо учусь и люблю свой универ, я хочу ходить на пары, а не быть пленницей в твоем доме!

Арис усмехнулся.

– Ты серьезно? Конечно, ходи на свои пары, ты же умная, образованная! Марат тебя отвезет!

– Я квартиру снимаю, там мои вещи, учебники!

– Прекрасно! Езжай! Марат тебя отвезет! Заберешь все и перевезешь ко мне!

Я растерялась. Мне словно дали под дых. Что это? Предложение вместе жить? Я с секунду смотрела на него. Пристально и в упор.

– Арис я…

– Я тебе все сказал! На расстоянии шага! Без Марата никуда! После твоей вчерашней выходки, я был добр! Просто тебя трахнул! Но я могу быть и другим! Грубым, беспринципным и злым! Не советую это на себе проверять! Поэтому давай без фокусов, мадам!

Я отставила чашку с кофе.

– Ты предлагаешь мне вместе жить?

Телефон ожил на столе у Ариса. Он бегло бросил взгляд на дисплей и скинул.

– Я предлагаю тебе у себя жить!

– Как это? Я твоя девушка?

Бешеный рассмеялся. В его голосе и его смехе было что-то такое что сильно задело меня. Я не понимала, что происходит и все это злило меня. Сильно злило, но я держалась.

– Я ничего не вижу в этом смешного!

– Я и не смеюсь, ты мой подарок, мне нравишься… Что нужно еще?

Чувства чуть было не вырвалось у меня, но я промолчала сама не зная почему.

– А если я откажусь?

– У тебя нет выбора, я заставлю, найду и верну! Так что можешь спокойно ехать на свои пары, Марат будет рядом! Я тоже! Вечером идем на бой, если ты не забыла!

Я вздрогнула. На такие мероприятия я точно не хотела идти. Это было не мое, и я это прекрасно понимала. Бой. Какой может быть бой…

– А может…

– Я иду с тобой, ты идешь! Это не обсуждается! – отрезал он. – к Ваньке подойдешь мне доложат и я сдержу свое обещание! Вроде все указания я тебе дал!

– Я не вещь!

– Я не говорю что ты вещь, ты просто мой подарок!

Усмехается так нагло. Взгляд короля жизни, а я не понимаю он шутит или серьезно говорит… От этого еще труднее становится, когда не понимаешь, как к тебе человек относится, не прогоняет, держит рядом с собой, но и к себе не подпускает близко.

– Может тебя ленточкой красивой перевязать, чтобы ты не забывала что ты подарок? Как кстати бабушка?

Я вздыхаю. Да я помню и про деньги и про прабабушку.

– Сегодня едет в больницу, на днях ложится, мне надо будет ее навестить!

– Вместе поедем!

Что…

– Ты сейчас серьезно?

– А почему нет? Я вырос в деревне неподалеку от твоей!

Теряюсь. Он что деревенский? По нему не скажешь. Многие наши деревенские парни красивые, рослые работящие, просто спились, утонули в водке, а он другой.

– За что ты сидел?

Сама не понимаю, как этот вопрос срывается с моих губ. Я сама от себя такого не ожидала. Аж теряюсь. Его глаза такие холодные сразу. Моментально. Они словно цепенеют. По моему зря спросила.

– Красивая, точно не за педофилию и изнасилование! А остальное тебя волновать не должно! Сколько отсидел и за что отсидел все мое! Я не люблю когда в душу лезут! Я опаздываю! Собираемся! Приедешь раньше, возьми ключи!

Молчу. Даже фраза про ключи не становится решающей. Конечно я понимаю что мы знакомы мало, что он сам меня выбрал, но, как вещь, как подарок который он хочет перевязать ленточкой. Я не та с кем можно вести беседы о том за что он сидел. А ключи от квартиры, а кофе это все, как понимать… Кому попало не предлагают вместе жить, а может… Ужасная догадка словно цепляет меня. Он с такой ненавистью смотрел на Громова, на мою мать, дочь Громова там как то замешана, может…

– Это из-за Громова?

Его глаза темнеют. Я понимаю что зря это говорю и нужно остановиться, но не могу. С ужасом понимаю что ревную его к этой девушке, а это такое страшное чувство.

– Слушай, красивая, ты плохо понимаешь? Если мать или Громов с тобой свяжутся и ты мне не скажешь, ты пожалеешь что ты на свет родилась! Отдам тебя парням своим, у меня моральных принципов нет! Все поняла?

В его глазах такая злость что мне становится страшно. Я словно теряюсь. Глазам своим и ушам поверить не могу. Он серьезно? Он серьезно это сказал? Вся дрожу.

– Ты меня поняла?

Голос стальной. Глухой и такой холодный. Словно ни его. Конечно, поняла. Такое невозможно не понять.

– Отвечай!

– Поняла!

– Вот и славно! Если думаешь что у твоей матери проснулись материнские чувства, ошибаешься, красивая! Не разочаровывай меня! Собирайся, мы опаздываем!

