Глава 26

— Что, Рива, огребла за статью? — поинтересовался Лэнд, надраивая ступеньку деревянной лестницы. Он отправил ребят на другой участок, а сам уединился с невестой, чтобы поговорить.

— А то сам не видишь! — раздражённо пробурчала она, натирая соседнюю.

— Надеюсь, больше ты такой глупости не сделаешь? — на всякий случай спросил он.

— Даже если бы и хотела, то всё равно не получится. Ректор уволил того человека, который мне помог со статьёй, — вздохнула эльфийка.

— Так быстро? Вот и замечательно! — эльф принялся за следующую ступеньку, намереваясь поскорее перейти к перилам: их не так тяжело мыть. — Нечего делать эту неумёху центром внимания, иначе на её фоне будешь выглядеть бледной тенью.

— Да как ты… — Рива взмахнула тряпкой, разбрызгивая мыльный раствор по уже вымытому участку. — Верманд не променяет меня на эту недоучку!

— Уже променял, — хмыкнул Лэнд. — Тебе нужно просто смириться…

— Ну уж нет! — она воинственно обмакнула тряпку в ведро с раствором и ещё энергичней принялась за работу, будто подтверждая силу своих намерений. — У меня есть целых два года до окончания академии. Я сумею его завоевать!

— Делай, как знаешь… — бросил эльф. — Только Нору больше не трогай! Никакого Ледяного ветра или чего-то подобного… — он взмахнул рукой — и вышеназванное заклятие подхватило волосы Ривариэль и превратило аккуратную причёску в хаос.

— Лэнд! — вскрикнула девушка, отбросила тряпку и машинально схватилась грязными руками за голову, ощупывая учинённый беспредел и пытаясь привести себя в надлежащий вид. — Ты что творишь? Совсем тормоза отказали? Да что с вами со всеми?! Носитесь с ней, как с сокровищем каким! Что один, что другой!

— Кстати, о Верме. У нас сейчас боёвка, так что я пошёл переодеваться. Не скучайте тут без меня, я к вам скоро снова присоединюсь, будьте неладны эти отработки! — он направился в сторону общежития.

Верманд и Курт шли на дополнительную пару боёвки. Её добавили к основному расписанию, и теперь два раза в неделю по вечерам адептам предстоит дополнительная практика. Это совместная пара боевиков и защитников, которую проводят начиная с 3 курса декан-защитник и замдекана-боевик, чтобы совершенствовать работу в парах. В принципе, Верманд ввёл бы её уже с первого курса, потому что практики ему на первых двух годах обучения было маловато.

По пути на полигон им встретилась на удивление растрёпанная Ривариэль, которая усердно драяла лестницу. Верм уже знал о её нападении на Альвинору, поэтому миндальничать с эльфийкой не собирался. Лэнда видно не было (наверное, ушёл переодеваться перед боёвкой), зато его компашка тоже была в сборе (парни мыли скамейки), как и Сирион с Нэстой (а эта парочка копалась в клумбе).

Увидев Верманда, девушка тут же бросила работу и пошла навстречу.

— Значит, любишь задирать девочкам юбки? — едва сдерживая раздражение, спросил он, когда эльфийка приблизилась. — Вот так? — оборотень взмахнул рукой — и юбка Ривариэль взлетела выше груди. — Не знал, что у тебя такие странные пристрастия…

Дружки Лэнда присвистнули. Рива взвизгнула и прижала юбку к ногам, и по её взгляду было видно, что девушка готова хорошенько расцарапать их наглые физиономии.

— Ты что делаешь?! — возмутилась она.

— Я же просил не трогать Альвинору! — резко сказал Верм. — Ей и так нелегко. Она сейчас там умирает лежит… — раздосадованно добавил он и пошёл прочь.

Когда Верманд ушёл, Курт притормозил возле эльфийки и попытался извиниться за друга:

— Ты прости Верма, он немного не в духе. Хотя, Рива, ты тоже виновата, но всё равно он ведёт себя грубо.

— А ты, конечно же, нет! Ты, разумеется, совсем не такой! — съязвила в ответ она, пытаясь удержать слёзы унижения.

— За что ты так? Я же тебя ничем не обидел, — насупился оборотень, да так смешно у него это получилось, что злиться дальше было невозможно.

— Ладно, забудь, — отмахнулась Рива, справившись с собой. — О чём он говорил? Что там с Зазнайкой случилось? — насторожилась она.

— Её какой-то гадостью опоили, — сообщил Курт. — Сейчас Альвинору пытаются выходить целители. Верм хотел разузнать, что там и как, но нас даже не пустили. И не говорят ничего конкретного. Так что ты лучше не приближайся к нему, он на взводе.

