12

Вот только этого мне для полного счастья еще и не хватало! Я как бы не вчера родилась, чтобы не заметить, какими сальными взглядами меня пожирает этот ходячий геморрой, так что от таких проводов никакого профита, а вот реальные проблемы точно нарисуются. И если в родном мире я привыкла решать все четко, по делу и сразу, то в этом условном Средневековье вряд ли так получится. Хотя бы потому, что тело Антонии не создано для самозащиты. Княгиню я, похоже, на адреналине кинула в какахи, ну и, говоря откровенно, по сравнению с этим похотливым бегомотом княгиня просто осенний листочек. Ничего не весящий. Мне как бы надо привести себя в форму, чтобы отбиваться от таких вот… геморов.

— Туар Оромонд, присоединитесь к нам? — уточнила я.

Гемрор нахмурился:

— Зачем это? Я способен обеспечить вашу безопасность единолично, прекрасная йяра.

И от себя тоже?

Я чуть было не спросила это вслух, но вовремя опомнилась и в упор посмотрела на сопровождающего.

— Уверен, туар Гемрор отлично справится, — попытался проявить мужскую солидарность он, но я не стала сдаваться.

— Я тоже уверена, но у меня к вам одно секретное дело, — сказала я и подмигнула ему. — Послание. Для ее светлости.

Сказать, что Оромонд опешил — значит, ничего не сказать, он даже ножом мимо тарелки промазал. А вот Гемрор помрачнел, но именно этого я и добивалась. Со стороны выглядело так, что мои симпатии на стороне Оромонда. Нет, я не была настолько наивна, чтобы предполагать, что коменданта это остановит, но я и не собиралась здесь оставаться дольше одной ночи. Перееду завтра же! Крепость, конечно, не город-миллионник, и даже не уютный поселок, но я уверена, местечко для меня где-нибудь найдется. Чем расплатиться, тоже придумаю: драгоценностей Антонии и ее нарядов на первое время хватит, а потом буду работать. Руки-ноги-голова есть, не пропаду точно.

— Я… м-м-м… гм… — Оромонд зло посмотрел на меня. — Еще не закончил ужинать.

— Ее светлость очень расстроится, если не узнает, что я хотела ей сказать, — напирала я.

В конце концов, начальник стражи княгини понял, что мне проще дать, чем объяснить, почему нет, и поднялся из-за стола. Гемрор помрачнел еще сильнее, а я повернулась к нему с милой улыбкой:

— Вы еще не передумали, туар Гемрор? А то у меня глаза просто слипаются.

Он зло посмотрел на меня, как будто на ходу раскусил мою игру. Если так, это гораздо, гораздо хуже, потому что тупой противник — это одно, а умный и изощренный — совсем другое. Но отказываться не стал, кивнул Оромонду. Я незаметным движением стянула нож, которым резала мясо, спрятала его в рукаве, и мы знакомой процессией выдвинулись из столовой, но теперь уже совсем в другую сторону.

Как бы телу Антонии ни хотелось на боковую после обильного ужина, я заставляла его бодрствовать, на ходу отмечая моменты, которые не позволят мне потеряться в замке, случись что. Надо как минимум знать, куда бежать, и если путь до столовой был еще более-менее простым, то вот этот, до спальни, длинным и заковыристым. То ли Гемрор делал это специально, то ли действительно решил определить меня куда подальше, но мы прошли несколько коридоров, петляя поворотами туда-сюда, потом поднялись по лестнице, еще по одному коридору и по еще одной винтовой.

— Ваша комната находится в башне, оттуда открывается отличный вид, — прокомментировал он последний подъем.

А еще оттуда сложнее сбежать, если ты не Рапунцель. Волосам Антонии, конечно, можно было позавидовать, но до земли на них точно не спустишься.

— Еще мне понадобятся Залла и Эльга, — сказала я.

— Завтра, — отрезал Гемрор, — ваши служанки сейчас в крыле для прислуги, это на другом конце замка.

— А если мне что-то понадобится?

— Можете попросить меня лично, — осклабился он.

Я поплотнее перехватила нож под рукавом, искренне надеясь, что никто из слуг не заявит ему о пропаже. Конечно, использовать его я собиралась в самом крайнем случае, но моя выработанная на службе интуиция просто кричала о том, что крайний случай может наступить в любой момент. Как в тот самый день, когда я поехала на свой последний вызов…

Усилием воли я заставила себя не думать о случившемся, возвращаясь в реальность. Антония — создание нежное, и это по ней читается на раз. Защиту ей давало положение невесты Князя (и то сомнительную). Невеста, невеста… из парного теста! Из которого все лепили все, что им угодно.

В башне обнаружилась вполне приличная комната с мутным окном, настолько мутным, что даже никакие шторы-портьеры не требовались, лунный свет сюда практически не проникал, крепкой кроватью с балдахином, шкаф, кресло, и… ночная ваза. Да уж, с удобствами в этом «стилизованном отеле» было не очень. После того, что я видела в княжеском дворце в столице, я грешным делом подумала, что у них так везде, почти как в нашем мире, с поправкой на нравы, но, видимо, ошибалась. Еще на столике перед зеркалом обнаружились тряпочки для умывания и тазик с водой. Наверняка такой же холодной, как эта комната.

— Я здесь замерзну, — подвела итог я, оглядевшись.

— Как я уже сказал, мы вас не ждали так рано, — хмыкнул Гемрор. — Но вы можете провести ночь в моих апартаментах, там есть обогревающие артефакты.

И ухмыльнулся.

— Выйдите, — скомандовала я. Прорвалось мое прошлое, и он мигом перестал ухмыляться, даже сделал пару шагов назад. Потом, правда, опомнился:

— Вы — моя гостья, Антония, — недобро прищурившись, произнес он с нажимом. — Здесь вам не столица, это военный гарнизон, и все подчиняются мне. Поэтому лучше бы вам со мной не ссориться.

После этого он и впрямь вышел, громыхнув дверью, и мы остались наедине с Оромондом.

— Вы — военный высшего ранга, — зло процедила я, глядя начальнику стражи прямо в глаза, — и вы прекрасно видите, что творится у вас под носом. Как вы могли ему позволить вести себя так?

Оромонд хмыкнул:

— Моим поручением было доставить вас в целости и невредимости, и я с этим отлично справился. — Он посмотрел на меня сверху вниз. — Ну а что касается Гемрора… он, в общем-то, прав. Не артачься, и будешь тут как сыр в масле кататься.

Княгинина радость быстро перешла на «ты», очевидно, осознав, что теперь за меня никто не вступится. Не говоря уже о том, что у него наверняка пригорало из-за того, как я его развернула по дороге.

— Ты, йяра Антония, мягко говоря, не красавица, — в его «йяра» звучала откровенная насмешка, — поэтому почитай за счастье, что на тебя обратил внимание такой высокоранговый мужчина. Особенно после того, как Великий князь тебя попользовал и вышвырнул.

От такого откровения я на мгновение опешила, потому что память Антонии ничего такого мне не подбрасывала. Но уже в следующее мгновение я поняла, что Оромонд не лгал. Перед глазами как вспышка родилось новое воспоминание.

В частности, о том, почему Антония так боялась того кабинета. И князя.