Глава 20

— Вот как… — задумчиво проговорил Мариус. Не спросил, словно не удивившись моим словам.

С бешено колотящимся сердцем я уставилась на мужчину в полутьме, молясь про себя, чтобы он не выгнал меня отсюда, пока не выслушает меня до конца.

— Милорд, я не знаю, кто вы, но думаю, что вы хороший друг хозяина Вегарда, — начала я, но Мариус меня мягко перебил.

— Барышня, он действительно мой друг, но я не припомню за Вегардом случаев, чтобы он преподносил мне… — Мариус помедлил, пробежав по моему лицу взглядом, — такого рода… подарки.

— Милорд, прошу вас, выслушайте меня, я не отниму у вас много времени! — взмолилась я, смотря на него снизу вверх.

— Что? Так вы не собираетесь проводить со мной ночь, как и обещали? — удивлённо спросил Мариус. Я обомлела, но сразу же заметила, что мужчина улыбнулся, сдерживая смех. — Бросьте, я шучу. Можно я оденусь хотя бы?

— О, да, да, простите меня ради всего сущего, мне так стыдно… — начала лепетать я, придя в себя и поняв, что стою очень близко к почти обнаженному мужчине. Я смутилась еще сильнее и отошла от него, пройдя куда-то к шкафу и повернувшись спиной.

— Как я ранее сказал, Лилиан, Вегард мой друг, — услышала я голос Мариуса сзади. Мариус одевался, судя по шороху. — Так вот. Посылать ко мне вас, — он подчеркнул голосом последнее слово, — он точно бы не стал.

— Я… почему? В смысле, почему вы так говорите конкретно про меня? — нетерпеливо спросила я, чуть повернув голову, но видя только тень на стене.

— Потому что я знаю все, Лилиан. Кто вы, как проникли сюда и почему. Вегард мне все рассказал. Можете поворачиваться.

— То есть… вы знаете, что я из бест… — но он не дал мне закончить.

— Сиды, — поправил меня Мариус, сунув руки в карманы брюк и рассматривая меня с интересом. — Правильнее говорить — кровь сидов или кровь потомков. Не суть важно.

— В народе говорят иное, — промолвила я, смотря мимо него в окно. Я не смогла скрыть печали в своем голосе.

— Еще в народе говорят, что звезды — это дыры в небе, а солнце, садясь на закате, всю ночь купается в изнаночном океане ночи, — саркастично высказался Мариус. Он ухмыльнулся. — Так что вы мне хотите сообщить срочного, Лилиан? И зачем вы на самом деле пришли?

— Меня на самом деле послал сюда владыка Вегард, это правда, — тихо произнесла я, подойдя к окну и взявшись руками за подоконник. Мариус молчал, стоя сбоку от меня и смотря на мой профиль. — Высказался он немного по-другому, но суть была ясна и он упомянул вас.

— Что именно сказал Вегард, Лилиан⁇ — чуть нетерпеливо наконец спросил Мариус.

— Он сказал мне, — почти шёпотом сказала я, — чтобы я сегодня нашла себе любовника. Хоть десятерых. Или пошла бы к вам. Милорд, — я повернулась к нему. — Мы с владыкой в напряженных отношениях. Вы знаете о всех моих обстоятельствах и моем с ним договоре, поэтому я вынуждена находиться здесь. Но… иногда я боюсь его. И чтобы совсем разорвать с ним связь, мне нужно, чтобы он думал, что я… — я замялась под пристальным взглядом темных глаз. — Что я решила последовать его совету. И что у нас с вами все случилось.

Мариус некоторое время молчал. Смотрел на меня не отрываясь, пытливо. В его глазах в полумраке комнаты мне было трудно что-либо прочесть. Может, только какое-то замешательство и долю удивления.

— Так, — промолвил он медленно. — О какой связи идет речь?

Я замерла. Но… как же так? Мариус все знает обо мне. Должен же знать и о том, что произошло у меня с Вегардом.

— Лилиан? — Мариус ждал.

— Связь с того дня, когда он обнаружил правду, застав меня в своем хранилище… — я была в замешательстве. Понимая, что эту часть правды обо мне Мариусу не сказали.

Молодой мужчина, немного подумав, сел в ближайшее кресло. Я следила за его движениями — мягкими, небрежными и элегантными. Манеры были врожденными, как у всех, кто с детства привык к роскоши и власти. Я гадала о его сословной принадлежности, но догадывалась, что он из влиятельного дворянства.

