Глава 67

Город затаил дыхание. На вершине небоскрёба, укрытого сферой магической защиты, где бушевала неуловимая сила, два титана готовились решить, кто будет вершить судьбы мира.

Деян стоял, словно высеченный из мрамора, руки свободно опущены, а лёгкая улыбка играла на его губах. Его черные волосы развевались под порывами ветра, словно отражая холодное сияние магической энергии, исходившей от него. Напротив — Амодай, каждый мускул которого был напряжён, как тетива лука. Его янтарные глаза горели яростью, а тело источало жар, который плавил воздух вокруг. Они были противоположностями, и их столкновение обещало быть сокрушительным.

Атака началась мгновенно. Амодай бросился вперёд, разрывая пространство между ними с чудовищной скоростью. Каждое его движение напоминало вспышку молнии, а удар ногой о крышу небоскрёба взметнул обломки бетона в воздух. Он сокращал дистанцию, стремясь лишить Деяна преимущества в магии, чтобы битва перешёл в ближний бой.

Но Деян даже не двинулся. Его глаза слегка сузились, и он лишь лениво взмахнул рукой. В тот же миг пространство вокруг Амодая заискрилось, и огненные столбы вырвались из ниоткуда, замыкая его в пылающий круг.

— Это всё, на что ты способен? — с насмешкой произнёс Деян, наблюдая, как Амодай, скрипя зубами, пробивается сквозь огонь.

Амодай рванул вперёд, игнорируя ожоги. Его тело двигалось так быстро, что воздух завывал от напряжения. Он уклонился от первого потока магических клинков, которые, словно живые, метались в воздухе, пытаясь рассечь его. Однако каждый раз, когда Амодай был готов нанести удар, невидимая сила снова отбрасывала его назад, заставляя землю под ногами трещать и крошиться.

— Ты думаешь, что магия — это всё? — прорычал Амодай, вновь устремляясь вперёд.

Деян не ответил. Его спокойствие было непроницаемым, как гранитная стена. Вокруг него начало закручиваться сияние, из которого появились тёмные лезвия, колеблющиеся, словно в ожидании команды. Они устремились к Амодаю, раскалывая крышу небоскрёба, словно молоты. Амодай едва успел отразить их, сокрушая своими кулаками магические конструкции, но каждое движение давалось всё тяжелее.

— Ты действительно веришь, что дотянешься до меня? — произнёс Деян, склонив голову набок. Его голос был тихим, но в нём чувствовалась непоколебимая уверенность.

Амодай не ответил. Вместо этого он стиснул зубы, и вокруг его тела вспыхнула аура ярко-красного света. Поток энергии сорвался с него, как буря, расталкивая магические клинки. Вся крыша затрещала, угрожая обрушиться.

Деян вытянул руку, и воздух вокруг него стал искривляться. В невидимом барьере начали пульсировать всполохи света, будто реальность сама взбунтовалась.

— Техника Искажение, — спокойно сказал он.

Амодай ударил кулаком, но его сила натолкнулась на пустоту, невидимую стену, которая моментально поглотила удар и отбросила его назад с такой силой, что небоскрёб содрогнулся.

— Ты слишком прямолинеен, — заметил Деян, щёлкнув пальцами.

Вокруг него начала формироваться гигантская фигура, сотканная из сияющей энергии. Дракон, искривляющий пространство вокруг, поднялся, развернув свои мощные крылья. Его глаза пылали, словно две звезды, готовые испепелить всё на своём пути.

Дракон, грозно зарычав, ринулся вперёд, его дыхание разнесло обломки крыши, уничтожая всё на своём пути. Амодай бросился в сторону, пытаясь уклониться, но чудовище, созданное магией Деяна, было слишком быстрым. Оно обрушилось на Амодая, взрыв энергии ослепил всё вокруг, заставив небоскрёб пошатнуться.

Когда дым рассеялся, Амодай, весь в ожогах и покрытый пылью, поднялся с края крыши. Он тяжело дышал, его взгляд всё ещё горел яростью.

— Это не конец, — прорычал он, готовясь создать новую страшную технику.

Деян усмехнулся.

