Глава 9 · Поиск

Время ужина давно прошло, а Эдриана все не было. Мы с Генри сыграли очередную партию в шахматы, и я уложила встревоженного ребенка в постель, сказав, что его отцу наверняка по служебным делам пришлось внезапно уехать из города. Сняв Люси с насиженного места на кухонном подоконнике, я устроила ее под боком у мальчика. Выбранная мной сегодня сказка была веселой и радостной.

— Почему вы никогда не боитесь, мисс Теодора? — сонно пробормотал Генри.

— У меня слишком много поводов для страха, — тихонько ответила я ему. — Если я буду бояться всего, чего стоит, я просто сойду с ума.

Отправив оповещение Джеймсу, я уселась в гостиной, расположенной рядом с холлом, чтобы не пропустить появление его брата. К двенадцати стало понятно, что ждать больше нельзя. Настолько задержаться на работе Эдриан не мог, и я не верила, что он может куда-то отправиться, не предупредив нас, какими бы чрезвычайными ни были обстоятельства. Разговор в библиотеке не шел у меня из головы.

Я не знала, где застанет Джеймса сигнал артефакта, но если он принял его в столице, а не по пути в Станингем, раньше утра он вернуться не мог. Нужно было действовать, не надеясь на чью-то помощь.

— Так и не вернулся? — проворчала разбуженная мной миссис Уилсон.

Я покачала головой.

— Что вы предлагаете делать? — кухарка села и накинула халат. — Хотите идти искать его ночью, неизвестно где?

— Можно пройти тот путь, которым он ходит на работу. Я примерно знаю дорогу. У меня в голове крутятся истории последних убийств, когда на людей напали ночью, по дороге домой. Что, если с мистером Брикманом случилось то же?

— Милая, но если хозяина убили, то вы-то чем сможете помочь?

Я всплеснула руками.

— Миссис Уилсон, а если он ранен, но жив? И лежит где-то там, в темноте?

Она покачала головой:

— А если мы отправимся его искать, а на нас нападут? Что две беззащитные женщины смогут сделать против преступников?

— Почему две? — возразила я. — Вы останетесь с Генри, миссис Уилсон.

Она посмотрела на меня как на сумасшедшую.

— Мы не можем оставить ребенка ночью одного, — пояснила я.

— Если с вами что-то случится, хозяин мне не простит, — мрачно сказала кухарка. — Лучше пойду я.

— Миссис Уилсон, простите, но я моложе, сильнее и быстрее бегаю. Это пригодится, если придется спасаться бегством.

— Зато такая старуха, как я, вряд ли кому приглядится. Нет, как хотите, дорогая, но я против. Вас поселили в этом доме, чтобы вы не ходили по улицам днем. А сейчас вы хотите отправиться туда ночью! Это просто безумие какое-то!

Я смотрела на нее отчаянно:

— Миссис Уилсон, миленькая, считайте, что у меня предчувствие. Я должна постараться его найти.

Она внимательно на меня посмотрела:

— Что вы будете делать, если найдете его с ножом в спине?

— Я могу сбегать в госпиталь за дежурным лекарем, — предложила я.

— Ночью вы не найдете там никого толкового. Дежурят помощники. Толку от них не будет. Лучше возвращайтесь за мной.

Я взглянула на нее с вопросом.

— Не спрашивайте, — она махнула рукой. — Чему только не научишься за долгую жизнь.

Потом, подумав, продолжила, глядя на меня скептически:

— И возьмите кухонный нож, что ли. Сможете ударить, если придется защищаться?

— Не знаю, миссис Уилсон. Вряд ли.

— Вы уж как-нибудь постарайтесь, мисс Робертс. И оденьтесь попроще. Я дам вам свой плащ и чепец. Возьмите еще магический фонарь, только не включайте без особой нужды. Привлечете ненужное внимание.

Я быстро накинула одежду миссис Уилсон, положила в карман плаща нож и вышла из дома.

Тусклый свет редких фонарей едва освещал улицы, пробиваясь размытыми пятнами сквозь густой туман. В молочном мареве темными громадами проступали искаженные очертания зданий, сквозь закрытые ставни которых тонкими полосами изредка пробивались огни магических светильников.

