10

День начался с посещения курса психологической терапии. Моего «супруга» туда не пригласили, а мне настоятельно рекомендовали сопровождать «брата». И после завтрака мы с Тайлером отправились в указанный кабинет.

Данный курс проходил на манер клуба анонимных алкоголиков, как я его себе представляла. Седовласый серьезный доктор-психолог и пациенты, расположившиеся на расставленных полукругом стульях.

После короткого знакомства доктор Вулгари пригласил нас занять свободные места и открыл очередное занятие. Получилось так, что я оказалась не рядом со своим названным братом, а через несколько стульев, но все были рассажены так умело, что я со своего места могла прекрасно видеть каждого.

Тайлер выглядел напряженным, смотрел на окружающих его людей волком, молчал, но в каждом жесте и каждом взгляде явно чувствовалось желание покинуть это место. Я только диву давалась, как ему удается вести себя так естественно.

— Познакомьтесь, — представил нас психолог присутствующим, — это Дэни и Клэр. Дэни будет посещать наши занятия, а Клэр пришла поддержать своего брата.

— Привет, Дэни! Привет, Клэр! — понеслось со всех сторон.

Я чувствовала себя неуютно, но притворяться не пыталась. Навряд ли, настоящей Клэр Хоул было бы комфортно в подобном обществе, светская львица, как-никак.

После приветствий на нас посыпался поток имен, которые я старалась запоминать. Тайлер сидел со скучающим выражением на лице и душой компании выглядеть не пытался.

— Многие из здесь присутствующих посещают наши занятия не одну неделю, — заговорил Вулгари, когда все угомонились. — Мы говорим о своих проблемах, делимся своими страхами и, уверяю, ничего из здесь сказанного никогда не выйдет за пределы санатория. Мы все здесь друзья. И всем нам бы хотелось, чтобы ты, Дэни, стал частью этого, — Тайлер одарил его скептическим взглядом, и промолчал. — Может быть, ты все-таки поделишься с нами, что тебя беспокоит? — не унимался доктор. — В твоей карте указано, что ты долгое время принимал наркотики. Расскажи нам, с чего все началось?

— Расскажи! Расскажи! — тут же поддержали остальные.

Даже мне захотелось сбежать отсюда, хотя меня пока еще никто не трогал и после приветствия не обращал внимания.

Тайлер молчал.

— Ну же, Дэни, мы ждем.

— Ваши врачи уже взяли у меня кровь утром, — проворчал «Дэни Майс». — Они еще раз убедятся, что я давно ничего не употребляю. Нечего тут лясы точить, — и он сложил руки на груди, ясно демонстрируя, что больше ничего говорить не намерен.

— Что ж, — Вулгари, как и положено доктору, настаивать не стал, — тогда пока посиди, послушай. Мы все понимаем, каково это, раскрыться перед незнакомыми людьми. Послушай пока других, а к концу занятия попробуешь рассказать нам свою историю. Хорошо?

— Ладно, — буркнул Тайлер, смотря куда-то в пол.

И началось!

Я не актриса, талантами капитана не обладаю, и на этом занятии мне пришлось очень нелегко. Пациенты один за одним рассказывали о «страшных» проблемах своей жизни, и мне стоило неимоверных усилий не сложиться пополам от хохота. У меня вообще создалось впечатление, что сюда приехали богачи, которым просто нечем заняться. Выражение «с жиру бесятся» подходило сюда как нельзя лучше.

Например, обвешенная драгоценностями миниатюрная девушка по имени Крис рассказала душераздирающую историю о том, как она долго гонялась за сумочкой из последней модной коллекции, которая была страшным дефицитом. Когда сумочка за баснословную сумму таки оказалась у Крис, и она с гордостью отправилась с ней на великосветский прием, то обнаружилось, что у одной из гостей точно такая же. Бедняжка Крис не вынесла такого позора и проплакала всю ночь. Прошло уже два месяца, но у нее всякий раз случается нервный срыв, как она подумает о том страшном унижении, к слову сказать, самом страшном в ее жизни.

Следующий пациент, худой угловатый Хью, поделился проблемами, возникшими из-за развода с женой. В прошлом году он развелся, и бывшая жена забрала с собой их общего любимца, крохотную карманную собачку. Хью неоднократно пытался ее отсудить, но всякий раз суд принимал решение не в его пользу. От горя и опять-таки унижения (я поняла, местный контингент особенно любит это слово) несчастный Хью начал пить. В итоге весь последний год он занимался обильными возлияниями алкоголя, пока его родители не потеряли терпение и не отправили его сюда, где он и пребывает уже третий месяц, в течение которого не выпил ни капли спиртного. Сейчас же Хью сетовал, что желание выпить не пропадает, и стоит ему услышать собачий лай, хотя бы по телевизору, ему хочется напиться.