Верманд сжал кулаки: эта ушастая парочка не устаёт его выбешивать. Кстати о Лэнде. Оборотень ощутил, как в нём снова закипает ярость. Вечер намечается жаркий. Да, эта длинноухая сволочь сегодняшнй день надолго запомнит. Уж Верм об этом позаботится!

Лэнд как раз покинул раздевалку, когда его заловил оборотень. Верманд преградил путь, и выражение лица боевика обещало нескучный вечер.

«Наконец-то ты близок к тому, чтобы выйти из себя. Долго же я этого добивался…» — с удовлетворением подумал эльф.

— Зачем ты вчера весь вечер ходил за нами по пятам? — процедил Верм.

Его раздражали нахальные глаза беловолосого гада, который не мог не приложить руку к неприятностям, произошедшим сегодня с Альвинорой, но явно чувствовал, что останется безнаказанным.

— Ты о чём? — не понял Лэнд или просто сделал вид, что не понял. — С каких пор прогулки по Тиаре запрещены или должны проходить по определённому маршруту? Где хочу, там и гуляю.

— А сегодня ты тоже решил прогуляться вместо отработок? И совершенно случайно как раз возле того места, где Альвинору напоили какой-то дрянью!

— О! Наша новенькая снова попала в неприятности? Сочувствую, — преувеличенно вздохнул белобрысый. — Что же ты за ней так плохо присматриваешь?

Верманд сжал кулаки. Отчаянно захотелось без всякой магии дать эльфу в глаз. Или в челюсть. Хотя зачем выбирать что-то одно?

— Меня попросили, по возможности, найти того, кто с ней это сделал, — сдержавшись, проронил оборотень, наблюдая за реакцией бывшего друга.

Ничего. Ни малейшего чувства вины или страха быть разоблачённым. Всё тот же наглый высокомерный взгляд.

— Эй, ребят, вы чего? Пара уже начинается… — вышедший из раздевалки Курт хлопнул Верма по плечу, а потом потащил на полигон. — Там и посмотрите, кто сильнее.

Когда преподаватели скомандовали выбрать себе соперника, Верманд специально стал в пару с Лэндом.

— Итак, атакующий сначала применяет точечные заклинания, а потом пробует атаку из нескольких заклинаний, — инструктировал магистр-волк.

— Защитник накладывает несколько последовательных щитов, — продолжил в свою очередь декан-защитник. — Ваша задача — посмотреть, сколько из них выдержат атаку. Затем защитник должен наложить абсолютный щит и определить разницу. К концу занятия мне нужны ваши выводы, что же эффективнее: один абсолютный щит или комплексная защита из нескольких разноплановых. Выполняйте!

— Ну что, начнём? — тоном, не предвещающим ничего хорошего, проговорил оборотень-кот.

— Пожалуй, — лениво согласился эльф.

«Да, это другие будут отрабатывать практические навыки, а мы с Вермом наконец-то «побеседуем». Хотя не ожидал, что это призойдёт сегодня. Жаль, накопители из раздевалки не взял. Но у нас же тренировочный бой, так что половины резерва должно хватить».

И они сошлись в поединке. Оборотень был зол. Это чувствовалось даже на расстоянии. Уже первая его атака, которая должна была быть лёгкой и разминочной, снесла Лэнду три из четырёх щитов. Эльф поспешил закрыться абсолютным щитом невысокого уровня, чтобы побыстрее, но тот был разбит. Тогда он понял, что шутки кончились и нужно драться всерьёз. Следующий комплексный щит состоял уже из десяти разноплановых слоёв, но Верманд не вдохновился размером преграды и с первого удара разрушил сразу шесть, после чего не дал противнику опомниться и быстро расправился с остальными.

Лэндгвэйн по-настоящему забеспокоился и создал мощный абсолютный щит, не пожалев ни сил, ни времени. Он чувствовал, что ситуация начинает выходить из-под контроля. Судя по внешнему виду оборотня, тот настроен не просто серьёзно, а дерётся почти как в настоящем бою.

Верманд увидел, что эльф начинает осознавать степень своего попадалова. Да, Верм не намерен был шутить, только не сегодня. На тренировках он обычно тщательно себя контролировал, но сейчас практически перестал сдерживать разрушительную силу своих атак, и их мощь грозит Лэнду серьёзными последствиями, если тот попадёт под удар. Но именно это Дымчатому и нужно. Он настроен сбить спесь с высокомерного блондина и хорошенько его проучить.

Каждая последующая атака была сильнее и яростнее предыдущей. Кажется, даже магистры уже обратили на них внимание, но Верманд не прекращал бой. Это лучшая возможность поставить на место заигравшегося аристократа, который, кажется, решил, что может безнаказанно пересекать границы дозволенного. Оборотень усилил напор и не давал эльфу передышки. Тот стал заметно нервничать и уже еле успевал ставить защитные блоки. Впрочем, они быстро разлетались вдребезги.