Я старалась ступать как можно тише, но шаги все равно гулким эхом отражались от каменных стен, выдавая мое присутствие. Каждый шорох заставлял настороженно прислушиваться. Время от времени в отдалении раздавались чьи-то голоса, слышались пьяные веселые крики или сухой кашель. Через несколько минут пути я увидела закутанного в плащ мужчину, который торопливо шел мне навстречу. К счастью, моя персона его не интересовала: он прошел мимо, окинув меня равнодушным взглядом.

Я решила, что в одну сторону пойду вдоль одной стороны дороги, а по дороге обратно ­— вдоль другой. Света не хватало, чтобы ясно увидеть обе обочины. До моста, разделявшего город на две половины, я дошла, не найдя ни Эдриана, ни происшествий на свою голову. Но, ступив на мост, я вдруг услышала мужские голоса. Несколько человек, кажется, пьяных, что-то весело обсуждали. Один из них завел песню.

«Эти, пожалуй, опасны», — подумала я.

Я сняла туфли и, держа их в руках, быстро отступила назад и кинулась вниз, к опоре моста, решив пропустить компанию, а потом вернуться на дорогу. Прижавшись к камню, я стояла и напряженно слушала, как надо мной на высоте нескольких человеческих ростов гремит мужской хохот и грубые ругательства.

— Мартин, — громыхал один голос, — ты проспорил мне серебрушку.

— Ты еще с прошлого спора не вернул мне две, недоумок, — расхохотался второй. — Это ты мой должник.

— Отрабатывать те две серебряных я отправил к тебе Мэри…

«Вот уж кто ничего не боится», — подумала я про компанию, мысленно уговаривая ее поскорее убраться и начиная дрожать от сырого ночного холода.

Когда звуки голосов затихли вдали, я обулась, поднялась обратно на мост, и, постаравшись прижаться к перилам с одной стороны и идти как можно тише, отправилась дальше. Неожиданно моя рука, скользя по камню, наткнулась на что-то мокрое и липкое. Я посветила фонарем и увидела красное пятно на ладони. Кто-то здесь был ранен, и совсем недавно.

Я пробежала по мосту туда и обратно, а потом кинулась вниз, на берег. Я подумала, что раненого, кем бы он ни был, могли скинуть с моста, а раз так, то нужно идти вниз по течению реки. Правда, было неясно, по какому берегу идти, поэтому я пошла наудачу по той половине Станингема, на которой была расположена Зеленая Аллея.

Пять минут спустя, старательно обшаривая фонарем берег, я увидела какую-то груду у самой воды. Подойдя, я поняла, что это человек, который лежит на боку спиной ко мне. Сюртук сзади зиял косым разрезом на плече выше лопатки. Перевернув человека, я поняла, что нашла Эдриана Брикмана.

Он был без сознания. Тело было очень холодным — сейчас, в конце августа, температура по ночам ощутимо опускалась. В свете фонаря лицо Эдриана казалось мертвенно бледным. Кажется, он потерял много крови. Дыхание чувствовалось едва-едва, но было непохоже, что в легких была вода. Пульс прощупывался. Вероятно, упав в воду, он сначала добрался до берега, а уж потом потерял сознание. Но главное, он был жив. В моем сердце появилась горячая благодарность к высшим силам.

Эдриан чуть пошевелился от моих прикосновений и попытался приоткрыть глаза.

— Мистер Эдриан, это я, Теодора, — прошептала я ему. — Сейчас я укрою вас и побегу за помощью.

— Мисс Теодора, — ответил он так тихо, что пришлось склониться к его лицу вплотную, чтобы услышать, — не уходите. В ваших объятиях так тепло. Так тепло…

Он умолк, опять потеряв сознание.

— Я скоро вернусь, — пообещала я, всхлипнув.

Сняв с себя плащ миссис Уилсон, я укрыла Эдриана и быстро побежала обратно на Зеленую Аллею. Не помню, как долетела обратно. Миссис Уилсон встретила меня в холле.

— Я нашла его, он на берегу у реки. Его ранили и, видимо, сбросили с моста, — захлебываясь, быстро проговорила я. — Я закутала его в ваш плащ. Нужна помощь, чтобы дотащить его до дома. Как жаль, что Джеймс уехал именно сейчас!

— Не будем жалеть о том, чего нельзя исправить, — деловито сказала кухарка, подталкивая меня к выходу. — И не будем терять время. Я предлагаю взять одеяло — используем в качестве носилок. Попробуем донести. Лучше по земле не волочь.