Рассказывали про сгоревшие фазенды, крах рынка ценных бумаг, проигрыши в казино. Никто из них даже не заметил, что идет война и гибнут люди.

Я ожидала увидеть здесь людей с реальными проблемами, но никто из них не потерял никого дороже карманной собачки и ничего, кроме денег. Настоящий Дэни Майс вписался бы в эту компанию, как никто.

— Итак, Дэни, — снова обратил на него внимание доктор. — Как ты услышал, никто не стеснялся рассказывать о своих переживаниях. Расскажи о себе, хотя бы немного.

Я перестала душить в себе смех пополам с возмущением, подобралась и превратилась вслух. В конце концов, я уставшая от причуд брата, но все-таки любящая сестра.

— Дэни? — мягко подтолкнул психолог.

Тайлер кивнул, обвел взглядом присутствующих.

Я умирала от любопытства, что же он скажет. Доктор — человек опытный, и обмануть его будет не так просто. Я только надеялась, что капитан заранее продумал свою легенду.

Повисло молчание, все терпеливо ждали, когда же «Дэни» решится.

Пауза затянулась, но потом он все же заговорил. Некоторые даже вздрогнули от его вдруг зазвучавшего голоса.

— Мы все к чему-то стремимся, — начал Тайлер, его сцепленные руки лежали на коленях, и он уперся в них взглядом, — и бывает, в жизни наступает такой момент, когда мы получаем то, чего хотели. Когда просыпаемся утром раньше будильника, потому что хочется поскорее начать новый день этой яркой прекрасной жизни, хочется обнять людей находящихся рядом и поделиться с ними своим счастьем. Это гармония. Словно высшая точка твоего существования. Ты никому не завидуешь, ни с кем не меряешься достижениями, ты счастлив быть собой, тем, кто ты, и где ты сейчас. А потом наступает момент, когда все это рушится…

Честно говоря, я не ожидала ничего подобного. Мне показалось, что сейчас Тайлер говорит о себе, именно о себе, а не выдуманную историю Дэни Майса. Впрочем, я знала его слишком плохо, чтобы утверждать наверняка.

— … И когда ты стоишь на руинах своей прошлой жизни и понимаешь, что то, во что ты свято верил, было ложью, в тебе что-то ломается, лопается, как струна. Алкоголь не решит твоих проблем и ничего не изменит, но он помогает забыться. На время.

Он замолчал, а я забыла, как дышать.

Черт тебя дери, Тайлер, если ты сам все это не пережил. Нет, эти слова не выдумка. Кто-то когда сделал тебе очень больно, и теперь ты решил использовать собственные эмоции, чтобы история Дэни выглядела правдоподобно.

В этот момент я поймала взгляд доктора Вулгари, который красноречиво указал мне в сторону «брата». Я кивнула и поднялась.

Что же ты за человек, Тайлер, а? Зловредный капитан?

Я подошла совсем близко и обняла его со спины. Наверное, сестра поступила бы так.

Как ни странно, я не испытала отвращения или желания отскочить. Возможно, не удалось-таки вжиться в роль, а, может, своими словами Тайлер что-то затронул в моей собственной душе.

Его ладонь накрыла мою на его плече. И у меня на самом деле не возникло желания ее отдернуть.

Доктор Вулгари смущенно кашлянул.

— Спасибо, Дэни, ты молодец, я думаю, на сегодня достаточно.

Наши руки разъединились.

* * *

По дороге в свои номера мы молчали. В наличии камер на этажах никто из нас не сомневался.

— Это была правдивая история, — все же шепнула я, когда мы подошли к своим дверям.

Тайлер усмехнулся, сверкнув на меня глазами.

— Без правды порой никуда, «сестренка», — памятуя о камерах, он коснулся губами моей щеки, а потом открыл дверь в свои апартаменты.

Наверное, я все же слишком хорошо вжилась в роль, потому что его касание не было мне неприятно.

Тряхнув головой, чтобы отделаться от странных мыслей, я отправилась в нашу с Эшли комнату.

* * *

Переодевшись и подправив макияж, я снова покинула комнату. Свои действия я так толком и не продумала, но хотелось внести свою лепту в общее дело. Я и так бездействовала все время пребывания на «Прометее».

