Глава 30. Зоопарк

День пятнадцатый. Воскресенье

Пробуждение было… внезапным. Кто-то мелкий запрыгнул на мою кровать и заскакал по ней.

— Вика, просыпайся!

— Костик, отстань! — буркнула я, не открывая глаза, выдернула из-под головы подушку и привычно запустила в брата. Раздался вскрик — ага, попала! — и на мои ноги свалилось что-то некрупное, но увесистое.

— Вика, вставай, ну, вставай уже! — на мне ещё и попрыгали. — Сколько можно спать! Папа нас в зоопарк повезёт, а ты всё спишь и спишь!

И вот слыша этот звонкий детский голос, который принадлежал вовсе не моему братишке, я постепенно выкарабкивалась из сна — а снилось мне что-то смутное, но очень приятное, — и осознавала, что нахожусь я вовсе не на нашей ферме, а в посёлке магов. И это Оля скачет по моей кровати, пытаясь меня разбудить, а вовсе не Костик.

— Что случилось? — рывком сев и щурясь — глаза открываться не желали, — я уставилась на малышку, которая, довольная выполненной миссией, перестала прыгать и уселась на мою кровать.

— Так зоопарк же! — всплеснула она руками. — Папа нас поведёт! Я никогда в зоопарке не была, и близняшки — тоже, только в маленьком, пере… пере…

— Передвижном? — подсказала я.

— Ага! А ты сейчас вообще без магии, тебе можно в город, а папа в отпуске, и мы тут — выходной же! И мы спросили у папы, а он сказал, что можно. Только нужно подождать, когда ты проснёшься. Ты проснулась уже, пойдём. Зоопарк же!

— Ну, как? — в приоткрытую дверь заглянули две кудрявые черноволосые головки.

— Она уже проснулась! — обрадовала их Оля.

— Это хорошо, а то папа не разрешил тебя будить, — заходя в комнату, сказала Алиса. — Вот мы Олю и запустили посмотреть, не проснулась ли ты. А если что — она же маленькая, ей не попадёт.

И посмотрели все трое, как котята из мультика про Кота в сапогах.

— Да, я уже сама проснулась, — давя зевок, покивала я и, встав, направилась в ванную, краем глаза заметив, как близняшки дали друг другу «пять». Вот хитрюги!

За завтраком Ростислав подтвердил, что согласился отвезти нас всех в зоопарк, раз уж и правда так всё удачно совпало — воскресенье, его отпуск и моё магическое истощение, оказывается, и из него можно извлечь выгоду. Я радостно поддержала идею, поскольку если и была в раннем детстве в зоопарке, то этого не помнила, а потом уже как-то не до зоопарков было, нужно было прятаться от магов. Да и просто выбраться из посёлка хоть куда-нибудь очень хотелось.

Людмила же с нами ехать отказалась, чему никто не удивился — у неё жених, и у них остался лишь сегодняшний день, а потом опять разлука на несколько дней. В следующую пятницу — последний день занятий у старшеклассников, в субботу — выпускной, а потом — каникулы.

Я думала, что мы перенесёмся сразу в зоопарк, но нет, Ростислав решил устроить нам настоящую экскурсию. Сначала, через стационарный портал, мы перенеслись в ЦУМ — нам всем было интересно его увидеть, и зал порталов, о котором прежде только слышали — тоже.

Пройдя сквозь портал, мы оказались в небольшом зале, а точнее — в широком коридоре с десятком, или около того, таких же арок, как в посёлке, только расположенных вдоль стен и выглядевших гораздо проще. Как оказалось, наша, та, что в посёлке, была разукрашена узорами лишь для красоты, никакой другой пользы от них не было, а здесь все арки были металлическими, гладкими, функциональными. Единственным «украшением» служил овал, обозначающий место прикладывания ладони, а так же табличка над ним. На нашей было написано «Посёлок Лесной».

— Запомните на всякий случай: наш портал — второй слева, если зайти в зал посёлков снаружи, — Ростислав показал нам на обычную двустворчатую дверь в торце, выделяющуюся среди портальных арок.