— Не болтай, озвездюлятор, — насмешливо ответил Демон, и их битва продолжилась, превращая город в поле разрушения, где столкновение магии и силы становилось настоящей легендой.

Небо потемнело, а время остановилось. Воздух пропитался гулом магической энергии, настолько плотной, что её можно было почти осязать. Амодай, едва стоя на ногах, широко расставил руки, и вокруг него возникли причудливые магические круги, сияющие кроваво-красным светом. Земля задрожала, а из теней, сплетённых из силы смерти, вырвался он — Кощей Бессмертный.

Его фигура была измождённой, словно человек, отдавший свою плоть забвению, но в глазах пылал неугасаемый огонь. Кощей не замечал Деяна, не смотрел на Амодая, будто мир для него вообще не существовал. Вместо этого он начал двигаться, словно танцор, его движения были резкими, отрывистыми, но точными. С каждым шагом из воздуха вспыхивали нити чёрной магии, заполняя пространство и соединяясь в нечто колоссальное.

— Техника Арлекина, — прошептал Деян, его голос впервые дрогнул. Виорика была права – она не могла не узнать своего отца.

Перед Демоном выросла гигантская марионетка, лишённая лица, но обладавшая изысканно вырезанными чертами, словно созданная безумным мастером. Её конечности были неправильными, изломанными, будто она готова была обрушиться под собственным весом, но каждый её шаг сотрясал город. Небо над ней исказилось, время застыло, и мир замер.

Деян смотрел на это чудовище, осознавая, что угроза, нависшая над городом, больше, чем просто разрушение. Эта марионетка не просто уничтожала всё вокруг, она словно пожирала саму реальность, стирая то, что казалось вечным. Её тени начинали расползаться по улицам, замирающие люди не осознавали, что находятся на грани гибели.

— Амодай, ты сошёл с ума, — холодно сказал Деян, его взгляд не отрывался от марионетки.

Старейшина лишь рассмеялся, и его смех был хриплым, безумным.

— Ты думаешь, что твоя магия может всё? А что ты сделаешь против силы, которая разрушает законы бытия?

Деян сосредоточенно посмотрел сначала на марионетку, потом на Кощея Бессмертного. Если техника Арлекина разовьётся до полной силы, город исчезнет с лица земли, и с этим ничего нельзя будет сделать. Он должен действовать быстро, решительно, но осторожно.

— Весь этот хаос ради твоей гордости? Ты слишком жалок, чтобы увидеть, к чему это приведёт, — тихо произнёс он, протянув руку вперёд.

Его пальцы заискрились голубым сиянием, но он не спешил атаковать. Деян знал, что любая необдуманная магия может только усилить влияние Арлекина. Вместо этого он сосредоточился, выстраивая в уме план, способный разрушить технику изнутри.

Марионетка подняла руку, и над городом засиял огненный шар, наполняющий небо жутким светом. В этот миг Деян понял: времени у него практически не осталось. Ему нужно было действовать сейчас или никогда.

— Арлекина-Арлекина, много шума, мало дыма, — произнёс он и, подняв руку, создал свой собственный магический барьер, направляя силу прямо к теням, управляющим марионеткой.

Его магия, яркая и ослепительная, начала проникать в технику Арлекина. Невидимые нити заколебались, и марионетка замерла, её движения стали медленными, и могло показаться, что она начала терять контроль.

Кощей, заметив это, развернулся к Деяну. Его взгляд был пустым, но в этот миг он издал звук, который не был похож ни на рык, ни на крик. Это был зов, наполняющий пространство зловещей энергией.

— Если хочешь остановить меня, тебе придётся уничтожить не только марионетку, но и меня, — раздался голос Амодая из-за спины Кощея.

Деян не отвёл взгляд. Его магия вспыхнула ярче, и в воздухе начали появляться символы, сложные узоры, созданные из чистой энергии.

— Ты сам выбрал свою судьбу, — ответил он, бросаясь в бой с силой, которая могла уничтожить не только технику Арлекина, но и самого Амодая.