На солнечной террасе под навесом установили столики для гостей, где они могли бы отдохнуть, подышать свежим воздухом и чего-нибудь выпить.

Я опустила на лицо солнцезащитные очки и окинула взглядом посетителей импровизированного кафе. Пары, пары, одинокий пожилой мужчина… Нет, этот, вряд ли, окажется словоохотливым собеседником, да и со стороны Клэр Хоул было бы странно заводить дружбу со стариком.

Мое внимание привлекла блондинка в платье с глубоким декольте. Примерно моего возраста и, разумеется, положения Клэр. Девушка была красива истинной красотой представительницы высшего общества, с идеальными чертами лица, не обезображенными интеллектом. Да, то, что нужно.

Я улыбнулась, наметив цель, и неспешной походкой двинулась в ее направлении.

— Здравствуйте, можно к вам? — интонация тупоголовой оптимистки.

Девушка оторвала взгляд от планшета, в котором что-то рассматривала, и провела быстрый осмотр моей персоны. Удовлетворившись увиденным и, видимо, решив, что я достойна ее общества, гостья «Райских кущ» подарила мне ответную улыбку.

— Конечно же, присаживайтесь, — она тряхнула золотыми волосами, и они тут же рассыпались крупными кольцами по плечам, — а то я тут уже совсем зачахла от скуки, — девушка красноречиво глянула на старика, кандидатуру которого я только что рассматривала. — Раньше тут можно было встретить только сливки общества, — посетовала она, — а сейчас у санатория сменились хозяева, а этим хоть кто, лишь бы мог оплачивать счета.

Джек-пот! Наверное, это везение, присущее всем новичкам, — с первой попытки нарваться на постоянного клиента.

Я приняла приглашение и опустилась на стул напротив словоохотливой аристократки, расправила платье и только после этого сняла очки.

— Меня зовут Клэр, — представилась я.

— Хилари, — кивнула та.

При знакомстве в обычных условиях, я бы непременно протянула руку, но тут мы обошлись взаимными кивками.

— Так ты здесь не первый раз? — изобразила я восторженную идиотку, сразу же перейдя на фамильярный тон. Пусть думает, что я тоже несказанно обрадовалась обществу равной и немедля записала ее в подружки.

— Уже пятый раз, — охотно поделилась Хилари, — каждую зиму дома отправляюсь сюда погреться, — после этих слов она нахмурилась и печально вздохнула, — но, наверное, это последний мой визит. Ужасное общество, — обличительная фраза была сказана преувеличенно громко, специально, чтобы люди за соседними столиками услышали и почувствовали свою никчемность.

В ответ я понимающе кивнула. Здешнее окружение мне тоже не нравилось, но совсем по другой причине.

— А ты, — Хилари с готовностью перехватила инициативу, — каким ветром здесь?

— Приехала подлечить брата, — ответила я. Пришлось отвлечься, чтобы сделать заказ подоспевшему официанту, а потом вдохновенно продолжила: — А об этом месте узнала от своего старого друга, он раньше часто здесь бывал. Потеряла с ним связь в прошлом году, и, по правде говоря, надеялась его здесь встретить, — я вздохнула, копируя свою собеседницу, — но не сбылось.

— Часто здесь бывал, говоришь? — как и предполагалось, заинтересовалась девушка. — А как его зовут? Возможно, мы знакомы.

— Ричард Шейн, — с готовностью назвала я имя, под которым здесь и пребывал агент Стоун.

Услышав имя, Хилари помрачнела и вся подобралась, как пантера перед прыжком. Лицо только что милой и приветливой девушки озлобилось.

— Даже слышать о нем ничего не желаю! — категорично заявила она, резким движением отставив от себя бокал с коктейлем, который до этого пила, будто внезапно обнаружила, что в нем яд.

Мне даже не пришлось изображать замешательство.

— Ричард что-то натворил? Да он и мухи не обидит, — попробовала я вступиться за якобы друга. — Может быть, ты ошиблась?

— Ричард Шейн! Да это имя я никогда не забуду!

Она часто заморгала, делая вид, что с трудом справляется со слезами, но я прекрасно видела, что ее слезы такие же настоящие, как и я Клэр Хоул.

— Я поражена, — осторожно сказала я, чтобы не вызвать у девушки новый всплеск негодования, своим громким голосом она уже и так привлекла к нам ненужное внимание соседних столиков, — но если не хочешь, не рассказывай, я вижу, что тебе больно…

Больно, как же, игра на публику и ничего больше.