Мы вышли в эту дверь и оказались в новом, более широком коридоре, здесь были лишь обычные двери, как та, из которой мы вышли. На нашей было написано «Посёлки и ШМ», напротив я увидела таблички: «УМ России», «УМ Европы», «УМ Азии», на соседней двери: «Аэропорты России», дальше коридор убегал вдаль, сколько там ещё дверей, было не сосчитать, но несколько десятков точно.

С другой стороны был торец коридора, всю его ширину занимало несколько стеклянных, раздвигающихся дверей, и в них постоянно кто-то входил и выходил, а по коридору сновали маги, и, реже, люди, везлись на тележках или плыли по воздуху — вслед за кем-то или сами по себе, — коробки, чемоданы, ещё какие-то предметы. Я заметила даже доставщика пиццы в ярко-жёлтой униформе и с квадратным рюкзаком за плечами. Кто-то заходил снаружи в стеклянные двери, а кто-то выходил из одной обычной и заходил в другую, такую же.

— Да, здесь оживлённо, — кивнул Ростислав, видя, как мы, не сговариваясь, отступили ближе к нему, чтобы пропустить всех этих, куда-то спешащих людей. Потом взял за руки Олю и Олесю, а Алиса уцепилась за меня. — Мы в Центральном Управлении Магии, сюда сходятся все порталы со всего мира. Конечно, в остальных Управлениях тоже есть порталы, но не в таком количестве, здесь — основной перевалочный пункт.

— Это как пересадка с поезда на электричку? — уточнила Олеся. — Мы так однажды к маминой тёте ездили. С пересадкой.

— Верное сравнение, — кивнул Ростислав. — Это место — словно самый главный вокзал, где происходят все пересадки.

Двое магов, зайдя в коридор, остановились рядом с нами, слегка склонив головы перед правителем — мы явно загораживали им вход в нужную дверь. Так же, чуть склонив головы — мы с девочками повторили жест Ростислава, видимо, означающий что-то вроде приветствия, — мы освободили им дорогу, дружно вышли через стеклянную дверь и оказались в огромном холле, высотой этажей в десять или выше.

В отличие от абсолютно нейтрального коридора, где мы только что были — простого, прямоугольного, со светло-коричневым полом, а всё остальное было окрашено в белое, — здесь было так красиво, что захватывало дух. Одна стена была целиком стеклянная, с трёх сторон — каскады этажей с ажурными ограждениями, к ним вели лифты в прозрачных шахтах и эскалаторы — всё поражало изяществом и какой-то воздушностью. Резные колонны, множество растений, мозаика, стеклянный потолок, сквозь который солнце заливало всё вокруг, добавляя какой-то праздничности. Пол, отделанный мрамором или покрытием под него, был отполирован так, что можно было разглядеть своё отражение. И завершали картину фонтан в центре холла и водопад, падающий вниз с высоты третьего этажа. Наверное, чтобы всё подробно рассмотреть, понадобилось бы не меньше часа.

Я оглядывалась по сторонам, едва ли не открыв рот, не замечая проходящих мимо людей, и очнулась, лишь когда Алиса потянула меня за руку.

— Вика, пойдём!

— А? Извини, — я оглянулась. Ростислав с Олей и Олесей стоял в нескольких метрах, дожидаясь меня. — Так всё красиво!

— Насмотришься ещё, а там зоопарк!

И правда, ЦУМ в ближайшие годы никуда не денется, мне через него ещё на учёбу ездить, а когда мы ещё раз сможем выбраться в зоопарк — неизвестно. Моя магия всё ещё полностью мною не освоена, и нужно пользоваться моментом, когда я безопасна для окружающих.

Хотя до сих пор я ещё ни разу ни для кого опасность не представляла. Но всё когда-нибудь бывает впервые.

Идя по холлу в направлении выхода — он находился как раз напротив тех стеклянных дверей, что вели в портальные залы, и тоже, кстати, был стеклянным и раздвигающимся, — я заметила, что очень многие прохожие внимательно на нас смотрят. Некоторые даже останавливались и провожали нас взглядом. Интересно, это потому что Ростислав — правитель? То есть, для магов даже главнее, чем президент?

Об этом я и спросила, когда мы, выйдя на улицу, куда-то шли вдоль здания. Тут на нас тоже смотрели, но меньше — здесь людей было гораздо больше, а они вряд ли знали о самом существовании правителя магов, не то что, как он выглядит.

