Глава 37

- Давид! - мой грозный многообещающий рык действительно мог быы напугать, но только не такого человека, как Крамер. Да и я сейчас в таком положении и позе, что бояться нужно мне. - Пусти! Иначе… отомщу. Страшно.

- О, как. Вот чего не хватало для перехода на личное общение, - слышу я довольный мужской голос где-то в области моей попы, затем горячее дыхание и поцелуй.

По попе побежали мурашки. Приятно ощущения конечно, но дело не в этом - попа чувствует неприятности.  

Следующим я ощущаю прикосновение прохладных пальцев в моему позвоночнику ближе к основанию шею. Ощущения такие, словно я один сплошной оголенный нерв. Полностью оголенный во всех смыслах.

- Страшно вам, Василиса Андреевна? - голос Давида вкрадчиво-насмешливый. Мужчина подушечками пальцев медленно ведет линию по моему позвоночнику вверх, к попе.

Да пипец. Я в шоке и ужасе.

- Я против, пустите меня. Разве не должно быть моего согласия на все это? По этим вашим правилам?

- Видите ли, чтобы придерживаться каких-то правил, надо играть, а я уже говорил, что не играю.

- Что…. вы хотите сделать?

- Хочу много, но все постепенно.

Пальцы Давида дошли до моей попы, и уже там начали свой неспешный массаж.

Ой-ой.

Напряглась еще сильнее, сжав и попу, но долго в таком положении в напряжении не получается быть, поэтому в итоге все равно расслабляюсь. Давид близко, очень близко, я ощущаю, его твердое тело, и трение одежды о мои бедра.

- Василиса Андреевна, я хочу, чтобы вы наконец до конца осознали, с кем связались. Мне кажется, вы этого так и не поняли. Я не принадлежу к какому-либо определенному течению и даже формату поведения. Если так хотите - я дьявол, ваш господин. А вы моя помощница. Помощница во всем. Во всех желаниях и прихотях. Вы будете меня слушаться, будете рядом, не будете смотреть на других мужчин. Взамен вы получите полное обеспечение, покровительство, комфорт и безопасность.

В связи с речью Давида у меня возник только один вопрос.

А ху-ху не хо-хо? мы об этом всем точно не договаривались.   

- Давид, ты говоришь, что не играешь, а ощущение такое, словно ты погряз в играх.

- У тебя будет еще много времени, чтобы оценить меня и мои поступки. Главное, чтобы не было лишних иллюзий. А пока...

- Давид! Что значат твои слова? Такое впечатление, что это все на долгий срок.

Крамер куда-то молча отходит. Попе становится холодно, да и вообще голой как-то не жарко.

- Давид!!!

Перед моим взором вдруг появилась стойка на колесиках. Стойка увешана самыми разнообразными игрушками для интимной жизни.

- Выбирайте, Василиса Андреевна, чего бы вам хотелось попробовать.

Ой, ля-я-я...

Сказала, что я выбираю. Матом сказала, душевным таким.

- Ох, Василиса Андреевна, вы ведь хорошая девочка, а так ругаетесь. Не хотите - как хотите, - насмешливо прокомментировал Давид, и стойка исчезла из моего поля зрения.

- Я еще и на китайском могу. Продемонстрировать?  

- Попозже обязательно.  

Вновь напряглась, когда ладони Давида сжали мою многострадальную попу. Больше шеф не говорил.

Первое время кричала. Кричала на начальника самыми отборными словами, сопротивлялась, но все это, кажется, только еще больше возбуждало Крамера. Да, он не спешил, доводил меня до исступления, и только когда убедился, что я полностью сдалась на его волю, вошел. Вошел классически, но при этом успел воткнуть мне в попу какую-то штуку, не больно, но.... На мой вопрос, что это, начальник кратко ответил, что стимулятор.

Не знаю, каково это, когда тебя берет в поп мужчина, но когда Крамер двигался во мне, с каждым толчком мне казалось, что меня как раз-таки берут одновременно и туда, это было порочно, волнующе, и да, приятно.   

Оргазм настиг просто умопомрачительный, в глазах на несколько мгновений потемнело и запрыгали звездочки, но это не отменяет того факта, что Давид делал все это, приковав меня наручниками к кушетки, всячески запугивая, и во время процесса - опять дико, по звериному, грубо, со всей мощью и силой. Мне казалось в тот момент, что кушетка вот-вот развалится. Да-да, похоже, я и впрямь извращенка, потом что мне это понравилось, понравилось ощущать над собой власть мужчины, быть прикованной, и вся эта игра, но обиды это не отменяет.