Мы заперли дверь, оставляя Генри одного в доме, и я отчаянно надеялась, что ничего не случится за время нашего отсутствия.

Нам с миссис Уилсон страшно повезло. Выскочив на улицу, мы спустя пять минут встретили двух молодых мужчин, очень прилично одетых, тоже возвращавшихся откуда-то навеселе и громко обсуждающих свою работу. Не знаю, как по нескольким сказанным им фразам миссис Уилсон определила, что им можно довериться, но я была с ней согласна: в отличие от компании на мосту, эти страха почему-то не вызывали. Кухарка не стала прятаться и остановила мужчин с просьбой о помощи. После того, как она кратко рассказала им о происшествии, мужчины выругались — ругательства были адресованы не нам — и отправились к реке. Эдриана мы нашли там же, где я его оставила. Кое-как, периодически останавливаясь для отдыха, наши помощники смогли донести Эдриана до дома. К сожалению, они были не маги: левитация бы нам сейчас очень пригодилась. Эдриан застонал, когда его при очередной остановке уложили на землю, и я поняла, что ему очень больно. В доме его уложили на кровати миссис Уилсон — кухарка резонно заметила, что на второй этаж поднять мужчину будет трудно, а на диван в гостиной он просто не поместится. После этого наши помощники, утерев пот со лба, получили от нас горячую благодарность. Я выгребла из кошелька все мелкие монеты, которые смогла найти, но мужчины отказались от денег, сказав, что старались не ради них. Когда они уходили, я услышала, как один тихо сказал другому: «Надо перестать гулять по ночам, Грег, а то можем стать следующими».

Миссис Уилсон отправила меня за чистой водой и домашней аптечкой, которая стояла в кухонном серванте. Когда я пришла, она успела раздеть Эдриана до пояса и произвести осмотр.

— Надо промыть и обработать рану, наложить швы и перевязать. К счастью, рана неглубокая, не задето ничего важного, — сказала мне кухарка. — Было бы куда хуже, если бы было пробито легкое. Сможете ассистировать?

Я кивнула.

— А вы справитесь? — уточнила я у миссис Уилсон. — Точно не нужно позвать дежурного из госпиталя?

— Не сомневайтесь, мисс Робертс, — поджала губы кухарка, слегка оскорбившись на мое недоверие.

Как бы мне ни было больно смотреть на спину Эдриана, я не отвела глаз, пока миссис Уилсон не закончила шить. Перевязав его с моей помощью, она накрыла мужчину одеялом и отправила меня спать:

— Мы сделали все необходимое. Идите, мисс Робертс, и постарайтесь поспать.

И видя, что я собираюсь возразить, добавила:

— До утра осталось недолго. Потом вы меня смените.

Я вышла из комнаты и отправилась к себе. Промаявшись больше часа, я, наконец, забылась поверхностным сном, чтобы спустя пару часов кошмаров проснуться. Темно-синее небо за окном стало пепельно-серым, и я поняла, что рассвет близко. Я спустилась в комнату миссис Уилсон и нашла кухарку на полу возле постели Эдриана. Она сидя дремала, положив на кровать согнутую в локте руку, а на руку — голову.

— Миссис Уилсон, — тихонько потрясла я ее за плечо, — вставайте и перебирайтесь в мою комнату. Вторую гостевую наверняка займет мистер Джеймс, когда приедет.

Она посмотрела на меня мутным тяжелым взглядом.

— Давайте я вам помогу, — я поддержала ее, поднимая, и, видя, что она с трудом стоит на ногах, уточнила. — Проводить вас наверх?

Было очевидно, что пожилой женщине наше приключение далось нелегко.

— Спасибо, мисс Робертс, дойду сама, — ответила она. — Когда хозяин проснется, ни в коем случае не давайте ему двигаться.

— Ладно, — кивнула я.

Миссис Уилсон ушла. Я принесла из кухни стул, поставила рядом с кроватью и уселась, приготовившись ждать пробуждения Эдриана, когда бы оно ни состоялось. Золотистая полоска у горизонта ширилась, окрашивая облака в персиковые тона, а Эдриан, гораздо более бледный, чем рассветное небо, лежал, не шевелясь. Помедлив, я взяла его за руку и так и осталась сидеть. Множество вопросов крутилось у меня в голове, и без хозяина дома ответы получить на них было невозможно.