Встает и идет в сторону спальни, а я сижу и смотрю в одну точку. Что то мне кажется, что впереди будет только страшнее. Может скрыться… Хотя куда я скроюсь, от самой себя своих мыслей и чувств невозможно скрыться, а меня тянет к нему, нереально тянет и я сама себе боюсь в этом признаться. Очень боюсь…

Прошлое… Сука такое страшное слово. Я его ненавижу. А еще ненавижу все что связано с Громовым. Топор войны вроде бы зарыт, как казалось всем. Но я знал он не зарыт. Этот ублюдок уничтожил мою семью, я сел из-за его семьи и если бы не моя тяга к спорту и знакомство с Князем, я не знаю, чтобы произошло.

Князь стал моим наставником, во многом помог мне и Борзому который помогал здесь с воли вместе с пацанами.

Долго смотрел ей вслед наказав Марату не спускать с нее глаз. Это была та еще штучка, опасная и горячая, только она сама не осознавала рычага воздействия силы которую имела на меня.

Она была такая нежная и в то же время такая сильная, волевая… Девочка девочка и такая страстная тигрица.

Сам себя не понимал. Не знал своих мыслей. Когда впервые ее увидел что-то торкнуло, словно нож в ребра воткнули. Такого давно не было, только с той сукой, только с ней также с ума сходил и желание оберегать ее с ней было.

А здесь… Когда понял что девственница дошло что наделал, как жизнь ей ломал, Ванька еще ее ублюдок нарисовался которого переломать готов был, но окончательная точка стала что ее мать с Громовым живет. Не просто живет. Громов давно с ней, давно ее мужчина… Даже подумать не мог что эта проклятая семейка отравившая мне жизнь и сделавшая меня таким монстром вновь нарисуется в моей жизни.

Я ненавидел Громова, презирал. Знал хорошо его личность, знал, как он предал моего отца и что сделал с моей матерью. Ненависть к нему росла все сильнее и все крепчала. Презрение. Я ждал момента его подставы. Бешеный всегда действовал открыто, но, ни в случае с Громовым или Гром. Его так звали блатные. Его уважали воры и многие смотрящие, хоть я сам был смотрящим, я соблюдал наш кодекс. Прямых доказательств убийства не было, но я знал это сделал он. Он…

– Ты должен избавиться от девчонки! Просто игрушка и ничего большего! Я хорошо тебя знаю, сынок! Зацепила! Красивая?

Я вздрогнул. Красивая. Слишком красивая. Особенная. Таких нет, и я понимал это. Прошло столько лет, как между мной и Дианой Громовой стояла жирная точка, а никто не мог ее заменить. Я давно ее не любил, но образ этой первой девочки сводил с ума. Я ничего не мог с этим поделать. Ничего. Долгие годы перебирал одну за другой. Трахал баб. Блондинки, брюнетки, шатенки, рыжие и многие другие, но ни у одной из них не было незабудковых глаз, ни одна не коснулась меня, ни одна не вытеснила из памяти эту суку, а тут два дня и получите, она косвенно относится к семье Громовых.

– Настя не просто его шлюха! – Князь закурил. – Она его официальная жена! Ты знаешь Громова, до чего он свою жену довел… Твою маму… Это мразь в человеческом обличье! Он поймет что эта девка что-то может значить в твоей жизни, и, как опытный кукловод начнет дергать за ниточки! Не вздумай этого делать, Бешеный, ты мне, как сын! Для Лены ты много значишь! Приглядись!

Я молчал. Лена была единственной дочерью Князя, красивая веселая девушка, как друг, как сестра. Я знал ее чувства ко мне и видел, как смотрит, но статус сестры никогда не выходил за рамки.

– В случае чего Лена всегда дождется и любит тебя много лет!

– Князь ты знаешь! Лена мне, как сестра, ничего большего! А ты, как отец!

Князь сдвинул суровые кустистые брови и закашлялся. Последнее время он выглядел не важно и я не мог этого не заметить.

– Сынок, ты мне дорог и важен! Я и тебя и Дикого воспитал! Вместе! Вы же, как братья были втроем! А потом между вами баба встала… Гром подлый человек, и его использует, только тот дурак отвернулся, не понял! Мало времени у меня осталось, ты насчет Ленки подумай, то что хромая…

– Ее хромота здесь ни при чем, Лена моя сестра, а тебе ни мало осталось!

Князь усмехнулся, только в его усмешке что-то особенное сверкнуло и я понимал, он правду говорит. Осталось ему совсем мало, не просто так разговор завел, а Гром знает про это, Гром вообще много что знает…

– Это все лирика, хуйня! Давай лучше о делах, сынок!

Я вздохнул. Это была не хуйня, но думать об этом я сам не хотел, понимал чем глубже думаешь, тем хуже становится. Сцепил руки в замок… Избавься от девчонки… А могу ли я избавиться… Кто сука знал что она из семьи Громова, кто…

Резкий звонок телефона. Марат. Сука что-то случилось. Резко вскакиваю. Сам не понимаю почему сердце так бешено бьется.

– Да! Еду! Отвечаю! Убью гниду! Завалю этого пидора!