Глава 5

— А теперь попрошу вашу группу за четыре праздничных выходных дня изучить наконец-то академический устав. И посетите уроки боевого этикета. Второй курс — это вам уже не шутки. Это всё пригодится вам на боевой практике. — Наш декан, а по совместительству и преподаватель по боевым единоборствам, прохаживается вдоль рядов аудитории.

— Адепт О’рхаррис, я от вас, как от капитана, жду до конца месяца подтверждение о составе вашей команды.

— Какой ещё команды? — тихо переспрашиваю на ухо Ришель, когда профессор спускается на кафедру.

Вяло вырисовываю кончиком пера на листке узоры.

То, что вчера произошло, выбивает меня из колеи. Я сбита с толку и теперь не представляю, где искать нужный ритуал по освобождению моей магии.

— Межакадемические войны, — шепчет Ришель между делом в ответ. — Рид там капитан, Киллиан — стратег. Там ещё два атакующих и одна защита — не помню, как зовут тех ребят, но почти все драконы. Кроме одного атакующего и усилителя команды. Всего шесть человек. В прошлом году, когда мы на первом курсе были, Килл и Рид вообще по силе превзошли всех пятикурсников. И теперь он и Киллиан главные. У них в команде только старшекурсники.

Надо же…

— Вообще, это очень травмоопасные турниры, — поджимает губы Ришель. — В этом году на межакадемические битвы поедем в академию Теней.

Содрогаюсь от мысли, что команда отправится на территорию демонов. Академия Теней стоит на границе Андрагара и Тартароса. Но там учатся только тёмные маги и демоны. Хотя, с другой стороны, если Ридлин туда поедет, то есть неплохой шанс, что он оттуда не вернётся. И проблема с концом и Истинностью исчезнет сама по себе.

— А теперь, дорогие адепты, поздравляю вас с длинными выходными. Можете наконец-то уйти с моих глаз, — громким ледяным тоном произносит декан, и для нашей группы это звучит как настоящий подарок.

Разумеется, все торопятся сбежать поскорее.

Облегчённо выдыхаем синхронно с Ришель. Собираем учебники в сумку.

— Неужели дожили до праздников, какое счастье, — вздыхаю я, косясь на черноволосого дракона.

— Поедешь в семейный домик? — заглядывает мне в лицо Ришель.

— Сегодня же отправлюсь.

Сглатываю… Семейный домик — наш с папой. Я всегда в праздничные дни бываю там. Там всё осталось на своих местах. Я лишь поддерживаю там чистоту.

Представляю, как сейчас в последний день учебной недели перед праздничными выходными мы с Ришей пойдем в Торговый переулок и накупим всяких вкусняшек.

— Давайте отметим в гномьем пабе? — предлагает кто-то из одногруппников, выкрикивая в толпе нашей группы.

— Жаль, что Рид по таким местам не ходит, — вздыхает Риша жалобно. — Пойдем?

Пожимаю плечами. Почему бы и не расслабиться?

* * *

— Он такой горячий. — Ришель мечтательно подпирает щеку.

Раскрасневшаяся после фирменного эля в новой таверне, подруга смотрит прямо в окно. Там льет осенний дождь, тихо барабанит по стеклу. А здесь, в таверне близ академической территории, громко играет музыка, шумно и весело. Свой маленький весёлый мир.

— Да он как взрывоопасная ледышка, — бормочу я себе под нос, но Ришель меня даже не слушает. Она уже увлеченно болтает с одногруппниками о какой-то ерунде.

Я же погружаюсь в свои мысли, пока меня из них не вырывает чей-то восторженный оклик:

— О, Ридлин решил к нам присоединиться!

И множество восхищённых вздохов девушек из нашей группы.

— Эйви, как я… выгляжу… — произносит Риша, икает и засыпает прямо за столом, положив голову на плечо Кируго. Кажется, так зовут стихийника, который сидит справа от Риши.

— Риш, проснись, твой кумир уже близко, — икаю я.