Марионетка, возвышаясь над городом, двинулась вперёд, её массивные конечности двигались с пугающей точностью, несмотря на их кажущуюся громоздкость. Серебряные нити, словно свитые из лунного света, тянулись к небесам, закрепляясь в незримых точках, а Кощей Бессмертный управлял чудовищем, едва заметно двигая пальцами. Его глаза горели ледяным светом, и казалось, что каждый его взмах рукой был пропитан древней ненавистью и могуществом.

Первый удар марионетки был неуклюж, но невероятно силён. Её массивный кулак обрушился на улицу, раскалывая мостовую и поднимая облако пыли. Но Деян, словно ветер, уже был на соседней крыше, его фигура сливалась с тенями, оставляя врага далеко позади.

Он перепрыгивал с крыши на крышу, как тень, уходя от ударов. Гигантские руки марионетки раз за разом пронзали пространство, ломая стены и сбивая шпили зданий, но каждый раз Деян оказывался вне досягаемости. Его движения были быстрыми, но при этом грациозными, словно танец, исполненный в ритме разрушения.

«Как пробиться к Амодаю?» — думал он, бросая взгляд вниз, где Кощей Бессмертный стоял, словно статуя, а за его спиной, в мрачной тени, прятался сам Амодай. Чёрный плащ последнего развевался в вихре магической энергии, его лицо озарял триумф, и он даже не пытался скрыть свою самоуверенность.

«Этот трус спрятался за своим мертвяком,» — мысленно выругался Деян, уворачиваясь от нового удара. На этот раз марионетка попыталась атаковать его нитью, которая с серебряным блеском мелькнула в воздухе, стремясь запутать его и связать.

Но Деян, словно предвидя движение, сделал изящный прыжок, уходя в сторону, и серебряные нити зацепились за дымоход, обвивая его. Он не остановился, продолжая двигаться вперёд, каждая его мысль была направлена на то, чтобы найти слабость в защите врага.

Его магия, живая, играла на самых кончиках пальцев, готовая вырваться наружу, но Демон знал, что пока рано. Силы марионетки, созданной Кощеем, превосходили любые человеческие, и прямой удар мог привести к катастрофе.

Ещё один прыжок — и он оказался на крыше собора, откуда открылся лучший обзор на поле боя. Внизу марионетка, как безумный танцор, пыталась достать его, её движения становились всё быстрее, но атаки, не достигали цели, разрушая окружающие здания.

Деян мельком взглянул на людей внизу — они не замечали происходящего, погружённые в свои дела, но если бой продолжится, весь город окажется стёртым с лица земли.

— Меняем тактику?! — сказал он тихо, но голос его прозвучал твёрдо, как удар грома.

Амодай услышал. Его лицо перекосило от гнева, но он остался в тени, явно понимая, что прямое столкновение с Деяном будет для него фатальным. Вместо этого он снова поднял руки, и марионетка издала глухой, душераздирающий звук, словно треск рвущихся тканей реальности. Её движения стали ещё быстрее и мощнее.

Деян, оставаясь невозмутимым, сжал руку в кулак. Магия засияла ярким голубым светом, а взгляд сосредоточился на серебряных нитях, связывающих марионетку с Кощеем.

— Если ты прячешься, я просто разрежу твою связь с этой игрушкой, — сказал он, и его энергия начала концентрироваться, готовая к решающему удару.

Огромная рука марионетки, уже готовая разнести крыши и стены в прах, вдруг застыла в воздухе. Серебряные нити натянулись с визгом, но не смогли заставить её двигаться. На мгновение наступила оглушительная тишина, нарушаемая лишь тихим скрипом натянутых связей.

С противоположной стороны небоскреба, вырастая из теней и света, появилась ещё одна гигантская марионетка. Она была почти зеркальной копией первой, но в её форме сквозили плавность и грация, словно это было живое существо, сотканное из чистой магии. Серебристо-голубоватые нити, удерживающие её, переливались в свете заката, а её движения были лёгкими, но полными силы.

На плече этой новой марионетки стояла фигура, от которой исходила яркая, сверкающая аура. Виорика. Её пепельные волосы развевались на ветру, а взгляд сиял твердостью. В одной руке она держала магический амулет, светившийся, как утренняя звезда, а другая рука была вытянута вперёд, направляя созданное ею чудовище.