Лэнд поставил самый мощный за эту битву абсолютный щит и принялся его подпитывать, параллельно восстанавливая повреждённые участки. Эльф уже весь взмок, его сердце гулко колотилось в груди. Им постепенно овладевала паника. Он с ужасом и растерянностью чувствовал, что не справляется. Ещё немного — и его защита будет пробита, окончательно и бесповоротно.

Верманд понял, что соперник на грани проигрыша, а потому усилил напор. Дымчатый спустил с цепи свою ярость. Мощнейшие атаки летели в сторону остроухого одна за одной, необратимо разрушая защиту соперника и неотвратимо приближая победу атакующего. Оборотень, вроде бы, чувствовал удовлетворение, но ему было мало. Хотелось бить всё сильней и сильней. Он тоже порядком устал, но не успокоится до тех пор, пока не преподаст наглому выскочке хороший урок.

Лэндгвэйн направил все свои силы на щит, как будто от этого зависела его жизнь. Ну, может, и не жизнь, а здоровье и гордость точно зависели. Но это был его предел. В этот момент эльф очень пожалел, что пришёл на занятие с полупустым резервом, растратив силы на всякие мелочи и наказание двух недоумков.

Наконец он ощутил, что не справился. Вот разлетается последняя преграда, абсолютный щит повержен, и уже следующее заклинание соперника ударяет в незащищённое тело и отшвыривает Лэнда прямо в защитный купол над полигоном, от которого он отпружинивает и назвничь падает на траву.

Такого поворота не ожидал никто. Преподаватели приказали адептам приостановить тренировку и поспешили к пострадавшему.

— Ему нужно в лазарет, — резюмировал декан-защитник. — Адепт ван Каттер, объясните, пожалуйста, почему вы использовали на тренировке заклинания такого высокого уровня?! Я же сказал, что мы испытываем на прочность щиты, а не здоровье ваших однокурсников!

— Простите, архимагистр Форсварт, увлёкся. Но вы же видели, что и адепт Лоссдор использовал защиту соответствующего уровня, а никак не учебную.

— Ещё бы! Иначе бы его размазало уже от вашей второй атаки, — покачал головой магистр Вульфстейн. — Значит так, адепт ван Каттер. Потрудитесь отвести к целителям жертву вашего произвола. И чтобы по пути никаких эксцессов! О вашем наказании поговорим позже. Вернее, вы поговорите об этом с архимагистром Аркент’таром, — мужчина приобнял Верманда за плечо и проговорил тише, чтобы слышал только он: — Что же вы так?! Решили счёты на тренировке свести? Мы с деканом не стали вмешиваться (вам обоим давно необходимо выпустить пар), но будьте осторожнее. Так и поубивать друг друга недолго, а вам нужно находиться по одну сторону баррикад, если что… Всё, на сегодня свободен! — уже громче добавил он.

«Если «что»?» — насторожился Верманд и направился к растянувшемуся на траве бывшему другу.

Лэнд лежал обессиленный, оглушённый, поверженный, опозоренный (в первую очередь — перед самим собой). Голоса вокруг слились в неясный гул, небо кружилось перед глазами.

«Проиграл, да ещё так глупо! Вот какого цайга я не прихватил из раздевалки накопители, если по дурости половину резерва растратил?! Сам виноват!»

Сам-то сам, но от этого было не легче. Тело нестерпимо болело. Такое ощущение, в нём не осталось ни одной целой косточки. Или так просто кажется?

Лэндгвэйн не думал, что Верманд зайдёт настолько далеко, иначе бы подготовился гораздо тщательнее. Эльф рассчитывал на хороший тренировочный бой, который бы прошёл без обычного равнодушия оборотня, а с «огоньком в глазах». Что ж, Лэнд получил, что хотел, даже слишком. У Верма в глазах был не огонёк, а целое пламя, о которое пришлось неслабо обжечься.

«Ладно, в следующий раз буду умнее. И хитрее…»

— Адепт Лоссдор, идти сможете? Или мне применить заклятие левитации? — смутно донёсся вопрос архимагистра Форсварта.

«Ещё не хватало! Сам доберусь, даже если придётся ползти!»

Лэнд с трудом помотал головой и выдавил:

— Я с-сам.

Декан смерил его взглядом, в котором читалось понимание.

— Хорошо, — кивнул защитник. — Так, продолжаем тренировку, — скомандовал он — и адепты перестали глазеть на эльфа, а занялись отработкой навыков, чтобы не оказаться в таком же плачевном положении из-за пропущенной по невнимательности атаки.