Через затуманенный взор смотрю, как Ридлин приближается к нашему столику, небрежно кидает пиджак на спинку стула и садится на тот верхом, развернув спинкой к столу.

Лениво отвечает на чьи-то вопросы, делает глоток из чьего-то бокала, морщится. И почему-то не сводит с меня внимательного и задумчивого взгляда. Пока я неумело пытаюсь разбудить Ришель, пихая ту локтем.

В какой-то момент, когда веселье за столом повышается на градус, брюнет не спеша встаёт, подходит к моему стулу и…

Тащит меня, сидящую на стуле, за собой к дверям.

Ножки стула скрежещут по дощатому полу настолько пронзительно, что, кажется, слышно в самом Тартаросе.

— Ты чего творишь? — вяло бормочу я, пытаюсь наклониться вперёд, чтобы сбежать, но О’рхаррис магией приковывает меня к стулу.

Молодая подавальщица приподнимает брови, но молчит.

Конечно, наследнику Андрагара разве объяснишь, что стулья вообще-то денег стоят. И пол!

— Да ты спятил, ненормальный! — Ощущаю, как по раскрасневшимся и без того щекам проходятся холодные порывы ветра.

— Адрес, — испытующе смотрит Рид сверху вниз, когда мы достигаем экипажа с королевским гербом.

— Чей?

Ридлин закатывает глаза и цедит что-то на драконьем.

— Куда ты собиралась ехать.

— Туда, — неопределенно показываю рукой, с ужасом понимая, что у меня все мысли расплываются так, словно я сделала не несколько глотков гномьего эля, а выпила целую бочку орочьего вина!

Меня клонит в сон, а любовь ко всему миру и неожиданная теплота, разливающаяся по груди, не дают мне уснуть окончательно. Ридлин с лёгкостью закидывает меня в экипаж. Прямо на стуле.

— У меня нет времени на эти игры, — хмыкает недовольно Ридлин, садясь напротив на бархат сиденья, и командует на драконьем лакею.

— Драконий язык жуткий, — комментирую вяло.

Дальше сознание немного уплывает, а когда приплывает кусочком, я уже лежу на шелковых простынях. Благо в своей одежде.

Где-то в стороне потрескивает камин, а жар от пламени достигает моих ног и приятно ласкает кожу.

Я вновь дремлю, но, проснувшись в какой-то момент, ощущаю холод. Куда-то сонно сползаю…

В попытках разглядеть что-то в кромешной темноте, падаю на мягкий диван. А потом и вовсе прижимаюсь к чему-то тёплому и твердому — кажется, спине — и умиротворенно засыпаю.

— Ты что делаешь? — доносится во сне голос объекта моей ненависти.

— Сплю. Там холодно, — бормочу я сонно, щекой прижимаясь к тёплой, но какой-то слишком твердой подушке.

Хорошо, что это всё сон. Вновь погружаюсь в темноту, пока опять не становится холодно лежать. И я опять куда-то бреду, туда, где тепло. Ну, это на ощупь.

С каким-то вялым негодованием понимаю: откуда в нашем семейном домике шелковые простыни?

— Снова холодно? — язвит хрипло мне прямо в ухо чей-то до возмущения знакомый голос.

Нет, ну кому вообще в его здравом уме будет сниться этот ненормальный⁈

И тут доходит…

Испуганно распахиваю глаза. И понимаю: дом точно не мой.

— Сама напрашиваешься, — вздыхает Ридлин в этот момент, а я понимаю, что меня окутывает его приятный миндальный запах с нотами свежести.

Этот ненормальный в следующее мгновение накрывает мои губы в грубом поцелуе. Его сухие губы сминают мои нетерпеливо, властно, а пальцы с огрубевшими подушечками скользят по моей талии к бёдрам.

Я не успеваю отпихнуть этого драконорожденного извращенца, как голову пронзает лёгкий ток и наступает просто темнота, в которую я незамедлительно проваливаюсь…