Задумавшись, я не заметила, как изменилось дыхание мужчины, и вздрогнула, почувствовав, что Эдриан сжал мою руку.

— Как я рад вас видеть, — хрипло сказал он и посмотрел мне прямо в глаза. — Думал, этого уже не случится. Мне привиделось или вы и вправду были там, со мной на берегу?

Его глаза, будто любуясь, скользнули по моим волосам, лбу, щекам. Я почувствовала, что у меня задрожали губы.

— Ну-ну, — попытался успокоить меня он, — не переживайте, все хорошо. Судя по всему, я дома, и даже довольно неплохо себя чувствую. Правда, я почему-то в комнате для слуг.

Он попытался чуть повернуться ко мне и застонал от боли.

— Ладно, чуть хуже, чем неплохо.

— Не шевелитесь, — выдавила я, вспомнив наказ миссис Уилсон. — Наша кухарка сказала, что вам точно нельзя двигаться. Вас ранили, и ночью она наложила вам швы.

— Миссис Уилсон? — удивился он.

— Оказывается, у нее много талантов, — усмехнулась я, а потом добавила серьезно. — И она молодец.

— А где Джеймс? — спросил Эдриан. — Позовите его, пожалуйста.

— Джеймс еще не вернулся, — призналась я. — Вы помните, что он уехал? Я отправила ему вчера поздно вечером оповещение, как мы договаривались, но он или не получил его, или еще не успел вернуться.

Эдриан нахмурился:

— А кто меня нашел?

Я спросила вместо ответа:

— Что с вами случилось?

Он помрачнел:

— Я поздно возвращался домой, и на мосту в меня прилетел нож. В последний момент я почувствовал движение воздуха и успел немного пригнуться, так что нож не воткнулся мне в сердце, а пропорол спину над лопаткой по касательной. Потом меня швырнуло из всех сил на перила и выбросило в воду. Очевидно, на меня напал маг, с такого расстояния, что уже мог на меня воздействовать. Шагов за спиной я не слышал. Я затормозил падение в воду магией и не сильно ушибся, так что смог выбраться на берег. Там силы кончились, и я потерял сознание. Если бы я лишился его в момент удара, я бы утонул.

— А почему вы так припозднились? Вы же никогда сильно не задерживались?

— Потому что не смог вовремя выйти из кабинета. Я разбирал бумаги и немного засиделся, а когда собрался уходить, понял, что дверь снаружи запечатана артефактом. Он висит на двери всегда, но не срабатывает без активации при непосредственном контакте. Бывает, что подобные артефакты выходят из строя и активируются от простого закрытия двери, но такое случается в одном случае на тысячу, и я в это не верю с учетом всего произошедшего после. И, естественно, я не мог запереть сам себя снаружи. Я вызвал Бейли через зеркало, но пока он вернулся в Дозор из дома и открыл дверь, уже стемнело. Я поспешил сюда и по дороге на меня напали.

— Значит, мы были правы, — сказала я. — В Дозоре работает преступник, а к преступлениям причастны стихийники. Надо выяснить, кто вас запер.

Эдриан несколько минут молчал, что-то обдумывая.

— Боюсь, узнать это будет невозможно. У Харриса и каждого из следователей свой кабинет, в общем коридоре обычно пусто. Кто угодно мог пройти мимо моей двери и запереть ее, включая стражников.

— Может быть, кто-то из вашего списка подозреваемых отсутствовал в этот день в городе? Уезжают же сотрудники Дозора иногда по делам.

— Да, это я выясню, когда вернусь на службу. Так кто меня обнаружил?

Я молчала. Он пристально посмотрел на меня.

— Что? — не веря, спросил он. — Вы отправились ночью меня искать?

Я кивнула.

Он сжал зубы, кажется, считая про себя и пытаясь успокоиться.

— Я запру вас дома, когда встану на ноги.

— Я не Генри, мистер Эдриан. Вы не сможете мне запретить делать глупости.

— То есть вы ясно понимаете, что это была глупость? — сердито сказал он.

Я ответила чуть резче, чем ожидала:

— Это была глупость, которая спасла вам жизнь. Вы могли там умереть за ночь, если не от потери крови, то от переохлаждения.