— То есть я должен вмешаться в вашу с Вегардом любовную интрижку, Лилиан? Этого вы просите у меня? — мужчина говорил теперь холоднее.

— Там нет любовной интрижки, милорд! — тихо, но возмущенно воскликнула я. — Я не скрою, что вначале сама провоцировала владыку и старалась соблазнить, и сам мне он понравился сразу! Неужели этой части истории Вегард вам не рассказал?

— Сейчас мне интересно то, что расскажешь мне ты, Лилиан, — произнес Мариус, легко перейдя на «ты». — Продолжай.

— В то утро он решил меня наказать, наверное, — решившись рассказать все, прошептала я, отведя глаза от лица Мариуса и снова посмотрев в окно. Я открыла рот, чтобы продолжить, потом снова закрыла. Я не могла найти подходящих слов. У меня уже не было смущения перед ним или скованности. Самые непристойные слова были сказаны. Так что сейчас так сковывало мой язык?

Воспоминания. Как только я начинала облекать их в слова, воспоминания о моей первой ночи «любви» снова возрождались в полной своей красочности.

— Я ожидала хоть какой-то нежности, а получила чужое, животное удовлетворение, — прошептала я еще тише. Слезы сами собой потекли по моим щекам — они не душили мне горло и не жгли глаза. Они просто лились, как капли дождя по стеклу, в которое я смотрела сейчас.

Дождь. Он действительно начался — медленный, с моросью, сопровождающий едва начавшийся серый рассвет. Дождь пришёл вместе с туманом, предшествуя тихим шагам их повелительницы осени.

— У меня никого не было до него, — я резко всхлипнула, вытирая щеки. — Я знаю, вы скажете, что я виновата сама, что провоцировала его по плану Троя. И будете правы. Мне не стоило ож-жи-дать от не-него… — из-за всхлипываний я начала заикаться. Боль в груди сжимала сердце, но я продолжала. — Мне не стоило полагаться на его понимание после попытки кражи… Ах-х…

— Успокойся, Лилиан, — тихо произнес Мариус.

— … вы не знаете, не можете знать, каково чувствовать себя вот так, — продолжала я сквозь приглушённые рыдания, ибо меня было уже не остановить. — Униженной грубым пользованием, с-словно в притоне…

— Прекрати, Лилиан, немедленно, — отрезал Мариус. Я взглянула на него — мужчина прикрыл на секунду глаза, потер лоб. Потом он встал и очень размеренно сказал, подойдя ближе: — Я все прекрасно понял, можешь не продолжать. Успокойся, хорошо?

Он очень осторожно взял мои руки в свои и несильно сжал в ободряющем жесте. Мне сразу же стало намного легче, а еще я почувствовала, что руки у Мариуса очень горячие. Хотя в комнате было прохладно, а он сам давно вышел из ванной.

— Будешь вина? — спросил чуть погодя Мариус, все еще стоя передо мной и держа мои руки в своих. Он был высок, как и Вегард, моя макушка доходила до его плеча. Сейчас я не смотрела ему в лицо, опустив голову и в какой-то прострации смотря на наши с ним сплетенные пальцы. Но сил на простой кивок у меня хватило.

— Хорошо, — выдохнул Мариус и в его словах я услышала улыбку, хотя все еще не смотрела на него. Он стал потихоньку отпускать мои руки, и я только в этот момент поняла, что уже сама хватаюсь за него, как за спасительный якорь. Дело было в том, что его прикосновения на самом деле успокоили меня и я не хотела терять этого ощущения тепла.

Мариус быстро куда-то направился, почти приказав мне сесть в то самое кресло, где сидел до этого он сам. Я послушалась, и, прикрыв глаза, откинулась головой к высокой спинке. Сейчас я чувствовала себя намного легче, чувство какого-то умиротворения пришло на замену ужасной тревоги и нервного напряжения, которые преследовали меня с того дня, когда я переступила порог этого замка.

— Возьми.

Мариус вернулся быстро и сейчас протягивал мне удлиненный бокал с красным вином. Сам он держал в руках такой же, и, облокотившись о подоконник, встал возле меня.

— Спасибо, вино очень приятное на вкус, — поблагодарила я с улыбкой, взглянув на мужчину. Он тоже улыбнулся мне, но ничего не сказал. Повернувшись к окну, он рассматривал тёмную серость приближающегося утра сквозь плотные клубы тумана.

