Глава 4

— Адептка Арис, вы что, плачете? — мгновенно отреагировал декан.

— Нет, я смеюсь, — всхлипнула Альвинора, всё так же стоя к нему спиной. Плечи мелко подрагивали, но она, к сожалению, ничего не могла с этим поделать.

— И что я такого обидного сказал? Всего лишь объяснил серьёзность ситуации и предостерёг вас от неверных выводов относительно моего поведения.

«Он действительно не осознаёт, что не так сказал?!»

— Вы поймите, — снизошёл архимагистр до объяснений, — каждый год повторяется одно и то же: первокурсницы питают на мой счёт необоснованные иллюзии и первая неделя занятий превращается в сущий ад. Правда к началу второй я обычно доношу до адепток тщетность их усилий.

«И я даже подозреваю, каким способом… — горько вздохнула Аль. — Только к чему он это говорит?»

— Потом весь год наслаждаюсь покоем, — веско добавил Тёмный.

Алакдаэр понимал, что Светлую нужно как-то успокоить. Так как девушка хранила молчание, лишь всхлипывала, дроу решил продолжить «успокоительную» речь:

— Поэтому не обижайтесь на резкость слов, я так привык. Увы, по-другому отваживать навязчивых поклонниц не получается… — развёл он руками, а потом, спохватившись, добавил: — Это совсем не значит, что я считаю вас навязчивой или что-то такое, просто пытаюсь донести мысль: я не завожу отношений с адептками. Однако каждый раз, стоит нам встретиться, вы стремитесь удрать, будто от назойливого кавалера, и я вынужден догонять. А ведь я обсуждаю с вами весьма серьёзные и, можно сказать, жизненно важные вопросы! Вот и решил прояснить ситуацию, чтобы вы не делали неправильных выводов относительно моего внимания к вашей персоне и перестали, наконец, от меня шарахаться. Не съем я вас! И не сделаю ничего постыдного. Я прекрасно понимаю, что при первой нашей встрече вы были под действием зелья, и вовсе не считаю развязной особой. Можете об этом не волноваться и перестать отворачиваться или прятать глаза. Давайте просто забудем о том, что было, и начнём нормально общаться, как декан с адепткой. Договорились?

Спина Альвиноры, которую лицезрел Алакдаэр, немного расслабилась, плечи опустились. И хотя всё ещё слышались отдельные всхлипы, Тёмный чувствовал, что она успокаивается. Он не был специалистом по устранению девичьих слёз (скорее, профессионалом по их появлению), однако эту конкретную девушку взялся опекать. А раз так, то мастер Ал в успокоении или нет, но должен что-то предпринять, чтобы адептка пришла в себя. Он всё правильно и логично сказал.

«Что ещё я мог сделать?! Не обнять же и по головке погладить… Jävlar, что вообще за мысли такие?!»

— Успокоились? — деловито спросил дроу. — Нам ещё рабочие вопросы обсуждать…

«Чурбан бесчувственный, вот ты кто! Разве можно говорить подобные вещи так жёстко?!» — подумала Аль, но, как ни странно, немного пришла в себя и даже нашла силы обернуться, предварительно вытерев рукавом глаза.

— Ученическая форма не предназначена для утирания слёз, — устало проговорил он и, глядя в сторону (наверное, чтобы не смущать), подал Альвиноре платок.

«Белый, и пахнет хорошо. Откуда только взял?!» — она с наслаждением приняла кусочек шелковистой материи. Это, пожалуй, единственная белая вещь, которую она видела у дроу. Ну, кроме волос, зубов и белков глаз, разумеется, но это же не вещи.

— Он чистый, не волнуйтесь. Я им обычно кровь с кинжала вытираю, поэтому тщательно о нём забочусь, — «успокоил» архимагистр.

От такого заявления Альвинора чуть не выронила несчастный платок, которым, к слову сказать, уже успела воспользоваться.

— Да не дёргайтесь вы так, сказал же, чистый!

Чистый или нет, но от этого не намного легче. Главное — им вытирали кровь!