— А вы могли умереть от рук какого-нибудь мерзавца!

— Но никто не умер, к счастью, поэтому давайте закончим этот разговор.

— Вы отправились искать меня с миссис Уилсон?

Я кивнула, поджав губы.

— О, еще одна сумасшедшая женщина, — закатил глаза он, но, кажется, слова о миссис Уилсон его чуть успокоили. — Как вы с ней не надорвались, пока меня дотащили?

Я вздохнула.

— Нам помогли.

Кажется, эта информация была для Эдриана уже лишней:

— Кто вам помог?

— Двое случайных прохожих.

— Вы встретили ночью на улице незнакомых мужчин и попросили вам помочь?

— Они показались нам заслуживающими доверия.

— А больше вы никого не встретили?

На этом вопросе я сошла за лучшее промолчать.

Эдриан закрыл глаза:

— И этой женщине я доверяю воспитание своего сына!

Вот это было обидно. Я вскочила, выдернув из его руки свою, которую он продолжал почему-то держать, и вспылила:

— Я прекрасно понимаю, что подвергла опасности и себя, и вашего сына, которого мы вынуждены были оставить одного дома! Я не дура и не сумасшедшая и осознаю степень этой опасности!

— Да ничего вы не осознаете! — почти выкрикнул он, дернувшись и сморщившись от боли. — Как бы я жил, если бы с вами что-то случилось из-за меня?

Я поняла, что он сказал, не сразу.

От дальнейшего выяснения отношений меня спас звонок в дверь.

На пороге стоял Джеймс, встревоженный и собранный, как сжатая пружина.

— Что случилось? — спросил у меня с порога, не здороваясь.

— Вчера вечером ваш брат не вернулся с работы. Я отправила вам сигнал и отправилась на поиски.

— Нашли?

— Да. Он жив. Его ранили и сбросили с моста, но он смог выбраться на берег. Я нашла его там.

— Серьезная рана?

— Нет. Миссис Уилсон его зашила. Она сказала, что все будет в порядке.

Я вкратце рассказала о подробностях ночи, пока Джеймс раздевался и шел к брату. Встрече мешать не стала — молча стояла в дверях комнаты кухарки. Эдриан рассказал Джеймсу то же, что и мне несколько минут назад.

Джеймс мрачно слушал, сидя на моем стуле, поставив локти на колени и уронив в ладони голову. Потом он достал из кармана тонкий металлический браслет и защелкнул его на запястье брата, прокомментировав:

— Это новейшая разработка, Эдриан, привез из столицы. Защищает от любых резких и сильных воздействий. Если кто-то решит ударить тебя по голове, или опять всадить нож в спину, или свалить с ног воздухом, артефакт создаст вокруг твоего тела плотную завесу, которая помешает влиянию. От всего артефакт не убережет, но лучше с ним, чем без него.

— А у тебя нет еще пары таких же?

Джеймс усмехнулся:

— Знал бы ты, с каким трудом я добыл этот!

Помолчав, он добавил:

— Если Харрис будет продолжать игнорировать теперь уже очевидный факт, что у него в отделении преступник, то сам станет главным подозреваемым.

— И что? — спросил Эдриан. — Что я могу сделать с Харрисом? Пока он начальник Дозора, к нему не подобраться. У меня связаны руки.

— Я понимаю. И думаю, если Харрис после случившегося не возьмется за поиск убийцы внутри отделения, тебе лучше затаиться на время. Ненадолго. Но рано или поздно твой начальник уйдет. Тогда можно будет перейти к активным действиям. А пока хотелось бы избежать таких неожиданностей, как вчера.

Джеймс обернулся ко мне:

— И, кстати, о неожиданностях.

Он подошел ко мне, взял мою руку и прижался к ней губами. Подняв на меня глаза, он серьезно произнес:

— Я догадывался, что вы выдающаяся личность, мисс Теодора, но такого не ожидал даже от вас. Я ваш должник.

Эдриан сморщил лоб:

— Я только что отругал ее, а теперь ты хвалишь?

— Одно другому не мешает, — ответил его брат. — Мы оба правы. Просто ты переживаешь за нее, а я — за тебя.

Я вышла, не отвечая, и отправилась готовить на всех завтрак. О переживаниях я буду думать потом. Пока мне придется побыть кухаркой.