Хилари артистично замотала головой. Мне даже показалось, что еще мгновение, и она прижмет ручку ко лбу и грохнется в обморок. То, что я не буду ее поднимать, я пообещала себе заранее.

Но, несмотря на мои опасения, девушка решила не переигрывать и ограничилась трагическим тоном:

— Этот подлец ухаживал за мной, крутился вокруг, не давал проходу, обещал… — Хилари сжала пальцами переносицу, справляясь с эмоциями. — Да столько всего обещал, что не перечислить. А когда я ответила взаимностью, исчез. Представляешь?

— Как исчез? — не поняла я.

— А вот так!

На нас снова стали оборачиваться.

Мысленно сцепив зубы, я пересилила себя, склонилась вперед и сжала ее ладонь в знак поддержки:

— Дорогая, я понимаю, как тебе тяжело, но, прошу, тише. Не стоит показывать этим людям свою слабость.

— О, конечно, ты права, — тут же закивала Хилари, бросив на соседний столик презрительный взгляд, — не их это дело. Но так, как твой подлец-друг меня унизил, меня никто не унижал.

— Так что все-таки произошло? — может реветь, бить ногами и орать пуще прежнего, но ни с чем я уходить не собиралась.

— Он просто исчез, — повторила Хилари в третий раз. — Утром в «Райских кущах» не осталось ни его, ни его вещей. Я спросила Гаренье, а он сказал, что Ричард уехал. Вот так, даже не предупредив.

— Каков подлец, — согласилась я, но подразумевая Гаренье. Если управляющий заявляет, что человек, который на самом деле самостоятельно не уезжал, уехал, он точно замешан.

— А вы? — во взгляде Хилари проснулось запоздалое подозрение. — В каких вы с ним отношениях?

— Не в тех, о которых ты подумала, — заверила я со всей искренностью, на какую была способна. — Я замужем и счастлива в браке.

— Вон там, случайно, не твой муж? — девушка вытянула шею, всматриваясь куда-то мне за спину. — Кажется, я видела вас вместе.

Я обернулась и увидела Тайлера, ну, то есть нынешнего Дэни Майса, идущего по направлению к входу в отель.

— О, нет, — рассмеялась я. — Это мой брат. Дэни.

— Да-а? — вся печаль и злость мгновенно слетели с ее лица, а улыбка превратилась в плотоядную. — И он свободен?

— Абсолютно, — заверила я, хотя почувствовала непонятное раздражение.

— Какой у тебя братик, — не унималась Хилари. — Познакомишь?

Я уже узнала у нее все, что хотела, какой смысл мне знакомить ее с остальными, не так ли?

— Мой брат лечится от алкоголизма и наркомании, — доверительно сообщила я, понизив голос.

Но Хилари и не думала пугаться.

— Пустяки, — отмахнулась она, — с таким-то телом, хоть от мутации.

От такого заявления я часто заморгала. Тайлер же, заметив нас, изменил траекторию и направился к нам. Хилари следила за ним взглядом голодной тигрицы, впитывая каждое его движение.

— Сестренка! — пропел мой названный братец, положив руку на спинку моего стула. Вот уж мастер нарушать мое личное пространство! — Прохлаждаешься? Думал, ты спишь.

— Взаимно, — пробормотала я.

А Тайлер тем временем заметил мою новую «подругу», окинул ее взглядом, задержавшись на декольте до неприличия долго, а потом расплылся в улыбке, точь-в-точь копирующей ее собственную.

— А с кем это ты? Познакомишь?

— Конечно, — вежливо согласилась я, хотя энтузиазма не испытывала ни капли. — Хилари, это Дэни, Дэни, это Хилари.

— Очень приятно, — сверкнула идеальными зубами девушка.

— А мне-то как, — не остался в долгу Тайлер.

Хилари подалась вперед, нависая своей большой грудью над столешницей.

— Поужинаем сегодня, Дэни? — томно предложила девушка. Кажется, она не привыкла оставлять за мужчиной право первого шага.

— Давай, если не шутишь, — усмехнулся ей «мой брат», а потом соизволил-таки снова обратить внимание на меня. — Я устал, иду спать, ты со мной?

Ну хоть за что-то я была Тайлеру благодарна, без него мне, вряд ли, удалось отделаться от общества этой красотки так быстро.

— Пожалуй.

— Тогда догоняй, — Тайлер подмигнул Хилари и вальяжным шагом направился к входу в отель.

— Пойду, — я подарила Хилари виноватый взгляд и встала, — посмотрю, чтобы ничего не натворил.