— И… — подала голос Аль, — много жертв оставили на нём свою… эм, свой отпечаток?

— Жертв? — удивился декан. — Только я: использую его, если провожу ритуал на крови.

— А… — начала было она.

— А кровь людей (или нелюдей), рискнувших на меня напасть, я вытираю об их же одежду. И использую для… эм-м… «наказания» другой кинжал. Нечего смешивать себя со всяким отребьем. Вы ведь знаете, что для ритуалов нужен отдельный, специально для этого предназначенный клинок? Или вам об этом ещё не рассказывали?

— Теперь знаю, — проговорила Альвинора, по-новому глядя на платок. На нём была его кровь. И Тёмный отдал его ей! Это… было похоже на жест доверия. Интересно, он сам это осознаёт?!

— Вернёмся к нашему разговору, — нарушил дроу возникшую паузу. — Мы говорили о вашей безопасности.

Отчего-то Ал больше не хотел видеть слёз в огромных глазах девушки, поэтому постарался говорить как можно мягче. Алакдаэр привык, чтобы его слову подчинялись без возражений, потому что только так он может помочь жертве избежать неприятностей. Но не стоит забывать, что Альвинора понятия не имеет о масштабе нависшей над ней угрозы и, наверное, именно поэтому пытается сопротивляться давлению. Возможно, стоит приоткрыть ей правду, чтобы она поняла всю степень опасности и сознательно выполняла его распоряжения.

«Эх, не умеешь ты с женщинами обращаться…» — пожурил его недавно Вульфстейн и, вполне вероятно, был прав. Но сейчас отступать некуда, ситуация почти критическая, так что придётся искать способы достучаться до этой Светлой.

— Адептка Арис, скажите мне, пожалуйста, вы чувствуете что-нибудь необычное, когда я рядом? — начал тёмный эльф.

— Ч-что? — растерялась она. — В-в каком смысле?

— В любом. То, что вы меня боитесь, я уже знаю. Может быть, что-то ещё?

Альвинора не могла понять, к чему эти вопросы, но декан уже не выглядел сердитым, а был чрезвычайно серьёзным, в общем, таким, с которым вполне можно иметь дело. Его разноцветные глаза поблёскивали и как-то странно притягивали взор.

«Всё же как необычно… и красиво», — не удержалась она от мысленной похвалы, а вслух призналась:

— Ну… Кажется, та тёмная сущность, которая поселилась внутри меня, успокаивается в вашем присутствии.

— Вот как… — он потёр пальцами подбородок, явно о чём-то размышляя.

— Да, и это уже не в первый раз, — припомнила Аль. — Стоит вам подойти ближе, и она прячется, будто послушный пёс в присутствии хозяина.

Выражение лица Аркент’тара изменилось, но было сложно сказать, о чём он думал. В очах вдруг появилась странная решимость.

— А если я сделаю так? — левой рукой архимагистр молниеносным движением выхватил из складок одежды кривой кинжал и порезал себе правую ладонь. Хлынула кровь.

Альвинора вскрикнула. И не только потому, что испугалась или удивилась, а и из-за неожиданной резкой боли, обжёгшей её правую ладошку. Аль машинально затрясла рукой.

— Что вы делаете? — воскликнула она, но тёмный эльф не дал ей времени на размышления и снова полосонул руку.

На этот раз боль Альвиноры была ещё острее, она не удержалась и всхлипнула, прижав «пострадавшую» конечность к груди.

«Если мне так больно, то как же, наверное, плохо ему», — помимо воли подумала она.

— Вот как… любопытно, — задумчиво проронил декан, глядя на её реакцию и будто бы не замечая собственные раны, которые всё сильнее набухали кровью.

Аль толком не поняла, что делает, но превозмогая боль протянула платок и прижала к ладони архимагистра.

— Как же вы так… — дрожащими губами пробормотала она. — Нельзя себя ранить… — а по щекам снова заструились слёзы то ли от собственных неприятных ощущений, то ли от вида пострадавшей руки тёмного эльфа.

— Истинная светлая, — прокомментировал её действия Аркент’тар. — Сердобольная до невозможности.

