Глава 33

Сестры прибыли через пять дней, в наемном экипаже, старом, потертом, запряженном изможденными лошадями. Кожа на их боках была протерта до сероватых пятен, а гривы слиплись от грязи и пота. Колеса скрипели на неровной дороге, а кузов трясся так, что я могла бы поклясться: каждая яма и ухаб были слышны даже в нашем доме. Сквозь трещины в дверцах кареты пробивался ветер, разнося запах конского навоза и дешевого табака. Впрочем, сами сестры выглядели не лучше тех лошадей. Их платья были помятыми и запыленными, а кружева на воротниках превратились в жалкие клочья, будто их жевала скотина. Волосы, украшенные вплетенными когда-то искусственными цветами, растрепались от ветра и долгого пути (Линда даже не заметила, как в ее рыжий пучок застряла соломинка). Да, с остановками на постоялых дворах. Но вряд ли там можно было нормально отдохнуть. Судя по желтым пятнам на их платьях, ужинали они в дороге прямо из котелков.

С ними приехала всего одна служанка – девушка лет восемнадцати-девятнадцати, с лицом, испещренным веснушками. Ее юбка была потерта на коленях, а воротник рубахи застегнут криво, будто она одевалась в темноте. Это было вопиющим нарушением этикета. Но отец, думаю, просто не мог позволить себе отправить с дочерьми кого-то еще. Кучер на лошадях, служанка внутри – и вот уже формальности якобы соблюдены. Девушка едва удержала кожаную сумку, споткнувшись о порог, и тут же покраснела, словно это было преступлением.

Была б моя воля, я бы не открыла дверь этим горе-путешественницам. Притворилась бы, что уехала, заболела, не знаю, да что угодно. Даже мысль об их голосах, визгливых, как скрип несмазанных колес, заставляла меня стискивать зубы. Мне претила сама мысль о необходимости искать женихов этим красоткам, после того как они облили меня грязью в отчем доме. Ричард знал о моем желании проигнорировать сестер, посмеивался надо мной и, конечно, был против. Как же, отказать ближайшим родственникам в ночлеге! Играя роль рыцаря без страха и упрека, Ричард готов был и приютить моих ненаглядных сестриц, и предоставлять им еду, прислугу, да все, что они попросят. Даже если это означало кормить их фазанами под трюфельным соусом, в то время как я едва сдерживала желание швырнуть в них супницей. Ну и сопроводить их на императорский бал, конечно же, чтобы помочь найти там женихов. В общем, идеальный родственник, пусть и не кровный.

Я, воспитанная в других установках, не видела смысла платить добром за гадости. Мои пальцы сами собой сжались в кулаки, когда Линда, еще у порога, фальшиво ахнула: "Какая роскошь! Ты, верно, теперь спальню золотом обшиваешь?" И все же я притворилась радушной хозяйкой, когда Линда с Ранией переступили порог дома. Моя улыбка стала такой же жесткой, как позолота на рамах портретов в холле. Свекры в наши дела не вмешивались, и даже, как мне показалось, нарочно именно в этот день уехали в гости с визитом вежливости. Их карета исчезла за воротами как раз в тот момент, когда сестры вылезали из своей. Так что отдуваться пришлось мне.

Первый обмен любезностями произошел довольно быстро. Мы с деланым радушием обнялись, притворившись, что рады видеть друг друга. И служанки увели обеих сестер в выделенную им комнату. Одну на двоих, да. Тут уже я настояла. Хотела подчеркнуть таким образом, что не настолько и богата семья Ричарда, чтобы терпеть долгое время нахлебников.

Ричард решил со мной не спорить, за что я ему была благодарна.

Зато пришлось приставлять к сестрам прислугу. Та девушка, что с ними приехала, забитая и мало что знающая, была не пригодна для работы в хозяйских комнатах, здесь, в столице. Она путалась в простейших поручениях, роняла щетки для волос и краснела, как маков цвет, когда герцог проходил мимо. И потому у каждой из сестер появилось по служанке, местной, столичной. Девушки в синих форменных платьях едва скрывали презрительные взгляды, принимая из рук провинциалок замызганные чемоданы.

– Выдыхай, – иронично произнес Ричард, едва сестры скрылись наверху. – Первый этап общения прошел довольно успешно.

– Только лишь первый, угу, – проворчала я. – А остальные? Ты видел, каким взглядом Линда на все здесь смотрела? Она считала каждый канделябр, словно собиралась вынести их ночью. Спорим, она попытается тебя соблазнить?

– Удачи ей, – хмыкнул Ричард. – Я своей жене изменять не намерен. Марлена, расслабься. Ничего дурного не случится. Поживут тут твои сестры, выберут себе мужей и разъедутся по новым домам. А уж если ты сообщишь им о своей сущности…

– Никогда в жизни. Они меня и так терпеть не могут. А тогда вообще возненавидят.

– Милая, драконов боятся, а не ненавидят.

– Вот Линде это и объясни. С ее загребущими руками и завистливыми взглядами.

– Они в любом случае все узнают, если не от тебя, так от других аристократок. Или ты веришь, что в столице еще не шепчутся о твоем происхождении?

И смотрит насмешливо. Мол, прекращай заниматься глупостями. Расскажи все сестрам и не трусь.

– Вот после бала и расскажу, – заявила я решительно. – А пока пусть думают, что я – их сестра, скромница Марлена.

Ричард только головой покачал, но спорить со мной не стал.

И мы поднялись к себе, где и просидели до самого вечера.

Ужинали мы вместе, всей толпой: свекры, сестры и мы с Ричардом. Моя свекровь использовала все свое обаяние, чтобы очаровать Линду с Ранией и показать им, что они рады в этом доме. Она улыбалась им так тепло, что казалось, будто они знакомы уже много лет. Арисса тоже проявляла радушие; она с Ранией уже болтали, как старые знакомые. Не удивлюсь, если любопытная Арисса появилась в комнате сестер сразу же после их приезда и постаралась наладить контакт. Молчаливая Линда вряд ли была рада такому визиту; ее холодный взгляд скользил по столу и его обитателям, словно она искала повод для недовольства. А вот болтушка Рания сейчас довольно улыбалась, активно подхватывая разговоры.

Я последовала примеру Линды и больше молчала, чем разговаривала.

И с удовольствием сбежала из-за стола, как только появилась такая возможность.

– Трусиха, – проворчал Ричард, когда мы с ним оказались в нашей спальне. – Нельзя же вечно избегать серьезного разговора.

– Бала еще не было, – пожала я плечами. – И вообще, может, этот разговор и не понадобится. Найдут они обе себе женихов и отправятся с ними куда подальше. Что? Что ты так смотришь? Да, я надеюсь, что и Линда, и Рания уедут поскорей из столицы. И что? Они тоже не пылают ко мне сестринскими чувствами. И ничего, обе стороны как-то живы-здоровы.

– Трусиха, – повторил Ричард и прижал меня к себе.

Я прижалась к его мускулистой груди и закрыла глаза. Лесом сестер. Они мне еще в отчем доме надоели.