— Вы… сможете выполнить мою просьбу, милорд? — наконец, осмелилась я снова попросить его о том, ради чего пришла сегодня сюда.

— Нет, — коротко ответил Мариус, продолжая смотреть на вид за окном.

— Хорошо, — после паузы сказала я, опустив глаза. В общем, я подозревала, что ответ будет именно таким.

— Лилиан, я не хочу обманывать друга, это самое главное. — Мариус задернул штору и отошел от меня. Он сделал полукруг и остановился в центре комнаты. — Если бы это действительно произошло бы, я сразу же сообщил об этом Вегу. Я был бы чист — откуда мне было знать, что вас что-то там связывало. — Мариус опустил голову, смотря на свои руки в задумчивости.

— Нас ничего не связывает, ничего, с самого начала! Только его желание периодически унижать меня. А сегодня вечером он погнал меня искать любовников, это слышали даже слуги. Так что я просто захотела дать ему понять, что я не принадлежу ему и следую его совету… — скорбно проговорила я. А потом, поставив полупустой бокал, встала, так и не дождавшись реакции Мариуса. — Хорошо, милорд, я поняла вас. Спасибо вам большое, что вы выслушали меня.

— Лилиан, ты обижаться на меня собралась? — тихо промолвил Мариус, смотря за моими движениями.

— Нет, вы что! — я это сказала совершенно искренним тоном. — Вы многое уже сделали для меня, милорд, уже тем, что просто выслушали и не прогнали.

— У меня нет привычки прогонять гостей. И называй меня просто Мариус. Куда ты уходишь?

— К себе, — пробормотала я, пройдя по ковру и встав напротив Мариуса.

— Ты точно уверена, что там тебе будет безопасно? — спросил Мариус, приподняв одну бровь.

— Точно, — постаралась ответить я без нотки сомнения, но все равно выдала себя тем, что мой голос дрогнул.

— Вегард сейчас не в себе, Лили, и всякое может опять случиться, — тихо и размеренно сообщил Мариус. — Не думаю, что он причинит тебе вред, но мало ли где он может сейчас шататься. А я не могу следить за твоей спальней, не навлекая на себя подозрений. Так что давай ты останешься у меня и спокойно отоспишься.

Я сразу же захотела начать протестовать, но Мариус не дал мне и рта открыть.

— Я спокойно могу поспать и на диване в смежной комнате, не переживай. Тем более, прямо сейчас спать я не хочу. Успел подрыхнуть часа два после бала, — ухмыльнулся он.

Глядя в темно-карие глаза мужчины, я поняла, что спорить с ним бесполезно. Я почему-то улыбнулась ему — легко и непринужденно, точно также, как я это умела еще совсем недавно, когда события в моей жизни не приняли такой шокирующий оборот.

— Ой, милорд… — вдруг кое-что вспомнив, начала я.

— Мариус, — напомнил мне он.

— Мариус, — повторила я за ним еще непривычное мне обращение. — Я… я совсем забыла, что целый день была на кухне и не могу лечь в кровать не умывшись. Я весь день работала с сырыми овощами и мясом…

«Черт побери! От меня наверное несет луком и зажаркой, а волосы провоняли дымом!» — подумала я, чувствуя себя ужасно. Мариус, наверное, не привык к таким запахам.

— И что? — он искренне удивился. — Ты почему-то решила, что я не знаю, как выглядят и пахнут выпотрошенные кишки у дичи или же варево в походном котле? Нашла, чем меня шокировать. Вон там ванна, можешь ею воспользоваться, а за твоими ночнушками я могу сходить.

— Ой, не надо, Мариус, а вдруг кто увидит…

— Ты ж вроде сама захотела создать себе репутацию обладательницы кучи любовников, так чего стесняться? — подмигнул мне Мариус и расхохотался, глядя на мое растерянное лицо.

— Нет, я… но… — я окончательно запуталась, а потом сама не выдержала и рассмеялась. — Уф, как же неудобно все еще!

Но я решила последовать его совету. Сказав, где находится моя спальня.

Горячая вода сняла большую часть моей усталости. Только сейчас я поняла, до какой степени были напряжены все мышцы моего тела. Я осмотрелась по сторонам — потеки влаги на зеркале и на стенах напомнили мне, что совсем недавно в этой же ванне купался Мариус.