— Ну, конечно, — тихо пробормотал Деян, глядя на неё с нескрываемой усмешкой. Он перепрыгнул на соседнюю крышу, чтобы уйти из зоны возможного столкновения двух гигантов.

Марионетка Виорики повернула голову к своему противнику, и их глаза — пустые, сверкающие светом магии — встретились. Казалось, воздух между ними стал гуще, напряжённее, а город на мгновение замер.

Деян, наблюдая за этим, не мог не усмехнуться. Он пробормотал себе под нос:

— В следующий раз надо будет придумать что-нибудь, чтобы её отвлечь. Может, оставить её дома с заданием по вышивке? Хотя... она наверняка и из иголок сделает оружие.

Его мысли прервал оглушительный звук: марионетка Виорики бросилась вперёд. Движения были не такими резкими, как у первой, но шаги были точными, выверенными, срывающими нити врага. Она взмахнула своей массивной рукой, и удар отозвался вибрацией в воздухе.

Кощей Бессмертный, словно почувствовав угрозу, резко повернулся к Амодаю и что-то выкрикнул, его лицо исказилось тревогой. Амодай, в свою очередь, бросил полный ярости взгляд на Виорику и поднял руки, укрепляя свою связь с Кощеем.

Но Виорика лишь усмехнулась, её голос эхом отразился от небоскребов:

— Думаешь, Кощей единственный может использовать технику Арлекина?

Её марионетка резко дёрнула рукой, и часть серебряных нитей врага оборвалась с хрустом. Марионетка Кощея зашаталась, её движения стали менее точными, а в её глазах, кажется, на мгновение мелькнуло замешательство.

— Идеальный момент, — сказал Деян себе, наблюдая, как защита врага слабеет. Он сжал руку в кулак, и голубой свет вновь запульсировал вокруг него, готовый к решающему удару.

***

Часом ранее

Виорика плюхнулась на мягкую кровать и потянулась за телефоном. Лента социальных сетей заполнила экран, предлагая всё подряд: смешные видео с котиками, завораживающие пейзажи, глупые приколы. Она улыбалась, на мгновение забыв о тревогах и заботах, погрузившись в лёгкость момента.

Однако её беззаботное настроение резко сменилось, когда одно из видео привлекло её внимание. Оно выглядело как любительская съёмка с дрожащей камеры — битва на крыше небоскрёба. Виорика прищурилась, не сразу понимая, что происходит. Но затем её сердце пропустило удар.

На экране, окружённый сияющим светом магии, был Деян. Его движения были грациозны и точны, но сцена выглядела напряжённой. Камера мелькнула, и в кадре появился Амодай, его лицо выражало жёсткость и уверенность. Виорика видела, как их столкновение превращает небоскрёб в арену битвы.

И тут её взгляд зацепился за третью фигуру. Высокую, мрачную, окутанную аурой, от которой дрожали даже нити реальности.

— Отец? — прошептала Виорика, её голос дрогнул.

Кощей Бессмертный. Легенда, древняя сила, её собственный отец. Он был там, неподвижный, как статуя, но его присутствие ощущалось так же явственно, как биение её собственного сердца. Виорика едва успела осмыслить увиденное, как видео сменилось, но её голова уже пульсировала от вопросов и тревоги.

Отбросив телефон, она резко села.

— Нет, я не могу сидеть сложа руки, — прошептала она, концентрируясь. Её пальцы замерли на амулете, который до этого момента покоился на шее плюшевого медведя.

Секунда, вспышка света — и Виорика оказалась на крыше соседнего небоскрёба. Город шумел под ней, будто не замечая происходящего, но её взгляд сразу уловил место схватки.

Деян был силен, каждое его движение излучало уверенность и мощь. Однако она видела и другое — коварство Амодая, его непрерывные попытки обойти правила. А рядом... её отец.

— Значит, вот так обстоят дела, — тихо сказала она себе, её глаза вспыхнули решимостью.

Пальцы Виорики коснулись амулета. Она знала, что у неё нет права быть только зрителем. Её отец выбрал сторону, и она сделает то же самое. Её магия начала вспыхивать, формируя план, рождённый из её собственной силы и воли. Она не позволит никому — ни Амодаю, ни даже Кощею — лишить её того, что она любит.