— Да, во мне узнали правителя, но я в ЦУМе — не такое уж редкое явление, это то место, где я бываю каждый день. Если не считать отпуска, — уточнил Ростислав. — А вот я с дочерями — явление, прежде здесь практически не виданное. Бывал я тут пару раз с Полиной и один раз с Людмилой, но очень давно.

Вдруг царапнула мысль, что люди, наверное, и меня принимают за дочь Ростислава, и мне это не понравилось. Совершенно не понравилось.

— К тому же, — продолжил он, не догадываясь о моём мысленном недовольстве, — юная девушка с шестой категорией не может не вызывать удивления и любопытства. И близнецы тоже притягивают внимание — такое у нас редкость, есть пара двойняшек, но не идентичных. Поэтому не удивляйся, что на нас будут оборачиваться. Маги — из-за вышеперечисленного, а люди — потому что мы, маги, им всё ещё в диковинку.

— А я? — немного обиженно протянула Оля. — Я не притягиваю внимание? Ну, не только потому, что маг? — и она потеребила свой идентификатор.

— Конечно, притягиваешь, — успокоил её Ростислав. — Думаю, окружающие редко видят таких хорошеньких девочек, как ты.

Он сказал это с совершенно серьёзным лицом, без намёка на улыбку, и малышка просияла и радостно заскакала, цепляясь за его руку. Мы же с Алисой переглянулись и дружно посмотрели в сторону, чтобы Оля не заметила наших весёлых физиономий. Ну хочется малышке тоже быть особенной и привлекать внимание, почему бы и не поддержать её в этом желании? А вот я бы с удовольствием вновь стала обычной девушкой с фермы, чужой интерес меня нервировал. Не привыкла я быть в центре внимания.

Жаль, что снимать идентификатор нельзя. Я бы предпочла затеряться в толпе обычных людей, но я маг, это не отменить и не исправить, приходится терпеть неудобство. Хорошо, что такое бывает редко. Если не считать первого знакомства с обитательницами посёлка — второй раз. Больничный коридор в Лисьих горах не в счёт, мы там и были-то полминуты всего. Ах, да, ещё школа магии, но там на нас так не пялились.

Начинаю понимать желание магов жить в уединённых посёлках.

Пока я обо всём этом размышляла, мы вышли на стоянку и подошли к машине, которая пиликнула и моргнула в ответ на нажатую Ростиславом кнопку на брелке. Я в иномарках вообще не разбиралась, мне сельскохозяйственная техника ближе, но даже мне показались какими-то необычными фары этой большой чёрной машины. Узкие, словно прищуренные. Раскосые. Хищные какие-то.

— Ух ты, Ягуар! — воскликнула Алиса, первой подбежав к машине и рассматривая эмблему на капоте.

Ого! Впрочем, что-то подобное можно было бы предположить у правителя магов. Хотя, зачем ему, портальщику, машина, не очень понимаю. Наверное, для статуса.

— А он что, прямо здесь и стоит? — Алиса обвела рукой стоянку, которая хотя и имела ограду и ворота — но никакой видимой охраны, да и ворота были настежь.

— Что может случиться с машиной на стоянке возле ЦУМа? — хмыкнул Ростислав. — Но ты права, обычно Ягуар стоит в подземном гараже. Я просто попросил кое-что в него добавить, а заодно и на парковку выгнать, чтобы нам не пришлось за ней под землю спускаться, а это шестой уровень.

— Так глубоко? — ахнула Оля.

— Я редко пользуюсь своими машинами, и Ягуаром — реже всего, обычно перемещаюсь порталами. Но порой без машины не обойтись. В таких случаях я беру БМВ, он стоит на подземной парковке дома, где находится моя квартира, но там купе, и мы все в него не поместимся.

— Здорово! — воскликнула Алиса. — Это хорошо, что не поместимся. Я про Ягуар раньше только слышала, но никогда не каталась.

Я хотела сказать, что и на БМВ-то никогда не каталась, зато никто из них точно не ездил на картофелеуборочном комбайне, но решила оставить эти мысли при себе, потому что, хотя и не подпрыгивала, хлопая в ладоши и повизгивая от предвкушения, как девочки, а покататься на Ягуаре тоже хотела.