— Как-то это до неприличия интимно, — проговорила я и тихонько захихикала. Наверное, вино как-то подействовало, потому что я сегодня совсем не ела. Закрыв глаза и водя бездумно по поверхности пенной воды, я снова и снова видела перед собой образ Мариуса. Я вспомнила его безупречно развитый торс с гладкой кожей, под которой угадывались сильные мышцы. Предплечья мужчины еще больше выдавали эту скрытую силу под узором крупных вен и жил.

«Губы у него чувственные, — думала я, все еще не открывая глаз. — Нет, прекрати, пожалуйста. Сейчас эти мысли совсем не к месту!»

— Лилиан! — услышала я за дверью зов Мариуса и немедленно открыла глаза, вздрогнув.

— Да? — несмело ответила я, но громко, чтобы меня услышали.

— Твои вещи я оставлю здесь! — сообщил мне Мариус и я услышала его шаги в передней части ванной комнаты, там, где располагался небольшой туалетный столик.

Я поняла, что он сразу же вышел оттуда, вернувшись в основную комнату. Конечно, я знала, что Мариус не будет пользоваться случаем и не подстережет меня, когда я буду выходить из ванной в одном полотенце. Мне бы даже в голову не пришло такое.

Когда я полностью умывшись вышла в переднюю комнату, то обнаружила на пуфике аккуратно сложенные вещи. Среди них оказались чистые ночнушки, пеньюар и пара платьев с юбками и корсетами. Я прыснула со смеху, представляя себе, как Мариус методично рыскал в моем шкафу в поисках всех предметов женского гардероба.

— Он отлично разбирается в нем! — тихо воскликнула я, еле сдерживаясь, чтобы не расхохотаться. Я держала парочку кружевных панталонов и чулки, представляя себе, что подумал бы Вегард, обнаружив друга в моей спальне с ними в руках у развороченного шкафа.

— Да плевать ему было бы, наверное, — злобно проговорила я, снова разозлившись на Вегарда.

— Ну что, тебе стало легче? — встретил меня вопрос Мариуса, когда я оказалась в спальне. На мне была нижняя сорочка, а поверх нее пеньюар, который я плотно запахнула на груди. Сам хозяин апартаментов сидел возле небольшого письменного столика. Перо и бумаги подсказали мне, что он собрался что-то писать.

— Я наконец почувствовала себя человеком, — улыбнулась я ему, немного смущенная под его пристальным взглядом.

В спальне было темно, потому что Мариус закрыл все окна шторами. Чтобы дать мне нормально выспаться, как я поняла. Горела только лампа на письменном столе.

— Отлично, тогда марш в постель, — бесцеремонно скомандовал Мариус, но совсем по-доброму. — Хочешь, выпей еще вина, я поставил графин с бокалом у кровати.

— А… а ты? — несмело спросила я, теребя пояс халата и только через секунду поняла, видя его чуть озадаченное лицо, что сказала нечто двусмысленное. — Ой, я имею в виду — ты сам спать не хочешь?

— Пока нет, я вспомнил, что должен написать пару писем и сегодня же отправить их в столицу. — Мариус облокотился о край стола, ухмыльнувшись. — Иди ложись, я постараюсь не мешать тебе скрипом пера.

— Да кто еще мешает, вот что главное, — пробормотала я и пошла к просторной кровати под балдахином. Мне было до сих пор немного стыдно за все, но я постаралась быстрее юркнуть под тяжелое покрывало, надеясь, что под ним почувствую себя спокойнее.

Натянув до носа одеяло, я скосила глаза в сторону Мариуса. Он сидел в другом конце комнаты у окна и казался совершенно сосредоточенным на своей работе. Я продолжила исподтишка наблюдать за ним, понимая, что любуюсь его чеканным профилем.

Спать мне почему-то расхотелось. Мне было так хорошо и спокойно сейчас, что я не хотела прерывать это состояние сном. Неизвестно, когда в следующий раз я также умиротворенно буду себя чувствовать.

«А может я умру скоро. Вегард не сможет разрушить чары кольца и оно заберет мою жизнь. Да и не нужна будет моя жизнь ему, особенно, если его план удастся. Кстати, в его эксперименте я также могу помереть. Я уже не верю обещаниям Вегарда.»

Я тихонько вздохнула, повернувшись лицом к окну, задернутому тяжелой портьерой.

— Ты долго будешь вздыхать? — поинтересовался у меня Мариус. Я посмотрела в его сторону — он продолжал писать, не оборачиваясь ко мне. — О чем ты там думаешь?

— О смерти, — скорбно сообщила я.

— Чего-чего? — Мариус удивлённо посмотрел на меня, скрепляя письмо сургучом. — Не рановато ли?