«Всё-таки классный ты мужик, Форсварт. Другим бы поучиться у тебя деликатности», — мысленно хмыкнул Лэнд и попытался подняться на ноги. Это ему удалось далеко не с первой попытки, зато ни у кого не пришлось просить помощи, особенно у Верма, который, сунув руки в карманы штанов, шагал рядом. Если бы эльф вдруг начал падать, оборотень немедленно бы его поддержал, в этом не было сомнений, но именно подобной ситуации всеми силами хотелось избежать.

С величайшим трудом дотащившись до раздевалки, Лэнд рухнул на скамью и привалился спиной к стене. Вот бы посидеть так подольше, чтобы сил накопилось.

— За каким цайгом ты сегодня напоил Альвинору отравой? Совсем крыша поехала? — навис над ним блохастый.

— О чём ты там бормочешь? — поморщился эльф и отвернулся.

— Хочешь сделать вид, что не понимаешь?!

Да всё Лэнд понимал, но признаваться в этом, разумеется, не собирался. И особо остро сожалел, что доверил такое важное дело, как опаивание Норы зельем метаморфоз (абсолютно безвредным!), двум идиотам. Если уж решил провернуть такую афёру, то надо было поручать дело Крису, а ещё лучше — сделать всё самому. Теперь же девчонка лежит в лазарете, что с ней — никто толком не говорит, а у него на душе кошки скребут, потому что отравить её он уж точно не хотел.

— Молчишь? — не отступал Верманд. — Тогда придётся тебя разговорить! — он неожиданно схватил эльфа за грудки, рывком поднял, резко развернул и дал ему кулаком в челюсть, очевидно, не сдерживая свою оборотничью силу.

Лэнд отлетел к противоположной стене и сполз по ней на лавку.

— Что за… — он мотал головой, пытаясь прийти в себя, и поднёс руку к раненой щеке.

— Твоя же работа?! — резко бросил оборотень. — А ведь я предупреждал: навредишь мелкой — будешь иметь дело со мной!

— Чем докажешь? — холодно спросил Лэнд и сплюнул кровь из рассечённой губы.

Верманд смотрел на бывшего друга, который был явно очень слаб, но продолжал упорствовать и отнекиваться. Не в правилах Верма было бить лежачего, но, во-первых, Лэнд не лежал, а сидел, и, во-вторых, он своими действиями чуть не убил человека. А может, и убил, потому что состояние Альвиноры пока неизвестно. И Верманду срочно нужна информация об этом треклятом зелье, чтобы можно было ей как-то помочь.

«Лэнд, ну вот откуда в тебе столько упрямства, а? Ты вообще чувствуешь вину за то, что натворил? Хоть каплю?»

— Если бы у меня были прямые доказательства, ты бы сейчас не здесь прохлаждался, а стоял перед ректором и слушал приказ об отчислении, — холодно проронил оборотень, изучая лицо собеседника.

«Зато у меня есть косвенные!»

— Если у тебя их нет, то иди-ка ты лесом. Там тебе самое место! — отмахнулся эльф и сделал попытку подняться. Пока неудачную. — С чего ты вообще взял, что я имею к инциденту с малышкой хоть какое-то отношение?

— А вот с этого! — Верм бросил в лицо бывшему другу печально известную записку. Вернее, копию записки, восстановленную благодаря ментальному считыванию воспоминаний Альвиноры, которыми поделился Вин.

Лэнд (для приличия) развернул листок и скользнул глазами по аккуратным ровным строчкам, выведенным его же собственной рукой.

— И? — безразлично проговорил он. — Что это доказывает?

— Да, оригинал записки самоуничтожился, поэтому считать ауру отправителя мы, к сожалению, не можем. Однако только ты так хорошо умеешь подделывать мой почерк! — прищурился Верм.

«Тут он прав», — мысленно согласился эльф, но промолчал.

— Думаешь, я забыл ту подставу, которую ты мне организовал в школе? — продолжил оборотень. — Я только никак не пойму, зачем тебе это сейчас понадобилось? Альвинора же и так моего почерка не знает. Или ты хотел провернуть два дельца одновременно: и над ней поиздеваться, и меня таким образом подставить? В очередной раз!

— Не понимаю, о чём ты! — Лэнд напустил на себя недоуменный вид. — У тебя на нервной почве слишком буйная фантазия. Лучше бы за подопечной своей приглядывал, а не нападал на невиновных…

— Угу, на белых, пушистых, сирых и убогих.

Верманд стал терять терпение. Эльф вёл себя настолько нагло и бесстыдно (и, кажется, ничуть не раскаивался в содеянном), что его хотелось хорошенько проучить. И плевать на правила и нормы!