- Расстегните меня, - потребовала я тихим уставшим голосом. Мне почему-то кажется, что все, что сейчас здесь происходило, было местью Крамера за таблетки и недоверие.

В ответ получила поцелуй в попу и хозяйское пошлепывание.

- Полежи пока тут немного, остынь. Хочется меня побить, верно? А я пока оденусь и немного приведу комнату в порядок, потом помогу тебе.

И я лежала. Долго. Только ни капли не успокаивалась, а скорее наоборот, все больше бесилась. В какой-то момент кипение достигло точки и я перегорела. Как раз в этот момент Давид и выбрал чтобы подойти и отстегнуть меня, потом, взять мое безвольное уставшее тело на руки и отнести в уже налитую горячую ванну с пеной.   

Видимо из врожденной злокозненности, Давид меня одну не оставил, потеснил, забравшись ко мне в ванну и усадив к себе на ноги, поскольку ванная хоть и просторная, но не настолько.

Молчу.

Смысл что-то говорить? За меня тут и так все решат и, если надо, в нужную позу согнут.

- Василиса, не стоит на меня дуться. Я должен был это сделать, чтобы вы знали, с кем имеете дело и не имели на мой счет лишних фантазий. Да, я именно такой, надеюсь, ты это примешь. В целом же, то что было - это максимум, на который я могу именно тебя испугать или склонить в силу своей каверзной и игривой натуры. Все остальное только по твоему желанию. Но совсем без подобных сторон интимной жизни мне будет скучно. Что-то по-настоящему жесткое я стану практиковать, если понадобится, только на чужих.

Чужих? Я своя? И то есть совсем жестко Крамер будет иметь только случайных баб?

- Под чужими я подразумеваю сильно провинившихся сотрудников, врагов и просто очень глупых людей, зачем-то решивших встать на моем пути.

Продолжаю угрюмо молчать.

В теплоте ванной настолько оттаяла. что чувствую, как по щекам начинают катится слезы.

- Я бы хотела побыть одна, - наконец, произнесла я, собравшись с силами.

К чести Крамера, он ушел без лишних вопросов, слов и лживых утешений.

Оставшись одна, вздохнула немного спокойнее. Давид жесток, властен, эгоистичен и, похоже, он еще сдерживался, чтобы меня раньше времени не спугнуть, а сейчас начинает проявлять характер в полной мере.

Не знаю, что делать и как быть. В принципе, я все это и так знала и понимала, но одно дело знать, а другое - испытывать на себе.

Там, в подвале, больно мне не было, скорее наоборот, но было унизительно.

Пока я в Германии смысла куда-то уходить нет - у меня все вещи и личные деньги остались на родине. С собой только мелочь.

Несколько дней рядом с Крамером уже ничего не изменят. Решение принято.

В ванной сидела очень долго. а когда поняла, что еще немного, и превращусь в русалочку, выбралась из воды, нашла халат и завалилась спать в ближайшей гостевой спальне. Ощущаю себя потерянно, на душе грусть и тоска.

Под утро пришел Крамер. Разбудил поцелуями. Голый забрался ко мне под одеяло. Поцелуев было много, невыразимо нежных и в то же время требовательных.

Это было мое маленькое утреннее преступление, потому что все случилось. Утром я сонная, спокойная, а тело так и вовсе перестало мне принадлежать, настолько легко и с радостью откликается на любую ласку Давида.

Порочное бессовестное утро, которое я бы посчитала сном, после того как Крамер ушел, а я вновь уснула, но проснувшись от ярких солнечных лучей, обнаружила, что пол комнаты почти полностью уставлен огромными букетами алых роз, на тумбочке поднос с завтраком чашечка с ароматным кофе исходит паром, а рядом с ней открытая бархатная коробочка, внутри которой кольцо с огроменным бриллиантом.

Вновь огляделась. Постель смята так, что не остается сомнений, что тут был мужчина. Ощущение такое, что кровать - это корабль, и я плыву на нем в море алых цветов.

Красиво, конечно, но зная возможности Крамера, такое организовать - раз плюнуть. Да и, наверное, я правда прагматик, поскольку мне жалко столько загубленных ради меня одной цветов. Через несколько дней завянут и все. С учетом еще и цинизма начальника - в романтический порыв не верю. Вот в подкуп, да.

Единственное, что действительно порадовало и за что испытываю большую благодарность, это кофе, его выпила с огромным наслаждением. То что надо в это утро. Завтрак тоже оказался не лишним, после всех ночных упражнений ощущаю зверский голод.

К кольцу не притронулась.

После пришлось аккуратно пробираться через букеты с цветами и идти искать, где же моя одежда. Нашла. В спальне Крамера, в его гардеробе. Вся одежда постирана, высушена и выглажена.

