Глава 82

Смарагд стояла на палубе своего флагмана, стиснув перила так сильно, что её пальцы побелели. Её волосы, цвета ночного неба с отливом серебра, развевались на ветру. Она смотрела вниз, на огромное создание, что парило в воздухе. Черепаха, массивная и древняя, двигалась с неожиданной для её размеров грацией. Ласты разрезали воздух, как гигантские крылья, отбрасывая корабли и китов врага, словно они были не более чем листьями на пути шторма.

— Это невозможно… — прошептала Смарагд, и её голос утонул в гуле битвы.

Она знала, как сражаются маги. Знала силу Бессмертных. Но то, что происходило сейчас, не укладывалось ни в какие границы её представлений. Остров, который должен был стать легкой добычей, превратился в нечто невообразимо могущественное. С ним было связано не только тело Виорики, но и её воля, её ярость.

— Она играется с древней магией, — проговорил маг за спиной Смарагд, пытаясь придать себе уверенности, но в его голосе сквозил страх. — Это должно было быть забыто.

— Замолчи, — отрезала Смарагд, не оборачиваясь. Её взгляд оставался прикован к черепахе-острову.

Она чувствовала, как её тщательно выстроенный план рушится. Ещё чуть-чуть — и всё выйдет из-под контроля. Её войска были слишком медлительными, корабли не могли маневрировать достаточно быстро, чтобы догнать этого гиганта, который должен был быть неповоротливым. Вместо этого он оказался почти недосягаемым.

Горечь клокотала внутри Смарагд. Она ненавидела себя за то, что недооценила врага, за то, что позволила эмоциям затмить разум. Но больше всего она ненавидела Виорику.

— Всё из-за неё, — прошептала она, сжимая перила ещё сильнее. Её глаза вспыхнули зелёным огнём. — Из-за её проклятой магии, её высокомерия!

Смарагд подняла руку, и её ладонь засияла ослепительно-зелёным светом, словно собравшим всю её ярость.

— Я не прощу тебя, Виорика, — сказала она, её голос был тихим, но каждое слово несло в себе сталь. — Я не прощу, что ты посмела встать у меня на пути. И я не прощу себя, если не отомщу за моего сына.

Её дыхание стало тяжёлым. Перед глазами вспыхнул образ её мальчика, смеющегося, светлого, её самого дорогого сокровища. Он был добрым, мягким, не созданным для этого жестокого мира. И он умер из-за этих Бессмертных, из-за их войны.

— Виорика, — прошипела Смарагд, сжав руку в кулак, и зелёный свет вокруг её ладони превратился в вихрь, что расползался вокруг неё. — Ты ощутишь мою боль. Я уничтожу всё, что тебе дорого.

К её приказу летающие корабли начали перестроение, формируя кольцо вокруг острова. Китовые создания поднялись выше, готовясь атаковать. Смарагд подняла взгляд к небесам, где солнце пробивалось сквозь дым битвы.

— Даже если я погибну, — проговорила она, — я заберу тебя с собой.

Она подняла обе руки, и магическая энергия вокруг неё взорвалась ярким светом, заставив всех на корабле инстинктивно отступить. Смарагд готовилась к решающему удару. Её боль и ярость питали магию, которая разрывала воздух вокруг неё.

Смарагд подняла руку, и маги на кораблях тут же подчинились её безмолвному приказу. С кораблей хлынули ослепительные потоки энергии — огненные шары, молнии и ледяные вихри, сплетающиеся в хаотическую симфонию разрушения. Воздух наполнился ревом магии, от которого дрожала даже гладь океана внизу.

На черепахе, что несла остров Буян, защитный барьер вспыхнул ярким золотистым светом, отражая мощные удары, но каждый новый заряд заставлял его мерцать всё слабее. Виорика, слившаяся с магией острова, ощущала каждую трещину, каждый удар, словно это было её собственное тело.

На стенах крепости Бессмертные приготовились к худшему. Черномор сжимал рукоять меча, скрипя зубами. — Они пытаются пробить барьер, — проговорил он, глядя, как от магических ударов начинают сыпаться искры. — Если он падёт...

Виорика едва слышала его. Она сидела на каменной площади, её глаза горели белым светом, а руки, тянущиеся к мостовой, словно сливались с самой землёй. Она удерживала барьер из последних сил, одновременно направляя черепаху и марионетку в бой.

Смарагд стояла на палубе своего корабля, наблюдая за тем, как её войска приближаются к своей цели. Её улыбка была холодной, как лёд, глаза горели ядовитым зелёным светом.

— Глупцы, — произнесла она, не отрывая взгляда от сияющей черепахи, которая упрямо сопротивлялась всем атакам. — Вы думаете, что сможете противостоять мне?

Она подняла руку, и в её ладони засветилось копьё, выточенное из чистого магического света. Это было её последнее оружие, её козырь. Оно светилось так ярко, что от его сияния вокруг неё вспыхивал воздух.

— Один удар, — прошептала она, сжимая копьё обеими руками. — Один шанс.

Она подняла копьё над головой, закрыв глаза и сосредотачиваясь. Вокруг неё начала собираться энергия — мощные вихри, в которых смешивались все элементы, подчинённые её воле.

— Смарагд! — закричал кто-то из её магов. — Мы не справляемся с защитой острова!

— Замолчите, — отрезала она, её голос был сталью и льдом. — Я сделаю то, что вы не смогли.

Она открыла глаза, которые теперь светились, словно два изумруда. Медленно, с идеальной точностью, Смарагд прицелилась в самое сердце острова Буяна, туда, где под защитой барьера находилась Виорика.

— Ты не уйдёшь от этого, — прошептала она.

Её руки дёрнулись вперёд, и копьё с оглушительным грохотом сорвалось с её пальцев, несясь к цели, оставляя за собой ослепительный след.

В этот момент всё замерло. Даже киты и корабли на миг остановились, наблюдая за тем, как это оружие, насыщенное яростью и силой Смарагд, мчится к острову.