— А? — Альвинора плохо соображала и никак не могла понять, почему в подобной ситуации он настолько невозмутим.

— Адептка Арис, всё хорошо, сейчас это закончится, — удивительно мягким тоном проговорил дроу, отнял от ладони платок и заживил раны, даже следа не осталось.

Боль тут же прекратилась.

«У дроу кровь тоже красная», — почему-то подумала Аль, глядя на тёмную кожу эльфа, его длинные изящные пальцы, попутно отмечая перстни с голубым камнем на левой руке и с фиолетовым на правой.

— Простите за этот небольшой эксперимент. Как вы? Неприятные ощущения исчезли?

— Да, уже всё прошло. Но что это было? — спросила она взволнованно. — Какая-то особая магия?

— Можно сказать и так, — не стал он вдаваться в подробности. — Предлагаю поговорить об этом сегодня вечером.

— Вечером? А когда именно?

— После того, как закончите занятия с Вермандом и вычистите три клетки.

— Д-да, хорошо, — Аль не отрывала глаз от рук архимагистра.

— Что? — декан протёр кинжал платком и спрятал обратно в ножны. — Вы боитесь вида крови? Или хотите научиться бесследно заживлять раны? — он что-то прошептал — и кровь с платка исчезла.

«Ух ты, очищающее заклинание!»

— Хочу научиться заживлять. Пусть я и не целитель, но…

— Хм, ваше рвение весьма похвально, — он на миг задумался, а потом собственноручно аккуратно промокнул чистым платочком влажные глаза Альвиноры. — Такие знания действительно пригодятся для проведения ритуалов на крови, хотя в вашем случае подобное произойдёт ещё не скоро. Это высокоуровневая магия, для которой нужен полный контроль над собственной силой. Однако…

— Что? — не выдержала Аль, приятно удивлённая этим его жестом, хотя действия тёмного эльфа были больше похожи на заботу о мокром котёнке, а не о любимой девушке.

— Если нам всё же удастся провести ритуал по усилению контроля… — задумчиво протянул архимагистр. — Да, тогда для вас всё изменится в лучшую сторону. Я работаю над этим вопросом очень активно и надеюсь, что сегодня-завтра можно будет попробовать. Успех зависит от многих факторов, в том числе и от вашего здоровья. Пока организм ослаблен, ритуал проводить нельзя, иначе сила может вырваться из-под контроля и поглотить вас. Так что постарайтесь хотя бы сегодня не угодить в неприятности, — выразительно сказал он. — А сейчас идите: адепт ван Каттер, вероятно, уже давно вас ждёт.

Верманд и правда ждал, нетерпеливо постукивая слегка удлинившимися ногтями-когтями по столу.

— Всё нормально? — тут же спросил парень при её появлении. — По пути ничего не случилось? Почему не отвечала по ментальной связи?

— Прости, я с Тёмным разговаривала.

Аль вздрогнула от воспоминаний об окровавленной руке архимагистра и поймала себя на мысли, что никогда больше не хотела бы видеть ни его ран, ни крови. Да, он самодостаточный, взрослый и сильный маг, который может позаботиться не только о себе, а и тянет на своих плечах всю академию, однако, как бы смешно это ни было, Альвиноре почему-то хотелось что-то для него сделать, уберечь от возможной беды. Ей бы самой в неприятности больше не попадать, так нет, замахивается на сокровенное и недоступное. Наверное, в Аль просто говорит благодарность за то, что Аркент’тар дважды её спас.

Общаться с дроу по-прежнему тревожно и волнительно, никогда не знаешь, чего от него ожидать, и даже так… Пусть тёмный декан будет где-нибудь подальше, чтобы не нарушать покой и не тревожить душу (и не раздавать дополнительные наказания), но пускай у него всё будет хорошо!

— Чего приуныла? Снова ругал? — оборотень изучал её лицо.

— Не совсем, — качнула головой Альвинора, а перед мысленным взором снова всплыла тёмная кожа Аркент’тара, его ладонь, на которой так необычно, но страшно смотрелись порезы. Красное на чёрном. — Запретил ходить в Тиару.