— Нет. Тем более, что у меня куча рисков быстрее с ней встретиться…

— Например?

— Например, — вздохнула я снова, приподнявшись на подушках, — Вегард своими исследованиями угробит меня.

— Не угробит, даю тебе слово, — усмехнулся Мариус, вставая с кресла.

— Почему ты так уверен? — удивилась я.

— Он серьезно дал мне понять, что твоя безопасность будет соблюдена. И я лично намерен проследить за этим, — небрежным тоном сказал Мариус, подходя к тумбочке возле меня и наливая себе вина.

— Я… я не знаю, как отблагодарить тебя за все, — прошептала я, глядя на него.

— Можешь дать мне покурить здесь, этим ты покроешь свои долги, — сообщил мужчина, подходя к окну и приоткрывая его. — Можно?

— Ой, да, конечно! — поспешно ответила я, смотря на чуть насмешливое выражение лица мужчины, тонувшего в тени.

Он вытащил из кармана брюк портсигар и выудил из него чёрную длинную сигарету.

— Обычно вы курите сигары, — промолвила я, наблюдая, как Мариус медленно выдыхал дым.

— Кто — мы? — спросил он.

— Ну, благородные всякие. Самокрутки из табака курят простолюдины. — Я приподнялась, чтобы взять с тумбочки свой бокал с вином.

— Ерунда все это. Мне чьи-то правила нипочем, — проговорил Мариус, отойдя от окна и присаживаясь на край кровати. — Не переживай, Лили. Я здесь останусь на несколько дней, как и обещал Вегарду. Посмотрим, что будет далее…

Он затянулся дымом, выпил немного вина. Его взгляд — странно задумчивый и сосредоточенный, — был направлен в окно. Я только сейчас заметила, что мужчина, хоть и молод, вполне уже зрелый. Глубина взгляда лишь подчеркивала эту разность внешности и сути.

— С тобой я уже ничего не боюсь, — через неопределённое время промолвила я, закрывая глаза. Вино окончательно подействовало на меня — я почувствовала, как ноги и руки тяжелеют, а голова становится совсем лёгкой и пустой. — Мариус?

— Да?

— Приляг возле меня, пожалуйста, — сказала я не открывая глаз и отодвинулась от края постели. Мне было так хорошо с ним, что я уже ничего не стеснялась. — Так мне будет спокойнее, да и твоей спине после дивана не будет… приятно.

— Твоя репутация похоронена, милая, — строго сказал Мариус, но я все же почувствовала, как тяжесть его тела продавила постель возле меня.

— Плевать на нее, — дерзко прошептала я, убаюканная ощущением его близкого присутствия. От Мариуса пахло чем-то свежим и морским, а также ароматом вина и табака. А еще я уловила запах его собственный — истинно мужской, но очень приятный.

Приоткрыв глаза, я смотрела на его лицо и плечи, возвышающиеся надо мной. Он лежал на спине, опершись спиной к изголовью кровати. Его грудная клетка спокойно поднималась и опускалась, но я видела, что глаза Мариуса открыты. Словно почувствовав мой взгляд, он повернулся ко мне лицом.

— Глаза твои отражают свет, — я услышала в его голосе улыбку. — Вот, значит, как выглядят глаза в темноте у потомков сидов.

— У тебя тоже, кажется, чуть светятся, — пробормотала я, протянув руку и положив ее на живот мужчины. Мне действительно пару раз показалось, что его радужки отливают золотистым светом.

— Лили, — услышала я чуть хриплый голос Мариуса над собой.

— Что? — протянула я очень тихо, понимая, что сейчас услышу. Глаза я опять закрыла, блаженно водя пальцами по торсу мужчины, открытому из-за полу-расстегнутой рубашки.

— Ты что делаешь?

Мариус ждал ответа, но не отстранился, замерев под моей рукой. Я, набравшись смелости, подтянулась к нему и легла грудью на него. Мои волосы рассыпались, укрыв нас обоих.

— Поцелуй меня, Мариус, прошу тебя, — лихорадочным голосом прошептала я, оперевшись на его широкие плечи. Наши губы были совсем близки. Я чувствовала дыхание мужчины на них, чувствовала его силу и мощь под собой. Желание мгновенно проснулось во мне, усиленное многократно.

И когда Мариус, ничего не говоря, коснулся своими губами моих губ, а его руки оплели меня в объятиях, я поняла, что получу сегодня то, что так давно желала…