Не понимаю, кажется, Давид упорно продолжает гнуть линию совмещения наших личных пространств, но зачем это ему?

Не знаю что делать дальше, но на всякий случай спускаюсь вниз, в холл. В конце концов, работу никто не отменял.

Внизу меня встречает знакомый охранник, который сопровождал меня в аптеку.

- Василиса Андреевна, Давид Матвеевич уехал на встречу, а вас приказал отвезти в магазин, чтобы вы купили себе необходимые вещи. Мы здесь задержимся как минимум на неделю.

Охранник смотрит угрюмо, исподлобья, словно, если я откажусь, он меня скрутит и насильно потащит за покупками. Милашка просто, в сравнении с этим шкафом Коля просто одуванчик. Кстати. Николай что, больше не работает? Или переведен. Я его не видела очень давно. Не то чтобы меня это волнует, просто любопытно.

Ну, поехали по магазинам.

Меня привезли к какому-то большому и пафосному торговому центру. Прежде, чем я вышла, охранник вручил мне карточку, сообщив заодно, что на на шопинг у меня есть два с половиной часа, потом за мной заедет Давид Матвеевич. При этом охранник остался со мной, и идет буквально след в след.

Обернулась к провожатому.

- А какой лимит у карточки?

- Безлимитная.

- А если я сейчас все магазины скуплю?

Шкаф пожал плечами.

- Скупайте.

- Почему вы со мной? Я понимаю, дома оставалась призрачная опасность покушения, а тут что? Паранойя?

- Так приказано, - отрезал мужчина. - И еще. Давид Матвеевич сказал, что лучше одеться тепло и удобно к его прибытию.

Как-то Давид Матвеевич слишком много говорит.

Дабы поднять себе настроение, экономить на “рабочей” одежде не стала, вволю повеселившись. Никогда не покупала одежду вот так, без оглядки на ценники. Самые дорогие фирменные бутики радостно распахнули свои двери. Серебристая шубка? А легко. Ворох одежды а все случаи жизни - вот, уже. Не забыть об обуви. И лыжи. Не знаю, зачем мне лыжи, но пусть будет. Все добро, конечно, останется у Крамера потом, я точно ничего забирать не стану, а он пусть передарит все своим новым помощницам.

В общем, купила всего, нужного и ненужного. Даже охраннику шапку купила, цветную такую, хипстерскую, но теплую. Мой бодигард, кажется, в шоке. Вещи по договоренности с магазинами курьеры отвезут в дом шефа.

Крамера, кстати, тоже не обделила. На пути попался магазинчик с сувенирами, выбрала там куклу, мужчины, который под задорную немецкую песенку танцует, резко распахивает плащ и танцует уже голый, размахивая своим преувеличенно большим достоинством.

Такой любитель редким интимных игрушек и раздеваться по поводу и без, как Давид, просто-таки должен оценить.   

Такой любитель редких интимных игрушек и раздеваться по поводу и без, как Давид, просто-таки должен оценить.   

Шопинг закончила раньше времени - вышла на улицу в новой шубке, чтобы подышать свежим воздухом. Оказывается, даже от транжирства можно устать.

Почти все проходящие мимо меня по улице мужчины сворачивают головы, кто-то даже смотрит этак кокетливо, или как это мужчин называется, но никто не подходит - видимо, угрюмая фигура громадного и мощного охранника за моей спиной, всех отпугивает. Кстати об охраннике.

Оборачиваюсь к мужчине и достаю из кармана шапочку.

- Это вам.

Охранник скептично смотрит на шапку, а потом сухо отвечает:

- Не положено, - что именно не положено, мужчина не уточняет.

Бью по слабому месту:

- Давид Матвеевич приказал. Новая экипировка. Только для тех, кто меня сопровождает.  

Я вижу, что охранник колеблется. Звучит неправдоподобно, но видимо, этот дядечка достаточно давно работает с Крамером, чтобы знать о его причудах.

Вкладываю шапку в большую мужскую ладонь.

Охранник растянул шапочку между пальцев, опять с сомнением на нее посмотрел, и вдруг надел.

С трудом сохраняю каменное выражение лица, потому что веселая цветная шапочка настолько серьезном мужчине смотрится очень забавно. Нет, не плохо, просто на контрасте.

- Вам очень идет, - сдержанно произношу я. Мой голос дрожит. Только не смеяться, а то ведь пришибет ненароком.

- Теплая, - вдруг прокомментировал охранник вполне довольным голосом. Бедный, он мерз что ли? Вот Крамер нехороший человек, не может охрану шапочками снабдить. Или для имиджа суровым парням шапки нельзя носить?