— И правильно. Нападение вовсе не выглядело случайным, а это значит, что тебе и правда лучше поберечься. Но зато мне туда ходить можно. Вот, я тебе амулеты купил, — Верм отдал Аль цепочку, на которой висели два небольших кулона.

— Ой, спасибо. И для чего они?

— Один защитный, — он показал на кулон с белым камушком, — другой же — против оборотничьих, демонических и прочих навеянных чар, — у этого артефакта камень был розовым. — А вечером потренируем щиты от этих самых чар, чтобы в ближайшие дни ты научилась обходиться и без амулета.

— Думаешь, кто-нибудь может попытаться… эм, вскружить мне голову? — встревожилась Аль.

— Вполне вероятно, — сказал Верманд таким тоном, будто точно знал, что подобный экземпляр имеется. — Поэтому лучше подстраховаться.

«Час от часу не легче. Интересно, кто там на меня нацелился? Ну не Лэндгвэйн же в самом деле?!»

После сытного обеда, как ни странно, вовсе не тянуло в сон. Наоборот, Альвинора поспешила в библиотеку, потому что времени на занятия осталось не так много (скоро нужно идти на специализацию), а успеть предстояло немало.

Покосившись на то место, где она раньше видела дверку Закрытой секции, куда без особого разрешения не попадёшь, Альвинора не увидела ничего, кроме резных панелей. Да, теперь заклинание для отвода глаз работало исправно. И тем сильнее захотелось заглянуть в эту секцию и посмотреть, что же там такого таинственного.

— С чего начнём? — Верманд расположился за столом, куда Аль принялась выкладывать тетради и книги, которые принесла с собой.

— Наверное, сначала лучше сделать домашние задания, потом поработать над докладом, а дальше… — она на мгновенье задумалась, — как ты решишь. Думаю, тебе лучше знать, какие темы мне нужно подтянуть в первую очередь.

— Напомни, пожалуйста, какая там у тебя тема доклада?

— «О вреде несанкционированного изготовления и применения зелий, а также способах распознавания вредоносных веществ в собственной пище», — автоматически оттарабанила Альвинора заученную наизусть формулировку.

— Да, хорошая тема, — на губах оборотня мелькнула улыбка. Ну конечно, он не мог не понять, почему Тёмный распорядился основательно разобраться именно в этом вопросе. — Идём, покажу тебе, где какие книги для неё брать.

Ходить вдоль книжных полок и оглаживать ладонью корешки драгоценных талмудов было истинным наслаждением. Аль мысленно перенеслась в библиотеку родной школы, где провела лучшие часы своей жизни. Запах старинных фолиантов, такой знакомый и родной, шуршание страниц, пушистые обложки… Стоп, что? Пушистые?

Альвинора отдёрнула руку от одной из книг, которая распушила мех и поглядывала на нарушительницу спокойствия с недовольным прищуром, мол, чего ходим и тревожим уважаемые труды заслуженных магов. Распускать руки Аль больше не стала, тем более ещё одна книжка уже навострила иглы, чтобы впиться в пальцы нерадивой посетительницы.

— Ты поосторожней с прикосновениями, — посоветовал Верм. — Некоторые книги подпускают к себе только тех, кому в этот момент действительно нужны.

— Да уж, я как-то не учла, что это магическая библиотека.

Раздобыв всё необходимое для сегодняшних занятий, Аль поскорее расправилась с домашним заданием и с энтузиазмом стала отбирать материал для доклада.

— Сколько тебе нужно страниц? — поинтересовался оборотень, когда она дописала вступительный раздел, где охарактеризовала раскрываемую тему и сообщила ряд общих сведений.

— Пятьдесят, — вздохнула Альвинора и глянула на парня, который как раз закончил собственное домашнее задание.

— Ты ведь понимаешь, что нужно не просто написать доклад, но и запомнить всё, о чём в нём говорится?

— Да, конечно. В моём случае это жизненно важно.

— Хорошо, что ты понимаешь серьёзность ситуации, — заметил наставник.