Ну, что сказать. Никакого сравнения с комбайном, уазиком или даже папиным Рено. Я удобно устроилась на переднем сидении, девочки сзади — Оля в автокресле, близняшки на бустерах. Наверное, именно их и добавили в Ягуар по просьбе Ростислава. Тщательно зафиксировав всех нас, он уселся за руль, и машина тронулась, плавно и практически бесшумно.

Если честно, я мало что увидела во время поездки, больше наблюдала за Ростиславом, за его чёткими движениями, сосредоточенным лицом, за тем, как уверенно и аккуратно он вёл мощную машину. И улыбалась восторженным возгласам девочек — они никогда «вживую» не видели такого количества людей и машин, архитектура их мало интересовала, а вот какой-нибудь смешно одетый человек или яркий баннер привлекал внимание. А мелкие собачки в нарядной одежде, которые вместе с хозяином собирались переходить дорогу, когда мы притормозили на светофоре, вызвали настоящий восторг.

— Ой, у них капюшончики! — прилипнув к стеклу, восторгалась Алиса. — А у той, с лохматыми ушками, ещё и рюкзачок.

— Их хозяин на осьминога похож со всеми этими поводками! — смеялась Олеся, заглядывая поверх её плеча.

— Мне не видно, — расстроилась Оля, сидевшая позади мощной фигуры Ростислава.

Я быстро достала смартфон из маленькой сумочки через плечо, которой снабдила меня Людмила, и сняла переход через дорогу нервного парня и десятка его питомцев, которые бежали кто куда, путаясь в поводках, кто-то стремился вперёд, кто-то тянулся сзади, не желая идти. И правда, забавная вышла картина. Когда мы тронулись, и парня с собаками больше видно не было, я протянула смартфон Оле, и все три девочки приникли к экрану — когда парень сошёл с тротуара на дорогу, его собачек уже никто из них видеть не мог.

Остановились мы, заехав на какую-то платную стоянку со шлагбаумом.

— До зоопарка ещё три квартала, ближе припарковаться практически невозможно, — пояснил Ростислав, когда мы выбрались из машины и сбились в стайку, с любопытством озираясь вокруг. Любопытство удовлетворить было особо нечем — большая стоянка с металлическим забором, за забором — дома, на стоянке — машины, вот и всё. — Прогуляемся или пройдём порталом?

— Порталом, — ответили мы хором. Поскорее попасть в зоопарк хотелось даже мне, хотя я уже взрослая, ну, по крайней мере, совершеннолетняя. Мелькнула мысль — а почему мы сразу из ЦУМа не прошли порталом? — но я тут же её отбросила, поездка на Ягуаре — уже сама по себе приключение.

— Тогда — вперёд, — скомандовал Ростислав, и спустя пару секунд мы оказались рядом с билетными кассами. — А теперь — слушайте правила. Держимся друг за друга, никуда не разбегаемся. Если всё же потерялись — оставайтесь на месте и звоните мне.

— А я телефон не взяла, — пискнула Оля.

— Я тебя и без телефона отыщу, не волнуйся. Да и вас тоже, — Ростислава взглянул на близняшек. — Но, ориентируясь на телефон, я открою к вам портал сразу, а по сигналу чипа нужно идти ногами, это чуть дольше. Но лучше постарайтесь не теряться, хорошо?

— Хорошо, — ответили мы хором, а я крепче сжала Алисину ладошку.

Следующие несколько часов мы бродили по зоопарку. Посмотрели всех зверей, заглянули на выставку рептилий, сделали сотни фотографий и видео животных и друг друга — рядом с клетками и вольерами, возле разных скульптур и верхом на них — даже я дала себя уговорить и залезла на железного кабана, чья спина ярко блестела на солнце, отполированная многочисленными «наездниками», а девочки ещё и на пони покатались.

Мы стали обладателями бейсболок с эмблемой зоопарка и плюшевых игрушек из сувенирного киоска — я выбрала панду. Поумилялись звериной малышне на детской площадке, повеселились, глядя на прыжки и ужимки обезьян, и покормили карпов и уток, которые наперегонки кидались подбирать брошенные им в воду куски хлеба.

