Глава 2

— Ну же, давай, — умоляю я защитное заклинание закрытой секции библиотеки поддаться.

Но с тем артефактом, который ещё достался от моего отца, это как пытаться вскрыть сейф спичкой.

Вообще, я к этому моменту готовилась более чем тщательно. Всю свою жизнь, можно сказать. Даже попросила перевести меня из другой академии со второго курса в Виленхолл.

Ведь от того, что в хранилище академии находится, зависят моя свобода, моя магия. И моя жизнь, в конце концов!

Руки почти не дрожат. Застукай меня за этим делом госпожа Фойлен, наша библиотекарша, сдала бы с потрохами ректору.

Метка Истинности на руке чешется, отвлекая меня от судьбоносного дела. С тех пор как она проявилась, меня иногда бросает то в жар, то в холод. Я опираюсь лбом о холодную металлическую дверь. Так немного легче.

Но не возвращаться мыслями к тому, что теперь на мне целых два клейма теневого дракона, я не могу.

Защитное магическое заклинание щелкает, и рябь проходится по огромной металлической двери. Прямо как в лучших банках империи. Получилось?

Я только собираюсь взяться за ручку, предвкушая, что вот сейчас войду в святая святых…

…как мое запястье бесцеремонно перехватывают сзади.

Волоски встают дыбом, а сердце падает в пятки.

Рывок и разворот.

Меня впечатывают в дверь, и весьма жёстко. Так, что из лёгких выходит весь воздух.

Поймали!

Боги милостивые, только бы не госпожа Фойлен! Я настолько увлеклась процессом взлома сейфа библиотеки академии, что не услышала чужих шагов.

— Уверена, что тебе туда можно? — раздается хриплый голос возле моего уха.

И горячее дыхание, почти в шею, слишком приятно обжигает нежную кожу.

И это пробуждает множество мурашек, что бросаются врассыпную по спине.

Сглатываю, идентифицируя, чей это голос.

Первое чувство — радость. Это точно не госпожа Фойлен.

Второе чувство — животный ужас. И я уже жалею, что это не госпожа Фойлен!

Ридлин О’рхаррис собственной персоной.

Я его сегодня весь день избегала, лишь бы не допытывался, где моя магия.

— Уверена, — шепчу.

Глаза цвета беспокойного моря, с вертикальными драконьими зрачками впиваются в мои. Он одним только взглядом подавляет так, что инстинктивно хочется съежиться, уменьшиться, свернуться комочком.

Но я из природного упрямства не отвожу взгляд. И он тоже. Смотрит вон как, почти не моргая! Да так, что ток бежит между нами.

Кажется, что сейчас вот-вот обратится в дракона, раскроет пасть и сожрёт.

Вон даже блестящая черная чешуя проявляется на его массивной шее.

— Мы не договорили, убогая. Ты ведь знаешь, что бегать от меня у тебя не получится. Мой дракон чует тебя за версту.

Со стороны окна раздаётся тихий смешок. А я вздрагиваю и пытаюсь в темном углу разглядеть того, кому он принадлежит.

— Завязывай издеваться над бедной новенькой, Рид, — со стороны окна, где стоят столы с лампами, раздается невозмутимый голос Киллиана. — И, может, признаешься ей уже?

«Признаешься в чём?» — проносится тревожная мысль.