А потом Аль вдруг ощутила едва уловимый магический всплеск и с удивлением посмотрела на Верманда:

— Что это?

— Заклинание для улучшения памяти, — сообщил он, понизив голос. — Теперь тебе достаточно одного прочтения, чтобы запомнить информацию.

— А это не запрещено? — шёпотом спросила она. — Получается не очень честно по отношению к остальным адептам, я так не привыкла.

— Иметь свои принципы и убеждения, конечно, замечательно, однако у тебя слишком огромные пробелы в знаниях, — совершенно справедливо заметил Верманд. — Поскольку ситуация с внезапным пробуждением твоей магии весьма неординарна, то и методы её разрешения должны быть соответствующими. Когда наверстаешь всё, что должна сейчас знать, заклинание развеется, и дальнейшие успехи будут зависеть лишь от твоих усилий. Такой вариант тебя устроит?

— Такой да. Но мне интересно, почему остальные адепты не применяют эту магию?

— Потому что подобные заклинания разрешено использовать начиная со звания магистранта и выше, иначе все адепты бы обленились и ничего не хотели делать, надеясь только на силу магии, а не на свои собственные способности, — поведал оборотень, потихоньку собирая вещи. — Исключение делают лишь для адептов, которые участвуют в межакадемических турнирах, чтобы они могли лучше подготовиться и достойно представить своё учебное заведение.

— О, так ты тоже участвуешь? — Аль было приятно оттого, что её временный наставник имеет такой высокий уровень знаний.

— Не удивляйся, но я даже должен был быть в одной команде с Лэндгвэйном, пока его не понизили.

— Эм, что значит «понизили»?

— О, так ты ещё не знаешь? — воскликнул Верм. — Лэнд и его ребята теперь снова на первом курсе.

— Что?

Тут, наверное, в пору радоваться и злорадствовать, что обидчики получили по заслугам, но Альвинору обуревали совсем другие чувства.

— Насколько понимаю, Тёмный их так наказал за то, что зельем тебя опоили, — парень принялся листать книги для начинающих магов, которые Аль разложила на столе, чтобы подтягивать хвосты.

— Получается… теперь они учатся вместе со мной? — она так растерялась, что едва не черкнула жирную линию в одной из книг и лишь чудом успела остановить руку. — И я буду встречать их на каждой паре? Ужас какой!

— М-да, ситуация неприятная, — Верм на мгновение замер, но потом снова углубился в своё занятие. — Зато сейчас они должны присмиреть, иначе точно вылетят из академии. Но ты всё равно не ослабляй бдительность и, если что, сразу же связывайся со мной. Можешь ещё через пернатых передать, они меня найдут.

— А как тех птичек звать-величать? — не могла не спросить Аль. — Каждый раз забываю узнать.

— Синего зовут Чар, его подругу — Тая. Когда я был ещё на первом курсе, спас их от проделок адептов (как и ты недавно), вот они ко мне и привязались, — неожиданно разоткровенничался оборотень. — До сих пор не понимаю как, но пернатые меня постоянно находят, когда нужен.

«Было бы неплохо научиться при необходимости вызывать таких замечательных птичек. Надеюсь, мой дар в этом поможет».

— Кстати, а преподаватели знают, что ты на меня заклинание навесил? — спохватилась Альвинора. — Или это полностью твоя инициатива?

Верманд заложил какие-то страницы и продолжил перелистывать книги, очевидно, отыскивая наиболее стратегически важные темы, которые нужно освоить в первую очередь.

— Аркент’тар дал добро, другие тоже возражать не будут, — успокоил он. — Все прекрасно понимают, что тебе нужно помочь поскорее освоиться. А на выпады профессора Ромуда не обижайся. Он у нас маг старой закалки, уже третью сотню лет разменял, так что судит по тем порядкам, которые были приняты в дни его молодости.

— Я к нему сегодня на факультатив собираюсь: мне чем больше занятий по контролю, тем лучше.

— Правильная тактика, — похвалил парень и сделал ещё одну закладку. — Он это оценит, пусть и не сразу. Только постарайся аудиторию не разгромить.