А ещё мы покормили верблюда. Он, вместе с парой товарищей, находился в огромной яме, от которой зрителей отгораживал широкий каменный барьер высотой мне выше пояса. И если человек наклонялся и протягивал руку, а верблюд вытягивал шею, то вполне дотягивался до предложенных лакомств, чем один из троицы и занимался, расхаживая вдоль барьера и зорко высматривая протянутые к нему руки, пока два остальных верблюда дрыхли в сторонке.

Кстати, это был единственный вольер, на котором не было таблички «Животных не кормить», я специально искала и не нашла.

Но больше всего нам понравился один жираф. Вообще-то в зоопарке было несколько жирафов, но остальные разгуливали по огромному огороженному полю вместе с зебрами, а этот почему-то был в отдельном, хотя и тоже очень просторном вольере, в другой части зоопарка. И если обитатели поля зрителей игнорировали, и на них мы смотрели издалека, то этот явно получал огромное удовольствие, красуясь перед людьми.

Заметив группу зрителей, он подходил вплотную к ограде, прохаживался вдоль неё, принимая восторги и комплименты, а когда кто-то делал с ним селфи — практически позировал, заглядывая в экран через плечо человека. Сделанная Ростиславом фотография с жирафом привела нас в восторг и тут же стала моей любимой — мы, четверо, перед клеткой, а позади нас огромное прекрасное животное, склонившее шею так, что его морда находилась лишь чуть выше моей макушки. Оля уверяла всех, что жираф на фото улыбается. Мы с ней согласились.

Стоило нам отойти от ограды, как жираф тут же быстрым шагом направился к другой стороне вольера, где уже собралась небольшая толпа — наслаждаться уже их восхищением.

Наконец, усталые, объевшиеся мороженого, переполненные впечатлениями и ужасно довольные, мы отправились обратно. Дружно решили возвращаться тем же путём — порталом до Ягуара, потом в ЦУМ, а оттуда уж домой. Конечно, можно было уйти в посёлок сразу же из зоопарка, а машину потом кто-нибудь заберёт, но нам хотелось продлить этот день, после которого снова начнутся учебные будни. Ну, для меня пока не учебные, но всё равно будни.

Возвращение в ЦУМ прошло без происшествий. В роскошном холле я снова притормозила, пытаясь за те секунды, что нужны, чтобы пересечь его, рассмотреть всё, что можно, но это было нереально.

— Если хотите, я привезу вас сюда ещё раз, устрою экскурсию и покажу свой кабинет, — видя, как я верчу головой, едва шею не выворачивая, предложил Ростислав.

— Да! Да! Хотим! — радостно закричали девочки, а я улыбнулась и кивнула. Ещё как хочу.

Когда мы вошли в дверь с надписью «Посёлки и ШМ», то увидели, что в коридоре мы не одни. Возле дальней стены и портальной арки в ней, мы обнаружили Даниила Андреевича, который присел на корточки перед девочкой лет пяти, полненькой, темноволосой, со смешным хвостиком-фонтанчиком на макушке. Она стояла, сжавшись, обхватив себя ладонями за плечи, недовольное лицо повёрнуто в сторону, взгляд в пол, нижняя губа надута и дрожит.

— Не хочу, — ответила она, видимо, на какие-то слова Даниила Андреевича и замотала головой.

— Но Света, ты же знаешь, маленькие волшебницы должны учиться в школе магии, — увещевал её маг с явной безнадёжностью в голосе. Такое чувство, что повторял он это не впервые.

— А я не хочу, — девочка набычилась ещё сильнее.

— Но почему? — мужчина был едва ли не в отчаянии.

— Да потому что я там никого не знаю! — сквозь слёзы выкрикнула девочка, всплеснув руками, потом снова обхватила себя. — Не хочу. Я домой хочу, к маме.

— Светочка, мама тоже хочет, чтобы ты училась в школе для волшебниц, а если не будешь учиться, то можешь наделать много бед.

— Всё равно не хочу, — девочка притопнула ножкой. — И не пойду!

Мы притихли, с интересом наблюдая за разворачивающейся в нескольких метрах от нас сценой, но нас, похоже, не замечали.

— Это всего на неделю, — зашёл Даниил Андреевич с другой стороны. — А потом ты будешь жить в чудесном посёлке, в красивом доме с замечательным садом. Там есть большая детская площадка, на ней много горок и качелей. А ещё есть речка, ты же любишь купаться?