— До встречи, — с готовностью откликнулась та, видимо, моя компания стала ей также неинтересна.

Я уже отошла на несколько шагов, когда услышала брошенное мне вслед:

— А он у тебя горяч!

Я не обернулась.

Он у меня придурок, вот он кто! Бедный Йорик, чтоб его…

* * *

Я догнала Тайлера уже в вестибюле, и мы вместе вошли в лифт. Он все еще довольно ухмылялся, и мне чертовски захотелось съездить ему по физиономии.

— Правда, пойдете с ней ужинать? — не удержалась я от вопроса. Хотела спросить нейтрально, но не вышло, тон получился желчным, и я от досады на саму себя прикусила губу.

— Почему бы и нет? — продолжал веселиться капитан.

— Потому что у нее мозг меньше груди, — сварливо проворчала я.

Тайлер долго сверлил меня взглядом, а потом выдал:

— Если бы я тебя не знал, решил бы, что ты ревнуешь.

Я задохнулась от возмущения. Вот же самовлюбленный лондорец! Да что он о себе думает?!

Я фыркнула, не удостоив его даже ответом, и с демонстративно оскорбленным видом первая вышла из лифта.

* * *

К вечеру снова собрались полным составом у нас в номере. Эшли тоже вернулся с «уловом». Не сговариваясь, мы с ним умудрились использовать одну и ту же легенду о друге семьи, коим якобы был Ричард Шейн. Но и Рис продвинулся не дальше меня, все, что ему удалось выяснить, это то, что Стоун был здесь некоторое время, а потом внезапно уехал, ни с кем не попрощавшись. Важными сведениями оказалось лишь то, что один из новых знакомцев Эшли обронил, что за последнее время Ричард Шейн не единственный, кто вот так ни с того ни сего покидает «Райские кущи». Правда, он связывал это с тем, что уровень сервиса падает, и, видимо, причиной скоро отъезда послужило недовольство обслуживанием или оскорбление кем-то из персонала.

Самым плодотворным день оказался у капитана. Удачно выбранная линия поведения Дэни Майса сыграла ему на руку. Он умудрился поскандалить с Гаренье, заявив, что простыни в его номере недостаточно чистые, и пока бедный управляющий проверял по компьютеру, когда и кем в последний раз менялось постельное белье, умудрился скачать местную базу данных на свой планшет.

— И как? — поинтересовался Эшли. — Не закодирована?

— Нет, — отмахнулся Тайлер, в свойственной ему манере прохаживающийся по комнате, пока мы с Рисом сидели на диване, — ерунда, внешнего доступа нет, а отсюда я взломал за полчаса. Простенький пароль.

— Раз не слишком-то охраняют, значит, противозаконная деятельность в базе не отражена, — вставила я.

— Согласен, — скривился Тайлер, и мне показалось, что соглашаться со мной ему особенно не нравится. — Но, во всяком случае, я «вытащил» карту Стоуна. Он лечился у доктора Вулгари, с которым мы уже познакомились, — выразительный взгляд в мою сторону, — и еще у некого доктора Шнейдера. Он, кстати, тоже есть в моем расписании, так что познакомимся.

— Управляющий точно замешан, — высказала я свое мнение.

— Но один он действовать не может, — кивнул мне капитан. — Я ставлю на врачей.

— Его ставки обычно выигрывают, — подсказал мне Рис, хотя я и так была склонна верить опыту Тайлера.

Капитан же посмотрел на часы и засобирался уходить.

— Мне пора, — сообщил он, — у меня еще ужин с бывшей приятельницей Стоуна. Посмотрим, может, она знает больше, чем говорит.

Я нахмурилась при одном упоминании о Хилари. Совсем нервы расшатались. Глупая богачка, только и всего.

— Она хорошенькая? — невинно поинтересовался Эшли, а я поймала себя на том, что чертовски хочу услышать мнение Тайлера.

Но он равнодушно пожал плечами:

— Пластика во всех ее лучших проявлениях.

— Совмещай приятное с полезным, — напутствовал Эшли друга и пошел закрывать за ним дверь.

Я осталась сидеть на диване, погрузившись в свои мысли, очнулась, только когда вернулся Рис и коснулся моих сжатых кулаков.

— Что с тобой? — тревожно спросил он, вглядываясь в мое лицо.

Схожу с ума…

— Не знаю, задумалась, — объяснить свою внезапную злость я не смогла бы и самой себе. — Закажем ужин в номер? — попыталась я перевести тему.

Эшли пожал плечами:

— Как скажешь.