— Я и там никого знать не буду!

— Ты будешь знать меня.

— Вы чужой дядя, я вас не знаю! — и, скрестив руки на груди, девочка повернулась к магу спиной. Тот потёр лицо ладонями и взъерошил волосы жестом полного отчаяния.

— Новенькая? — обратился к нему Ростислав. Мужчина вздрогнул, словно только что нас заметил, потом поднялся и кивнул. — Чья она?

— Моя, — растерянно развёл руками Даниил Андреевич. — Мне нужно хотя бы несколько дней, чтобы приготовить нам дом, а она не хочет идти в школу. Не силой же её тащить.

Девочка, услышав разговор, оглянулась и подозрительно взглянула на нас. Оля решительно зашагала к ней.

— Привет, я Оля. Хочешь зебру? — и тут же сунула девочке свою игрушку, та, растерявшись, взяла. — А тебя Света зовут, да? А почему ты в школу магии идти не хочешь, там знаешь, как хорошо! И весело. И много таких, как мы, и нас всему учат, и ещё там есть животные всякие и бассейн, а ещё можно сок и яблоки брать, когда захочешь, а конфеты только после обеда, но когда будем в старших классах, то хоть всё время их ешь. А я лампочки зажигаю, а ты что умеешь?

Немного ошарашенная таким напором и потоком информации, девочка прошептала:

— У меня игрушки летают…

— А-а, телекинез, — глубокомысленно покивала Оля и вновь затараторила. — Очень удобно, хороший дар, я бы тоже так хотела, может, и у меня будет вторым даром, у нас ведь не один дар бывает, а несколько, вот и у тебя ещё много будет. И ты всему научишься, может, даже летать сумеешь, это называется ле-ви-та-ция, у нас в школе она только у двух девочек есть, вот им все завидуют, они даже выше школы могут подниматься, я тоже хочу так, а ты?

— И я, — пискнула Света, с лёгким благоговением глядя на Олю снизу вверх. Мне пришло в голову, что это для нас она малышка, но для дошколят разница даже в год — это много, и Оля, наверное, кажется дочери Даниила Андреевича очень взрослой и всезнающей.

— Тогда тебе обязательно нужно учиться. Вдруг дар проснётся — а ты и не знаешь, как с ним управляться. Взлетишь — и упадёшь. И расшибёшься. Прям насмерть!

— Я не хочу!

— И никто не хочет. Поэтому все и учатся.

— Я там никого не знаю, — Света снова оттопырила губу.

— Ты меня знаешь. Хочешь, я с тобой пойду и всё тебе покажу? Папа, — обернулась она к нам, — можно, я с дядей Даниилом в школу пойду? Мне же всё равно туда возвращаться.

— Спасительница моя! — тихо, но от души пробормотал Даниил Андреевич.

— Можно, Оля, — кивнул Ростислав. — Людмила сегодня вернётся поздно, поэтому обязательно скажи воспитательнице, что до вечера ты под её присмотром, хорошо?

— Хорошо! Пойдём, — девочка схватила новую подружку за руку и потащила к арке, на которой было написано «Школа магии». Так вот что за таинственное «ШМ» было написано на двери зала.

— Это твой папа? — спросила Света, оглядываясь на нас. Даниил Андреевич подхватил с пола большую сумку, видимо, с вещами дочери, и тоже шагнул к арке.

— Да. Это папа, это Алиса и Олеся, они близнецы, видишь, какие одинаковые! Они мои сёстры, а ещё у меня есть старшая сестра, Людмила, но она с нами в зоопарк не поехала, у неё жених есть, а это Вика, она папина невеста.

Мне показалось, что я ослышалась. Я — кто?

— Поздравляю, — заулыбался Даниил Андреевич.

— Круто! — восхитились близняшки и почему-то дали друг другу «пять».

— Ой, это же секрет! — ахнула Оля и прижала ладони ко рту. — Людмила меня убьёт! — пробормотала себе в ладони, невнятно, но вполне разборчиво.

— Всё-таки нужно нам было вчера поговорить, — вздохнул Ростислав.

Нет, я не ослышалась. Оля действительно назвала меня невестой Ростислава. И он её не поправил.